One life to live

POV: Алек       Маленькая стрелка на настенных часах уже давно перевалила за девять, а её всё нет. Ненавижу опоздания, ненавижу безответственность и ненавижу эту девчонку… Я бездумно стучал пальцами по столу, раз за разом обдумывая нашу единственную встречу. Который раз я вспоминаю о ней?       Её образ, глубоко засевший в мыслях, не позволяет мне сфокусироваться ни на одном деле. Клэри стала другой… Её голос, манеры, характер, каждое движение тела было чужим для меня. Я видел, каким огнем полыхали изумрудные глаза, когда она смотрела на меня. Я чувствовал электричество, сочившееся по её венам. Эта Клэри не стала бы терпеть оскорблений, нет! Она умела постоять за себя. Мне было сложно находиться рядом, ведь каждым своим словом она поясняла, насколько сильна её ненависть ко мне.       Ни одна женщина не была способна загнать меня в угол, и до встречи с Клариссой Моргенштерн я вообще сомневался, что существует девушка, которая сможет так сильно взбудоражить меня изнутри. Она мастерски выставила меня придурком перед сестрой, раз за разом лишая дара речи.       Обыкновенный ужин, от которого я не ожидал ничего особенного, превратился в сущий Ад на Земле. В первую очередь потому, что я не мог отвести глаз от этого Чертёнка. Стройная фигура, мраморная кожа, чарующие зеленые глаза и несносный характер притягивали похлеще любого наркотика… — Простите, сэр, вы здесь уже целый час… У нас много посетителей, и…       Низкий голос официанта в серо - красной униформе вырвал меня из омута глубоких размышлений. Я покачал головой, понимая, что при таком наплыве гостей, я действительно был нежеланным посетителем, ведь не заказал ничего, кроме чашки черного кофе. — Я жду кое - кого.       Он замешкался и понимающе кивнул. Видимо, я не был единственным парнем, которого воскресным вечером позорно продинамили. Эта мысль заставила меня усмехнуться. — Девушку, сэр? — Невесту.       Слово сорвалось с уст прежде, чем я понял, что сказал. Никогда раньше, даже в своих мыслях, я не называл её так. Оказалось, звучит не очень плохо, скорее чрезвычайно ново и необычно. — О-о… А Вы уверены, что она придет? — Кто придет?       В этот момент Клэри подошла к столику и широко улыбнулась официанту, кинув на спинку стула свой бирюзовый жакет. Она наградила меня очередным презрительным взглядом, а я не отказал себе в искушающем удовольствии и стал её рассматривать. Клэри выглядела по-другому… Более просто, что ли…       Приталенное платье сменилось узкими джинсами, но признаться, теперь её ноги казались еще длиннее и соблазнительнее, чем раньше. Простенькая белая майка плотно обтянула красивую небольшую грудь, а босоножки, в тон жакету, зрительно делали девушку на пару сантиметров выше. Рыжие локоны разметались по хрупким плечам, и мне вдруг представилось, как прекрасно они будут выглядеть на фоне черных атласных простыней, которые устилали мою постель.       Клэри пахла дорогим парфюмом и десертом. Восхитительный запах… Я судорожно выдохнул, быстро взъерошив волосы и незаметно покачав головой, отгоняя от себя дурные мысли. Твою мать, Лайтвуд, ты о чем вообще?       Официант испарился, а я вцепился взглядом в девчонку, приложив все усилия для того, чтобы не выдать своих взвинченных чувств. — Неужели вы решили почтить меня своим присутствием, дорогая мисс Моргенштерн?       Клэри грациозно села на стул и положила ладони на коленки, подняла голову и в ту же минуту перестала улыбаться. Её бездонные глаза пронзили меня тысячей маленьких и невероятно острых кусочков льда. — Мисс Моргенштерн… Вау, не слишком ли официально? — я проследил за её глазами. Она смотрела куда угодно, но только не на меня. — А как же эти милые словечки по типу «любимая», «зайка», «солнышко», или как ты там еще привык называть своих шлюх? — саркастически спросила она, с выразительным презрением посмотрев на меня. Я нахмурился и положил руки на стол, рассматривая ладони. Её гневный выпад в мою сторону удивил, и пока я искал ответ, она колко процедила: — Что? Нечего сказать? Так, может быть, ты зовешь своих баб как - нибудь иначе? Какую лапшу ты вешаешь им на уши, чтобы затащить в постель, Лайтвуд? Неужели я и вправду кажусь таким подонком?.. — Хватит плеваться ядом, Рыжик, — я знал, как сильно она ненавидит это прозвище, но не смог сдержаться. Чего греха таить, какая - то часть меня ликовала, увидев гневное выражение её лица. — Мне не приходится очень сильно напрягаться для того, чтобы переспать с кем - то. Если я чего - то захочу, считай, что это уже мое. — Я сделал паузу, позволив ей обдумать мои слова. — Вот еще что, — нацепив на лицо фирменную улыбку, я добавил, — заметил, у тебя постоянно все склоняется к сексу. Милая, с каких пор тебя интересует моя половая жизнь?       Клэри ничуть не смутилась, хотя, признаться, я ужасно на это надеялся. Она оставалась спокойной, умело сохраняя на лице маску безразличия. Не отвела взгляд, не покраснела… Девчонка усмехнулась и бездумно запустила руку в свои длинные локоны. Не дождавшись ответа, полностью ошарашенный её поведением, я спросил: — Почему ты опоздала? — Боюсь, если я отвечу, ты снова обвинишь меня в чрезмерной озабоченности, дорогой. — Она похлопала густыми ресничками и сомкнула алые губы в одну точеную линию. Я принял бы её поведение за флирт, но глаза Клариссы говорили, что это всего лишь очередной ход в хитрой игре. Боже… Надо сохранять спокойствие и перестать так откровенно пялиться на неё! Алек, тебе что, шестнадцать?! — Детка, поговорим о твоей озабоченности немного позже, у нас ведь еще вся жизнь впереди. — О! Тогда ты, наверное, хочешь обсудить дизайн нашей свадьбы? — гаркнула Кларисса. — Как насчет церемонии где - нибудь на Марсе? По - моему, очень оригинально! — она повысила голос и гневно фыркнула. — Ты вообще затыкаешься хоть иногда? — не выдерживая, я тоже начал повышать голос. Господи, да эта девчонка выводит меня из себя! Спокойствие, Алек, ты пришел с ней поговорить. Согласен, это был неуместный, скорее даже риторический вопрос. Клэри бесцеремонно поставила локти на стол и подперла ладонью щеку, со скукой поглядывая на меня из - под своих длинных ресниц. Я не услышал ответа, поэтому вздохнул и раздосадованно сообщил: — Если тебе интересно, Джослин и Мариза уже подыскали место для свадьбы.— Взгляд неумышленно скользнул к её руке, на которой красовалось кольцо. Маленькие изумрудные крапинки поблескивали при свете, играя разноцветными бликами на бледной коже Клэри. Кто - кто, а мать точно знала толк в украшениях. — Что? Но когда они успели?! Я согласилась выйти за тебя три гребанных дня назад! — из её уст ругательство прозвучало как детская веселая песенка, и я еле сдержал смешок. Беспечно пожав плечами, пояснил: — Иногда мне кажется, что они планировали этот день многие годы, поэтому не удивительно, что все подхвачено… Кстати, именно по этой причине мы здесь, — я приготовился к тому, что она меня перебьет, но нет, Клэри молчала. Вау… Эта девчонка не перестает меня поражать. Как только мне начинает казаться, что я подобрался очень близко к разгадке её сущности, она вытворяет что - то необычное, что разбивает мою теорию в пух и прах. — Никто не должен знать, что это фиктивный брак, — она резко, с понимающим ужасом во взгляде, посмотрела на меня. — Мы сыграем свадьбу через несколько недель, а до этого должны будем время от времени вместе появляться на вечеринках и благотворительных мероприятиях. Она не стала огрызаться и психовать, всего лишь несколько секунд посмотрела мне в глаза, а потом почти прорычала: — На публике мы должны играть влюбленную и счастливую парочку? Какого черта, Лайтвуд?! Может быть, мне еще и в постель к тебе прыгнуть?!       Да почему она так зациклилась на этом? Что-то мне подсказывало, что тут не обошлось без Изабель и её длинного языка… На щеках девушки выступили красные пятна. Она поглубже вдохнула воздух, явно пытаясь привести себя в чувства, чтобы и дальше контролировать эмоции. — Клэри, возьми себя в руки. Меня, если хочешь знать, тоже напрягает твое общество, но я же не ору всему миру о своем недовольстве. Будь тише.       Ну наконец - то! Теперь и она заметила, что на нас пялились, как минимум, две пожилые женщины, сидящие за соседними столиками. Клэри сосредоточилась на моем лице, и я не по своей воле вздрогнул под её ледяным взглядом. — Поскольку официально мы — пара, нам не позволяется заводить какие - либо отношения на стороне. Ты прекрасно понимаешь, как быстро в нашем мире разносятся сплетни. И раз уж ты сама затронула эту тему... Короче, Клэри, ты не спишь с парнями, а я не сплю с девушками.       Я наблюдал за её реакцией, но на лице девушки не отображалось ни капли эмоций. Её грудь часто вздымалась, и неровное дыхание было единственным, что выдавало реальное состояние Клариссы. — Мы заключим договор, в котором будут прописаны все нюансы нашего брака. Ты, как юрист, должна понимать, что это необходимо, — следующие слова легко и необдуманно сорвались с губ, — хотя я, конечно, очень сомневаюсь в твоей квалификации.       Я проглотил последнее слово, из - за того, что на меня резко обрушился поток ледяной воды. Твою ж… Сказать, что я был ошеломлен, означало ничего не сказать. Стоило мне сквозь зубы проскрипеть ругательство, как Клэри уже возвышалась надо мной, гневно сверкая потемневшими глазами. Её щеки налились румянцем, пухлые губы были чуть приоткрыты и… Черт, Лайтвуд, эта дьяволица облила тебя водой, а ты думаешь хрен знает о чем… Придурок…        Все взгляды были устремлены на нас, и я спешно поднялся, взяв Клэри за локоть и не забыв захватить её жакет. Хоть один из нас должен сохранять равновесие. Нельзя устраивать публичных сцен, способных хорошенько подпортить репутацию. Я громко и беззаботно сказал первое, что пришло на ум: — Прошу прощения, дамы и господа, мы с моей невестой немного повздорили, — вежливо произнес я и нацепил улыбку, способную вскружить голову миллионам.       Клэри громко хмыкнула, пытаясь вырвать руку. Кажется, я разозлил её еще больше. Воспользовавшись моментом и наспех вытерев лицо салфетками, я прикусил губу, услышав, что выпалила девица на этот раз: — Ну что ты, дорогой, разве это ссора? Я же люблю тебя больше жизни, мой сладенький… — Я не мог не уловить желчи в её голосе.       С былой любезностью и дурацкой улыбкой идиота, я аккуратно повел свою спутницу к выходу, надеясь, что она не успеет выдать еще что - то. Боюсь, больше этого я не стал бы терпеть… Но кто заставлял меня подливать масла в огонь? Как только мы оказались на свежем воздухе за пределами ресторана, я склонился к её уху и тихо проговорил: — Идем, милая, продолжим наш разговор дома. На этот раз мне пришлось позволить ей вырваться. Глаза Клариссы метали молнии в мою сторону, и, на мгновение, я почти пожалел, что затеял всё это. Она была так поглощена яростью, что не могла отдышаться, то и дело резко вдыхая и выдыхая воздух. — Алек Лайтвуд, я убью тебя… — прошипела она, а я засмеялся. — Нет. Не убьешь. — Ненавижу тебя. — Это твое право, принцесса.       Она грозно рыкнула и двинулась в сторону своей машины. Я стряхнул кусочки льда с головы, оставшиеся после бодрящего душа от моей кхм... невесты, продолжая наблюдать за тем, как она уходила. Рыжая топала ногами и что - то невнятно бормотала, а после, когда села в автомобиль, вырулила на дорогу, так и не попрощавшись со мной. Такая смешная… и красивая. Когда машина Клэри скрылась из виду, я сел в собственную и, со спокойной душей и удовлетворенным эго, отправился домой. Не сомневаюсь, что буду спать, как младенец. Это был самый веселый вечер за последние несколько месяцев.

***

POV: Клэри       Да кого он из себя возомнил?! Что этот парень о себе думает?!       Я на предельной скорости мчалась домой. Вот же дура! А я еще считала, что, может быть, он не такой плохой, что, может, Изабель была права, говоря, что нам просто надо немного лучше узнать друг друга. Какой бред, Клэри!       Ночной Нью-Йорк мерцал тысячью ярких огней, и я как могла старалась отвлечься на их свет, но, черт побери, это вообще нереально! Разве можно думать о чём - то другом, когда парень, который вскоре станет твоим женихом, целый вечер отпуливал пошлые шуточки, язвил и улыбался так, словно ему плевать на весь мир? Теперь мои эмоции, которые я усиленно старалась контролировать, выплеснулись, и я искренне желала, чтобы по пути домой, на Алека случайно упал кирпич…        Ха! Представить только, уже завтра, все газеты города светились бы заголовками: «Трагическая смерть молодого бизнесмена», «Человек и Кирпич. История одного убийцы»… Подумав об этом, я улыбнулась и засмеялась, как последняя идиотка. Раньше мне и в голову бы не пришли такие странные мысли.       Поставив машину в гараж, я вошла в дом через заднюю дверь. Удивительная тишина… Сначала я подумала, что родителей вообще нет дома, но тогда почему дом открыт? В общем, не важно. Сейчас мне больше всего хотелось принять горячий душ, чтобы смыть с себя взгляды придурка Лайтвуда. В холле пахло ванилью и лилиями — любимое сочетание ароматов моей мамы. Поднимаясь в свою спальню, я заметила, что дверь в комнату брата немного приоткрыта. Все больше странностей…       Нахмурившись, я оглянулась, а потом быстрым шагом подошла к комнате и распахнула дверь, застыв на пороге. Испугав до потери сознания, меня подхватили на руки и сжали в медвежьих объятьях, закружив в воздухе. — Сестренка!       Господи! Я не могла поверить своим глазам, но спустя несколько секунд поняла, что всё это на самом деле, и крепко прижалась к брату, хрипло прошептав его имя: — Джонатан…       Горло сжалось от подступивших слез. Парень поставил меня на ноги, все еще продолжая крепко обнимать. Меня полностью переполнили эмоции, и сложно было сказать хоть слово, поэтому пришлось выражать свои чувства действиями. Я прильнула к Джону, уткнувшись носом в его сильную грудь. Совсем как в детстве… Брат всегда был выше меня, и я чувствовала себя неимоверно маленькой, находясь рядом с ним. В его объятиях я обретала покой, ощущала себя защищенной и по - настоящему любимой.       Рядом с Джонатаном я становилась той двенадцатилетней дурной девчонкой с ветром в голове. В этот миг все воздушные замки, которые я строила в своей голове, чтобы защититься, с грохотом пали. Брат гладил меня по волосам, шептал, как сильно скучал, а по моим щекам рекой катились слезы. Мои всхлипы заглушали его ласковые слова, но не делали их менее прекрасными. Джон нежно взял меня за подбородок, заставив посмотреть на него. В его зеленых глазах, идентичных с моими, светилась любовь и тоска. Он провел тыльной стороной ладони вдоль моей скулы, стирая слезинки, и улыбнулся. Я так скучала по этой улыбке… — Эй, красавица, я здесь, тише… — он легонько щелкнул меня по носу, и я засмеялась сквозь слезы. Только с ним я могла смеяться и плакать. Он — мой настоящий друг, моя семья и самый прекрасный человек. — Джонни… Я… Я… — он снова улыбнулся и прижал меня к крепкой груди. Как же уютно… — Я знаю, красавица, я тоже скучал.       Мы переместились на кровать. Брат все еще обнимал меня, а когда я начинала плакать, бережно гладил по плечам и говорил, что любит, что поможет разобраться и не даст меня в обиду. Спустя долгих 10 минут я умолкла, забравшись к Джону на колени. Парень улыбнулся и взял меня за руку, с усмешкой рассматривая кольцо. — Красивое… Небось твой женишок сам выбирал. Я, горько хмыкнув, надула губы, на что мой братик состроил милую рожицу: — Не обижайся, Клэри, — извинился он. — Лучше объясни, что это за цирк? Мать толком ничего не сказала.       Тогда я поведала Джону о затее со свадьбой, рассказала про ужин и чертову помолвку. Он внимательно слушал, время от времени ругаясь и сжимая кулаки. Когда я закончила, брат казался на удивление раздраженным. — Я не понимаю, почему ты дала свое согласие на эту авантюру? Ты могла просто отказаться, Клэри. Это проблемы родителей, ты не должна вечно плясать под их дудку! Сестричка, ты хоть понимаешь, что это навсегда? Ты сможешь провести жизнь с человеком, которого ненавидишь? Мое молчание было таким долгим, что Джон испуганно потрепал меня по коленке, привлекая к себе внимание. Я вздохнула, поджав губы и тихо сказала: — Я люблю родителей, люблю всех вас, и я не позволю нашей компании пасть. Я сделала выбор, каким бы печальным он не был для меня. Но... я готова на эту жертву. — Хорошо, — я видела, как сильно ему хочется возразить мне, но он сдержался, за что я была безгранично благодарна,  — а что насчет этого думает Алек? Пусть я и не до конца понимаю твою позицию, но каким боком это выгодно Лайтвуду?       Я внезапно поняла, что действительно никогда не задумывалась об этом. Я даже не представляла, как, возможно, тяжело Алеку. Я нарисовала его грубияном и бабником, от которого следует держаться подальше, но на самом деле не могла быть уверена, что мои суждения верны. — Я не знаю… По - моему, этому придурку вообще всё по барабану. Он зациклен на себе, ходит и улыбается, как душевно больной. Джон, как же он меня раздражает… — я со вздохом упала на кровать, закрыв лицо ладонями. Всем телом чувствуя, как брат улыбается, я вздохнула. Кровать прогнулась под его весом, и он прилег рядом, положив руки под голову. Когда я открыла глаза, Джон смотрел в потолок, о чем - то размышляя. — Ты ведь была влюблена в него в детстве, да? — Что?! — негодующе вскрикнула я, с ужасом посмотрев на Джонатана. — Ты с ума сошёл, идиот! — Ну да, ну да, красавица, теперь и я сумасшедший… — пробурчал Джон и опять подарил мне улыбку. — Это даже не смешно, — пробормотала я, умостившись у него на груди. — А вот и нет, очень даже смешно, просто Йель, походу, выбил из тебя всю дурь. Уверен, ты не сразу вспомнишь, когда тусовалась в последний раз. — Перестань меня доставать. Мы с Изабель больше месяца только и делали, что развлекались! — настроение тут же улучшилось, и я поняла, что Джон специально сменил тему, чтобы подбодрить меня. — О, красотка Изабель, говоришь?.. А она сейчас в городе, да? Я подняла голову и погрозила ему пальцем. — Даже не думай, братик, она — моя единственная подруга, и я тебя выпорю, если станешь к ней приставать. Он закатил глаза. — Ты такая зануда, малышка. Завтра узнаем, как ты умеешь веселиться. Как насчет вечеринки в честь возвращения блудного брата? Поможешь все устроить? Я звонко засмеялась и подумала, что вечеринка как нельзя кстати. — Всегда к вашим услугам, сэр! Джон усмехнулся и ещё крепче обнял меня, закрыв глаза. Я наслаждалась этим мгновением, и тоже сильнее прижалась к нему. — Спокойной ночи, братик. — Сладких снов, красавица.