Магия по-русски.

      Октябрь в Шотландии был мокрый и холодный. Мира, уже успокоившись после пропажи брата, получила около пяти писем от матери, вроде на след брата вышли и сейчас идут поиски. Так же за эти недели слизеринцы, так же как и русские, стали бегать. Теперь в 6 утра можно было наблюдать, как около 30 человек бегают вокруг замка и занимаются спортом. Ещё всегда теперь там, где был Олег Горыныч, там был и Гарри Поттер, потому, что эти двое, стали бегать, и занимаются вместе, и даже учёба у золотого мальчика стала куда лучше. Снейп стал меньше обращать внимание на него и даже пару раз помог, Рон обиделся, а Гермиона лишь фыркнула. Гарри было трудно, вроде: его друзья с первого курса или Олег, но Горыныч есть Горыныч, который плавно и умело переделывал Героя в сильного мага, Гарри нашёл друга и в лице Мирославы, которая увидела в нем потенциал некроманта. Настя же решила заняться имиджем Поттера (Прим. Авт. - Где Анастасия, там и Малфой). Драко и Гарри были не довольны этим, но заперев на 3 часа их в одной комнате, они стали хорошими приятелями. Поэтому теперь Поттер был хорошо одет, с отличной прической, а не как дикобраз. Настя обещала приготовить зелье «Орлиное зрение», чтобы Поттер пропил курс и восстановил своё зрение. Мира однажды сказала: «У тебя шикарные и завораживающие зелёные глаза их нельзя скрывать за очками». Рон и Гермиона были обиженны на своего друга, но пытались быть рядом, на что Олег пожимал плечами и предлагал им свою помощь, в ответ неизменно получал «Нет». Обед, на улице шёл мелкий дождик, а уроки закончились. Гарри и его друзья вошли в холл и у порога застряли — дальше и шага не вступить. На стенде у мраморной лестницы — объявление, возле которого столпилось полсотни учеников. Рон, как самый высокий, встав на цыпочки, громко прочитал через головы: — «Турнир Трёх Волшебников. Делегации из Шармбатона и Дурмстранга прибывают в Хогвартс в ближайшую пятницу — 30 октября в 6 часов вечера. Уроки в этот день закончатся на полчаса раньше…» — «… После уроков всем ученикам отнести сумки с учебниками в спальни и собраться перед замком для встречи иностранных гостей». — Приезжают через неделю! Интересно, Седрик уже знает? Пойду скажу ему! — Эрни МакМиллан из Пуффендуя с загоревшимся взглядом растолкал учеников и устремился к лестнице. — Причём здесь Седрик? — удивился Рон. — Седрик Диггори наверняка будет участвовать в турнире, — пояснил Гарри. — Этот придурок будет представлять Хогвартс? — хмыкнул Рон, выбираясь с друзьями из толпы. — Диггори не придурок. Он тебе не нравится, потому что нанес поражение Гриффиндору. А я слышала, он прекрасный ученик. К тому же староста факультета, — непререкаемым тоном проговорила Гермиона. — Паша говорил, что Седрик пользуется авторитетом у себя на факультете. — Олег шёл тенью возле Поттера. — Паша - это тот четвертый ученик из России? — Да он… полукровка, как вы говорите. — Олег оглядел учеников вокруг. — Зато тебе он очень нравится! Как же, такой красавчик, — подколол её Рон. — Ошибаешься, я сужу о людях не по внешнему виду, — возмутилась Гермиона. — Кха-кха! Ло-кха-кха-нс! — Рон якобы громко откашлялся. А Гарри в его кашле явно послышалась фамилия «Локонс». — Кто такой Локонс? — Олег и Гарри с помощью толпы отошли подальше от Рона и Гермионы и вышли на улицу, где их точно ждала Настя и Драко. — Он вел у нас ЗОТИ на втором курсе, просто идиот, больше пафоса меньше дела, ты бы ему дал бы оценку минус бесконечность из десяти. — Все так ужасно? — Это осознавали все ученики, хотя девчонки зависали по нем, Снейп тогда его уделал на дуэли. — Ха, интересно, а вон и слизеринцы! Настя, ты божественна! — Настя была в белом платье, с кружевными ставками, сверху была серебристая мантия, на ногах сапожки из драконьей кожи. — Спасибо, Олег! Ты умеешь меня смутить, ну что идём? Через неделю уже приеду соперники, а Поттер ещё не готов! — Ты вообще уверен, что тебя затащат туда? — Олег и еще трое учеников направились в сторону озёра. — После того, как ты прочистил мне голову, то скорей всего и в этом году меня куда-нибудь засунут и скорей всего это будет Турнир! — Так, Потти, все время попадает куда-нибудь, то филосовский камень, то Тайная комната! В том году Сириус и Дементоры! — Драко свободно шёл рядом с Настей и Гарри, и вспоминал прошедшие годы и свою промывку мозгов в исполнение Насти. Он ещё не видел такой злой девушки. — Тайная комната? — Да, Салазар Слизерин оставил там Василиска, что бы он уничтожил всех грязнокровок, а Потти его убил на втором курсе. — Хм, интересно может нам туда наведаться? Мира обожает такие места, вдруг что-то новое найдем? — Настя весело посмотрела на Олега, тот лишь закатил глаза вспоминая, как он и Мира спустились в «Запретную комнату» в царском доме и напоролись на гидру. Четверка дошли до озера, там на камне медитировала Мирослава, а Дафна и Забини отрабатывали какое-то заклятие, Нотт же без палочки управлял водой в озере, получалось пока не очень. — Мы пришли! — Олег скинул свою сумку. — И ста лет не прошло! — Мира спрыгнула с камня. — Что так долго? — Там объявление через неделю делегация прилетает. — усмехнувшивсь и посмотрев уже на смеющею Настю, сладким голосом сказал он. — И Виктор тоже… — в ответ него полетел столб огня, но Поттер его перехватил и направил в воду, Мира улыбнулась. — Отлично, Поттер, есть прогресс! — У меня есть учителя! — скинул мантию он. — Начнем, сенсей? — Грр… — с трех сторон напали, белоснежный Барс, красный Волк, огромный трехголовый Дракон. Драко и Забини накинули купол, чтобы их не кто не видел. Дафна и Нотт смотрели за избиением золотой мальчика, хотя на то он и Герой если выживает. Конечно, замок подвергся генеральной уборке. Несколько потемневших портретов хорошенько почистили и помыли, к их вящему недовольству. Портреты ежились в своих рамах, сердито бурчали, кривя влажные розовые лица. Рыцарские доспехи заблестели и задвигали руками без скрипа и скрежета. А Аргус Филч в ярости кидался на ребят, забывших вытереть ноги, и даже довел двух девочек-первокурсниц до слез. Волновались и преподаватели. И вот наступил долгожданный день. Войдя утром в Большой зал, студенты на миг замерли — ночью на стены вывесили огромные флаги всех факультетов: Гриффиндора — красный с золотым львом, Когтеврана — бронзовый орел на синем фоне, желтый с черным барсуком Пуффендуя и зеленое знамя с серебряной змеей Слизерина. Позади профессорского стола развевалось невероятных размеров полотнище с гербом Хогвартса: большая буква «X» в окружении льва, орла, барсука и змеи. Фред с Джорджем уже завтракали. Но опять сидели отдельно от всех и о чем-то шептались, что было им отнюдь не свойственно. И Рон с друзьями, конечно, направился прямо к ним. — А что вы думаете о Турнире? Хотите в нем участвовать? — Олег уже оценил этих двух, как не плохих сотрудников. — Я спросил у Макгонагалл, как будут выбирать участников, а она не говорит, — сокрушался Джордж, — велела замолчать и заняться трансфигурацией енота. — Интересно, что войдёт в состязания? — задумался Рон, но тут же опять оживился. — Держу пари, мы все равно победим, правда, Гарри? Нам к опасностям не привыкать. — Не привыкать-то, не привыкать. Но не перед судейской бригадой, — остудил брата Фред. — А кто обычно судит? — спросил Гарри. — Всегда директора школ-участниц, — подала голос Гермиона, — на Турнире тысяча семьсот девяносто второго года все трое получили увечья. Тогда участники ловили василиска, а он возьми и встань на дыбы. Заметив, что многие с удивлением на неё таращатся, Гермиона, как всегда, начала сердиться: почему все они так мало читают! — Об этом написано в «Истории Хогвартса»! Правда, в ней не все достоверно. Я бы её назвала «Пересмотренная история». Или еще лучше: «Необъективная история Хогвартса. Избранные места. Многие приукрашены». — Ты это про что? — не понял Рон. А Гарри сразу догадался, какая тирада за этим последует. — Про домовых эльфов! — отчетливо и громко произнесла Гермиона, подтвердив догадку Гарри. — Ни одного раза на протяжении тысячи страниц в «Истории» не сказано, что мы все участвуем в жестоком угнетении сотни эльфов. Гарри покачал головой и принялся за омлет. Олег сразу отвернулся от Грейнджер, с ней спорить ему надоело и поэтому он лучше помолчит. — Да поймите же, — втолковывала она зачерствелым гриффиндорцам, — вам меняют простыни, топят камины, моют классы, на вас готовит целая армия крошек-волшебников. И за свой труд они не получают ни сикля. Это настоящие рабы! Рон возвел глаза к потолку, заливавшему зал последними лучами осеннего солнца. Фред проявил повышенный интерес к бекону (близнецы не купили значок «Г.А.В.Н.Э.»). А Джордж сказал: — Слушай, Гермиона, ты-то хоть раз была на кухне? — Конечно, нет, — отрезала Гермиона. — Ученикам… — А мы были, — перебил ее Джордж и ткнул Фреда в бок. — И неоднократно. Воровали еду. И видели домовиков. Они там блаженствуют. Считают, что лучше работы нет! — Потому что они необразованны и внушаемы. Им можно внушить что угодно, — горячо продолжала Гермиона. Олег взглядом нашел слизеринцев и наладив контакт возвел глаза к потолку, Драко решив спасти хоть как-то друга. — Эй, Грейнджер можешь хоть на минуту закрыть свой рот? Аппетит портишь! — Тебя забыли спросить Малфой, — Уизли встал на защиту подруги. — Хватит вам… — устало проговорила Настя. — Сегодня такой день, будьте сдержанней. А ты девушка все-таки, Гермиона, убавь пыл, а то как танк. Не красиво! — и отвернулась от них. В воздухе витало ощущение праздника. На уроках никто себя не утруждал, все мысли были о гостях из Шармбатона и Дурмстранга. Прозвенел звонок. Гарри и Олег поспешили к себе в башню. Оставили в спальне сумки, надели плащи и помчались вниз по лестнице в холл. Деканы факультетов построили учеников в колонны. — Уизли, поправьте шляпу, — командовала профессор Макгонагалл. — Первокурсники, вперед. И пожалуйста, не толкайтесь! Рядами спустились по главной лестнице и выстроились перед замком. Был ясный холодный вечер. Сгущались сумерки. Бледная призрачная луна уже взошла над Запретным лесом. Гарри, стоявший в четвертом ряду между Роном и Олегом, Гермиона была возле Уизли. — Скоро шесть, — взглянув на часы, Рон устремил взгляд на дорогу, ведущую к главным воротам. — На чем, по-твоему, они едут? На поезде? — Сомневаюсь, — сказала Гермиона. — А как тогда? На метлах? — предположил Гарри, глядя в небо, усеянное крупными звездами. Олег усмехнулся и глянул на друга, тот закатил глаза уже зная, что Дурмстранг точно приплывет на корабле. — Не думаю. Путь-то неблизкий. — Может, портал? — терялся в догадках Рон. — А может, у них разрешается трансгрессироваться до семнадцати лет? — На территории Хогвартса трансгрессироваться невозможно, сколько раз тебе говорить, — осекла его Гермиона. Друзья внимательно обшаривали взглядами небо. Ни малейшего признака летящего предмета. Как всегда, тишь и покой. Гарри стал замерзать и поэтому использовал магию огня для внутреннего согревания. К счастью, Дамблдор, стоящий с другими учителями в последнем ряду, в эту минуту воскликнул: — Чует мое сердце — делегация Шармбатона недалеко! — Где? Где? — обрадовались ребята, вертя головами. — Вон! — указал шестикурсник на небо в стороне Запретного леса. Нечто огромное, куда больше метлы, нет, целой сотни метел, летело по иссиня-черному небу, быстро увеличиваясь в размерах. — Дракон! — пискнул насмерть перепуганный первокурсник. — Ты что, дурак? Это летучий дом! — уверенно заявил крошка Дэннис Криви. Его догадка оказалась близка к истине. Гигантская черная тень почти касалась верхушек деревьев. Льющийся из окон замка свет озарил приближающееся чудо — огромную синюю карету, подобную башне. Ее тянула по воздуху дюжина крылатых золотых коней с развевающимися белыми гривами, каждый величиной со слона. Первые три ряда учеников подались назад. Заходя на посадку, карета снижалась с бешеной скоростью. И наконец, с оглушительным громом, от которого Невилл, подпрыгнув, наступил на ногу пятикурснику-слизеринцу копыта золотых коней размером с хорошее блюдо коснулись земли на опушке Запретного леса. Следом приземлилась карета и покатила, подпрыгивая на гигантских колесах; кони кивали исполинскими головами, выпучив огромные огненно-красные глаза. Открылась дверца, украшенная гербом: две скрещенные золотые палочки, из каждой вылетают по три красные звезды; с облучка прыгнул мальчик в голубой мантии, наклонился, что-то нашарил на полу кареты и развернул золотые ступеньки. Тут же почтительно отпрыгнул назад, и из кареты появилась черная лаковая туфля размером не меньше детских санок, и сразу же за ней изумленным зрителям явилась ее обладательница. Таких великанш Гарри никогда в жизни не видел. Неудивительно, что у кареты и лошадей столь впечатляющие габариты! Только один Хагрид мог бы с ней померяться: вряд ли он хоть на сантиметр ее ниже. Впрочем, может, потому, что он привык к Хагриду. Женщина, стоявшая уже на первой ступеньке и озиравшая ряды ошеломленных зрителей, показалась ему все-таки огромнее Хагрида. Она вошла в полосу света, падающего из окон замка, и обнаружилось, что у нее красивое лицо с оливковой кожей, темные, глубокие глаза и крупный орлиный нос, блестящие волосы собраны в низкий пучок на шее. Дама была с головы до ног закутана в черную атласную мантию, на шее и толстых пальцах поблескивали превосходные опалы. Дамблдор зааплодировал. Ученики вторили. Многие вставали на цыпочки, чтобы лучше разглядеть великаншу. Лицо ее расплылось в улыбке. Она подошла к Дамблдору и протянула сверкающую драгоценностями руку. Директор, и сам роста немалого, лишь слегка склонился для поцелуя. — Дорогая мадам Максим! Добро пожаловать в Хогвартс! — Дамблёдорр, — произнесла мадам Максим грудным голосом. — Надеюсь, вы пребываете в добром здʼгавии? — Спасибо. Я в превосходной форме. — Мои ученики, — небрежно махнула она назад огромной ручищей. Гарри, чье внимание было приковано к мадам Максим, только теперь заметил вышедших из кареты подростков лет пятнадцати-шестнадцати. Их было десятка полтора, и все они дрожали от холода в мантиях из тонкого шелка. Кое-кто обмотал голову теплым шарфом. Насколько Гарри мог видеть, все с испугом поглядывали на замок. — Гарри, как думаешь нашего огня хватить на их всех? — Ха-ха, нашел время шутить, — хотя внутри он уже оглядел всех девушек из франции и понял намек друга. — Каʼг-каʼгов уже приехал? — С минуты на минуту ждем, — сказал Дамблдор. — Вы его будете здесь приветствовать или пойдете сразу в замок? — Лучше пойдем в замок. Тут у вас холодно. Только вот кони… — Наш преподаватель ухода за магическими существами сочтет за счастье о них позаботиться. Он вот-вот вернется, только уладит небольшое недоразумение. Его… э-э… подопечные требуют повышенного внимания. — Моим коням нужен сильный конюший. — Мадам Максим явно сомневалась, что хогвартский учитель справится с ее золотыми жеребцами. — Они ошшень кʼгепкие. — Уж поверьте, кому-кому, а Хагриду эта работенка по плечу, — улыбнулся Дамблдор. — Ошшень хоʼгошо! — слегка поклонилась мадам Максим. — Передайте, пожалуйста, мсье 'Агриду что пьют мои кони только ячменный виски. — Непременно передам. — Дамблдор тоже в ответ поклонился. — Следуйте за мной, — величаво махнула ученикам мадам Максим. И хогвартцы расступились, пропуская гостей к каменным ступеням. — А дурмстрангские кони тоже, наверное, не меньше? — обратился Симус Финниган к Гарри и Олегу через головы Парвати и Лаванды. — Будут больше этих — даже Хагриду с ними не справиться, — покачал головой Гарри. — Если, конечно, соплы его уже не прикончили. Интересно, что там у него стряслось? — Может, они убежали? — с надеждой предположил Рон. — Не дай бог! — содрогнулась Гермиона. — Представь себе: соплохвосты ползают по территории замка! Холод начал пробирать до костей. Кто-то поглядывал на небо. Тишину нарушали только фырканье и стук подков золотых коней мадам Максим. — Слышите? — вдруг воскликнул Рон. Откуда-то из темноты донесся престранный звук — погромыхивание, сопровождаемое всасывающим хлюпаньем, как если бы гигантский пылесос двигался по речному руслу. — Озеро! — крикнул Ли Джордан. — Гляньте на озеро. Стоя на возвышении у замка, они отчетливо видели внизу черную гладь воды, которую теперь уже нельзя было назвать гладью. В середине озера появились завихрения, затем огромные пузыри, глинистый берег захлестнули волны, и вдруг в самом центре возникла воронка, как будто на дне вынули огромную затычку. Из самой ее сердцевины медленно поднимался длинный черный шест. Корабельная снасть. — Это мачта, — объяснил он Рону и Гермионе. Величественный корабль неторопливо всплывал из воды, мерцая в лунном свете. У него был странный скелетоподобный вид, как у воскресшего утопленника. Тусклые огни иллюминаторов походили на светящиеся глаза призрака. С оглушительным всплеском корабль наконец весь вынырнул и, покачиваясь на бурлящей воде, заскользил к берегу. Вскоре раздался звук брошенного на мелководье якоря, и на берег спустили трап. С борта потянулись пассажиры, и в иллюминаторах замелькали движущиеся фигуры. Все они величиной не уступали Крэббу с Гойлом! Но вот они вошли в падающий из окон замка свет, и, что не такие они и большие, просто на них надеты лохматые шубы. Человек, шедший первым, был одет в другие меха — гладкие, блестящие, серебристые, под стать волосам. — Дамблдор! — радостно воскликнул он, поднимаясь по склону. — Как поживаете, любезный друг? — Благодарю, прекрасно, профессор Каркаров. Голос у Каркарова бархатный, с льстивой ноткой. Высокий, худой, как и Дамблдор, но седина короткая, а козлиная бородка с завитком на конце едва скрывает безвольный подбородок. Подойдя к Дамблдору он взял его руки в свои и крепко тряхнул. — Старый добрый Хогвартс, — смотрел он, улыбаясь, на замок. Зубы у него желтоватые, а улыбка не вяжется с холодным, проницательным взглядом. — Как хорошо снова быть здесь… Как хорошо… Виктор, иди сюда. В тепло. Вы не против, Дамблдор? Виктор немного простыл… Каркаров поманил одного из учеников, тот подошёл. Крупный, с горбинкой нос, густые черные брови… Рон дернул друга за локоть, что-то зашептал на ухо. Но Гарри и сам узнал гостя. Это был Крам. — Какие люди! — улыбнулся Олег. — Олег! — Витя! — они пожали друг другу руки. — Дядя Игорь! — Олежек! Ты каким тут ветром? — Я потом как-нибудь расскажу! Думаю нужно идти в замок! — Да, ты прав, пойдемте! — и они отправились в замок.

***

Друзья подошли к своему столу. Рон сел лицом к входной двери, у которой толпились дурмстрангцы во главе с Крамом, высматривая, куда сесть. Гости из Шармбатона уже сидели за столом Когтеврана, мрачно озираясь по сторонам. Головы у троих были все еще замотаны теплыми шарфами. — Ничуть не холодно, — сердилась Гермиона. — Неужели трудно было захватить с собой плащи! — Идите к нам, сюда, — махал гостям Рон. — Садитесь! Гермиона, подвинься! — Что? — А-а, уже поздно, — махнул рукой Рон. Виктор Крам с однокашниками двинулись к столу слизеринцев. А Малфой не преминул тут же вступить с Крамом в беседу. — Подлизывайся, подлизывайся, — с досадой проговорил Рон. — Крам все равно видит тебя насквозь. Хотя… ему не привыкать ко всеобщему вниманию. Интересно, где они будут ночевать? Гарри, давай позовем их к нам в спальню! Я не прочь уступить ему свою кровать. А сам могу спать и на раскладушке. Гермиона фыркнула. — Эти будут повеселее шармбатонцев, — заметил Гарри. — Значит ты давно знаешь Виктора? — Да, он частый гость в семье Миры, а так, как детство я часто проводил у них, то конечно знаю Витю. — Везёт, ты так легко можешь с ним разговаривать! — Пф, он простой парень, Гарри, я обязательно вас познакомлю, хотя наверное Мира это сделает раньше меня! — Олег оглядел стол и увидел, как Мира разговаривает с Дафной и поглядывает на Виктора. Дурмстрангцы сняли лохматые шубы и с любопытством разглядывали темный потолок, усеянный звездами. Некоторые, не скрывая восхищения, вертели в руках золотые тарелки и кубки. — Ми-и-и-и-ра! Смотри кто тут. — Яга мило протянула и локтем толкнула кузину. — Виктор Крам! — Настя радостно повысила голос и ловец обратил на неё взгляд. — Настя? — Виктор выглядел очень удивленной, увидев уже вторую знакомую личность за последние 20 минут. — Хэй, хэй! Удивлен? — лучезарно улыбнулась и показала ему «v». — Я Олега видел, но и ты…и…— рыжеволосый демон показывала глазами ещё и на Миру. — Мирослава… — Здравейте Виктор, радвам се да те видя* — Радвам се да те видя, ти си… толкова се е променило — Ти също, булката вече е намерил, мм? — Эй, мы тут только английский и русский знаем! — Настя запротестовала, и хищно улыбнулась. — Мирослава Кощей! Я рад видеть вас в живую, я Иван Морозов, друг Виктора, я многое слышал о вас! — парень лет 17, с каштановыми волосами, ярко голубыми глазами и мешками под глазами, которые говорили о долгой бессоннице. Вообще Иван был смазливый, но личностью запоминающейся. — Очень приятно, вы русский? — Мира оглядела его и глянула на Виктора, тот закатил глаза. — Да, хотя моя мама украинка. — Ясно, Виктор ты главный кандидат в Турнире? — Да, директор всю надежду и веру делает на Виктора… — Иван оглядывает Настю, понимая, что ловить что-то у Миры бесполезно. — Ну, у нас тоже не хилые кондидаты, верно Мира? — Да, одного мы лично готовим! — Кощей улыбнулась и посмотрела на Виктора, тот подмигнул ей. Настя и Дафна хихикнули. Наконец все заняли свои места, и к профессорскому столу потянулись преподаватели, шествие замыкали профессор Дамблдор, профессор Каркаров и мадам Максим. Увидев своего директора, шармбатонцы поспешили встать. За соседними столами раздались смешки. Но подопечные мадам Максим невозмутимо оставались на ногах, покуда великанша не опустилась в кресло по левую руку от Дамблдора, стоявшего за столом в ожидании тишины. — Добрый вечер, леди, джентльмены и привидения, а главное, наши гости, — наконец начал он, лучезарно улыбнувшись иноземным ученикам. — С превеликим удовольствием приветствую вас в Хогвартсе! Уверен, что вы хорошо проведете у нас время. Не сомневаюсь, вы уже успели оценить удобства нашего замка! При этих словах одна из шармбатонских девушек, у которой на голове все еще был шарф, громко хихикнула. — Никто тебя здесь не держит, — буркнула с неприязнью Гермиона. — Как грубо, Гермиона, — Олег протянул и посмотрел на директора. — Официальное открытие Турнира, — как ни в чем не бывало продолжал Дамблдор, — состоится сегодня вечером, сразу же после ужина. Угощайтесь, дорогие друзья, на славу. Ешьте, пейте и чувствуйте себя как дома! Дамблдор сел, а Каркаров сейчас же наклонился к нему и о чем-то оживленно заговорил. Блюда, как всегда, начали наполняться едой. На этот раз эльфы-домовики превзошли себя. Каких только кушаний не было, в том числе и заморских! — А это что? — спросил Рон, указывая на блюдо не то с супом, не то с рагу из моллюсков, стоявшее рядом с йоркширским пудингом из говядины с почками. — Буйябес, — объяснила Гермиона. — Надо же! — удивился Рон. — Это французское блюдо. Я его ела на каникулах позапрошлым летом. Очень вкусно. — Поверю тебе на слово, — сказал Рон и потянулся к привычному пудингу. В зале прибавилось учеников двадцать, не больше, а казалось, яблоку негде упасть. Наверное, из-за одежды гостей. Слишком уж она выделялась на фоне черной хогвартской: под шубами дурмстрангцев оказались кроваво-красные мантии. — Будьте добʼгы, передайте, пожалуйста, буйя-а-бес! — громко попросил чей-то голос. Это была девушка, не сдержавшая смешок во время приветствия Дамблдора. Она наконец-то сняла шарф, и ее белокурые волосы волной падали почти до самого пояса. У нее были большие синие глаза и ровные белые зубы, напомнившие незабвенную улыбку профессора Локонса. Рон покраснел до ушей. Взглянул на девушку, открыл было рот, но вместо слов издал бессмысленное бульканье. — Пожалуйста, — придвинул к ней блюдо Гарри. — Вы уже поели? — Д-да, о-очень вкусно, — заикаясь, проговорил Рон. Девушка взяла блюдо и осторожно понесла к своему столу. Рон таращился на нее, как на неземное диво. Привел его в чувство смешок Гарри. — Вылитая вейла! — осипшим голосом прохрипел Рон. — Глупости, — возмутилась Гермиона. — Ты один уставился на неё с таким идиотским видом. Но она ошибалась. Многие глядели вслед этой девушке, а некоторые, как и Рон, потеряли дар речи. — Говорю тебе, она самая необыкновенная на свете девушка! — вертелся на стуле Рон, стараясь не упускать ее из виду. — В Хогвартсе таких нет. — Кажеться Рон прав, она — вейла, — Олегу стало не по-себе и он посмотрел на Миру, у которой аура была темная, а не такая яркая, как у этой белокурой девушки. — Да, перестаньте вы оба пялиться! — рассердилась Гермиона. — Посмотрите лучше, кто еще пришел в зал. И она кивнула на преподавательский стол. Рядом с профессором Каркаровым сел Людо Бэгмен, а слева от мадам Максим — начальник Перси - мистер Крауч. — Что они тут делают? — удивился Рон. — Они — организаторы Турнира Трех Волшебников. — Гермиона, как всегда, знала все. — Полагаю, приехали посмотреть начало Турнира. Скоро появились вторые блюда, и среди них опять незнакомые. Рон хорошенько рассмотрел светлое бланманже и слегка подвинул его вправо — пусть заметят за столом Когтеврана. Но девушка, похожая на вейлу наверное, была сыта, и бланманже не соблазнило ее. Наконец золотые тарелки опустели, и Дамблдор опять встал с кресла. Зал в ожидании замер. А сидевшие в отдалении от всех близнецы так и впились в директора горящим взглядом. — Торжественный миг приблизился.— Дамблдор оглядел, улыбаясь, обращенные к нему лица. — Турнир Трех Волшебников вот-вот будет открыт. Перед тем как внесут ларец… — Что-что внесут? — не понял Гарри. —… я хотел бы коротко объяснить правила нынешнего Турнира. Но прежде позвольте представить тем, кто не знает, мистера Бартемиуса Крауча, главу Департамента международного магического сотрудничества. — Слушатели вежливо похлопали. — А также Людо Бэгмена, начальника Департамента магических игр и спорта. Бэгмену достались щедрые аплодисменты, наверное благодаря его славе загонщика, а может, просто потому, что вид у него был куда приветливее: Бэгмен оценил аплодисменты, осклабившись и помахав залу рукой, а хмурый Бартемиус Крауч и бровью не повел, когда Дамблдор назвал его имя. На чемпионате мира, вспомнил Гарри, он был в строгом костюме, а сейчас в мантии волшебника выглядел как-то нелепо. Его усы щеточкой и аккуратный пробор странно контрастировали с длинными белыми волосами и бородой Дамблдора. — Мистер Бэгмен и мистер Крауч, организаторы Турнира, без устали работали несколько месяцев, — продолжал Дамблдор. — И они войдут в судейскую бригаду, которая будет судить состязания. При слове «состязания» зал навострил уши, что от Дамблдора не ускользнуло. — Филч, — улыбнулся он, — ларец сюда, пожалуйста. Филч, который до этой минуты прятался где-то в дальнем углу зала, тут же явился к профессорскому столу, неся в руках старинный деревянный ларец, инкрустированный жемчугом. Зал, зашумев, всколыхнулся. Дэннис Криви даже встал на стул, чтобы лучше видеть, но был так мал, что все равно едва возвышался над соседними головами. Филч осторожно поставил ларец перед Дамблдором, и тот продолжил объяснения: — Инструкции к состязаниям мистером Краучем и мистером Бэгменом уже проверены. Для каждого тура все готово. Туров — три, состязания основаны исключительно на школьной программе. Чемпионам предстоит продемонстрировать владение магическими искусствами, личную отвагу и умение преодолеть опасность. При последних словах зал притих, затаив дыхание. А Дамблдор невозмутимо продолжал: — В Турнире, как известно, участвуют три чемпиона, по одному от каждой школы-участницы. Их будут оценивать по тому, как они справились с очередным состязанием. Чемпион, набравший во всех турах самое большое число баллов, становится победителем. Участников Турнира отбирает из школьных команд беспристрастный выборщик — Кубок огня. Дамблдор вынул волшебную палочку и стукнул по крышке ларца три раза. Крышка медленно, со скрипом открылась. Дамблдор сунул внутрь руку и достал большой, покрытый грубой резьбой деревянный Кубок. Ничего примечательного — не будь он до краев наполнен пляшущими синеватыми языками пламени. Дамблдор закрыл крышку, осторожно поставил на нее Кубок, чтобы все хорошо его видели. — Желающие участвовать в конкурсе на звание чемпиона должны разборчиво написать свое имя и название школы на куске пергамента и опустить его в Кубок, — сказал он. — Им дается на размышление двадцать четыре часа. Кубок будет выставлен в холле. И завтра вечером выбросит с языками пламени имена чемпионов, которые примут участие в Турнире Трех Волшебников. Конечно, избраны будут достойнейшие из достойнейших. Кубок на всю ночь останется в холле и будет доступен всем, кто хочет участвовать в Турнире. К участию в Турнире будут допущены только те, кто достиг семнадцати лет. А чтобы те, кому нет семнадцати, не поддались искушению, я очерчу вокруг него запретную линию. Всем, кто младше указанного возраста, пересекать эту линию запрещено. И последнее: желающие участвовать в конкурсе, примите к сведению — для избранных в чемпионы обратного хода нет. Чемпион будет обязан пройти Турнир до конца. Бросив свое имя в Кубок, вы заключаете с ним магический контракт, который нарушить нельзя. Посему хорошенько подумайте, действительно ли вы хотите участвовать в Турнире. Ну, а теперь, кажется, самое время идти спать. Всем, всем доброй ночи. — Где же он? — Рон их не слушал, высматривая в толпе Крама. — Дамблдор не сказал, где будут жить гости из Дурмстранга? Ответ не заставил себя ждать. Друзья как раз поравнялись со слизеринским столом. — Всем обратно на корабль, — распорядился Каркаров. — Виктор, как ты себя чувствуешь? Хорошо поел? Может, послать на кухню за глинтвейном? — беспокоился он. Крам покачал головой и натянул шубу. — Учитель, не волнуйтесь мы его его хорошо накормили, — Настя уже была рядом возле Игоря. — Анастасья? — лицо бывшего пожирателя было неописуемо, увидеть кого-то из России он не ожидал. — Здравствуйте, мы тут по обмену, мы уже рассказали все Виктору, рады вас видеть! — Настя обворожительно улыбнулась. — А кто еще есть? — Профессор! Разрешите представить, Мирослава Кощей! — Виктор потянул из толпы слизеринцев Миру. — Здравствуйте, рада познакомиться, я многое о вас слышала! — Девушка мило улыбнулась. — Рад, рад…я тоже много о вас слышал, извините, но нам нужно идти, Виктор приболел ему нужен отдых. — Конечно… поправляйся, Витя! — Да, доброй ночи! — Он развернулся и повел учеников к дверям. Гарри с друзьями, как раз выходили из зала. Гарри пропустил Каркарова вперед. — Спасибо, — небрежно бросил Каркаров, мельком взглянув на Гарри. И застыл в изумлении — прямо-таки уставившись на Гарри, точнее, на его шрам. Его подопечные тоже остановились позади директора, с любопытством таращась на Гарри, на многих лицах читался испуг. Парень в заляпанной едой мантии толкнул локтем стоявшую рядом девушку и беззастенчиво ткнул в Гарри пальцем. — Да, это Гарри Поттер, — прохрипел кто-то сзади. Профессор Каркаров резко обернулся. Грозный Глаз Грюм стоял, опираясь на свою палку, его волшебное око, не мигая, буравило директора Дурмстранга. Каркаров побледнел, на искаженном лице проступила ярость, смешанная со страхом. — Ты! — только одно слово сорвалось с его губ. — Да, я, — мрачно кивнул Грюм. — И если тебе нечего сказать Гарри Поттеру сделай милость, проходи, не задерживайся. Ты не даешь пройти. Что правда, то правда: позади Грюма столпилось ползала, ожидая, когда пробка в двери рассосется. Ребята заглядывали через плечо, стараясь увидеть, что там впереди происходит. Не ответив ни слова, Каркаров поспешно удалился вместе с учениками. Грюм долго смотрел ему вслед волшебным глазом, изуродованное лицо выражало острую неприязнь. Уже лежа в постелях в Слизерине, Мира не могла уснуть, перед глазами стоял Виктор. Они знакомы лет с 7, а может ещё меньше. Он всегда был не приметный и очень любил летать на метле, его любимое блюдо это - Баница**, а любимое время года лето. Она его знает слишком хорошо, но в тоже время ничего. Не общались уже два года, хотя и поздравляли друг друга и подарки посылали. Сейчас стал такой мужественный, красивый… — Эй, Мира… — вытащив из дум, Мира посмотрела на Дафну. — Чего? — Ты знакома с Крамом? — Мы знакомы с детства. — повернулась на другой бок и посмотрела на девушек, Пенси мазала лицо каким-то кремом, Дафна расчесывала свои волосы. Настя же смотрела в зеркало и посмотрела через него на сестру. — Да, ладно тебе знакомы, вы вмести ели, спали, и жили…только вот ты его игнорила эти года, а вот щас втюрилась…я тебе говорю бери бумагу и пиши отцу! — Настя плюхнулась на кровать к Мире и хитро улыбалась. — Вот почему у тебя образ волк, а не лиса, ааа? — Мира села и взяла подушку, нацеливаясь на сестру. — Ну, а что? Девчонки скажите же, что они отлично будут смотреться, ммм? — увернулась от атаки и со смехом пересела к Дафне Настя. — Значит вы про этого Витю говорили? — Пенси хихикнула. — Да про него, признайся ты втюрилась, и он вон как тебя оценил…ха-ха — Настя засмеялась и укрывалось от атак сестры за Дафной. — Если честно то у тебя есть все шансы, — Дафна серьезно посмотрела на подругу. — Он на тебя весь ужин смотрел! — Ох, девчонки не начинайте ради бога, — Мира обняла подушку. — Я же ему отказала 3 года назад…а щас как-то не красиво. — Пф…не начинай, ааа? Это же по глупости он тебе сказал, а сейчас он уже, как взрослый, да и ты не дура! — в ответ последовала тишина. — Так не кисни, не куда он не дениться, я тебе отвечаю! — Блондинка по имени Дафна улыбнулась. — Ты всё-таки девушка чистокровная, что тебе стоит охмурить спортсмена? Раз, даже Золотой мальчик по-первости вздыхал по тебе. — А вот это не правда и вообще Олег сказал, что ему блондинки больше нравятся! — Ух, славу богу, что я черная, — Пенси загоготала и посмотрела на Дафну, у которой лицо теперь огнем горело, а сама девушка не знала куда деться, стала ерзать по кровати. — Мира, это не смешно! — А соблазнить Крама прям целый цирк! — в ответ пошли смешки, девушки ещё посплетничали и уже ближе к 12 часам заснули.