Это не шутка. Это ВОЙНА!

День за днем, бой за боем армия правосудия и спецподразделение набирали силу, выигрывали, но также и проигрывали. Сплоченность росла, слаженность переходила на новые уровни. Со временем ребята научились понимать друг друга и без всяких слов, лишь по одному взгляду или взмаху было понятно, чего хотели донести. В каких только уголках Вест-Норд-Блю им не пришлось побывать. Правда, в Ист-Блю и Саус-Блю им заданий еще не давали, что порой злило капитана. Он сам был родом из Ист-Блю, как и еще несколько человек из подразделения, и как никто другой волновался за свою родину. Но ничего не мог поделать, те, кто выше не хотели пока пускать их в ту часть света. Команда по-прежнему продолжала работать с Джонни их подопечными, но это случалось лишь тогда, когда их задания проходили в Вест-Блю, как вышло и в этот раз. - Итак, ребятки, - обратил на себя внимание уже всем известный Джонни, когда все летели на вертолете к месту назначения, - В этот раз задание будет не самое сложно, но чертовски важное. Наша главная база находится под угрозой, да и вообще по всему Вест-Блю идут ожесточенные бои. Так еще плюс к этому – и на госпиталь идет ожесточенное наступление. На базу уже напали подопечные Тича, а вот о госпитале идут только разговоры, но лучше ведь перестраховаться, чем потом потерять всех Солдатов и врачей. Но мы реально проигрываем в этой битве, поэтому нам необходимо подкрепление! - все это Джонни рассказывал с большим воодушевлением и на эмоциях. То ли он был потрясен, то ли растерян, то ли просто предвкушал хорошую работу в очередной раз с особым подразделением. – Отряды Тича как с цепи сорвались! Видимо решили сделать последний рывок и окончательно покончить с нами. Ну, как-то так. - А как же другие группировки? – поинтересовался Зоро. Являясь правой рукой и самой приближенной персоной к капитану, он решал все те вопросы, которые не нуждались во вмешательстве Луффи. - Да куда уж. – С досадой практически прокричал сослуживец. – Все заняты на других концах света, ни у одних же нас такая проблема. Всё подкрепление, которое могло быть – уже на поле боя. Но, как видите, этого мало. Как будто все дивизии Тича теперь в Вест-Блю сосредоточены. У нас потери за потерями. Поэтому высшие органы власти дали мне разрешение на помощь спецподразделения, то есть на вашу. Такие дела. - Все настолько плохо? – поинтересовался Санджи. - Да не то, чтобы очень, - находясь в отчаянии, отвечал Джонни. Похоже, он был и правда подавлен. Он дорожил каждым своим солдатом, а тут гибнут сотни его помощников. – Просто такими темпами – Вест-Блю будет в руках Тича. И тогда мы уже ничего не сможем сделать. Вопросы отпали. Оставалось только помочь. Но большая ли надежда всего лишь на девять человек? Будет хорошо, если смогут что-либо сделать. Но, судя по описанию командира… Тут сложно будет что-то предпринять. Но их долг остается неизменным. Они сделают все, что в их силах. И даже больше.

***

Прибыв в лагерь, без всяких разборов и перекуров собрали совещание, где проработали план действий, разделились на команды и поставили определенные задачи перед каждым. По сути вышло всего 6 группировок по 130 тысяч человек. И спец-команду разделили между этими группами, чтобы хотя бы один человек в группе был. Решили, что в первой группе будет только Луффи, который и будет командовать отрядом; во второй Капитан Зоро; В третей поставили Санджи и Брука, которые командуют летчиками. Брук долго возражал, что летчик из него никакой, хотя некоторые источники говорили обратное, но его мало кто слушал, поэтому бедняге пришлось смериться с тем фактом, что скоро ему снова придется сесть за руль самолета, да еще и пристроить куда-нибудь Санджи. В четвертой Чоппер и Робин; в пятой Джонни и Фрэнки и в шестой, которая будет являться стрелковым отрядом, Усопп и Нами. Не смотря на все уверения Монки Д. оставить Нами в его команде, решено было не менять изначальный состав, сказав, что первому отряду достаточно одного человека. Но капитана отряда больше заботило не то, достаточно ли человек для защиты или нет. Плохое предчувствие было у Луффи, но как оно могло сказаться на задании, он еще не знал и даже предположить не мог. Однако интуиция его еще никогда не подводила. Что-то должно случиться. Надо быть всем начеку, и его задача, как капитана, об этом предупредить. Но об этом они поговорят потом. Отдельно. Только составом спец-команды. Лишние уши им ни к чему. Тем временем началось обсуждение подробного плана действий, в котором приняли участие все капитаны и генералы, находившиеся на базе, в том числе и Луффи. Спустя несколько часового спора, все наконец смогли прийти к единому решению и уже проговаривали окончательный и неоговорочный план. - Итак, нужно связаться с 413 батальоном. Пусть отступают на север к берегам горных рек. Подкрепление к ним прибудет в течении 12 часов, надо продержаться до этого времени, другого пути нет. А вашему отряду придется передвигаться довольно быстро, подготовьте их к долгому пути, - обратился Луффи уже к Фрэнки и Джонни. Те двое лишь кивнули в знак согласия и понимания. Капитан тем временем продолжил, - Чоппера и Робин отправим на запад, там уже атаку отстояли, и довольно успешно, но у них большие потери и много раненных. В этой части и находится госпиталь. Туда вы и направитесь после того, как поможете тем, кто остался жив после атаки Тича. По возможности помогите тем, кто в этом еще нуждается и кому можно помочь. В госпитале потом расставите военных по территории, чтобы предотвратить возможное нападение. Двести четырнадцатому отряду вышлем на помощь стрелковый отряд. Их деревня, которую они отстаивают, как раз окружена крепостью, откуда очень хороших обзор для снайперов. Но им придется ждать довольно долго, не меньше дня. Придется тяжко. Сорок шестому батальону на севере нужна поддержка с воздуха, так же туда выдвинусь и я со своим отрядом. Пока ситуация там не стала критическая и армия Тича не взяла столицу, нужно действовать быстро и слажено. И также поступила информация, что делегация Черной бороды надвигается на юге к городам. Туда и пойдет Зоро с командой. Санжди и Брук будут в отряде летчиков и помогут Зоро с неба. На этом следует закончить. У нас слишком мало времени на сборы, поэтому сейчас быстро собираем всех, объявляем об операции, собираемся, вооружаемся и выходим! Надеюсь, двадцати минут вам хватит? – поинтересовался Луффи у Джонни. - Не думаю, но мы приложим усилия для исполнения в этот срок, - учтиво и холодно ответил Джонни. Сам по себе он может и был веселым, немного безответственным разгильдяем. Но такое впечатление он производил лишь в первые минуты общения, однако на службе был серьезен, почтителен к солдатам и чиновникам, любезен и даже иногда очень холоден в приказаниях. За это его очень уважал Луффи, как и все находящиеся на собрании люди. Совещание закончилось, и все быстро побежали готовиться к выходу. В течение всех двадцати минут на базе было сильное движение, отовсюду были слышны голоса капитанов, рядовых и юнкеров. Какие-то были радостные, говорящие «ура, новое задание», а какие-то, наоборот, немного грустные и напряженные. Но через назначенный срок абсолютно все стояли уже на площадке, готовые к выходу. Все солдаты стояли в ряд перед капитанами и генералами. Луффи осматривал все отряды задумчивым взглядом и еще раз прокручивал в голове весь их план наступления. Обговорить спец-команде опасения капитана не удалось, потому что после окончания совещания все были слишком заняты сборами и подготовкой к заданию, что собрать второе, секретное было просто невозможно. Поэтому Луффи остался один на один со своим чувством «что-то должно пойти не так» и мучился от ощущения провала в этой операции. Ни поменять, ни предотвратить уже ничего нельзя, если и был какой-то шанс что-то уберечь, то он пропал после окончания совещания. Луффи нутром чувствовал приближение беды, что все-таки что-то они упустили, но ничего с этим поделать не мог. И это сильнее всего приводило в отчаяние. Он не знал, откуда ждать подвоха, как исправить ситуацию. Теперь он может только ждать и надеяться, что в этот раз его интуиция подведет, хотя такого не случалось еще никогда. Тяжело вздохнув, Луффи посмотрел на своих товарищей, кивнул рядом стоящим капитанам, говоря мысленно «все готово», остальные поддержали его. Все разошлись по команде и отправились в назначенные горячие точки, и операция началась.

***

По приказу после объявления о начале операции, команды летчиков оперативно готовились на взлетной площадке. Бруку и Санджи выделили отдельные самолеты. Капитана отряда не шибко радовала инициатива, что двое из спецотряда, которые возможно, вообще летать не умеют, попали к нему и должны самостоятельно пользоваться летным средством. Но начальство настояло, приходится подчиняться. Брук задумчиво стоял над самолетом, которым должен будет управлять, и проводил по нему рукой, будто гладил, как своего любимого питомца. Он сейчас был не среди летчиков, не на этой земле. Мечник думал о чем-то очень приятном, видимо, что касалось его прошлого. - Сколько же лет прошло с тех пор, когда я последний раз садился за руль? – тихо и грустно прошептал Брук, по прежнему пребывая в собственном мире раздумий и воспоминаний. А правда, сколько? Десять? Или даже пятнадцать? Мужчина уже и забыл. Потерял счет времени. Он и бы и вряд ли вернулся с небес на землю, если бы не подошедший к нему блондин. - Так ты, оказывается, тоже летать умеешь? – спросил товарищ по команде, будучи немного удивленным этому факту. - А ты что, тоже летчик? – не поворачиваясь к Санджи, посмотрел на него Брук. - Я скорее моряк, чем летчик, - честно ответил блондин, сделав затяжку сигареты. – Летал пару раз от силы. Вот в море я бывал часто. Они замолчали. Бруку не особо хотелось говорить. А Санджи молча наблюдал за поведением товарища. Его напрягало это молчание. Особенно, когда он понимал, что от него что-то скрывают. Он сначала не решался заговорить с брюнетом, не хотя его ненароком разозлить. Но тишина его напрягала и он все же решился задать аналогичный вопрос: - А ты? Музыкант повременил с ответом, раздумывая, стоит ли предоставлять информацию блондину? Не то, чтобы он ему не доверял. Просто, принесет ли ему это что-нибудь? Вся эта история довольно скучна. Но, а почему бы и нет, в таком случае? - А что я? – с грустной улыбкой сказал Брук, и сам же себе ответил. - Ничего. Когда-то давно я служил в отряде летчиков. - Ого, - Санджи присвистнул, прибывая в удивленном восхищении. – Не ожидал, честно говоря. Но почему в твоем досье об этом не сказано ни слова? - Ну… - музыкант немного замялся, - вообще-то это была засекреченная информация… О существовании этой базы лишь единицы знают. О ней почти ни в каком деле не пишут. - А почему ты ушел? - Меня отчислили, - честно ответил Брук, невольно вспоминая тот неприятный день, - Я нарушил один из уставов, комендантский час. И взял без разрешения самолет. Ну вот так и вышло. - Вот же, - усмехнулся Санджи, польщенный рассказом. – Из-за такой мелочи вылететь. - Я всегда был довольно беспечен, - с улыбкой подстать товарищу ответил музыкант. - А ведь тебе нравилось летать, - после недолгой паузы с досадой добавил Санджи, утверждая, а не спрашивая товарища. - Очень, - коротко ответил Брук, показывая во всем этом слове, насколько ему нравилось летать. Он на секунду снова погрузился в воспоминания о тех годах. И некая эйфория нахлынула на мужчину. Подумать только, он снова будет летать! Он займется своим любимым делом! И все это благодаря Мугиваре… Насколько же сильно он сейчас был ему благодарен. За то, что он направил его именно в этот отряд. Насколько же этот парень в шляпе внимателен к своим товарищам? Стоило ему как-то во время задания случайно обмолвиться одним словом, что он любит летать на самолетах, и вот он результат. Луффи принял обычные слова во внимание. А ведь на самом деле, он не просто не пропустил их мимо ушей, а начал копать куда глубже, выведал с помощью долгих уговоров открыть ему одну из важных тайн правительства у Сенгоку. Узнал, что эта база была не просто армейским объектом для летчиков, но и одной из засекреченных лабораторий по разработке новых видов военных летных устройств. И Брук там шел на высокое звание, но требования соблюдения устава были слишком строги, поэтому ему не простили обычную оплошность. И лишь после всего этого Луффи удалось выстоять в долгом споре с другими капитанами, чтобы Брука и Санджи зачислили в ряды летчиков. Вот такую нелегкую работу пришлось проделать Монки Д., чтобы осчастливить своего старшего товарища по команде. Но после минутной эйфории Брук взял себя в руки и решил, что нет им смысла больше медлить. – Ладно, пора нам запрыгивать по местам. Давай, не пуха, ни пера, - мужчина поднял кулак вверх. Санджи тоже сжал руку в кулак и ударил по-товарищески об его руку: - К черту.

***

- Так, ребята, нам надо продвигаться тихо! - командовал своей ротой Усопп, будучи довольным тем, что ему наконец удастся повыпендриваться и побыть главным. Все спокойно стояли и слушали указания их предводителя. Нами стояла рядом со снайпером и ждала момента, когда сама сможет сказать свое слово. - Луффи сказал, что наша помощь необходима в городе, которая находится в осаде, поэтому, по мимо всего, мы должны продвигаться быстро! В течении дня перерывов у нас не будет, поэтому не надейтесь на легкий поход. В наших руках судьба целого города! Так что давайте поднажмем! - в ответ послышался одобрительный гул. Мысль, что они могут кого-то спасти, могут что-то в этой страшной войне решить предавала солдатам сил и положительных эмоций. И ни у кого не было мысли о смерти, не было страха перед боем. Только решительность. После того, как все стихли, Усопп продолжил свою речь. - Передвигаться мы будем по карте коротким путем, которая находится у моего заместителя Нами! Девушке не совсем понравилась фраза, что она какой-то заместитель, но промолчала и лишь показала карту солдатам, которую сама и составила. Ни у кого возражений на этот счет не было. И поняв, что вопросов нет, Усопп довольно ухмыльнулся и дал приказ всем следовать за ним. Что может быть лучше, чем быть главным? Такими темпами он может и самого Луффи свергнуть и стать капитаном спецподразделения. Об этом замечтался длинноносый во время похода и даже похихикивал от удовольствия и идеальности своего плана. Однако Нами, не посвященная в его грандиозные планы, не могла разделить его счастья, а лишь отошла с сомнением подальше от хихикающего, задаваясь вопросом "а адекватный ли он вообще?" Так прошагали солдаты почти добрую половину пути в приподнятом боевом настроении, предвкушая будущее сражение и несомненное освобождение города. Все так были уверены в победе, что уже начинали даже думать о том, как они это будут праздновать. Даже вечно дрожащий Усопп сейчас чувствовал неожиданный прилив храбрости. Подразделение все шагало шагало, преодолевая земные неровности и оставляя позади высокие ели, деревья. Но встреча с врагом произошла гораздо раньше, чем рассчитывали и надеялась команда... И, к сожалению, последняя для всех. Внезапно прогремел большой оглушительный взрыв, который не был предусмотрен ни одним человеком в отряде, и никто от него не был застрахован. Затем, фактически сразу, произошел и второй, но уже чуть-чуть в другом месте, как будто этим хотели окончательно уничтожить все живое в данной местности. От этот взрыва поднялось большое облако пыли и грязи, что некоторое время ничего нельзя было увидеть и понять, что произошло. Но когда все же все рассеялось... Ох, лучше бы не рассеивалось... Лишь за одну секунду на месте, где недавно стоял огромный здоровый отряд, находилась лишь большая лужа крови, оторванные, разорванные части людей. Взрыв был настолько мощный, что с уверенностью можно сказать: не уцелел никто. Да и выживших можно пересчитать по пальцам, если они все же остались... А надежда есть лишь у тех, кто находился где-то в начале отряда, рядом с Усоппом и Нами. Но увечья были достаточно серьезными, чтобы сказать "лучше бы они погибли и не мучились". А хуже всех пришлось именно тем, кто был в конце и в середине. В мертвой тишине по горе трупов и крови прошлось три уже знакомых страшных врага правосудия: первые приспешники Тича, которых уже видели на базе оружия. Но среди них был еще один, по сей поры не известный никому мрачный персонаж: Донкихот Дофламинго. От одного его вида становилось не по себе и хотелось подальше убежать от него. Создавалось впечатление, что он сейчас съест тебя. Он шел вдоль леса по тропе, по которой недавно шел отряд Усоппа и широко улыбался, как будто все произошедшее вокруг его не волновало. К сожалению всех людей, он был одним из тех, кто очень любил насилие. Троица других спокойно шла за ним, также не общая внимания на других. Подойдя к началу бывшего отряда, где находились командиры, враги опознали личность рыжеволосой девушки и один из них небрежно схватил Нами и перекинул через плечо, как никому ненужный трофей и пошел дальше, как ни в чем не бывало. Но была лишь одна небольшая проблема: это Усопп. К счастью для себя, он был довольно живучим, а в этой ситуации он не потерял даже сознания. Он видел, как четверка прихватила с собой Нами и не мог допустить того, чтобы они так просто ушли. Если он не сможет их всех перебить, то он должен хотя бы оставить Нами. Это был его долг, как капитана и товарища! Будучи возмущенным своей слабости и наглости врагов, он собрал свои последние силы в кулак и заставил себя подняться. Кряхтя от тяжести в теле, он поднялся на ноги и окликнул четверку. С готовым к бою выставленным на противника своей винтовкой, Усопп держался довольно уверенно и храбро. Но жаль, что этого было недостаточно для того, чтобы удержать четверых здоровых и сильных мужчин из главной семьи Тича. Враги обернулись лицом к выжившему. Они были немного удивлены живучести и крепости парня, но не видели в нем особую угрозу. Устранить его не составляло им большого труда. Поэтому Донкихот даже не волновался на этот счет. В какой-то степени он даже обрадовался, что сможет немного поиздеваться над полуживым парнем. - Я не отдам вам так просто Нами! - в отчаянии прокричал Усопп и выстрелил в Донкихота. Но то ли от повреждений, то ли от излишней ловкости блондина, но длинноносый ни разу не сумел попасть в мужчину, в тот момент, когда тот уже подошел почти в плотную. Дофламинго молча подошел и с силой ударил парня ногой в живот, что тот отлетел на пару метров и потерял моментально равновесие. Блондин не успокоился и на этом. Без всякого интереса, он стал добивать бедного лежащего ногами. Каждый удар приходился Усоппу невыносимой болью в теле, что он уже хотел просто умолять врага убить его. Но для Донкихота это как будто была неинтересная игра, которая должна была его хоть как-то развлечь, но чего-то не доставало для полноты картины. Он бы так и забил парня до смерти, но спокойно стоящие неподалеку трое мужчин решили прервать его. - Хватит, господин. - остановил один из приспешников. - Нас время поджимает. Тич не любит ждать. Пора нам выдвигаться. Оставь его уже. Донкихот остановился на несколько секунд и некоторое время над чем-то молча раздумывал. Потом, решив уже, что делать с мальцом, с силой ударил его ногой в голову, в надежде раскрошить череп в дребезги. Этот удар не прошел для парня легкой травмой. Заметив, что соперник больше не шевелится, Дофламинго презрительно фыркнул и молча пошел вперед троицы. За всю операцию он не проронил ни слова, будучи обиженным на скучность задания. Единственное, что было веселое - это сам взрыв. Ему понравилось то, как оно прогремело, как кричали люди. А дальше все пошло скучнее некуда. И ему это не нравилось. Лучше бы его отправили на поле боя сражаться с Мугиварой - с тем, кого он уже давно хотел прикончить своими собственными руками, замучить Соломенную Шляпу до смерти. Эта мысль только и доставляла удовольствие Дофламинго. А его отправили сюда, в захолустье, под предлогом, что это задание куда важнее всех других.