Игры черно-белого мотылька

      Эван попытался открыть сундук и справился. От красивого ящика излучался очень яркий, буквально ослепляющий свет. Генералу стало не по себе и отошел подальше от него. Эван не понимал, почему эльфу тот свет пришелся не по душе, потому что ему он не причинял такой острой боли. Сквозь это сияние человек увидел два меча: черный и белый, но ближе к серебряному. Парню не хотелось брать их в руки, но неведомая сила заставила его это сделать, подсознательно говоря юноше, что он должен их взять.        Эван послушал этот внутренний голос. Он взял оба меча в руки. Свет сундука внезапно погас, а крышка ящика резко закрылась. Вновь темнота, но единственным источником света были как раз таки эти два меча. Фергас подошел к Эвану и начал рассматривать новое оружие. Рука эльфа невзначай проскользнула сначала по плечу, затем, опускаясь все ниже, по запястью гостья, но мечей она не задевала, они ему были не нужны.       — Белый меч — священный клинок Фрегарах. Он может разрезать абсолютно все, даже броню, любую, какую захочешь. Черный меч — проклятый клинок Найвер. Эти клинки служили союзом двух королевств... Но теперь настали другие времена. Клинок Фрегарах был подарком вампиров для эльфов, а другой наоборот. Этими мечам Королева Дэйна и Король Винсент подписали мирный договор и соединились друг с другом узами брака. Но с Королем Вампиров произошло что-то странное. Три месяца назад, когда он приехал навестить королеву, отряд этих кровопийц покусился на неё. Они пытались убить её, но я успел защитить Её Высочество. Конечно же, Король Винсент успел сбежать, но теперь мы настороже. Ты внешне похож на народ вампиров, поэтому Делла с легкостью приняла тебя за врага. Доверяй, но проверяй, как говорится. Ты наверняка хотел узнать, что было написано в свитке, если ты действительно говоришь правду и не знаешь его содержание. Давным-давно на Земле существовали люди, эльфы, вампиры и множество других рас. Все они жили в мире и согласии, но появилось существо, которое захотело заполучить власть над миром. Люди были самой слабейшей из рас, поэтому никто не помогал им в войне, да и вымерли они самыми первыми. Суть пророчества заключается в том, что люди не вымерли, а просто переместились в другой мир, где живут сейчас в безопасности. Но один человек вернется на Родину в самое тяжелое время и спасет мир от бесконечной войны и разрушений. Если он сможет взять что-то одновременно чистое и оскверненное, значит, он способен выполнить свое задание. Собственно, как ты видишь, взять два клинка, противоречащие друг другу, ты смог, а дальше, я думаю, объяснять не придется.       — Но я же абсолютно не умею ими управлять, да и вообще не умею управлять оружием, — возмущенно сказал Эван.       — Не умеешь? Не смеши меня. Ты виртуозно можешь управлять ими, по крайней мере, пророчество это подразумевает. Однако скорее мечи сами управляют тобой, просто поддайся им. Сейчас мы выйдем из этой комнаты, и прислуга отведет тебя в комнату, а я сообщу королеве о результатах твоей проверки. Но не волнуйся, я к тебе обязательно зайду, - последнюю фразу эльф как будто промурчал, заставив Эвана смутиться в очередной раз.       Фергас, как и обещал, вывел Эвана из комнаты и проводил до ближайшей прислуги и попросил провести юношу в покои. Генерал бросил на брюнета последний взгляд и направился в тронный зал, чтобы рассказать об успешном эксперименте. Прибытие Эвана заставило в груди Фергаса что-то встрепенуться. Тот уже и забыл, когда в последний раз кем-то настолько интересовался. Однако назревает вопрос: насколько силен и искренен этот интерес?

***

      Королева Дэйна пребывала в своем кабинете и слушала новости от гонцов, готовясь к войне с вампирами. Она показывала всем злобу и решительность, а на самом деле, уединяясь, плакала. Она никогда не думала, что все обернется так, как обернулось. Чистый и искренний союз с вампирами оказался уловкой и насмешкой. Насмешкой над Дэйной не только как над королевой, но и женщиной. Несмотря на то что как монарх она должна принимать решения на трезвую голову и не поддаваться эмоциям, наедине с самой собой она позволяла себе снимать маски. Королевы ненавидят, когда кто-то видит их плачущими, потому что хотят быть разумными правительницами. Хотя в то же время они ненавидят то, что никто не замечал, как их разрывало на части, и как они сломлены. С появлением Эвана в ее сердце зародилась надежда. Надежда, что все изменится, что все вновь станет, как раньше.       — Эксперимент прошел успешно, королева. Эван — человек. Он смог взять два меча из сундука, — вдруг из тени вышел Фергас и холодным, монотонным голосом передал правительнице результаты. Эльф уже спешил уйти, но Дэйна не позволила ему вот так быстро ускользнуть.       — У Деллы закончилась смена. Она сейчас на мосту, желает видеть тебя. Вы уже совсем не пересекаетесь, — проговорила Дэйна сухо, делая вид, что увлечена бумагами. Фергас тяжело вздохнул и сказал королеве с натянутой улыбкой, что обязательно встретится с ней. На самом деле он бы променял эту встречу хотя бы на пять минут с Эваном. Генерал поклонился госпоже и гордой походкой вышел из замка.       За дверью, на мосту, его ждала Делла. Увидев его, её напряженный взгляд сменился на беззаботный и радостный. Она подбежала к нему и крепко обняла. Девушка почти дотянулась до его щеки, но Фергас отвернулся в знак отказа.       — Ты мне совсем не рад, верно? — спросила Делла, отстранившись от брата. — Сейчас все только и крутятся возле этого парнишки, который появился не понять откуда, даже королева теперь считает его посланником богов. Даже... Даже ты бегаешь за ним, — Делла легко усмехнулась. Фергас не хотел это слушать. Он тяжело вздохнул. Развернувшись, он направился в сторону замка, но Делла успела кинуть маленький нож, который якобы преградил ему путь. — Поговори со мной! Почему ты отворачиваешься...опять? Он тебе понравился, да? Понравился этот человечишка из другого мира? Ты ему не нужен, Фергас, он видит тебя впервые.       — Ты моя сестра, Делла. Ты всегда ею будешь, ты всегда будешь последним, что у меня осталось. Однако я не могу тебе позволить говорить со мной в таком тоне и лезть в мою личную жизнь, которая тебя никак не касается. Вдобавок ко всему, с чего ты решила, что я им заинтересован? И что, самое главное, он во мне заинтересован? Мы знакомы не больше часа, — Фергас наигранно улыбнулся и ушел, а эльфийка осталась за дверью со своими чувствами и эмоциями. Настроение у Фергаса испортилось, и он не хотел его портить Эвану, но тот пообещал прийти, поэтому выбора у него не было.       Генерал долго опрашивал слуг, где находится комната гостя, и спустя долгое время он все-таки ее нашел. Сердце снова затрепетало. Он постучал в дверь и услышал одобрительное «войдите». Эльф медленно открывал дверь, робко заходя. Эван лежал на кровати и смотрел в потолок. На нем была уже совсем другая одежда. Белая рубаха была заправлена в штаны и идеально облегала тело человека. Сверху рубахи была надета черная жилетка, а обычные черные брюки и в королевстве эльфов — обычные черные брюки. Эван заметил Фергаса и быстро поднялся с кровати.       — О тебе хорошо позаботились? — спросил генерал довольно встревоженно.       — Да, все хорошо. Одежда только слегка непривычна для меня, а так все замечательно. Кровати мягкие, не то что в общаге, — расслабленно ответил брюнет.       — В общаге? — непонимающе спросил эльф.       — Общага — место, где люди живут в не самых благоприятных условиях. На четыре года общага является для всех студентов университета домом. Кровати там жесткие, посмею признаться, но не сказал бы, что мне там было уж очень тяжко, — говорил Эван, словно генералу было интересно, но это было не так. Он слишком устал за этот день. Фергас присел рядом с Эваном и положил свою голову ему на плечо.       Эван краем уха услышал томный, жалостный вздох генерала. Голова Фергаса, по мнению человека, была достаточно тяжелой, но брюнет не был настолько слабым, чтобы не удержать на плече одну голову. Эван заметил, что Делоред немного посапывает, и слегка улыбнулся, ведь это было очень мило. Они так просидели около десяти минут, и Фергас благополучно заснул. Однако у Гленна все-таки не укладывались происходящие события. Его поражало, что он как-то спокойно отнесся к тому, что с ним произошло. Как будто все так и должно было быть: он должен был появиться здесь ни с того ни с сего, стать "избранным" и находиться с привлекательным эльфом в своей комнате. Почему все происходит именно так?       Эван положил эльфа на кровать, что удалось с трудом, и сам, потеряв много сил, лег на кровать, восстанавливая дыхание. Но вдруг произошел неожиданный поворот для названного героя. Фергас все это время не спал! Он просто воспользовался силами Эвана для выполнения своего плана. Генерал перекатился и сел на брюнета, удерживая его руки своими. Русоволосый довольно смеялся.       — Тебя легко провести, оказывается, — уверенно произнес Фергас и начал наклоняться к лицу человека. Всего два сантиметра разделяли их губы. Все же он совсем не планировал целовать Эвана. Однако это было бы неплохо. "Не слишком ли я тороплю события?" - подумал Фергас. - "Хотя он сам спровоцировал меня на это своим появлением". Фергас все-таки властительно прислонился к губам Эвана, заставляя его краснеть. Но реакция человека была не такой, какой он, пожалуй, ожидал. А не ожидал ли он многого для первой встречи? Почему Делоред решил, что ему все можно? Эльф не хотел отстраняться, даже если не планировал этот поцелуй с самого начала. Наверняка ему потом будет стыдно.       Но не сейчас.       Не сегодня.       Что будет завтра?       Это не так важно. Он никогда не думал о том, что будет завтра, ведь главное — чтобы сейчас ему было комфортно и хорошо. В каждом своем движении генерал старался быть аккуратным, ибо после первой секунды поцелуя он понял, что Эван практически не умел целовать. Он ждал, пока Эван освоится, ждал, пока ему станет комфортно. И дождавшись этого момента, он начал слегка покусывать нижнюю губу человека, слегка оттягивая ее. Он старался делать это очень нежно и мягко. Какие-то переменчивые мысли дурманили его голову. Фергас видел себя рядом с Эваном везде. Он видел славу, которая рано или поздно человека бы настигла. Он видел завистливые взгляды всех, кто видел бы их вместе. Он видел и уже ощущал чувство собственного превосходства, что он смог получить сердце великого героя, и что лучше и легендарнее Эвана на этом свете никого не будет. Фергас отстранился от Эвана, но буквально на два-три сантиметра. Он прислонился своим лбом ко лбу другого парня и осознал, что его лицо пылало.       Дыхание сбилось, ему хотелось еще, но хотелось ли другому? Это его не волновало. Эльф будет целовать этого человека когда, где и как он хочет. Он не потерпит отказа или малейшего сопротивления. Все, до чего коснулся Фергас — безвозвратно его. Поцелуй был прерван Эваном. Гленн тяжело дышал, пытаясь отдышаться. С его лица все не спадал тот розоватый румянец смущения. Было как-то душно. Воздуха не хватало. Он, казалось, был рад, но при этом просто очень сильно растерялся. Эван не смог справиться с таким наплывом чувств, таким резким и непонятным.