А знаешь, я пою лучше, чем играю в волейбол

- Знаешь, вообще-то я пою лучше, чем играю в волейбол. Сугавара воткнул трубочку в дырку на коробке с клубничным молоком, но пить не стал, а просто держал в руках, задумчиво глядя куда-то вдаль. Его пальцы отстукивали какой-то трудноуловимый ритм по коробке, а сгорбленная спина вызывала у Даичи желание ударить по ней и заорать: "А ну выпрямись!". - Ни разу не слышал, как ты поешь. "И не хотелось бы", - добавил Даичи про себя. Суга и пение в его голове вязались друг с другом примерно так же, как Тихий океан и табуретка. То есть, никак. - Не думаю, что тебе будет интересно слушать мое пение, - Сугавара демонстрировал чудеса проницательности. "Отлично, а теперь ты сворачиваешь этот дурацкий разговор, выпиваешь свое клубничное молоко и мы идем спать". Даичи усердно пытался отправить Суге этот телепатический сигнал, аж вспотел. Из-за двойной порции тренировок спать хотелось неимоверно. К сожалению или к счастью, Сугавара выглядел все еще бодрым. - Я в детстве хотел быть певцом. Телепатией Даичи не владел, а Суге, судя по всему, очень хотелось поговорить. "Пять минут". Именно столько Даичи был способен выдержать внезапные, как снег в апреле, откровения Суги. - Ну и почему ты подался в волейбол? - Не знаю. Так получилось. "Бляяяядь, ну и какого черта тогда ты завел этот разговор", - Даичи чуть ли не выл от злости. Если обычный Суга был верным другом и товарищем, то этому Суге хотелось заклеить рот за его дурацкие бессмысленные разговоры, напускную загадочность и блаженно-спокойное выражение лица. "И молоко отобрать. Все равно не пьет". - Даичи, если жизнь - это череда выборов, то сможем ли мы понять в конце этого пути, что и когда мы делали не так? У несчастного капитана не осталось сил на поддержание разговора. Он чувствовал себя настолько обессиленным из-за тренировок и философской болтовни Суги, что хотелось зарыться в четыре одеяла и никого не видеть по меньшей мере сутки. А Сугавару - неделю. - Даичи, слушай. - А? Даичи устало поднял голову. Суга выбросил нетронутое клубничное молоко в урну рядом и поднялся на ноги. - Пойдем спать.