Цикл: Чета Вьюгиных. Том первый:'Стукнутая семейка.'

      Солнце светит ярко, бирюзовая вода переливается в его лучах, золотистый песок приятно греет кожу, когда идёшь по нему. Блин, как же я давно не был на море. В последний раз, когда мы здесь были, мама была ещё жива…       — Все купаться!!! — Заорал я и побежал к воде, но меня кое-что остановило… Крик отца. — Дар, ты чего?       — Лёха, я убью твою сестру. — Серьёзно сказал Дар.       — С чего бы это вдруг? — Приподнял я бровь и подошёл ближе к отцу.       — Ты только посмотри на ее спину!       — Лиз, повернись. Желательно, по-хорошему. — Лизка повернулась ко мне спиной, и я чуть в обморок от шока не грохнулся! Как так-то?       Почти во всю спину Лизки была самая настоящая татуировка! Во всю спину! Во всю! Ей же всего 15 лет! Мне уже 18 и у меня только одна, хотя нет, уже две татуировки.       — Лизок, объясни.       — Ну Леш… Мне очень захотелось тату, я пошла работать репетитором к начальным классам, подзаработала и вот… — Виновато посмотрела на нас Лизка. Мда, все печальненько… — Пап не ругайся, у тебя самого татуировка на всю спину. Я не жалею о своём поступке и да, я знаю, что ждёт меня в старости.       — Ладно, хорошо… Я не буду ругаться, но впредь, предупреждай меня, а то так до инфаркта доведешь. И да, спрашивать нужно родителей, прежде чем делать такие вещи, хотя, я думаю, если я бы тебе не разрешил, то ты все равно бы сделала. — Папа у нас всегда логично рассуждал.       На этом наш разговор о Лизкиной тату был закончен. И мы все вместе, весело хохоча, побежали в воду. Было очень весело, ведь мы были всей семьей. Не знаю, чтобы я делал, если бы их у меня не было.       Мы брызгались соленой водой, плавали наперегонки, я пару раз нырнул и напугал до полусмерти Дара. Мы шутили, играли в догоняшки, как дети носились по воде и песку. Мы реально отдыхали от всей этой будничной суеты.       Лизка и Броня закопали меня в песок и вылепили на мне всякую фигню… Хотя Дару повезло меньше, дед, Май и Макар превратили его в трансвестита и сфотографировали.       День быстро подошел к концу. Мы все поужинали, хотя нет, не все. Мы с Даром раньше всех ушли к нам в номер, чтобы маленько отдохнуть. Не, серьёзно отдохнуть, а не то, что вы все подумали.       Сегодня Дар выполнил свою подлянку, он неожиданно укусил меня за задницу. Больно… Аж сидеть больно.       Утром я встал самый первый, принёс завтрак в постель Дару, а затем нас ждал бурный утренний секс. Но вот беда, мы наоставляли друг-другу новые засосы, которые очень видны… Что же делать?       Мы, недолго думая, замаскировали их водостойким тональником, уж не знаю, где Дар его раздобыл. Он никак не поддался на мои распросы и просто молча улыбаясь намазал меня тональником.       Сегодня нас опять ждал день веселья, правда Макара, Броню и Лизку мы кое-как подняли с кроватей, как выяснилось, они пол ночи рубились в приставку. Но играли только Лизка и Броня, а Макар ничего не рассказал, Лизка говорит, что он только утром пришёл. Гулял где-то…       Загадка века, где шарился Макар?! Но мы не стали долго заморачиваться, ведь все равно потом расскажет нам о своих ночных похождениях.       Сегодня у нас по плану круиз по морю. Вот это круто, мы будем весь день кататься по морю. Ну это не совсем круиз, это Дар на прокат катер взял, и на этот солнечный день он принадлежит нам.       Когда мы добрались в порт, то нас у причала уже ждал катер. Неплохой такой катер с укромными уголками)) Класс.       Дар занял место у штурвала, а все остальные остались на палубе, смотреть на красоту синего моря. Сегодня море было спокойным, и гладь воды практически была неподвижна. Красиво…       Я подошёл сзади к моему Дару, обнял его за плечи, опираясь своим подбородком о голову Дара. Такой умопомрачительный запах его волос… Меня просто с ума сводит запах его тела, цитрусовый аромат… Он запомнился мне с детства, такой родной, такой любимый, а самое главное, что теперь это все моё.       Я могу поцеловать, уткнуться носом в золотистые локоны волос, так сильно пахнущих мандаринами. Могу попробовать на вкус такую соблазнительно-бледную кожу, могу сделать то, о чем мечтал многие годы.       Мы выехали из бухты и направились в неизвестном направлении, только для того, чтобы остаться одним, сбежать от суеты города и бешеных будней.       Дар, не отрываясь от моря, потеребил меня по голове, оставаясь в моих объятиях, а я почти невесомости коснулся губами его шеи, легко прикусил ушко и поцеловал. Мне всегда нравится это делать, не знаю, почему, но мне это приносит неимоверное удовольствие, надеюсь, и Дару тоже.       Мой благоверный вцепился в штурвал, и, зараза такая, упёрся своей упругой попкой мне в бедро. Боже, как это приятно… Я отстранился, приводя мысли в порядок, иначе мы рискуем не справиться с управлением.       Я спокойно сидел позади Дара и смотрел на его обнаженную спину, представляя себе тот момент, когда он оторвётся от штурвала и скажет, что мы, наконец, встали в море.       Кое-как я дотерпел до этой минуты, за доли секунды долетел до любимого и схватил в охапку.       — Мой маленький, мой сладенький, как же я тебя люблю. — Шептал я, целуя шею Дара. Давай, не молчи, нам скрывать уже нечего, все уже знают о наших не нормальных отношениях. Перед Лизкой спалились, деду и всем остальным рассказали. Давай, я хочу слышать твой голос. — Прошептал я, целуя нежные губы.       — И не подумаю сдерживаться. — Пролепетал мне на ухо папа, кусая за мочку.       Поцелуй в нос, щеку, губы. Смешно как-то, но приятно. Я уселся на софу, держа у себя на коленях Дара.       Моя тёплая ладонь сжимала упругие ягодицы, под тонкой тканью шорт. Дар зарылся пальцами в моих волосах, а второй рукой пытался расстегнуть мою рубашку.       Он так мило копошился с пуговицами, что моё возбуждение перешло границы разума и лёгким движением рук оторвал все пуговицы, скидывая с себя рубашку и обнажая свое, уже загоревшее тело.       Дар закусывает нижнюю губу и гладит ладонями мою грудь. Честное слово, Дар во время секса, как шестнадцатилетний школьник, который совсем неопытный в таких вещах. Мне безумно нравится такое его поведение, я тогда вообще не чувствую нашу большую разницу в возрасте.       — Леш, твой, эм, член упирается мне в задницу… — Простонал Дар, двигая попкой по моему возбужденному члену.       — Сейчас он будет не просто упираться… — Хохотнул я, стягивая с Дара шорты.       Делать было нечего, ничего другого нам не оставалось, как только использовать масло для загара не по прямому назначению.       Дар уже сам был на грани возбуждения и почти без моей помощи сам вставил в себя мой член. Звучит странно, но так оно и было. Папа приподнялся на коленях и обхвалив мой член рукой, приставив его к своей попке.       Последствия такого резкого вторжения все равно могут быть чреваты, поэтому я приостановил Дара и осторожно вошёл в его горячую попку, давая привыкнуть.       Папа сам начал двигаться на мне. Ммм, это так возбуждает, хотя уже некуда… Он так вцепился ноготками в мои плечи и стонал мне в ухо, что я же сам ему сказал не сдерживаться.       Я сминал в руках мягкие ягодицы, целуя шею и ухо Дара. Тот, видимо, был уже на грани оргазма и вцепился в меня своими зубками и ногтями одновременно.       — Я-ха-а-а! — На выдохе простонали мы. Дар от оргазма, а я от смешавшихся чувств наслаждения и боли в плечах и шее. Всё-таки Дар у меня спортом занимается, хватка у него железная. Вонзил свои коготки по самое не хочу.       — Дарушка, милый мой, вытащи из моих плечей ноготки свои. Сегодня вечером все под корень отстригу. — Лаского пролепетал я, надевая на Дара шорты. — Искусал меня, вампиреночек мой зубастенький.       — Прости меня, мой хороший, прости. — Слизал Дар с моего плеча капли крови. — Обязательно отстрежёшь мои длинные ногти. — Улыбнулся он, слезая с моих колен.       — Эй, а нежный поцелуйчик? — Возмутился я, натягивая шорты. — Хочу обнимашек и целовашек. — Встал я с софы и надел на себя свою рубашку, теперь уже без пуговиц.       — Ну ладно, так уж и быть, чмокну тебя, перед тем как встану к штурвалу. — Дар подошёл ко мне и запустил свои руки мне под рубашку, обхватывая талию. Папа посмотрел на меня снизу вверх — это предел милости. Такой милый, с зацелаванными губами и раскрасневшимися щеками.       Я наклонился и посмотрел в эти великолепные глаза. Боже, как я терпел все эти годы, не понимаю…       — Никому тебя не отдам, никому… — С этими словами я коснулся горячих губ Дара, вдыхая сладкий аромат мандаринов.       До самого вечера мы бороздили воды Чёрного моря, наслаждаясь личным видом с палубы. Когда мы прибыли в отель, Макар опять куда-то слинял, не сказав ни слова, девчонки пошли играть в карты, Май и дед удалились в неизвестном направлении со счастливыми улыбками на лицах.       Ну, а я пошёл подстригать ногти Дару, а то он меня исколечит когда-нибудь.