My pure Soul

С гордой осанкой он зашёл в переполненный студентами зал — толпа тут же расступилась. Не такой, как другие. Особенный. Чёрный смокинг, рубашка, галстук и лакированные туфли — идеальный лук. Его смоляные волосы были зачёсаны назад, открывая ярко выраженные скулы. Вокруг начал расплываться шепот: «Кто этот парень?» «Наверно наследник какой-то фирмы.» «Его родители богаты?» А он шёл, не оборачиваясь, всем видом показывая свою аристократичность. Незнакомец поднялся на сцену, прервав на полуслове какого-то нудного профессора, говорящего свою речь. Сел за рояль, опуская свои длинные пальцы на чёрно-белые клавиши. Музыка, словно гром, озарила всё помещение. Я не знал, что это за композитор, но было ясно одно — эта музыка завораживала, заставляя смотреть на того человека. Но он не остался в долгу: тяжелый, прожигающий взгляд упал на меня в ответ. Казалось, этот юноша выскребал мне душу, даже не сказав и слова. Что же это?

***

Там, где заканчивается жизнь грешных смертных, есть свои загадки и секреты… — Я не хочу, как мои братья, служить тебе и смотреть на эти мерзкие души! — пылая, кричал наследник. — Ты ведь знаешь, что не сядешь на этот трон без ритуала. Не забывайся кто ты. Ты не чистокровный демон, — властно прорычал Сатана в ответ. — Отец, я сильнейший из всех демонов ада — зачем мне эта душа? — Метка на твоём теле — это запечатанная сила. Я не посажу на трон получеловека, полу-демона. Убирайся! Огненный демон вышел из покоев весь в языках чёрного пламени, воспламеняясь от злости и обиды. Сын Сатаны и человека. Но мать Чона была не просто человеком. Белоснежные волосы, кожа, голубые, словно небо, глаза: она была той, в чьих жилах текла кровь небесных существ — полуангелом. Когда рай узнал о зачатии ребенка, то был против его рождения, ведь тот мог уничтожить три мира: мир людей, ангелов и демонов. Женщина не позволила убить сына: она поставила на крохотном теле печати, которые тянулись чёрными полосами от пят, к самому сердцу малыша. Таким образом, мать защитила младенца, запечатав его могущество. Чонгук отправился в свою излюбленное место в подземелье, где мог насладиться одиночеством. На нижнем уровне ада, была огромная пропасть, где мучились души людей, которые сошли с праведного пути в последние дни своей жизни. Там было тихо, спокойно, гробовая тишина давала возможность успокоиться и укротить пламя. В этот момент Гук напоминал дракона, который воспламенял себя, дабы, защитится от окружающего мира, показывая свои силы, пугая врага. Через какое-то время огонь испарился, и юноша глубоко выдохнул, полностью успокаиваясь. Всё бы ничего, если бы рядом с парнем, из алого свечения не появился друг и правая рука наследника — Данталиан. Дант был сильным демоном, который толкал людей на ужасные поступки, скидывая в ущелье. Собственно, все те души, что копошились внизу пропасти — его работа. Так же, он был одним из тех, кто часто находился в человеческом мире, поэтому Чон называл его просто — Хосок. — Чего ты опять тут сидишь? Это вообще-то моя территория, господин наследничек! — Хо засмеялся, усаживаясь на край скалистого обрыва. — Снова с Владыкой повздорили? — Не хочу об этом говорить, — фыркнул Чон, — Я отправляюсь в мир людей. Мне давно за тысячу лет — я имею право сесть на трон и занять место старика. Хосок понимающе кивал, но потом резко остановился и изумлённо округлил свои чёрные глаза: — Погоди-ка. Мир людей? — Именно. Я найду эту душу, поглощу её и вернусь домой. Это не займёт много времени, люди слишком мелочные, легко поддаются соблазнам. — И когда же ты собираешься трансгрессировать? В этом мире не так легко жить, как ты можешь подумать. — Завтра, когда в мире людей будет закат. Мне плевать, я сильнейший демон, так почему я должен волноваться? — Люди не такие простые создания, — заметил Данталиан. — Они могут легко одурачить, заворожить. Будь готов к этому, ведь даже твой отец не устоял и поддался чарам человека. После разговора Хосок отправился в мир людей. Посиделки посиделками, а работать нужно. Душа — это не просто слово, которое описывается в книгах, нет. Душа — это жизнь человека. Именно душа отходит в иной мир, то есть — жизнь, которую ты прожил. По нитям души можно определить кто ты, как жил и что будет с тобой после смерти. «Моя печать — моя преграда, стоит только избавиться, стоит только проглотить душу, и я стану свободным, стану сильнейшим существом. И после, все мира склонятся передо мной на коленях. Скоро настанет конец» — оскалившись, наследник перешагнул через порог врат ада, оставляя позади горящие земли.

***

Переместившись в человеческий мир, Чон бегло осмотрел всё вокруг и понял, что ему нужно сменить одежду — разгуливать в штанах из кожи мучеников и голым торсом не входило в дресс-код людей. Демон щёлкнул пальцами и по правую сторону от него образовался огненный круг, из которого восстал Данталиан. Мотнув рыжей макушкой и оглядевшись по сторонам, толкнул наследника в плечо, заталкивая в тёмный переулок между домами. — Ты совсем с ума сошёл?! А если бы смертные увидели моё появление?! — Вопил Хосок, судорожно взмахивая руками, — Ты думаешь люди тоже так перемещаются? — Не увидел же никто, не наводи панику. Это всего лишь глупые людишки — что они могут вообще? — Глаза Чона медленно заливались чёрной краской, а зубы сжимались плотнее, сдерживая злость. — Не смей при людях показывать свои способности и раскрывать свою сущность — это против правил. Даже ты должен их соблюдать! — Я понял тебя. Голос Гука стал спокойнее, а чёрные тени в глазах начали уходить тонкими паутинками к краям. — И вообще, я тебя не нотации читать вызвал. Мне нужна человеческая одежда. — Хорошо, Господин. Посиди здесь, никуда не уходи, ни с кем не говори, и, аве Сатана, пожалуйста, не натвори глупостей. Через мгновение, Хо исчез, оставляя после себя лишь выжженную землю от демонического перемещения. Чонгуку оставалось только послушно умоститься на крышку мусорного бака и ждать своих новых одеяний. Но в человеческом мире не бывает спокойных деньков, поэтому, к наследнику поспешно приближались трое мальчишек-подростков. Юноши выглядели расхлябано, как те, кто задирает слабых, прогуливает уроки и связывается с плохими компаниями, вот так быстро спуская свою бесценную жизнь в дыру. — Так-так-так, что это в нашем месте делает такая шавка? — фыркнул один из школьников, очевидно самый главный в шайке, так как был самым упитанным. Чон же не обратил внимания, скажем больше: он даже не думал, что это обратились к его королевской персоне. Мальчишки же подошли вплотную к мусорному баку, на котором восседал наследник. — Ты глухой? Мамашка не учила отвечать, когда с тобой говорят, шавка? — нагло сплюнув у голых ступней демона, возмутился хулиган. Один из школьников со всей силы толкнул бак так, что тот сотрясся, создавая неприятные вибрации по телу Гука. — Вы, видимо, совсем жизнь не цените, раз заговорили со мной, человеческие отпрыски. Чон, на удивление, держал себя в руках — он не хотел возвращаться в подземельный мир за нарушение правил. Спрыгнув с мусорки, парень стал отходить от шайки дебоширов, как один из них схватил Чона за запястье. — Куда это ты собрался? Разве я разрешал уходить? Что за борзый паренёк нам попался, пацаны. Шайка хулиганов захохотала, нагло высмеивая дитя ада в лицо. Один из людей достал из кармана пачку сигарет, подкурив, трое окружили наследника. — Чё голышом разгуливаешь? Может ты извращенец? Так может тебе преподать урок? — Школьник поднёс сигарету к оголенной ключице Чонгука, вдавливая в плоть, пока ярко-красный огонек не перестает гореть. Но каково было удивление парнишек, когда место, об которое секунду назад была затушена сигарета, стало прежним, без единого покраснения или волдыря. — Я же хотел уйти, хотел по-хорошему, по-человечески. Зачем людям мозг и инстинкты, если вы не используете их? Чон медленно поднял голову, скрипнув зубами, белки демонического создания начали изменяться: тонкие нити чёрного цвета плели замысловатые сплетения из уголков глаза к самому зрачку, заползая внутрь, словно ядовитые змеи, и оседая где-то на дне. Схватив близ стоящего подростка за запястье, наследник слегка сжал его, после чего послышался приглушённый хруст, и кисть неестественно повисла, болтаясь на плотной коже. По тёмному переулку раздался крик школьника, эхом отбиваясь от стен, режа идеальный, тонкий слух Чона. Остальные участники «банды», увидев, что случилось с их лидером, рванули к выходу, оставив друга содрогаться от боли и захлебываться слезами. Но к сожалению самого Гука, эту картину успел увидеть Хосок. Кинув в господина пакет и отпустив смачный подзатыльник, Данталиант принялся отчитывать того. — Я тебе что говорил? Я оставил тебя на пять минут, а ты уже успел дел натворить. Я же просил тебя! — чуть не пища, продолжал возмущаться друг. — Как ты собираешься жить в мире людей, если первому попавшемуся человеку руки выламываешь? Да ещё и демоническую форму контролировать не можешь. Тебе бы дома сидеть и горючий коктейль через соломинку попивать, а не в мире людей с голой жопой разгуливать, Господин горе наследничек. — Он первый начал. Он хотел проткнуть меня этой штуковиной, — обижено выпятив нижнюю губу, Чонгук указал на окурок. — Сигарета? Вот это копье. Как ты выжил? — Обречённо посмотрев на мусор, пробубнил Хо. — Это наркотик для людей, он бы не убил тебя. Как можно отправляться в иной мир и даже минимальных знаний о нём не иметь? — Я буду себя контролировать. А ты перестань возмущаться и указывать мне. Не забывайся, — натягивая на себя чёрную толстовку, огрызнулся виновник торжества. Через пару минут, нагое тело было прикрыто, на ногах идеально сидели чёрные джинсы и берцы, в тон новой одежки. Переодевшись, обитатели огненного мира вышли на пешеходную улицу. На город уже спускались сумерки, а людей становилось всё больше — все шумели, смеялись, бурно обсуждали свои дела. По проезжей части носились машины и автобусы, забитые людьми, которые безотрывно смотрели в свои гаджеты. Разнообразные звуки смешивались между собой, создавая волны, которые раздражали идеальный слух демона. — Как ты терпишь этот шум? Это невыносимо! Гук прикрыл уши руками, дабы заблокировать подачу ударных волн. Хотелось всё бросить, и вернулся домой, чтобы мозги не сотрясались от ужасных перешёптываний этого мира. — Успокойся, ты привыкнешь к этому. Расслабься. Сосредоточься на одном звуке, и тогда остальные отправятся на задний план. Не вслушивайся. Чонгук прикрыл глаза, пытаясь в мыслях распределить шорохи по полочкам, абстрагируюсь и подстраиваясь под ритмы жизни человечества. Совет Хосока действительно помог — звуки стали менее раздражающие. Хо проводил Чона в своё «логово», в котором он жил, когда находился в мире людей слишком долго. Это была небольшая комнатушка, которая не отличалась хорошим ремонтом или милыми соседями. Обычная. В углу, недалеко от окна, стояла кровать, рядом с ней — изветшалая тумбочка; ближе к маленькому окошку стоял стул и небольшой стол. В другой части квартирки, которая была ограждена тонкой стеночкой, стояла плита и холодильник. Обычна маленькая душевая, с куском разбитого зеркала, которое было криво прикреплено к плитке. Пожалуй, это всё, что можно было найти в этом помещении. Окно было действительно крохотным, поэтому лучей света пробивалось очень мало, что и нужно демону. — Мне пора — из-за твоего ухода мне прибавилось хлопот. Твои братья, не довольны тем, что ты будешь жить в мире людей. Особенно негодует он, — неоднозначно посмотрев на друга, протараторил Данталиан. — Плевать, — фыркнул наследник. — Прошу простить, Господин, я удаляюсь. Поклонившись будущему владыке, Хосок покрылся языками алого пламени и исчез. Юный демон устал от всего, что произошло: много шума, разные запахи, а сколько душ и плоти, которые так и хочется попробовать на вкус. Свалившись на ветхую кровать, парень заснул…