Дело принципа

Сэм действительно рассказал Габриэлю сразу, как узнал про Каса. Уйдя с лекций, он направился в кафе, где выложил краткий рассказ об инциденте своему омеге, после чего они, не теряя ни минуты, отправились в больницу к младшему Новаку. О том, что с Дином будет всё в порядке, Сэм даже не сомневался. На ресепшене девушка сообщила прибывшим номер палаты и этаж, где разместили Кастиэля, но влетев в дверь с названным номером, Гейб с Сэмом обнаружили абсолютно пустую палату с не застеленной кроватью. На сестринском посту отделения терапии им сообщили, что выпиской мистера Новака занимается доктор Миллс, к которой они тут же и направились, встретив врача в коридоре с кипой бумаг. Джоди как раз несла историю болезни Каса в архив, а поверх неё лежала выписка с диагнозом омеги. Она ни сколько не удивилась пропаже своего пациента, после чего отдала документ его брату и рассказала о том, что с Кастиэлем всё в порядке, что Аластар и пальцем его не успел тронуть, но вот его малышу было не сладко, поэтому пришлось вливать в омегу много успокоительного, чтобы снять тонус матки, вызванный стрессом. Известие о беременности Каса вогнало в шок Габриэля с Сэмом. Они так и стояли посреди коридора, с бумажкой в руках, когда Джоди покинула их, уйдя по своим делам. Спустя какое-то время они услышали сигнал прибытия лифта, и из раздвинутых створок пулей вылетел Дин, подбегая к оцепеневшему брату и его омеге, у которого, кажется, начиналась истерика. - Что с Касом? – не обращая внимание на заходящегося в хохоте Габриэля, выпалил он. - Он… кажется, он сбежал, - ответил Сэм. - Что? - Ты в порядке? Это ведь ты спас его? Как ты там оказался и что делаешь здесь? - Скажем так – я почувствовал, что с Касом беда, и примчался так быстро, как смог, как оказалось, не зря. Этот ублюдок теперь надолго застрянет в клетке, я лично об этом позабочусь. А из участка меня Андре отпустила, когда я ей всё рассказал. - Андре? - Невеста Бенни. - Дино, ты супер! Я уже говорил тебе это и повторю снова: я тебя люблю, чувак! – выпалил Гейб сквозь смех, с силой припечатывая листок с выпиской к его груди. - Когда это ты ему такое говорил? – в шутку заревновал Сэм. - Спокойно, Сэмми! Это не то, что ты подумал! - А что я ещё могу подумать, когда мой омега признаётся в любви моему же брату? Причём, судя по всему, уже не первый раз! - Я только твой, малыш, без вариантов! Ты мой первый и единственный, ты же знаешь! – обнял альфу Новак, продолжая хихикать. Дин всё это время молча вчитывался в текст на бумажке, и его глаза медленно расширялись, а брови ползли на лоб. Кастиэль беременный! И, судя по сроку, это случилось в Хилле, а это значило, что отец ребёнка 100% он. Да и какие могут быть сомнения, когда у Каса никогда никого больше и не было, он же альф к себе и за километр не подпускал. Дин пытался вспомнить всё, что и как у них было и никак не мог понять, когда он сделал осечку, ведь узла у них ни разу не было! Он всегда выходил из Каса раньше, чем тот успевал набухнуть. Всегда… кроме первого раза, который он вообще помнил смутно и фрагментами. Тогда они оба настолько вымотались морально и физически, что отрубились чуть ли не в процессе. И что же это выходит? Справедливость? Воздание по заслугам за то, что он сделал с Касом? Кара небесная? Вот только Бог, кажется, выбрал неправильное наказание… - Дин, ты ведь понимаешь, что это твой ребёнок? – осторожно спросил Сэм, увидев растерянный блуждающий взгляд брата. - Да, Сэмми. - Это судьбааа, - пропел Гейб, но увидев косой взгляд старшего Винчестера в свою сторону, тут же добавил уже абсолютно без улыбки: - Ты ведь не собираешься бросать его… их, Винчестер? - Ни за что! Это всё, конечно, довольно внезапно, но! Кас – МОЙ омега! И это, - он помахал выпиской перед лицом Габриэля, - МОЙ ребёнок! И я должен найти этого идиота, и поговорить с ним, пока у него не хватило ума наделать каких-нибудь глупостей! В том, что Кастиэль обязательно захочет эти глупости делать, Дин почему-то не сомневался. После того, как он сравнил его с Аластаром, назвав их неделю любви в Хилле изнасилованием, Кас вполне мог отнестись негативно к своему положению, и постараться исправить всё, пока об этом не узнали родители. Достав телефон, он стал набирать омеге, но, ожидаемо, получал лишь информацию о том, что аппарат абонента выключен. Догадавшись о подозрениях Дина, Гейб с Сэмом решили тоже подключиться к поискам. Габриэль позвонил домой, но там, ничего не знающие домочадцы, ему сказали, что Кас ещё не возвращался из университета, а потому омеге пришлось довольно долго успокаивать маму, говоря, что ничего не случилось, просто он думал, что Кастиэль уже вернулся. Уже выйдя из здания больницы, Гейб вспомнил ещё одно место, куда мог пойти его брат, и позвонил Михаилу. Пришлось вкратце рассказывать всю историю, начиная со знакомства Каса с Дином и заканчивая тем, что их младший братец теперь в ссоре со своим Винчестером, и в интересном положении от него же. Миша сразу же въехал в ситуацию, и обещал пока ничего не рассказывать родителям по просьбе Габриэля. А ещё позвонить сразу же, если Кастиэль объявится у них дома. Старший Новак оказался не меньше Гейба заинтересован в примирении влюблённых, т.к. Дин нравился ему, и во время переезда они довольно неплохо подружились. * Кастиэль сидел в парке на окраине города, смотря на то, как переливается заходящее солнце в водяных струях двухъярусного фонтана с большими чашами по бокам. Первая волна паники и злости на Дина поутихла, и сейчас омега благодарил Бога за то, что тот не позволил совершить ему величайший грех и убить человека. Ведь как ни крути, а та маленькая кроха, что сейчас находилась внутри него, была, пусть и маленьким, но уже человечком. Не сказать, что Кас был сильно верующим, но он был уверен, что жизнь – это чудо, и раз ему выпал шанс это чудо сотворить, то кто он такой, чтобы от этого отказываться? Папой он пока себя никак не осознавал, и абсолютно не представлял, что ему делать дальше. По-хорошему, нужно было бы рассказать Дину, всё-таки это и его ребёнок тоже, но пока Кастиэль не был к этому готов. Дин, наверняка, открестится и от него, и от ребёнка, скажет, что тот ему не нужен, может даже сам попросит избавиться от него. Кас просто не мог себе представить некогда одного из самых крутых альфа-самцов Лоуренса в статусе семейного человека. Хоть Дин последнее время действительно уделял всё своё внимание только ему, но это совершенно не значило, что он собирается и дальше связывать свою жизнь с Кастиэлем, остепеняться окончательно, заводить семью, становиться отцом. В это было очень трудно поверить, поэтому Кас даже не хотел тешить себя какими-то надеждами относительно старшего Винчестера. Второй вопрос, который беспокоил его – это родители. Как они отнесутся к беременности своего сына? Отец, наверняка, будет в ярости и захочет серьёзно поговорить с Дином, ведь именно с ним Кастиэль уезжал на 2 недели на отдых, и именно оттуда он приехал подпорченным. Возможно даже, он заставит Дина жениться на нём, чего Кас хотел бы меньше всего. Семьи из этого всё равно не выйдет, и пострадают в этом браке они все трое с малышом. А возможно, родители и вовсе выгонят его из дома, сославшись на то, чтобы шёл туда, где «нагулял». И тогда Кастиэлю самому придётся навязывать себя и ребёнка Дину, потому что жить ему попросту будет негде. И если Дин, вероятно, тоже не захочет приютить у себя омегу, то Сэм наверняка не даст тому выгнать Каса на улицу, да ещё и в положении, хотя давить на жалость младшего Винчестера он хотел бы меньше всего. Как бы там ни было, впереди Кастиэля, скорей всего, не ждало ничего хорошего, но делать аборт он был уже точно не намерен. Он справится. Он даст этому малышу всё, что сможет, даже если придётся жертвовать всем, что у него есть, включая гордость, потому что этот ребёнок для него уже важен и любим, несмотря ни на что. За своими раздумьями, Кас не заметил, как добрёл до выхода из парка, прямо к автобусной остановке. Если сесть на автобус, отсюда можно за 10 минут доехать до дома Михаила, потому что больница и парк, куда он отправился, сбежав, находились как раз в той части города, которая выходила к новому пригородному району. Михаил, конечно, не будет сильно рад появлению младшего брата, да ещё и в такой час, но возвращаться домой Кастиэлю абсолютно не хотелось. Он даже подумывал о том, чтобы попросить у Миши с Адамом разрешения переночевать у них. Да, у них теперь есть ребёнок, совсем крошечная девочка, которая родилась, пока Кас с Гейбом были на каникулах, но Кастиэль ведь не будет мешать малышке, а просто тихо поспит в гостевой комнате, пока не придёт утро, и не нужно будет снова ехать на учёбу. В дверь старшего брата он позвонил, когда на улице стало уже совсем темно. Открыл ему Адам, ничуть не удивившийся, увидев Каса на своём пороге в такое время. Как выяснилось позже, Габриэль звонил Михаилу ища его, но судя по задаваемым вопросам, о которых рассказал Миша, Гейб то ли рассказал не всё, то ли не знал сам полного диагноза Кастиэля, по крайней мере, вопросов про беременность ему никто не задавал. Он сидел в гостиной с чашкой зелёного чая в руках, рассказывая брату про Аластара, когда вниз спустился Адам, отходивший на плач проснувшегося ребёнка. В руках он нёс маленький розовый свёрток, который постоянно дрыгался и хныкал. София была совсем крохой, но в ней уже безошибочно угадывались характерные черты её родителей: синие глаза и его ямочка на подбородке Михаила, светлые волосы и «бровки домиком» Адама. Омега подошёл к своей паре и протянул малышку отцу с просьбой подержать её, пока он будет подогревать смесь. Кастиэль тут же заинтересовался этим и пододвинулся поближе к брату. - Хочешь подержать её? – с улыбкой спросил Миша, протягивая племянницу Касу. Кастиэль уже не первый раз видел малышку, но впервые испытал желание дотронуться до неё. Он аккуратно взял свёрток в свои руки и ощутил, какой лёгкой была кроха, какой тёплой, какой подвижной и как вкусно от неё пахло. Михаил улыбался, видя, как его младший брат возится с его дочкой, решая оставить их ненадолго наедине. Он сказал Касу, что пойдёт, поможет Адаму со смесью и направился в сторону кухни. Кас закрыл глаза и позволил себе окунуться в ощущения, постараться почувствовать себя папой, представить на месте Софии своего ребёнка. На удивление, это получилось у него легко, что тут же вызвало улыбку на лице омеги. Малышка схватила Кастиэля за пальчик и стала тянуть его в рот. Подсознательно Кас тут же понял, что кроха действительно голодна. - Сейчас папа принесёт тебе покушать, - тихо проговорил он, не сводя глаз с племянницы и улыбаясь до ушей. Михаил отправился на кухню к своей паре, чтобы обсудить с ним всю эту ситуацию. Они оба знали, что Кастиэль беременный, Миша рассказал Адаму сразу же, как только позвонил Габриэль. Сейчас нужно было решить, как помочь двум влюблённым помириться. В отличие от Каса, Михаил знал, что Дин не собирается отказываться от малыша, напротив, тот даже в каком-то смысле обрадовался неожиданно свалившемуся на него счастью. Вот только Кастиэль явно не был готов рассказывать хоть кому-то о своём положении, а потому успокоить его и объяснить, что всё будет хорошо, они с Адамом никак не могли. Приходилось действовать по-другому. После недолгого обсуждения, Адам предложил собрать вещи Софии, и уехать с ночёвкой к его маме. Миссис Миллиган была рада увидеть сына с мужем и свою внучку в любое время суток. Миша согласился со своей парой, что это, вероятно, самый лучший вариант. Поцеловав возлюбленного, сжав его в объятиях и проведя ладонью по плечам и шее омеги, на которой красовалась яркая метка истинного, Михаил отстранился от Адама и стал печатать смс Дину, что Кас у них, что им двоим надо поговорить, и что дом будет в их полном распоряжении до завтрашнего дня. Взяв бутылочку со смесью, Михаил вышел из кухни, как ни в чём не бывало, направляясь к брату и дочке, а Адам в это время направился наверх, собирать вещи малышки. * Уже через полчаса к дому Михаила и Адама подъехала чёрная раритетная тачка. Увидев в окно Импалу, Миша подошёл к брату, чтобы забрать у него спящий свёрток. - Кастиэль, не вини меня за мой поступок. Мы с Адамом желаем тебе только счастье. Тебе и… твоему малышу, - закончил Михаил, загадочно улыбаясь брату. - Что? Откуда…? – испуганно попятился Кас, но в это время входная дверь открылась, и на пороге появился Дин Винчестер. Сердце омеги тут же ухнуло вниз. - Спасибо, Миш, я твой должник, - похлопал он старшего Новака по плечу и благодарственно кивнул. - Мы приедем завтра. Кастиэль увидел одетого Адама, который перенял спящую эстафету у мужа, положил её в люльку-переноску, укрыл одеялком и вышел на улицу, Михаил последовал за ним, и в итоге в доме остались только Кас и Дин. - Малыш, ты так меня напугал! – выдохнул Дин и сделал шаг навстречу омеге, но Кастиэль так же сделал шаг назад. – Кас, я всё знаю. И я люблю тебя! Вас обоих! Боже, я даже не думал, что действительно так обрадуюсь этой новости. Я знаю, я поступил подло с тобой, мне нет прощения, и всё же я буду молить его у тебя, пока ты не сможешь меня простить. Пожалуйста, Кас, прости меня! Прости и вернись! Ты нужен мне! Кастиэль сейчас стоял как истукан, не в силах поверить словам Дина. Он рад? Он хочет принять ребёнка? Он не бросит его, и будет помогать с малышом? Он просит прощения? Любит? Хочет быть рядом? Не похоже, чтобы Дин шутил или врал. В конце концов, какие тут шутки, когда на кону жизнь человека, хоть пока ещё и не рождённого? У Винчестера была куча поводов уйти, вернуться в свою обычную колею, бросить поломанную игрушку и двигаться дальше. Но он сейчас здесь, рядом с ним, просит прощения, всё ещё хочет быть с ним, хочет стать отцом их ребёнку. Чем же Кастиэль так задел его, что великий ловелас Дин Винчестер вдруг стал вот таким верным, любящим и домашним? Какая сила заставила этого альфу снова и снова биться головой о незримую стену, надеясь в итоге пробить её, чтобы достичь цели. И почему вообще его целью стал именно он? - Ты спас меня. Как ты узнал? – этот вопрос сейчас показался омеге самым важным. Кас действительно не знал, что Дин делал на территории университета в своё рабочее время, и как он догадался, где он, ведь тот палисадник был скрыт от посторонних глаз. - Ты мне не поверишь, - усмехнулся альфа. - Я сам решу. Это важно. Расскажи. - Это было похоже на какое-то помутнение рассудка, - начал Винчестер. - Я думал о тебе всё утро, так сильно хотел увидеть тебя, что это переросло в какую-то навязчивую идею, не требующую отлагательств. В один прекрасный момент я просто сорвался и поехал к тебе в университет, чтобы просто увидеть тебя и узнать, что с тобой всё в порядке. Мне почему-то казалось, что ты в опасности. И, как видишь, я не ошибся, - невесело усмехнулся Дин. – Когда я подъехал, меня как в бреду повело в этот дворик, я даже не понимал, куда я иду и зачем. А потом я увидел эту мразь, облизывающую тебя и пытающуюся снять с тебя штаны. У него был подельник, он и получил первым. - Кроули, - подтвердил Кас. - Он сбежал и… кажется, это он вызвал копов и скорую. Я видел его возле универа, когда нас с этим ублюдком рассовывали по машинам. - Тебя забрала полиция? – обеспокоился Кастиэль. - Ну, как видишь, я на свободе, а вот этому кренделю достанется теперь по полной. В участке я узнал его имя… И знаешь, думаю, этому А-лас-та-ру, - проговорил альфа по слогам, - теперь будет совсем не сладко. Это ведь он пытался тебя тронуть тогда, когда мы с тобой только познакомились, да? Кастиэль молча кивнул. В его голове был полный сумбур. Дин почувствовал, что Касу грозила опасность, и приехал спасать своего омегу. Почувствовал так, как чувствуют друг друга только истинные пары. Дин ведь рассказывал, что это возможно, перед тем, как рассказал о таблетках. Если это действительно правда, то это объясняет многое: нездоровую привязанность Дина к нему, его перемены, верность, безумное влечение, граничащее с криминалом, безграничное терпение к его закидонам и признание отцовства. Все признаки были на лицо, кроме одного… - Дин. - Ммм? – альфа даже не сразу заметил, что Кастиэль подошёл к нему так близко. - Поцелуй меня. Винчестер даже растерялся от такой просьбы, но быстро сообразил, что промедление в таком деле может стоить слишком дорого, и тут же сократил расстояние между ними, впиваясь в уже раскрытые для него губы, по которым успел невероятно соскучиться за эти такие долгие и тяжёлые сутки. Кас ответил мгновенно, сразу пуская в дело свой язык и приникая ещё ближе к Дину, при этом зарываясь ему руками в короткий ёжик волос, постанывая и вызывая сильнейший отклик на всё это в теле альфы. - Кас… - задыхаясь от такого напора, простонал Винчестер. - Дин, пожалуйста! Пойдём наверх. Михаил выделил мне гостевую спальню. Там есть кровать, - Кастиэль уже не мог терпеть. Все обиды были забыты, все сомнения перестали существовать, он до чёртиков хотел Дина ещё тогда, в машине, а сейчас, когда они всё выяснили, не было смысла откладывать такое жаркое примирение на потом. К тому же Касу не терпелось получить последнее доказательство их особой связи – метку альфы. Его истинного альфы. - Я просто не могу отказать, когда ты так просишь, - усмехнулся Дин, понимая, что, несмотря ни на что, он прощён, желанен и всё ещё любим, хоть Кастиэль этого и не говорил прямо. Дин чувствовал это, как само собой разумеющееся, будто между ними только что произошёл ментальный диалог, где они расставили все точки над «i» раз и навсегда. В гостевую спальню Дин донёс омегу на руках, не переставая целовать и шептать на ушко нежности. От Каса пахло желанием, и с каждой минутой этот аромат становился всё сильней. Уложив свою драгоценную ношу на большую кровать, альфа навис сверху над Кастиэлем, решаясь задать последний вопрос прежде, чем их накроет туман страсти и желания: - Как ты хочешь, чтобы это было? – прошептал он, прикусывая мохнатое ушко, вызывая у омеги довольное урчание. - Быстро. Страстно. Безумно. Я хочу чувствовать тебя везде и сразу. Хочу тебя внутри, такого горячего и твёрдого. Хочу кричать от твоих ласк, требуя большего. Хочу умереть и возродиться вновь в твоих руках, - шептал Кас, стягивая с себя одежду, целуя Дина между словами, ёрзая под альфой, вызывая у Винчестера нетерпеливые стоны. - Что же ты делаешь со мной, котёнок? – закрыв глаза, простонал в ответ Винчестер, стягивая с себя ненужную одежду. – А это не опасно для нашего малыша? - Думаю, он счастлив, что его папочки вместе. А ещё я хочу, - слишком хитро усмехнулся омега и Дин невольно задумался, когда он успел так испортить этого ангелочка, – чтобы ты пометил меня. Хочу быть твоим, Дин, и чтобы все узнали об этом. - Кас? Ты уверен? А твои родители? Отец? – не мог поверить во всё происходящее Дин. Кас добровольно отдаёт сейчас ему всего себя, до последней капли, принимает его как своего альфу и хочет рассказать об этом всем. - Дин, я беременный. Отец всё равно рано или поздно об этом узнает. Назад уже дороги нет. Мне нечего терять, но если это правда… и мы действительно истинные… - Я понял тебя, - не дал Кастиэлю договорить Дин, втягивая омегу в жаркий поцелуй, и ставя конец всем их разговорам. На сегодня хватит болтовни, пора переходить к делу. А дальше началось то самое безумие, когда изголодавшиеся друг до друга тела дорвались до так давно желанного слияния. Кас действительно кричал под умелыми ласками альфы, которые, как просил ушастик, были, казалось, везде. Страсть поглотила их с головой, окуная в глубины нежности и возводя на пики блаженства. Они наслаждались друг другом, и не могли насытиться до самого рассвета, когда усталые и, наконец, удовлетворённые, не упали на смятые простыни, чтобы забыться сладким сытым сном в объятиях друг друга. Шея омеги была вся покрыта мелкими отметинами, среди которых виднелся свежий след от клыков альфы. * Сэм и Габриэль решили пока ничего не рассказывать родителям Новаков, и сохранить в тайне секрет Каса с Дином до тех пор, пока они сами не захотят о нём рассказать. Михаил тоже пообещал молчать, и Гейб был уверен, что Кастиэль пойдёт именно к нему, когда проветрит мозги и примет новость о беременности. Омега знал, что друзей у Каса кроме него и теперь Винчестеров, как таковых нет, та девушка, Мэг, что помогала в кондитерской на каникулах, не настолько близкая подруга, чтобы он мог обратиться к ней с подобного рода переживаниями. Домой он точно не пойдёт, боясь того, что родители уже в курсе. Остаётся Миша, к тому же, их с Адамом дом находится не так далеко от больницы, стоит лишь пройти через парк и сесть на автобус. Поэтому Габриэль абсолютно не удивился, когда ему пришла смс от Дина о том, что Кас нашёлся, и что альфа едет не куда-нибудь, а к их старшему брату. Они сидели в «Сластёне». За окном уже было темно и Гейб с Чарли готовили кафе к закрытию. Рыжеухая действительно отлично справилась за 2 недели отсутствия директора, и сейчас продолжала помогать Габриэлю с административной работой. Недавно к ним попросился на работу ещё один омега – молодой голубоглазый светловолосый паренёк с длинным и сложным именем Самандриэль, которого тут же приняли и окрестили просто Андри, он был не против. Сейчас Андри и Кевин уже давно разошлись по домам, клиенты запаслись сладким, и тоже отправились на отдых, Чарли снимала кассу, а Гейб протирал чашки, сидя по другую сторону стойки от своего альфы. Сотрудники кондитерской сильно обрадовались, когда их шеф вернулся после отдыха светящийся от счастья словно солнышко, в специально надетой футболке с растянутым воротом, открыто демонстрирующим яркую метку истинного. Чарли, когда это увидела, просто завизжала от радости и бросилась обнимать Гейба, поздравляя с удачной потерей невинности, а Сэм с того времени стал почётным и частым клиентом «Сластёны», носящий гордый статус альфы директора. - Как думаешь, они помирятся? – спросил Сэм. О ком он спрашивал было понятно и так. - Не знаю, что у Касси в голове, но то, что он любит Дино – в этом нет никаких сомнений. Может, полаятся немного, выпустят пар, выскажут друг другу все претензии, но ставлю десятку – всё закончится жарким сексом. Вот увидишь – сегодня мы о них больше даже не услышим. - Боже, поверить не могу - у Дина будет ребёнок. Мой племянник или племянница, - мечтательно улыбнулся альфа. - Любишь детей? – вздёрнул бровь Гейб, уж он-то этих карапузов просто обожал. - Очень. Они такие маленькие, забавные и пахнут всегда вкусно. - Тебе попадались неправильные дети! – хохотнул омега. – Не хотелось бы разочаровывать тебя, но они очень быстро растут, порой имеют просто разрушительные способности, и много какают, от чего благоухают вовсе не розами. Поверь мне, Сэмми, у меня две младших сестры и Кас, правда у нас с ним не слишком большая разница, и детство было одно на двоих. Мне было 8, когда родилась Ханна. А с малышкой Анной я конкретно навозился уже будучи взрослым подростком. - Но ведь тебе это нравится, да? Ты сам говорил, что создал Трика, чтобы быть ближе к детям, - Сэм с интересом рассматривал свою пару. На заднем плане они услышали, как с ними попрощалась Чарли, и дверной колокольчик оповестил их, что рыжая тоже ушла, оставив их в кафе одних. Свет был уже выключен, и сейчас они сидели в полумраке, смотря в лица друг друга, освещённых лишь слабой подсветкой прилавков. Окна были закрыты снаружи рольставнями, что придавало помещению внутри ещё больше загадочности и романтичности. - Да, и я совершенно не отрицаю, что в будущем хотел бы иметь свой личный детский сад. - Наш личный детский сад, - поправил его Винчестер, поднимая вверх указательный палец, обходя стойку, забирая из рук Габриэля очередную чашку и беря его ладони в свои. - Да, наш, - заворожённо повторил омега, смотря прямо в глаза Сэма снизу вверх. - И когда ты видишь это самое «будущее»? – всё так же загадочно спросил альфа. - Честно говоря, я думал, что обзаведусь своими карапузами раньше Каса, всё-таки я старше, но они с Дином нас опередили, - вздохнул Гейб. - У нас ещё есть время догнать их, - прошептал Сэм, наклоняясь к самому уху омеги, прикусывая его мочку, и плотно прижимая свою пару к стойке за его спиной. Габриэль почувствовал, как в его бок упирается что-то твёрдое, и сглотнул подступающую слюну. - Сэмми? Т-ты правда этого хочешь? – заикаясь спросил он. - А ты? – ответил вопросом на вопрос Винчестер, переходя поцелуями на шею Гейба, чуть прикусывая свою метку и тут же зализывая это место. - Очень! – выдохнул Габриэль, чувствуя как всё его тело пробивает дрожь нахлынувшего возбуждения. Сэм тут же вернулся к лицу омеги и поцеловал его, крепко и настойчиво. Больше слова не требовались, они оба хотели одного и того же. Поцелуй становился жарким, а руки Винчестера опустились на ягодицы Гейба, сжимая их и притягивая к себе, приподнимая и усаживая его на стойку. В кафе они этим ещё не занимались, но всё когда-то происходит в первый раз. Стойка была широкой и пустой, благо Габриэль с Чарли заранее убрали с неё все корзины со сладостями на ночь, поэтому Сэм, без зазрения совести, уложил омегу на его же снятую рубашку и забрался сам, стягивая с себя футболку и отбрасывая её на «шоколадный» пол. Гейб помогал ему раздеться, и уже вскоре он извивался под ласками альфы, горя от желания и предвкушения. У них с собой ничего не было, поэтому пришлось использовать в качестве смазки собственную слюну. Растягивать омегу долго не пришлось, и проникновение оказалось почти безболезненным, ведь они занимались этим почти каждый день. Было жёстко и не совсем удобно, но это ни капли не мешало Сэму и Габриэлю наслаждаться друг другом, постоянно целуясь и двигаясь всё быстрей и быстрей. Когда наступила разрядка и Гейб широко раскрыл глаза в безмолвном крике, ему почудилось, будто все конфеты, висящие на потолке над ним, разом осыпались на него, бесконечно стремясь вниз, но так и не достигая цели. А затем он почувствовал, как внутри него стало что-то расти и растягивать стенки. Это не было больно или дискомфортно, это было скорее странно и очень непривычно. Сэм замер над ним, улёгшись почти целиком, продолжая пытаться держать свой вес на локтях, но так и не вышел, целуя и прикусывая свою метку. Узел достиг своего максимума и стал медленно опадать. Сцепка не заняла и десяти минут, за которые альфа и омега не переставали целоваться и медленно ласкать друг друга. Когда всё было закончено, Габриэль с Сэмом ещё понежились в объятиях друг друга и стали собираться, ведь на часах была уже почти полночь. Винчестер проводил своего омегу до дома, поцеловав на прощание не только в губы, но и в низ живота, опустившись на одно колено и задрав край его футболки. Гейб на это только рассмеялся и, пожелав спокойной ночи, скрылся в доме. Сэм возвращался домой с улыбкой и надеждой, что у них с его парой всё получится, в своей голове он обдумывал и ещё одно важное решение. * Кастиэль с Дином проснулись достаточно поздно от того, что внизу кто-то разговаривал. Услышав плач ребёнка, они поняли, что вернулись Михаил с Адамом, но вылезать из кровати всё же не спешили. На часах было уже около двух часов дня. Ничего удивительного, что они проспали так долго, после такой ночки-то, закончившейся уже под утро. Кас сморщился и уткнулся в плечо Винчестера, сопя ему на ухо. - Доброе утро, солнышко! - Дииин, - простонал в ответ тот, - у меня всё болит. - Где болит? – усмехнулся альфа, догадываясь, где может болеть у омеги после вчерашнего. - Ты знаешь где. А ещё живот. Наверное, не стоило вчера так много заниматься любовью. Врач сказал, что мне теперь нельзя напрягаться. Дин на это только рассмеялся. - Касси, ты сам вчера оседлал меня и не хотел слезать, ты просто превратился в секс-машину! Нет, я вовсе не жалуюсь, мне всё очень понравилось, вот только, как видишь, эти скачки абсолютно не были по душе нашему малышу. Так что в следующий раз ты не станешь перенимать инициативу, и мы будем делать это медленно и осторожно, идёт? Кастиэль посмотрел на альфу заспанными, но очень влюблёнными глазами. Слова Дина грели душу, эти его «нашему малышу» были так приятны, а упоминания следующего раза просто заставляли счастливо улыбнуться. - Идёт, - он потянулся к Винчестеру и поцеловал его, тут же отстраняясь. – Ой, прости, мне, наверное, следовало сначала почистить зубы. - У меня та же проблема, так что забей, - Дин снова притянул омегу и уже сам приник к его губам, целуя нежно, но без какого-либо намёка на большее. – Мы с тобой два хулигана: ты прогулял учёбу, я работу. Бобби с меня шкуру сдерёт, но знаешь… мне всё равно, - снова поцеловал альфа Кастиэля. В дверь постучали. На пороге появился Михаил, радостно улыбающийся, глядя на сладкую парочку. - Помирились! – констатировал он. – Доброго утречка! Точнее уже давно дня. Спускайтесь вниз, сейчас будем обедать. - Миш? Ты не злишься? – удивлённо уставился на брата Кас. - А должен? Я ещё перед вашим отъездом на каникулы обещал Дину долгую и мучительную смерть, если он обидит тебя. Как видишь, пока поводов он мне ещё не давал, - усмехнулся альфа, видя, как Винчестер обнял за плечи его младшего брата и чмокнул в щёчку. – А что касается беременности… Поздравляю! Знаешь, Кастиэль, я знаю тебя с пелёнок, и твои проблемы с доверием… Я рад, что всё случилось именно так. Давно пора было вылезти из своей скорлупы, и это здорово, что Дин тебе в этом помог. - Спасибо, чувак! – расплылся улыбкой Винчестер. – Мы скоро спустимся. Когда за Михаилом закрылась дверь, Дин крепко обнял Каса и зарылся носом в его макушку. - Я люблю тебя, котёнок. - Я тоже тебя люблю, Дин, - счастливо улыбаясь, сказал омега, почёсывая шею. - Ну-ка, дай посмотреть, - поймал руку Кастиэля альфа и поцеловал её, затем отстраняя. На коже прямо над ключицей виднелось две аккуратные маленькие дырочки, уже почти заросшие, и вскоре обещающие стать чёткими шрамиками. Вокруг них образовалось еле заметное пятнышко, сейчас едва отличимое по цвету от кожи. Если не присматриваться, то и не заметишь, что здесь вообще что-то есть, но Дин смотрел во все глаза, и не мог до конца поверить. - Кааас! У нас получилось! Метка! Она проступает! - Д-дин? Ты уверен? – рефлекторно схватился за шею Кастиэль. - На все 100%! Это правда! Ты…ты мой истинный, Кас! – уже шёпотом добавил альфа, крепко обнимая теперь уже точно своего омегу и целуя его в лоб. - Дииин, - мурлыкнул в его объятиях Кастиэль, довольно прильнув. * За обедом Кас продемонстрировал расцветающую метку брату и Адаму, на что те так обрадовались, что бросились обнимать ребят. Михаил даже на радостях толкнул речь о том, что отныне они с мужем считают Дина членом своей семьи. Когда Винчестер осторожно намекнул, что его младший братишка уже давно как тоже имеет на это право, Миша пообещал надрать уши Габриэлю, что посмел скрыть от него такую новость. Возвращались домой они вечером. Ещё в пути Дин поставил ультиматум, что Кастиэль отныне должен жить с ним как его пара и папа их будущего ребёнка, поэтому сегодня он ночует у него, а завтра после учёбы/работы они едут к Новакам и рассказывают о них и о малыше родителям Каса. Так же альфа упомянул об их разговоре с Габриэлем, где омега отказался жить у Винчестеров без брата. Кастиэль на это только смущённо улыбнулся. Не было ничего удивительного, что Сэм был уже дома, и Гейб был тоже у них. Войдя в дом, Дин даже растерялся от запахов, исходящих со стороны кухни. Он уже привык заставать брата обнимающего, целующего своего ушастика, перестал беситься из-за звуков, доносившихся из комнаты младшего, в общем, полностью свыкся с тем, что его Сэмми уже не двенадцатилетний малыш с пухлыми щёчками, а состоявшийся мужчина со своей личной жизнью и всеми вытекающими из этого последствиями. Но вот готовил Габриэль довольно редко, обычно этим двоим было просто не до того, поэтому сейчас, словно одержимый, шёл на запах еды, таща за собой и Кастиэля. - Ты что-то жаришь? – громко спросил альфа. Гейб даже дёрнулся из-за этого от неожиданности. – Т.е. я был уверен, что жарить – это исключительно привилегия Сэма, - спошлил Дин, сам же улыбнувшись своей шутке. - И тебе привет, горе-папаша. Касси! – увидел омега брата и бросился обнимать его. – Ты выглядишь… счастливым? - Да, Габриэль. Мы с Дином помирились и хотели вам кое-что рассказать. - Если вы о ребёнке, то мы как бы в курсе. Привет, ребята, - в кухню вошёл Сэм, пришедший на шум. - Мы в курсе, что вы в курсе, - прыснул Дин, - но мы хотели бы сделать одно официальное заявление. Кастиэль отныне будет жить здесь, со мной, в качестве моей истинной пары, так что можешь паковать свои манатки, Гейб, ты тоже переезжаешь. И да, позвони Михаилу, он обещал сделать тебе ата-та, что не рассказал ему о Сэме. В кухне воцарилась тишина. Первым ступор прошёл у Габриэля, который бросился к брату, хватая того за ворот рубашки, и рывком дёргая в разные стороны, благо верхнюю пуговицу ранее уже оторвал Аластар. На шее Кастиэля виднелась уже заметно потемневшая метка с двумя маленькими точками-шрамами в центре. - Ты это сделал! Ты пометил его! – восторженно закричал Габриэль. - И он действительно оказался твоим истинным! – поддержал омегу Сэм. - Чудеса случаются, - притянул пару к себе Дин и поцеловал в висок. Кас счастливо мурлыкнул в ответ. – Мне одному кажется, что что-то подгорело? Ужин прошёл на повышенных восторженных тонах, в атмосфере, наполненной радостью и семейным уютом. Кастиэль впервые ночевал у своего возлюбленного, засыпая на тёплом плече своей пары. В эту ночь они смогли дать достойный ответ Сэму с Габриэлем, мучавшими Дина эмоциональными проявлениями своей любви слишком долго. И на утро ни одному из них не было за это стыдно.