One life to live

      Ему не хотелось говорить этого вслух, ровно так же, как не хотелось молча думать о ней. Кипы неразобранных бумаг, лежащие в его кабинете, были самой малой из всех проблем, которые так не вовремя свалились на голову Алека Лайтвуда. Хотя... разве проблемы имеют свойство появляться вовремя?       Договоры, отчеты, сделки — да какой в этом смысл, когда до твоей свадьбы меньше пяти дней? Любой другой на его месте рвал бы волосы на голове от волнения, но Алек не был каким-то там заурядным парнем. Он не только не мог спать из-за мысли, что вскоре ему придется жениться, его тошнило от осознания того, кто станет спутницей его жизни. Просыпаться, завтракать, работать, отдыхать — делать все в её присутствии! Наказание, пытка, что это, черт возьми, такое? Сколько бы времени не прошло, он никогда не примет факт своего скорейшего бракосочетания с Клариссой Моргенштерн. С девушкой, которая станет его уважаемой супругой, не будучи любящей женой…       Парень как сейчас помнил последнюю встречу со своей дорогой невестой. Её зеленые глаза, пылающие озорным огнем, чуть порозовевшие щеки и губы, ставшие объектом истязаний ровных белоснежных зубов. Они случайно пересеклись в поместье его родителей несколько дней назад. Клэри говорила с Маризой о предстоящей церемонии, и ему показалось странным, что она так усердно избегала его взглядов, и, как только парень заявился домой, под придуманным на ходу предлогом, в чем он был уверен, соизволила уйти. Неужели ей настолько противно его общество? Но тогда, что за чертовщина творилась с ней на вечеринке?       На следующее утро после той буйной ночи, она вела себя довольно раскованно и свободно, по крайней мере, Алеку так показалось. Конечно, она не раскрыла ему руки для дружеских объятий, но и не язвила на каждом шагу. Он не так представлял себе утро после событий минувшего вечера, и поначалу её равнодушие к нему очень огорчило Лайтвуда.        Все чаще он стал задумываться, что это очередная девчоночья игра… Но он отказывался в это верить, ведь видел, как по-настоящему сверкали её глаза, как почти прозрачная кожа воспламенялась под прикосновениями его пальцев. Такие эмоции невозможно подделать. А если и есть вероятность обмана, то тогда, наверное, человек, затеявший жестокую игру с чувствами такого рода, жесток и бездушен. Но Клэри не была такой. Нет. Он верил, что она другая.       Алек не знал… и не мог знать, что делается с этой девчонкой. Тысячи догадок и ни единого разумного предположения. Она была чудной головоломкой, которую не под силу разгадать даже величайшему уму планеты. Клэри была загадкой, той единственной проблемой, вихрем завладевшей всеми мыслями парня.       В кабинет, повиливая бедрами, вошла Америка — секретарша Алека. Сегодня её стройная фигурка французской манекенщицы была обтянута ярко-красным платьем, декольте которого открывало весьма откровенный вид на небольшие груди. Красивая, сексуальная, но глупая. В одном Клэри была не права: он ненавидел девушек глупышек, у которых нет ничего кроме наружной привлекательности.        Алек упорно делал вид, что поглощен чтением очередного договора. Но уловка не удалась, секретарша поставила перед ним кофе, и сладко пропела: — Хотите что-то еще, мистер Лайтвуд? — под «что-то еще» она подразумевает себя, подумал он, решив не зацикливаться на этом. Не отрываясь от бумаг, парень сказал: — Да, Мер, сообщите, пожалуйста, когда придет мой отец. — Плечи Америки поникли и она, раздосадованно вздохнув, кивнула. — Можете идти.       Когда она уходила, он в последний раз взглянул на неё, подумав, что хотел бы увидеть Клэри в этом платье. Наверняка ей идет красный… Шелковая ткань с блестящим отливом идеально подчеркнет её рыжие локоны.       Алек беззвучно выругался, взъерошив волосы. Да что с ним творится? Он никогда не замечал за собой такого увлечения кем-то. Он никогда не думал, что одна девушка способна так глубоко засесть в его мыслях.       Может, тому причиной недоступность Клэри? Но на вечеринке она не была такой уж недоступной… В одно мгновение она стала притягательной и страстной, будто мираж идеальной девушки…а в следующее, на её лице вновь появилась та дурацкая холодная маска отрешенности, которую он сам частенько примерял. Алек натворил дел, но, как не странно, он не чувствовал и капли вины за то, что позволил себе тогда.        Обнимать любую женщину приятно, а обнимать Клэри, прижимать её к себе и ощущать жар, волнами исходящий от её тела, оказалось приятней вдвойне. Как выбросить девушку из головы, как убедить себя в том, что она не стоит твоего внимания? Да никак! Если эта девушка твоя невеста…       На телефон пришло сообщение, вырывая парня из его мыслей. Он потянулся за мобильником, и его брови взлетели вверх в немом вопросе. Пробежавшись глазами по краткому посланию от некой мисс Клариссы Моргенштерн, Лайтвуд откинулся на спинку кресла. Завтра в 20:00 прием у Эрондейлов. Мы приглашены.       Изабель что-то говорила об этом, но Алек особо не интересовался. Само сообщение вызвало у него глупую улыбку, а тот факт, что следующий вечер он проведет вместе с Клэри, пугал и радовал одновременно. Вот только то, что ему снова придется встретиться с Джейсом Эрондейлом, пробуждало в нем слепую ярость. Он не мог забыть взгляд, с каким Джейс смотрел на Клэри. Лайтвуд точно знал, о чем думают парни, глядя на девушек таким образом… Он выдохнул и быстро напечатал ответ: Окей, Рыжик. Заеду за тобой в 19:30. Целую :* Ответное сообщение пришло незамедлительно: Лучше поцелуй себя в зад. И через минуту: Придурок.       Алек Лайтвуд не то что засмеялся, он захохотал, да так громко, что Америка спросила, все ли у него в порядке. Но Алек убедил её, что теперь у него всё хорошо. В его голове мгновенно зародилась интересная мыслишка, которую он захотел немедленно воплотить в жизнь. Остаток рабочего дня парень провел в сладостном предвкушении завтрашнего вечера. Ему было интересно, а думает ли Клэри о нем так же часто, как он думает о ней?       Еще одна головоломка, которую он намеревался разрешить в ближайшее время.

***

— Юная леди, ты вообще собираешься вставать? — по-материнскому строго прогрохотала Джослин прямо над ухом Клэри.       Вчера они с отцом полночи сопоставляли доходы и убытки небольшого предприятия, принадлежавшего их семье. Поток из шестизначных цифр, сотни фамилий и неразборчивых подписей — настоящий вынос мозга.       Разобравшись с отчетами, Клэри распрощалась с Валентином и отправилась спать в свою комнату. Работа отвлекала от мыслей о событии, дышащем в затылок двум семьям… Но полностью отвлечься все равно не удавалось. Некоторые акции компании резко слетели вниз, снова и снова напоминая Клэри о причине скорого брака с Алеком Лайтвудом. Деньги. Им срочно нужны деньги. Но действительно ли в этом дело? Этот вопрос часто звучал из уст Джонатана, в те редкие моменты, когда ему и его дорогой сестрице удавалось встретиться за ужином. — Ма-а-ам, еще минутку… — неразборчиво пробурчала девушка, уткнувшись лицом в подушку. Сколько бы лет ей не было, Клэри никогда не полюбит просыпаться рано утром, пусть даже если это утро настало в обеденный час. Как сегодня. — Ах, ну… ладно, — вкрадчиво произнесла Джосси, нарочито громко зашагав к двери, — если тебе совсем не интересно, что прислали на твое имя сегодня…       Клэри молниеносно вскочила с кровати, не дав матери закончить мысль. От резкости движения, у неё на секунду потемнело в глазах. Она потерла их ладошкой, пожалев, что поднялась. Но как сильно заколотилось её сердце, когда она, оглядев комнату, с удивлением обнаружила на стеклянном столике шикарный букет перламутровых лилий, перевязанных блеклой бежевой лентой. Её любимые цветы… Сердце забилось еще усерднее, будто лишние удары могли смягчить приятный шок от полученного подарка.       Клэри не сразу заметила, что цветы положили поверх красивой, переливающейся всеми оттенками синего, бумажной коробки из дорогого плотного картона. — Вау… — только и выдохнула она, подойдя к презенту. Лилии пахли пряностями, солнцем и чем-то еще… Очень знакомый аромат… «Мужские духи!» — озарило её, и Клэри была готова побиться об заклад, что знает, кто пользуется такими. — Тайный воздыхатель? — улыбнулась Джослин, стоя в дверном проходе. — Курьер привез это ранним утром, я не стала будить тебя сразу, ты поздно легла спать. Ну, доченька, от кого это? Клэри осмотрела букет, но не увидела никакой открытки, ни малейшего маленького листочка с подсказкой… Она пожала плечами, у неё тревожно засосало под ложечкой. — Не знаю. — Тогда посмотри, что лежит в коробке, — подмигнула Джосси и вышла из спальни дочки. Ну, конечно! Как же мать могла не заглянуть и туда? Пора привыкнуть, что она постоянно вмешивается в её жизнь.       Девушка поборола противоречивые ощущения и, отыскав хрустальную вазу, поставила лилии в воду. Когда цветы, идеально вписываясь в интерьер комнаты, очутились на белоснежной тумбе, она взяла в руки коробку с подарком, села на край кровати и аккуратно очертила пальчиком утонченные золотистые буковки с названием модного дома. Её любимый дизайнер… Она могла только догадываться, что внутри, ведь одежда от Александра Маккуина, а особенно его последняя коллекция платьев, захватывала дух любой модницы.       Клэри осторожно открыла коробку и ахнула, прикоснувшись к кроваво-алому атласу. Она точно узнала это платье, которое видела прежде на закрытом показе известного модельера. Элегантный крой и минимум деталей, вызывающий изыск и шик… Девушка сглотнула. Она бережно достала красивую вещь, чтобы получше её рассмотреть, почти сразу заметив пару строк, выведенных неброским почерком на небольшом листочке бумаги цвета слоновой кости. Снова этот запах… Озарение пришло внезапно и внутри все похолодело… Нет, не может быть… Надень его сегодня. Уверен, ты будешь сногсшибательно выглядеть в красном.       Не могу дождаться вечера. P.S. Готов поспорить, без него ты будешь смотреться еще круче.       — А.Л.       В горле запершило, Клэри потянулась за стаканом с водой, удивленно обнаружив, что покраснела. Значит вот так он собирается добиться её расположения? Она до дна осушила стакан с прохладной водой, засунув коробку с платьем под кровать.        Девушка плюхнулась на мягкие подушки, стараясь успокоить свое глупое сердечко. Похоже, ему захотелось пробить грудную клетку и выскочить из неё. Она стала замечать, что это случается каждый раз, стоит кому-то из её окружения упомянуть имя жениха.       С того вечера, когда Клэри позволила себе переступить невидимую черту, она старалась избегать любого контакта с Алеком Лайтвудом. Кажется, он был не против.       «Все вернулось на круги своя» — думалось Клариссе. А как же! Если бы жизнь действительно была проста, в мире стало бы гораздо меньше проблем. Все постепенно превратилось бы в иллюзию, которую писатели изображают на страницах своих фантастических романов. Но выдумка остается выдумкой, а реальная жизнь не может ждать.       Стоило Клэри встретить Алека в доме его родителей, былая нервозность проснулась, и Моргенштерн, как маленькая девочка, трусливо сбежала, невнятно пробормотав что-то о встрече с давней подругой. Когда она уходила, никто не заикнулся, что она всегда дружила только с Изабель…       Девушка нехотя обратила внимание на настенные часы и прикрыла вмиг отяжелевшие веки. Два часа после полудня… Очень скоро она увидит его.       Вчера, когда брат уговорил её пригласить Алека на сегодняшний прием, она была полна решимости расставить все точки над i . Было бы проще, если бы парень проигнорировал её приглашение, или если бы он не присылал этих роскошных подарков… Теперь Клэри точно знала, что ему было не все равно. Но готовы ли они к переменам? Может, стоит попробовать и… Какая глупость! Она вскочила с кровати и стала ходить туда-сюда, меряя шагами свои просторные апартаменты.       В комнате пахло лилиями и… Алеком. Она не могла не признать себе, что ей ужасно нравится аромат его парфюма. Терпкий мускус в смеси с чем-то цитрусовым и свежим. Если он будет пахнуть так сегодня вечером, она не сможет находиться рядом. Велика вероятность, что она снова потеряет рассудок. Ей вдруг захотелось сжечь дурацкое платье и срочно провести дезинфекцию комнаты, открыть все окна, применить любые средства, только чтобы запах духов Лайтвуда исчез. — Дыши, Клэри, дыши… — негромко прошептала она и, непонятно зачем, взяла в руки телефон, чтобы пролистать вчерашнюю переписку с Алеком. Она улыбнулась, когда сделала то, что хотела. Положила мобильник обратно на тумбочку, посмотрелась в зеркало и решительно зашагала к ванной, через секунду скрывшись за высокой овальной дверью. Пора начинать подготовку к вечеру. Пока еще Моргенштерн решила быть самой прекрасной на этом приеме.       После водных процедур, Клэри спустилась на кухню, чтобы позавтракать, ну, или пообедать. Конечно, не обошлось без расспросов матери о подарках, Алеке и сегодняшнем вечере. Родители тоже идут на прием. Что же, это даже хорошо. Может, если повезет, ей удастся ускользнуть от Лайтвуда к ним…       Вернувшись в спальню, девушка снова обратила внимание на свой телефон. Только на этот раз не без причины. Смартфон раздражающе вибрировал, оповещая его хозяйку о новых сообщениях. Прочла первое: Ты действительно пригласила ЕГО к Эрондейлам? Клэри усмехнулась. Она не говорила Изабель о своем решении и была уверена, что ей рассказал Джон, с которым у подруги вчера было свидание. Она быстро напечатала: Нам надо появляться на публике вместе. Это отличный повод. Ничего личного, Иззи.       Она и сама не была уверена в правдивости своих слов. Вряд ли подруга поверит… Клэри неторопливо пролистала оповещения из соц. сетей, и только теперь увидела еще одно непрочитанное сообщение. Тяжело вздохнула, открыла его, прочитала и в неимоверном гневе отшвырнула телефон на кровать. Глупый, грязный, подлый, извращенец! Она достала из-под кровати коробку с платьем, примерила его, и начала наряжаться. Любишь игры, Алек Лайтвуд? Ну что, а я тоже не против поиграть. — немо рассуждала она, вырисовывая контур губ алой помадой.       Позднее девушка и сама удивилась, почему содержание сообщения так смутило и разозлило её. Оно стало своеобразным толчком к действиям. Пора возвращать старую Клариссу Моргенштерн. Больше она не позволит ему надрывать её позицию. Он запомнит этот вечер надолго. Игра началась.

***

      Ровно в назначенное время, Клэри элегантно спустилась по лестнице вниз и, увидев в гостиной родителей, болтающих с Алеком, стараясь не покраснеть, вспомнила его последнее послание: Это платье положено носить без нижнего белья. Будто она сама не понимала…       Кларисса была прекрасна. Огненно-рыжие волосы, уложенные крупными блестящими локонами на одно плечо, сияющие яркие глаза и мраморно белая кожа, сверкающая, словно снег, на фоне красного бархата платья. Красивое, просто шикарное ожерелье с большим темным аметистом в центре, служило гармоничным дополнением к её по-королевскому богатому образу.        Она одолела последние ступени, не замечая на себе восторженных взглядов. Теперь Клэри подняла свои длинные ресницы и посмотрела на всех присутствующих в комнате. Девушка уверенно улыбнулась, остановившись взглядом на Алеке. Ей захотелось принести фотоаппарат, чтобы навек запечатлеть выражение лица Лайтвуда, когда он увидел её. Мама, папа, даже Джонатан — все уставились на Клэри. Внутреннее ликование поглотило её всю. Ей казалось, или молчание недопустимо затянулось? Значило ли это, что девушке удалось воспроизвести должный эффект на родных? Наверное, да. — Добрый вечер, — вежливо поздоровалась Клэри, нарочито прожигая глазами своего жениха. Её краткое приветствие прозвучало необычайно громко в полной тишине.       Алек смотрел на нее так, как не смотрел никто другой. Его глаза искали в ней изъяны, но каждая попытка их найти познавала фиаско. Клэри была безупречна, идеальна во всем… Он пожалел, что выбрал именно это платье для неё. Да, надо было купить что-то поскромнее, ведь в этом наряде его невесту можно приравнять к прекрасным древним нимфам, привлекавших мужчин своей непорочной красотой. Он уже морально готовил себя к тому, что ему придется отгонять от неё приставучих парней.       Клэри была привлекательна в любой одежде, но это платье… это… это… Он лишился дара речи, затаив дыхание, когда она так стойко и вызывающе смотрела на него. Правду говорят, что хорошее платье надо носить с достоинством и тогда оно станет еще краше.       Девушка отдала бы все, что у неё было, только для того, чтобы на несколько жалких минут заглянуть в голову Алека и узнать, о чем он думает. — Ты замечательно выглядишь, девочка моя! — с любящей отеческой улыбкой сказал Валентин, обнимая за талию свою жену. Для Клэри похвала от отца была самой лучшей наградой за три часа, которые она провела в плену визажиста. Девушка оторвала взгляд от Алека, чтобы посмотреть на своих родителей. Папа был одет в идеально отутюженный черный костюм с галстуком под цвет маминому темно-синему платью. Идеальная пара. Они пронесли свою любовь через годы, не потеряв и капли тех чувств, толкнувших их к созданию семьи.       В знак благодарности за прекрасный комплимент, Кларисса широко улыбнулась отцу. Она получила одобрительную улыбку от брата, который был полностью увлечен перепиской с кем-то. Впрочем, девушка догадывалась с кем именно.       Алек сделал шаг к ней. Гримаса на его лице мало напоминала добродушную улыбку, в усмешке был привычный ему шарм и вызов. Он смотрел ей прямо в глаза, и Клэри терпеливо ждала, когда он сделает хоть что-то. Лайтвуд сказал родителям, что они с невестой, как же прекрасно звучит это слово в его устах, их догонят. Клэри не возражала.       Послышался звук закрывающейся двери, и девушка вздохнула. Алек все смотрел, разглядывал её. Клэри говорила себе, что она должна гордо выдержать его взгляд. Должна. Должна. Должна. Она ждала от него саркастичности, язвительности, да чего угодно! Но точно не того, что он сказал… — Тебе надо переодеться. — Произнес парень тоном, не требующим никаких возражений. Холодно и спокойно.       Девушка открыла рот в немом удивлении. К горлу подкатила тошнота, ей захотелось вернуться в спальню и спрятаться под кроватью. Обида захлестнула её с головой. Она благодарила богов за то, что они остались в комнате одни. Клэри не смогла бы пережить такого унижения. Тонкие пальчики, держащие черную сумочку, побелели от силы, с которой она сжала деликатный аксессуар. Клэри не отдавала себе отчета в том, что делает. Она закусила нижнюю губу и замахнулась на Лайтвуда рукой. Щелк. Парень вовремя перехватил её запястье, задержав его в воздухе. Он обескураженно смотрел на её руку с кольцом на пальце, а потом взглянул в сверкающие гневом глаза. Клэри была раздавлена. — Сумасшедшая… — он крепче сжал запястье и взял её за другую руку, принудив обронить сумочку. Девушке хотелось ударить его… Колотить до потери сознания. Долго-долго. Алек притянул её к себе. Невзирая на попытки вырваться, он наклонился к её лицу. — Маленькая, безумная девчонка… — Отпусти меня! — гневно крикнула Клэри, наступая ему на ногу каблуком. — Отпусти, Лайтвуд! Он приблизился еще ближе. Правая рука на её талии, а левая на шее. Клэри оказалась в ловушке… — Ты очень-очень красивая сегодня, — тихо произнес он, выдыхая слова ей в губы. — Тебе правда к лицу красный, принцесса.       Клэри уставилась на него. Её грудь часто вздымалась от неровного дыхания и эмоций, бурлящих внутри. — Сначала ты говоришь, что я самая ужасная из всех девушек, потом флиртуешь со мной, ведешь себя как обыкновенный нормальный парень, потом избегаешь, но присылаешь подарки и пишешь дурацкие сообщения, потом велишь мне переодеться после четырех часов сборов, а теперь говоришь, что я красивая! — она с усилием вырвалась из его рук. — Я не верю ни одному твоему слову, Алек Лайтвуд. Ты жалкий трус, и мне противно находиться рядом с тобой! Не смей прикасаться ко мне, не смей, Алек. Я ненавижу тебя, слышишь? Может, тебе и удалось купить меня, но я никогда не буду принадлежать тебе. Всегда помни, что я стою рядом с тобой только из-за денег, только ради своей семьи. Ты — никто, и никем останешься. Своими словами она хотела ударить Лайтвуда, задеть чувства так сильно, как он своим упреком, задел её. — Все сказала, Рыжик? — Алек был спокоен как никогда. Клэри это злило. Она промолчала. — А теперь послушай меня, дорогая. Я знаю, что иногда веду себя, как придурок. Она фыркнула:  — Иногда? — Не перебивай, Кларисса. — он был полностью сосредоточен на её глазах. — В общем, да, я веду себя как придурок, но ты тоже не подарок. И пока ты не начала возмущаться, я скажу тебе, что мне это нравится. Да, ты меня бесишь, да, у тебя проблемы с головой, но… — она снова замахнулась на него, но на этот раз он не остановил девушку, и она оставила на его щеке след от удара. Парень закрыл глаза и громко вздохнул, тихо выругавшись. — Твою мать, Клэри, что ты творишь?!       Алек цокнул языком, с мужской грубостью схватив девушку за плечи. Он толкнул её к стенке и прижался к ней своим телом. Их взгляды пересеклись. Его потемневшие глаза, затянутые прозрачной дымкой, и её изумрудно-зеленые, взирающие на него с былой дерзостью и злобой. — Ну, теперь скажи, как сильно ненавидишь меня! — прохрипел он у её приоткрытых губ. — Скажи, что тебе противны мои прикосновения… — он прикоснулся губами к пульсирующей вене на её шее. Поцеловал нежную кожу, ощущая как дрожит её тело. Вернулся к губам, держась от них на расстоянии нескольких миллиметров. Клэри перестала дышать. Он выиграл. Снова победил. — Давай, почему ты молчишь? Скажи, какой я плохой, скажи, что совсем не хочешь меня, что не думаешь обо мне, ложась спать, скажи, что тебе ненавистны мои подарки, что сейчас ты дрожишь от гнева, а не от желания, скажи, что ненавидишь. Два слова, Клэри, два слова, и я больше никогда не коснусь тебя без разрешения.       Но она молчала. Во рту пересохло, Клэри не могла шевельнуть языком. Она смотрела на Лайтвуда, туманно принимая реальность происходящего. Он победно улыбнулся, провел ладонью вдоль её скулы до подбородка, немного приподнял его и прошептал: — Будь хорошей девочкой сегодня, и я не стану тебя наказывать за то, что ты меня ударила, — он посмотрел на часы и хмыкнул. — Идем, принцесса, мы уже опоздали на вечер.

***

      Они были самой красивой парой. Вошли в зал, держась за руки и улыбаясь. Принимали поздравления от друзей семей, терпеливо выслушивали комплименты. И если Алек был невозмутим, Клэри не могла так просто выкинуть из головы сцену, произошедшую между ними в её доме. — Вы решили, куда отправитесь в свадебное путешествие, милая? — девушку нагло вырвали из её мыслей, и она с мольбой взглянула на Алека, который, к слову, улыбаясь смотрел на неё. — Клэри не хочет никуда ехать, — сказал он мистеру Стивенсу, — а вот я хочу увезти её далеко-далеко. Чтобы только мы вдвоем. Подальше от городской суеты. Старик засмеялся. — Понимаю, брак — это прекрасно, молодые люди. Вы наверняка хотите насытиться друг другом, помню, как я женился в первый раз…       Больше Клэри не слышала. Она смотрела на своего жениха и гадала, как ему так легко удается играть свою роль. Девушка пила шампанское, разглядывая публику. Она знала всех. Каждый гость праздника Эрондейлов был знаком ей чуть ли не с самых пеленок. Не удивительно, что сегодня мисс Моргенштерн и мистер Лайтвуд были в центре всеобщего внимания. Первый официальный выход в свет, одни и те же дурацкие вопросы и улыбки от толпы… Как долго вы встречаетесь? Как вам удавалось поддерживать отношения на расстоянии? И самое отвратительное: «Увидимся на свадьбе». — Мне надо выпить, — тихо сказала Клэри Алеку. Тот с подозрением взглянул на неё, но возражать не стал. Парень предложил ей подождать, и он сам принесет ей что-нибудь, но девушка вежливо отказалась. Спасибо мистеру Стивенсу, который занял жениха разговором.       Кларисса лавировала по просторному холлу, взяв себе бокал шампанского. Ей хотелось найти место, где она сможет хотя бы минутку побыть одна. Слишком многого хочешь… — лукаво шептал внутренний голосок, и как всегда, оказался прав.       Джейс появился сзади незаметно. Клэри не успела ничего сообразить, как он взял её руку, оставив на тыльной стороне ладони легкий поцелуй. — Я удивляюсь твоей красоте, — сказал он, и его знаменитая тщеславная усмешка исчезла, уступив место искренней улыбке. Девушка не скрыла своей радости. Ей было приятно услышать комплимент, приятно увидеть Джейса Эрондейла. Он снова взял её за руку, задав немой вопрос и кивнув в сторону нескольких танцующих пар. Клэри решила, что ничего плохого в том, что она потанцует с Джейсом, не будет. — Отличный вечер, — непринужденно заметила она, когда парень увлек её в танец. Он улыбнулся, как-то странно на неё посмотрев: — Селин постаралась. — Она всегда знала толк в организации светских приемов, — улыбнулась Клэри, вспоминая некоторые из праздников, организованных матерью Джейса. Ей вдруг подумалось, что его прикосновения не вызывают в ней такого восторга, как касания Алека. Это пугало и смущало одновременно. Интересно, он до сих пор говорит с мистером Стивенсом, или нашел себе другого компаньона?       Ладонь Джейса плавно, незаметно для самой Клэри, опустилась немного ниже положенного. Она ощутила её тепло сквозь тонкую ткань своего платья и едва заметно нахмурилась, но говорить ничего не стала. Они танцевали пока одна песня не сменилась другой. По её просьбе, Джейс по-джентльменски провел девушку к менее оживленной части помещения. Клэри хотелось подышать свежим воздухом, и она поблагодарила парня, когда он проводил её на балкон.       Вид на красивый и ухоженный летний сад был нечем в сравнении с ночным небом, которое успели усеять звезды. Девушка взглянула через плечо, но Джейс не двинулся с места. Она отвернулась. Что-то подсказывало ей, что она не должна здесь находиться… Нет, только не сейчас, не с ним… — Знаешь, — шепотом сказал он, — Алек настоящий глупец. На его месте я бы глаз с тебя не спускал, Кларисса. По коже поползли тревожные мурашки. Клэри слышала, как парень подошел к ней сзади. — Такую красоту обязательно захотят украсть… — голос стал еще тише. Он положил ладонь на её голое плечо, и резко развернул девушку к себе. От былого Джейса не осталось и следа. В его взгляде полыхало что-то... опасное, даже звериное. Клэри захотелось убежать. — Эй, Джейс, — она попыталась добродушно улыбнуться и смахнуть его руку. — Отпусти меня. Парень оскалился и грубо прижался к Клариссе, касаясь ртом её щеки. Он был настолько сильным, что она не могла сдвинуться с места и на миллиметр. Паника внутри разрасталась. — У тебя такие красивые губки… Лайтвуду нравятся твои поцелуи, или ему больше по душе то, что у тебя в трусиках? — Прекрати, Эрондейл, — грубо сказала Клэри, не показывая внутреннего страха. Она попыталась вырваться из цепкой хватки, но руки Джейса до боли сжали её так, что она чуть не взвизгнула. На глаза навернулись слезы. — Не трогай меня. Не трогай… Отпусти… Парень захохотал. — Ты так же жалко умоляла Лайтвуда взять тебя в жены? Решила возглавить гвардию шлюх, с которыми он спит? Или ты настолько хороша в постели, что он готов отказаться от своих девок ради тебя одной? Я бы с удовольствием проверил…       По её щеке скатилась слеза. Клэри прикусила язык, чтобы не разреветься на глазах у этого сумасшедшего. Он блуждал по её телу, пока одна из ладоней не остановилась у неё на груди. Слишком громкая музыка ставала преградой, если закричать — никто не услышит. — Джейс, да что с тобой? Прошу тебя, пожалуйста, оставь меня в покое. — А если я не отпущу тебя? Что ты мне сделаешь, шлюшка? — он откровенно насмехался над её беспомощностью. Стеклянная дверь позади распахнулась, пустив на балкон толику шума гостей, находящихся в основном зале. Джейс повернул голову. — А если не отпустишь её, я оторву тебе твои грязные руки. — серьезно произнес Алек Лайтвуд, ответив на вопрос, предназначенный его невесте. Клэри поежилась от боли, когда Эрондейл оттолкнул её от себя. — Вы посмотрите, кто яви… — он не успел закончить фразу, как кулак Алека столкнулся с челюстью блондина.       Девушка в ужасе ахнула. Джейс мгновенно оклемался и замахнулся на противника, но тот лишь уклонился от удара, еще раз попав подонку по лицу. Из носа Эрондейла брызнула алая струйка крови. — Если ты еще раз приблизишься к ней, я убью тебя. Пусть это будет последнее, что я сделаю, мразь, но обещаю, я убью тебя! — отчетливо выговаривая каждое слово, Алек сжимал руки в кулаки, словно пытаясь воздержаться от порыва снова ударить Джейса. Эрондейл будто трус попятился назад, прижимая к кровоточащему носу рукав пиджака. Он яростно взирал на Лайтвуда, но не решался действовать. Остановившись у самой двери, парень посмотрел на Клэри и с отвращением произнес: — Мы с тобой еще увидимся. Девушка вздрогнула, проглотив горький ком в горле. — Ах ты, сукин сын… — выплюнул Алек и уж было сделал шаг к Эрондейлу, но Клэри подбежала к нему и схватила за руку, умоляюще посмотрев в глубокие синие глаза, переполненные яростью. Девушка понимала, что скорее всего пожалеет, что поддалась этому секундному порыву, но сейчас её вряд ли что-то могло остановить. Она нежно коснулась ладошкой его щеки, прижалась к сильной мужской груди и поцеловала. Отчаянно и настойчиво. Словно открывая ему свое сердце, вручая его ему. Её соленые слезы смешались с горьковатым вкусом его губ. Алек прижал Клэри к себе, соединяясь с ней в едином потоке ощущений.       Дверь с тихим хлопком закрылась, вырвав этих двоих из их мира. Клэри отстранилась первой. На её лице было выражение полного спокойствия, тогда как сердце совершило кульбит. Алек смотрел на девушку, не пытаясь скрыть изумления и нежности во взгляде. Она видела, как часто вздымается его грудь. Короткий поцелуй, подаривший один разряд электричества на двоих… — Ты в порядке? — ласково, но с беспокойством спросил он, заправляя один из выбившихся локонов ей за ухо. — Нет, — Клэри отрицательно покачала головой, кусая нижнюю губу. — Нет, Алек, не в порядке… Если бы не ты, он… Его взгляд похолодел. Парень снова притянул девушку к себе и прижал. Нежно, осторожно, словно она была хрупкой куклой, которую нужно беречь, как зеницу ока. Клэри крепко обхватила его за талию, и Алек невольно улыбнулся, погладив её по волосам. — Я испугалась… Лайтвуд сцепил зубы, прижимая к себе дрожащую девушку. Ему хотелось защитить её от всего мира. Несколько минут они стояли вот так, слившись в теплых объятиях, оба нуждающиеся в поддержке друг друга. Алек нарушил тишину, задав один из тысячи вопросов, волнующих его сердце: — Почему ты поцеловала меня? Клэри ответила не медля и секунды. — Потому что мне захотелось сделать это. Он улыбнулся. — Значит ли это, что теперь ты перестанешь меня бить и язвить по любому поводу? Девушка тихо засмеялась, посмотрев ему в глаза: — Ты заставил меня надеть платье, которое носят без белья. Не надейся, что я буду хорошей девочкой. Его глаза вспыхнули, а брови поползли вверх: — То есть под платьем серьезно… ничего нет? Клэри тихонько вздохнула и отошла от парня, лукаво улыбнувшись: — Может быть, Алек Лайтвуд, может быть... И она поняла, что снова ошиблась... Этот вечер запомнится надолго им обоим.