Клубничная фея

У каждого человека есть свои недостатки. Это нормально, ведь никто не идеален. Что-то мы можем принять, а с чем-то ну никак не можем смириться. Кого-то раздражает в людях высокомерие, кого-то жадность или лживость, кто-то не может терпеть навязчивость, а я не терплю Ким Сокджина. Меня раздражает в нем всё, начиная с милой улыбочки на губах и заканчивая розовыми кроссовками на ногах. Просто сам факт его существования не даёт мне свободно дышать и жить припеваючи. Сокджина в нашем районе знают все, от мала до велика, и эти «все» просто души в нём не чают. Каждый радуется встрече с ним, будто это не какой-то мутный парень, а сам ангел с небес спустился. Его даже прозвали клубничной феей. Стоит ли уточнять, что это прозвище меня жутко раздражает? Сидя на пороге собственного дома, я, с превеликим недовольством и парой возмущённых ругательств себе под нос, заприметил невдалеке знакомый велосипед, который неумолимо приближался. Я даже взгляд отводить не стал, надеясь, что может так мои проклятия хоть разок сработают, и эта клубничная фея навернётся с велика, ну или хоть мимо проедет. Но нет, видимо, мой убийственный взгляд еще не достаточно натренирован. — Утречко доброе, Намджуни! — Сокджин, сияя улыбкой так, будто подтяжку лица сделал, остановился у моего дома и, взяв из велосипедной корзины упаковку (такую же розовую, как его тонкий свитер) клубничного молока, направился ко мне. — Как спалось? Что снилось? — Поросята с дробовиками, — ворчливо буркнул я. — Интересно. — Очень. — Вот, возьми, — сев рядом, он протянул мне клубничное молоко. — Ты думаешь, я не достаточно состоятелен, чтобы самостоятельно купить себе молоко? — Я думаю, что это очень мило и приятно, когда тебе привозят его к завтраку, — повёл плечом и улыбнулся еще шире. — У тебя лишние деньги и некуда их деть? — Мне нравится тратить их на то, чтобы радовать моих соседей. — Мы с тобой не соседи. — Мы живём в одном районе. Конечно, мы соседи! — он поднялся, поставив на то место, где сидел, так и не взятое мной из его рук молоко. — Хорошего и сладкого дня тебе сегодня! — махнул на прощанье рукой, поехав к следующему дому. — Не хватало мне еще и кроме тебя такой сладости, — проворчал, глядя ему вслед. — Слишком приторный. Боюсь, стошнит.

***

— Утречко доброе! — Доброе? Какое еще доброе? — спросил я, недовольно поморщившись. — Слепой что ли? Тучи вон, — кивнул на небо. — Походу, весь день дождь будет лить. — Разве какие-то тучи могут помешать утру быть добрым? — Сокджин как всегда беззаботно улыбнулся, протягивая мне клубничное молоко. — И правда, сильней тебя испортить утро ничто неспособно. — Как спалось? Что снилось? — то ли не услышал он мою последнюю фразу, то ли сделал вид. — Зомби-апокалипсис. — Не весело, - сел рядом. — Очень даже наоборот. Когда я стрелял в зомби, во все стороны летели мозги и кишки. Захватывающее зрелище. — А мне снились котята, — сказал таким тоном, будто извинялся за свой простецкий сон. — Розовые? — Почему розовые? — непонимающе посмотрел на меня. — Белые. — Неожиданно. — А еще я вчера… — Ты мне душу излить решил? — перебил его я. — Не надо. Мне не интересно. — Ладно, — он поднялся и улыбнулся. — Солнечного тебе сегодня дня! — Тучи на небе, напоминаю для слепых и недалёких, — буркнул в удаляющуюся спину.

***

— Утречко доброе! — розовые кроссовки мягко ступили на мой аккуратный газон. — Дорожка вообще-то левее. Не заметил? — тут же ворчливо отреагировал я. — Мне нравится ходить по траве, — Сокджин улыбнулся, взглянув себе под ноги. — А мне нравится отстреливать паразитов, портящих мой газон. Что будем делать? — Не будь занудой, — протянул капризно он, надув розовые губы. — Не будь дебилом. Однако мой грозный взгляд уже в который раз снова не сработал, и тот как шёл по газону, так и продолжил свой путь. — Что снилось сегодня? — Инопланетяне в подгузниках. — Много? — поинтересовался серьёзно. — Штук сорок. — Выпей при мне, — протянул мне упаковку. — А то мне кажется, что ты его не пьёшь, а просто выбрасываешь. Не хочу зря тратить деньги. — А мне казалось, что ты как раз-то любишь их тратить зря, — я фыркнул и, взяв молоко, поставил его на пол рядом с собой. — Я же попросил его выпить. — А я не согласился выполнить твою просьбу. — А если я скажу «пожалуйста»? — мило захлопал ресничками. — Да хоть ножом мне угрожай. Сказал ведь, не буду. Ты ко всем своим соседям так пристаёшь? Бедные люди. — Нет, не ко всем. Так сильно нравишься мне только ты. — Что? — я поднял на него растерянный взгляд. — Побольше улыбок тебе сегодня! — он поспешно кивнул мне и направился обратно к велосипеду, на этот раз уже по дорожке.

***

— Намджуни! Утречко доброе! — и клубничная фея грохнулся с велика. — Юху! — воскликнул я. Однако это «юху» прозвучало не так радостно, как ожидалось. — Живой? — как можно более равнодушно поинтересовался я спустя полминуты у Сокджина, отряхивающего голубые джинсы. — Я в порядке, — радостно заявил тот. — Только вот колени немного ободрал. — Ничего, главное, розовый свитер цел. — Ага, — отозвался тот, будто не заметив сарказма в моём голосе. — Как спалось? — слегка прихрамывая, направился ко мне. — Что снилось? — Розовые бегемотики. Тот еще кошмар. Всю ночь в холодном поту просыпался. — Забавно, — он улыбнулся и протянул мне молоко. — Выпьешь? — В следующей жизни. — Надеюсь, и в следующей жизни мы будем соседями. — В таком случае, очень надеюсь, что реинкарнация — лишь миф, - хмыкнул я. - Тебе йода или перекиси принести? — кивнул на его исцарапанные в рваных джинсах колени. — Я в порядке, не стоит беспокоиться. — А я и не беспокоюсь, — я перевёл взгляд с его коленей на газон. — Из вежливости спросил. — Ну тогда... Удачного дня! — он улыбнулся и, махнув рукой, заковылял обратно к велику. — До завтра!

***

— Утречко доброе, Намджуни! Что снилось? - раздался как всегда полный позитива голос. — Меня уже задолбал этот вечный вопрос! — Кажется, у тебя сегодня плохое настроение, — пробубнил Сокджин, вздохнув. — Просто у тебя интересные сны, — растянул губы в улыбке. — Вовсе нет. Если так хочется всучить своё клубничное молоко, то почему бы просто не оставлять его молча и не ехать дальше? - я сердито свёл брови на переносице, снова и снова пытаясь испепелить взглядом этого бесючего парня. — Мне нравится говорить с тобой. — А мне нет! Ты портишь мне настроение своим видом и болтовнёй каждое долбаное утро! Бесишь меня! — Не думаю, что это так, — он мягко улыбнулся. — Ты наивно полагаешь, что знаешь о моих мыслях и чувствах лучше меня? — я повёл бровью и фыркнул. — Клубничная фея, я ненавижу тебя. Усёк? — Тогда почему ты каждое утро ждёшь меня на крыльце? Я на секунду даже растерялся от подобного вопроса. — Но… Я вовсе... не жду, — поспешно замахал я головой. — Я выхожу проверить, как погода. — В шесть утра? — Сокджин недоверчиво сощурился. — А почему бы и не в шесть? У нас свободная страна! — я вскочил. — Захочу, буду в пять выходить! — Чего тогда так занервничал? - он усмехнулся. - Аж покраснел весь. — Это всё от злости. Видишь, как бесишь меня? — ткнул пальцем в свою красную щеку. — Довёл человека! — Просто поцелуй меня, раз так сильно хочешь, — заявил вдруг тот, уверенно шагнув ко мне и подставляя губы. — Что? — я поражённо уставился на него. — Но я не хочу, — замотал отрицательно головой. — А я хочу, — и он, сделав еще шаг, мягко коснулся своими клубничными губами моих.