Игры черно-белого мотылька

После завтрака Дэйна сказала Эвану, что за два часа до обеда будет проводиться еще одна тренировка. Человек послушно кивнул. На секунду он даже ощутил какую-то принадлежность к этому месту. Возможно, его внезапное признание королеве как-то успокоило его. Делла тоже была рада тому, что из-за тренировок Эван и Фергас меньше пересекались. Теперь она не так сильно волновалась за их отношения с братом, ведь именно в те периоды, когда эльф и человек не вместе, она могла пользоваться моментами и опять «забирать» родного брата к себе. Эльфийка пыталась занимать его разговорами ни о чем, чтобы как-то отвлечь Фергаса от мыслей о госте. Однако он лишь раздраженно процедил ей «прекрати», и та, ошеломленная, замолчала. Фергас все время только и делал, что посматривал на Эвана, но не получал никакой взаимности. Генерал не намерен сдаваться. Когда Гленн встал из-за стола и поблагодарил всех за завтрак, то тут же направился в свою комнату, а Дэлоред помчался за ним. На этот раз ни королева, ни Делла не могли помешать решительности и настоятельности эльфа. Он приближался к Эвану уверенными шагами, а позже и вовсе схватил за плечо, останавливая. — Есть свободная минутка? — Фергас резко остановился, но его мантия продолжала двигаться, а после и вовсе остановилась, соблюдая законы физики. — Прости, я жутко вымотался. Давай через пару часов, а? Мне надо поспать немного, — брюнет зевнул, закрывая ладонь рукой. — Эван Гленн, мне нужно с тобой поговорить! — говорил Фергас серьезным голосом. Лицо эльфа создавало выражение легкого отвращения, ибо он наверняка не любил подобное безразличное отношение. — Хорошо, говори, но только быстро, — Эван потер глаза и заглянул Фергасу в глаза. Человек увидел свое отражение в его очах. Недовольство, отраженное в них, заставило Гленна слегка прикусить губу от смущения. Он словно «проснулся». Эльфы проходили мимо них, даже не поглядывая на странную пару. Рука Фергаса все так же лежала на плече Эвана, и он не собирался ее убирать, потому что думал, что «герой» может убежать…опять. Из-за угла за ними наблюдала Делла с грустным лицом. Сердце разбивалось на все более мелкие осколки. Она бы перерезала этому Эвану глотку, но иначе Королева Дэйна потом перерезала бы и самой Делле. Как жаль, что никто не выбирает в кого влюбиться. Как жаль, что никто не может пройти мимо кого-то и сказать себе: «Пожалуй, влюблюсь в этого человека». Кто знает, возможно, так было бы проще, но любовь — труд, и только после проб и ошибок плод этих трудов будет иметь вкус, и этот вкус будет вечно подпитывать твое сердце, но только вот чем: горечью или сладостью? — Не против, если мы отойдем? Мне не нужны лишние глаза и уши. Не дождавшись ответа, Фергас взял руку Эвана и повел по коридорам. Человек, конечно же, смутился, говорил, что не стоит привлекать внимание, хотя всем было абсолютно все равно. Все знали о распутном характере Фергаса, и поэтому они не уделяли ему и его новой пассии вообще какого-либо внимания, даже не удосуживали одного взгляда. Они находились в неизвестной гостью части замка, так что сразу можно было понять, что ведут его совсем не в свою комнату. Подойдя к коричневой двери, Фергас открыл ее и потянул Эвана на себя, одновременно закрывая дверь за собой. Эван буквально «летел» в сторону эльфа и «прилетел» прямо в объятия. Сильные руки обвили его торс, а позже одна рука подняла подбородок человека, чтобы Фергас мог видеть глаза. Рот Гленна был слегка открыт от удивления, словно он знал, что сейчас будет. Взгляд Фергаса перестал быть таким злым и недовольным. В комнате освещение было слабее, чем у Эвана, наверное, потому что солнце редко освещало эту часть замка, поэтому сама атмосфера могла показаться мрачноватой. Рядом с молодыми людьми стояла довольно просторная бурая кровать. Ей отвелось центральное место, а как иначе. Все остальные предметы мебели «вращались» вокруг нее. Перед кроватью стояла маленькая скамья на изножье. Она была светлее, чем кровать. В одном углу комнаты стояло удобное кресло, а так же тюф для ног, чтобы расслабиться и положить ноги, или же в другом случае освободить место для милых служанок, чтобы они массировали своему хозяину ноги. Шкаф со сплошными дверями стоял напротив туалетного столика, который в свою очередь стоял возле широкого окна, чтобы в этой сумрачной комнате можно было что-то рассмотреть в зеркале. А так для декора были развешены по стенам картины, преимущетвенно пейзажи, также где-то стояли растения, для которых солнечный свет был явным врагом. — Что ты хочешь от меня? — проговорил Эван, смотря в глубину серых глаз Фергаса. Ответа не последовало. Они просто также смотрели друг на друга и молчали. Отчасти Эван понимал, зачем эльф привел его в свою комнату и так властно схватил его руку возле обеденной. Но ведь он же говорил ему, мол, не прибегать к нему, если что-то загорится между ног. — Я скучал по тебе, королева старается держать меня на расстоянии, — говорил Дэлоред, чуть дыша. Эльф запустил свою руку в зализанные назад волосы Эвана, чтобы опять взъерошить их. Генерал повел человека в сторону кровати, отстегнул мантию и откинул в сторону. Часы прозвенели одиннадцать часов. Через час у Гленна была тренировка. Если Фергас не понимал прямых слов, то пусть помучается на действиях. Эван совсем не нежно поцеловал Фергаса. После пяти минут страстных объятий, Эван самодовольно оттолкнул Фергаса, который сильно удивился такому повороту событий. — Что такое? — с недоуменным лицом протянул генерал, искренне не понимая данную ситуацию. — Я же говорил, что если у тебя появится желание себя потешить, то ко мне не стоит приходить, — холодно сказал Эван и направился в сторону двери. — Теперь ты меня бросаешь на очень уж интересном моменте? — шутливо сказал Дэлоред, обращаясь к Эвану, который утвердительно кивнул. «Надо же, мной воспользовались. Вот незадача!» — думал про себя генерал. По дороге в комнату, Эвана встретила Лира, поговаривая, что надо торопиться. Тот послушно последовал за ней, и перед ним открылась та же поляна, что была и утром. Королева Дэйна уже стояла с клинком Фрегарах и ожидала Эвана. Подойдя к Ее Высочеству, парень поклонился и попросил о дальнейших указаниях. — Так, мистер Эван, Вы научились держать меч при недееспособной цели. А теперь посмотрим на Вашу ловкость, изворотливость. Ваша задача будет такая же — оставить цель без оружия. Но есть одно правило: забудьте, кто я. Забудьте, что я королева, забудьте, что это тренировка. Представьте, что я враг, и Вы на поле битвы. Представьте человека, которого ненавидите. Фрегарах будет разделять Ваши мысли и поведет Вас. Только не оборвите эту связь. Ну что же, начинаем! Королева взяла меч из рук Лиры, но это были не тот меч, которые пару часов назад резал Эван. Этот был зачарован. Эван должен был поверить в себя и в свои силы, наделить себя и Фрегарах силой, величественной силой. Дэйна встала в боевую позу и кивнула Гленну в знак готовности. В голове Эвана появился образ задиры из его группы — Гарри Клинтона. Грри любил поиздеваться над одногруппником, дразня перед всей аудиторией и распуская неприятные слухи. Он просто был противным. Тот никогда не ходил на занятия, зачеты всегда покупал. Друзей он имел за счет того, что у него были деньги, и всю эту "дружбу" он мог спокойно купить. Если ты ему не понравился, то считай, что ты всегда был и будешь изгоем в обществе. Но это произойдет только в том случае, если у тебя не найдется связей важнее. Эван вспомнил все издевки над собой. Он взял меч в обе руки и почувствовал прилив энергии. Он пытался сконцентрироваться, создать связь между ним и Фрегарахом. Внезапно он услышал голос в своей голове. «Будь готов, юный герой. Королева не слабый противник. Постарайся найти слабое место». Это был глубокий, но наставнический голос клинка. Вот про какую связь говорила королева. Они связали мысли друг друга. У меча были душа, характер, значит, и мысли тоже. «Сделай обманный маневр. Сначала беги напрямую, затем резко поверни в левую сторону. Дэйна отмахнется, но постарайся быть быстрее нее. Я помогу тебе». Тело Эвана не слушалось, им управлял Фрегарах. Земля начала содрогаться под его ногами. Гленн следовал по указаниям меча. Сначала вперед. Королева ожидала такого действия и взмахнула клинком, но человек увернулся в левую сторону. Это была некая защита. Дэйна не потеряла цель и начала замахиваться в сторону Эвана еще раз, но, предугадав это действие, парень успел отвести меч в другую сторону и пропустить вражеский удар. Сразу перед его глазами появился образ накаченного Гарри Клинтона, который словно говорил Эвану о его слабостях. Ярость нахлынула в его кровь, в голове послышались слова подбадривания и одобрения Фрегарах. «А теперь отрежь ее волосы». И тут на мгновение он остановился. Указание клинка словно парализовала его, но сомнения покинули его, когда Дэйна вновь замахивалась. Эван отскочил назад и решил молча исполнять указания, ведь королева сама говорила забыть о том, кем она являлась. Гленн подался вперед, оббежал королеву, и острое лезвие Фрегарах ровно отрезало длинные волосы королевы. Ошеломляющие локоны теперь достигали исключительно лопаток. Более того, они изменились в цвете. Теперь Дэйна стала обычной блондинкой, а не обладательницей сверкающей платины. Королева не ожидала такого поворота, ее бдительность ослабла. «Сейчас!» Эван вновь подался вперед и разрезал пополам зачарованный меч в руке эльфийки. «Хорошая работа». И тут связь с клинком оборвалась. Эван бросил меч на землю и прикрыл рот руками. — Простите меня, Ваше Величество, — торопливо балаболил человек, но королева лишь одобрительно кивнула. — Вы подружились с мечом, поздравляю. А волосы…не волнуйтесь за них. Они отрастут и снова получат свой белоснежный цвет, хоть и не скоро. Зато новая прическа мне идет, верно? - искренне улыбнулась Дэйна, проведя рукой по макушке. «А это интересно», — подумал про себя таинственный незнакомец, который стоял на вершине крепости, построенной вокруг замка, и наблюдал за происходящим. «Его Величеству это определенно понравится», — шепотом сказал незнакомец и торопливо скрылся с помощью маленького темного кристалла в руке.