Ворон и Ловчий

- Где тебя черти носят!? Ловчего за рукав парадной куртки втащили за занавес, прикрывавший небольшую арку. Не успел он повернуть голову, как ткнулся губами в губы Брана. - Где тебя носило? – более спокойно повторил король через минуту. Ловчий взмахнул большим и тяжелым позолоченным подсвечником: – Пока ваше величество изволили отплясывать и развлекаться, ваш мажордом… Бран вырвал у него из рук подсвечник, поставил в угол и вместо него сунул Ловчему ключ. - Это от малиновой гостиной. Графиня Блодьювидд. Она уже четверть часа, наверное, ждет! - Ничего, лапушка Блодьювидд от ожидания делается только слаще, совсем как мушмула, - облизнулся Ловчий. – Значит, в малиновой гостиной? - Да. Свечи я погасил, а потом подождал, пока погаснет камин, и… - Для быстроты в камин надо нассать. Бран толкнул Ловчего кулаком в плечо, но тут же рассмеялся. - Да, еще вот… - он высыпал постельничему в ладонь золотую цепочку с тяжелой подвеской в виде трикветра. – Отдашь ей потом. И… ей нравится, когда ее покусывают за мочку уха… - …и когда щиплют за грудь! – и Ловчий рванулся наружу, в коридор. Но Бран успел схватить его за руку и развернуть к себе. - А потом сразу ко мне. Понял? Подождав, пока Ловчий отойдет на достаточное расстояние, Бран выбрался из-за портьеры в коридор и отправился в свои покои. Издалека доносилась музыка (от усталости музыканты уже фальшивили), топот, пьяные голоса и прочие звуки завершающегося бала, но король, конечно, не мог вернуться к гостям, поскольку на глазах у всех удалился из залы в обществе очаровательной Блодьювидд. Проходя мимо полуоткрытой двери, Бран услышал женский плач и сердитый мужской голос. Он остановился и заглянул в щель. - Иджерна, хватит выкрутасов! – говорил высокий широкоплечий мужчина, развязывая гульфик и прижимая к стене молодую женщину. – Кончай! Та, хрупкая и темноволосая, с плачем пыталась оттолкнуть мужчину, который, закончив с гульфиком, принялся задирать подол ее зеленого платья. На лицо женщины падал свет, и Бран узнал ее: Иджерна Пебир, из младших фрейлин. Ноги у Иджерны оказались стройные и красивые, но, кажется, она вовсе не была расположена идти навстречу желаниям мужчины, зажавшего ее в темном углу. - Нет, пожалуйста! – взмолилась она, из последних сил пытаясь вырваться из хватки мужчины и одернуть юбку. – Отпустите меня! Я не хочу! - А тебя никто и не спрашивает, – прошипел мужчина, пытаясь засунуть ладонь между ее стиснутых бедер. – Ишь ты, хитрая какая – повадилась от меня бегать. От меня не убежишь! - Господин Патрик, пожалуйста, не надо, я не хочу! – безнадежно всхлипнула Иджерна. - Врешь, - сказал мужчина. – Хочешь. Ты всегда сначала брыкаешься, а потом рада-радешенька, когда тебе засандалят поглубже. А ну раздвигай ноги! Иджерна отчаянно помотала головой. - Ах ты шлюха! – рассвирепел он и встряхнул девушку за плечи. – Щас ты у меня… Он занес руку для затрещины, но руку эту перехватил Бран, появившийся из двери у него за спиной. - Даже шлюхи дают по доброй воле. А эта девица недвусмысленно дала вам понять, что не желает иметь с вами дела, - сказал король. Речь была прекрасная, но, договорив ее, Бран осознал, кого держит за руку: это был дюк Патрик Логан, ставший одним из Пятнадцати Нобилей меньше полугода тому назад, после смерти своего отца. И мешать Патрику… не стоило. Хотя бы потому, что помешать Логанам было очень и очень непросто. Сердце у Брана упало, но отступать было поздно. Судя по налитым кровью глазам Патрика, тот мог и врезать, не разбираясь. Сложением напоминая медведя, свой родовой знак, дюк Логан был старше короля и шире его во всех местах, и при мысли о том, что дело может дойти до драки, Брану стало не по себе. - Ваше величество… - пискнула Иджерна. У нее явно подкосились ноги, и она бы упала, если бы не Логан, прижимавший ее к стене. - Отпустите девушку, - произнес Бран как мог холодно и твердо, не выпуская руки Логана. – Я вам приказываю. Логан тупо уставился на Брана, но, кажется, все-таки узнал короля: в маленьких глазках дюка, похожих на свинячьи, затеплилось понимание. Пока мужчины играли в гляделки, Иджерна пришла в себя. Оттолкнув Логана, она вырвалась из его объятий и шмыгнула за спину короля. Не сводя глаз с красной физиономии дюка, Бран слышал, как фрейлина шуршит юбками, приводя себя в приличный вид. Логан перевел взгляд с Брана на Иджерну и нахмурился. У него в голове явно происходила какая-то сложная работа мысли. - Это что, - наконец сказал он, опуская, к облегчению Брана, руку, - ты себе кого получше нашла? - Это к делу отношения не имеет, - сказал король, игнорируя тот факт, что Логан не снизошел даже до приветствия в его адрес. – Просто извольте, дюк, оставить эту девушку в покое. Раз уж она не жаждет вашего общества. - Не жаждет моего общества? – тупо повторил Логан. – С чего бы это? Она же всегда жаждала… сир. И не меня одного, - Логан с мстительной злобой метнул взгляд в Иджерну. - Нет! – вскрикнула та. – Неправда! – Где же тут неправда? - изумился Логан. - Или не помнишь, как мы скопом ублажали тебя на этом самом сундуке? - и он указал на пыльный сундук, и в самом деле стоявший в углу комнатки. – И не вздумай врать, будто тебе не понравилось. За спиной у короля Иджерна всхлипнула словно в предсмертной агонии. А Логан продолжал, обращаясь к Брану: - Вот видите, государь? Дырка - она и есть дырка. Бран расправил плечи. - Как бы то ни было, изнасилование женщины благородного происхождения карается по всем кодексам Галлии, - сказал он. – Если вы, Логан, немедленно уберетесь из этой комнаты, я буду судить вашу вину не по Правде Верцингеторига, согласно которой размер возмещения исчисляется исходя из чести насильника, а по законам Канута, по которым вира выплачивается сообразно статусу жертвы. Логан уставился на Брана как змея на Святого Патрика. Иджерна за плечом короля перестала всхлипывать – видно, тоже от изумления. - Я вас боле не задерживаю, дюк Логан, - произнес Бран, поворачиваясь к девушке. - Ладно, - сказал Логан. – Но смотрите, сир, как бы эта растолченная ступка не оказалась велика для вашего пестика. Бран резко обернулся к нему. - Вашему пестику она тоже оказалась велика? Потому и пришлось дружков на помощь звать? – ядовито спросил он и значительно поглядел на распахнутый гульфик Логана. Тот, спохватившись, принялся завязывать свое хозяйство, наливаясь густым румянцем. - А что касается меня, то… большому кораблю, знаете ли, большое плаванье, - добавил Бран. Это был coup de grace, и Логан с неразборчивым «с вашего позволения, сир» вылетел в дверь так, словно мечтал провалиться сквозь пол. Бран повернулся к Иджерне и увидел, что она, побледнев, сползает по стене. Королю ничего не оставалось, кроме как подхватить девушку. - Ну же, милая, - ласково сказал он. – Все кончилось, больше не из-за чего падать в обморок. - Я не хотела… они заставили меня… - выдохнула Иджерна. – Я клянусь, ваше величество! Она снова попыталась упасть, и Бран догадался, что она хочет встать перед ним на колени. - Да я верю, верю, - быстро сказал король, удерживая девушку за тонкую талию. – Все в порядке, теперь все будет хорошо. - Нет, мне теперь только в петлю… - прошептала Иджерна белыми губами. – Патрик ославит меня на весь двор, на всю столицу… Бран пожал плечами. - Я думаю, все поймут, что он наговаривает, - успокоил он девушку. – Зелен виноград и все такое. Кобелиную брехню ветер носит. У тебя ведь есть свидетель – я. Иджерна судорожно всхлипнула. - У него… у него тоже есть свидетели, - задыхаясь, проговорила она. – В том числе… ваш… ваш кузен, дюк Вивиан. Глаза Брана на мгновение вспыхнули. - Так он сказал правду, насчет дружков? – спросил он, бросив быстрый взгляд на сундук. Вместо ответа Иджерна упала на плечо Брану и разрыдалась. - Ну… полно… не плачь, пожалуйста… - потерянно сказал король. Тонкие пальцы девушки судорожно сжимались и разжимались на груди королевского камзола, срывая мелкие жемчужины, которыми он был расшит. Даже сквозь несколько слоев ткани Бран чувствовал, какой горячий у Иджерны лоб и какие мокрые у нее слезы. Потом девушка вздрогнула и резко выпрямилась. И со страхом посмотрела на короля. - О, ваше величество, простите, простите меня, я не должна… - Почему? - Я просто… просто шлюха… - ее глаза наполнились слезами, и она закусила губу, чтобы не разрыдаться снова. – Я не… - Нет, ты не шлюха, Иджерна, - сказал король. - Почему? Бран пожал плечами: – Ты совсем непохожа на мою мать. Иджерна распахнула глаза и в ужасе шарахнулась прочь, но король ее удержал. - Ладно, не будем об этом, - смущенно сказал он. – Я просто имел в виду, что ты не такая. Иджерна вытерла рукавом глаза. - Как же, не шлюха… Как еще назвать женщину, которая ублаготворяет… - ее передернуло, - шестерых мужчин? – зло сказала она. - Женщиной, которую изнасиловали шестеро мерзавцев, - отрезал Бран. – Если ты попросишь, я буду их судить. Иджерна подняла на него изумленный взгляд. - Судить дюка Логана? И… вашего брата? Из-за меня? Баронов из Пятнадцати Галлии? - Никакой он мне не брат! – с яростью отрезал Бран. – Он просто… просто ублюдок! А ты не уличная девка, а благородная, чтобы так обходиться с тобой в моем собственном дворце! - Вы серьезно? – испугалась Иджерна. - Еще бы! - О нет, нет, не надо, государь! – пальцы девушки снова в вцепились в камзол Брана. – Их же шестеро… - И что? – не понял король. - Свидетельство шести мужчин перевесит свидетельство одной женщины, - сказала Иджерна безнадежно. – Они просто скажут, что я согласилась, и все... Такого позора я не переживу. Она опустила голову. Король крепче обнял тонкий стан девушки. - Знаешь что? – сказал он. – Когда-нибудь они за это заплатят. Все. Ты мне веришь? - Да, ваше величество… - прошептала Иджерна. - Я… я недостойна вашей доброты. Я просто грязная… - Не смей… - свирепо прошипел Бран. – Не смей так себя называть, слышишь? Я тебе запрещаю! Иджерна испуганно кивнула. - Но почему вы так добры ко мне? – шепотом спросила она. Бран посмотрел в серые глаза девушки и подумал о том, как было бы хорошо, если бы на его месте сейчас оказался Ловчий, который, несомненно, придумал бы правдоподобный ответ на этот непростой вопрос. Ловчий… - Ты… ты мне нравишься! – вдруг осенило Брана. - Я вам нравлюсь? – тупо переспросила Иджерна. Брана понесло: - Что же в этом странного? Разве я не мужчина? Разве ты не можешь нравиться мужчине? Я всегда смотрел на тебя и думал… Тут королю изменило вдохновение. Но Иджерна смотрела на него так, что Бран просто не мог оборвать фразу на полуслове. – И думал, что ты очень красивая, - решительно закончил он. Не то что бы это было правдой прямо сейчас: от потрясения Иджерна, с заплаканными глазами, едва не вылезшими из орбит, глупо приоткрытым ртом и растрепанными волосами, выглядела как деревенская дурочка. Впрочем, зубы за розовыми губами оказались белые и ровные. Потом в ее глазах что-то погасло. - Я поняла, - произнесла Иджерна неживым голосом и оглянулась на сундук. – Простите глупую, что не сразу догадалась. Она опустила лицо и потянула за завязки шнуровки на груди своего платья. Бран накрыл ее руки своей. Кончики его пальцев коснулись кружевной оборки нижней рубашки, видной из-за корсажа. Кружево было теплым, и он чувствовал, как под его рукой быстро поднимается и опускается грудь Иджерны. - Разве я похож на Логана? – спросил он. – Или на Ублюдка? - Но вы сказали… - пробормотала Иджерна. - Я не кобель, я ворон, - произнес Бран. – Есть же разница? Иджерна смотрела на него в полном недоумении. - Я прилечу, только если ты позовешь, - сказал король. – Если ты захочешь. Иджерна смотрела на Брана так, как будто увидела его впервые. Бран чувствовал, как ее взгляд скользит по его лицу. Ему вдруг стало жарко и страшно, словно он стоял на краю обрыва. - Тогда приходите… то есть прилетайте… - прошептала Иджерна. Она прижала руку Брана к своей груди, и теперь он чувствовал, какая она мягкая и как часто бьется сердце Иджерны. Брана словно столкнули с обрыва, и он полетел вниз, ломая крылья, теряя перья: прижав Иджерну к себе, он наклонил голову и приник к ее розовому ротику. Он не то чтобы собирался целоваться всерьез, но дрожащие припухшие губы оказались вдруг такими нежными и солеными, что он на мгновение растерялся. И тогда губы Иджерны влажно прильнули к его губам. Бран почувствовал себя пчелой, опустившей хоботок в чашечку цветка и захлебнувшейся нектаром. Он задрожал и едва не отпрянул, у него пошла кругом голова – но руки Иджерны уже обвились вокруг его шеи и не отпустили его. Когда он, ошарашенный, оторвался от нее, хватая ртом воздух, словно вынырнул из воды, Иджерна смотрела на него с улыбкой, от которой ее лицо преобразилось. - Я буду ждать, король мой и ворон, - сказала она. И она, приподнявшись на цыпочки, сама поцеловала Брана в губы. - Ты где был? – спросил Ловчий, снимая с Брана камзол. – Я Блодьювидд, можно сказать, любил как на пожаре, прибегаю, а тебя нет… Бран уселся на кровать, потер лоб. - Я просто… в общем, я целовался с девушкой. Ловчий приподнял бровь. - А ничего, что ты в это время вроде как находился в другом месте? Опустившись на колени, он принялся стаскивать с короля туфли для танцев. - Ей было не до того. - Кому – ей? - Иджерне. Иджерне Пебир. Ловчий в задумчивости пошевелил бровями и всей своей подвижной физиономией. - Это такая темненькая девуля из логановских? – наконец вспомнил он. - А чего это ты вдруг? Она же тихая мышка, едва в зеркалах отражается. Бран повел плечами. - Так вышло. Я… я снял с нее Логана-младшего. Он к ней приставал. Ловчий присвистнул, садясь рядом с королем. - А ты уверен, что овчинка стоит выделки? – спросил он, но Бран сверкнул глазами, и Ловчий поспешно добавил: - Логан – кобель тот еще, бьюсь об заклад, он не любит, когда у него изо рта рвут лакомый кусок. Бран махнул рукой и обнял Ловчего, мягко увлекая его на ложе. - Неважно. Лучше дай я тебя поцелую… Он был так ласков и нежен, что Ловчий, несмотря на сладострастный туман, застилавший ему мозги, через некоторое время заподозрил подвох. - Ладно, - сказал он, отдышавшись. – Я понял: тебе что-то от меня надо. Говори, Ворон! - Обещай мне… - выдохнул Бран ему на ухо. - Что? - Обещай сделать, что я тебя попрошу, - повторил король. - А что сделать-то? - Сначала пообещай. Ловчий подозрительно посмотрел на Брана, но серые глаза, в которых мерцало отражение свечей, были непроницаемы. Некоторое время осторожность в Ловчем боролась с любопытством. - Ладно, - сказал он наконец. – Выполню я твое желание. Обещаю. Ну? Бран наклонился к Ловчему, щекоча волосами его лицо, и прошептал: - Я хочу, чтобы ты спал с Иджерной. Тот выпучил глаза. - Я пообещал, что приду к ней, - прошептал Бран, краснея. – Пообещал, что… я сказал ей, что она моя женщина. Ловчий моргнул. - Ты решил завести себе постоянную бабу? – спросил он. – Любовницу? Король нервно кивнул. - Да... Если ты, конечно, не против. - Не против ли я! – Ловчий завел глаза к балдахину. Он не знал, плакать ему или смеяться. – Ладно, спасибо, что спросил. Я, значит, буду твоим членом? - Нет, - сказал Бран. – Ты будешь мной. Я хочу обладать ею… с твоей помощью. Ловчий молча смотрел на него. - Или Иджерна тебе не нравится? – вдруг встревожился Бран. - Да с какой стати ей мне не нравится? – удивился Ловчий. – Все при ней: личико, фигурка… Может, слишком тихая, но это не самый большой женский недостаток, - он пожал плечами. - Просто я не понимаю, зачем тебе... - Не надо ничего понимать, - перебил его король. – Просто сделай, как я прошу. - Постоянная женщина в этом смысле опаснее разовых интрижек, сам должен понимать, - возразил Ловчий. Бран посмотрел на него так, как будто хотел передать какую-то мысль, которую не желал доверить словам. Взгляд этот был таким горячим, что у Ловчего вспыхнуло лицо, словно он наклонился к огню. - Но все же… сделай это ради меня. Пожалуйста, - и король сладко поцеловал Ловчего, а потом добавил с улыбкой: – А не то я подумаю, будто Блодьювидд тебя совсем заездила… - Да бог ты мой, - Ловчий пожал плечами. – Ладно, будь по-твоему. Но только тут надо серьезно подойти… Ты ей сказал, чтоб она свет и огонь потушила? - Конечно! - Что еще… - задумался Ловчий, - Ах, да: Иджерна трогала тебя под одеждой? Бран лишь хлопал глазами. - В штаны она тебе лазила? Под рубашку? - Нет… - смутился король. - Это хорошо. А то мы с тобой местами на ощупь разные… И смотри, когда она с тобой, ты не должен ей позволять этого делать. - Я и не собирался, - Бран горько усмехнулся. – Куда мне… - Вот когда соберешься, так сразу вспомни, что я тебя предупреждал, понял? Бран резко отвернулся. Ловчий взял короля за подбородок и повернул его голову к себе. - Ты понял? – повторил он. - Понял… - буркнул Бран, мрачно глядя в сторону. После того как Ловчий, надев сапоги Брана вместо своих, драных и растоптанных, и укутавшись в широкий королевский плащ с капюшоном, в сопровождении пажа с факелом отбыл к Иджерне, Бран некоторое время сидел на постели. Потом поднялся и подошел к стене, к средней дубовой панели. В левой боковине панели, чуть выше головы, чернело небольшое отверстие, словно от вывалившегося сучка. Король прижал к нему перстень с головой ворона и одновременно надавил на правую боковину. Панель заскрипела и распахнулась в комнату. Забирая горящий подсвечник, стоявший у изголовья кровати, Бран оглянулся было на обувку Ловчего, но только покачал головой и устремился в потайную дверь босиком. Оставив на холодном пыльном полу лабиринта цепочку следов, король остановился в одном из переходов и, поставив подсвечник на пол, осторожно вытащил из стены нескрепленный раствором, как бы вложенный в нишу камень и прижался ухом к отверстию. - Ох… - Тебе больно? - Нет, ваше величество. - Может, ты меня как-нибудь по-другому будешь называть? Хотя бы в постели? - Как? – с ужасом прошептала Иджерна. – Не по имени же… - Тогда зови меня просто Вороном. Пойдет? - Ладно… Ворон. - Так-то лучше… Тебе хорошо вот так? - Да… о-очень… только… - Что – только? - А как же вы сами? Ты сам, я хочу сказать. - Мне, видишь ли, нравится, когда женщине со мной хорошо. - Да мне хорошо, правда! - А чего ты тогда дергаешься? Иджерна тихо вскрикнула. - Вот, видишь? - Это ничего, сначала так всегда… - пролепетала она. - Всегда? А по… - и Ловчий резко умолк, и по Брану, стоявшему босиком на холодном полу, пробежала дрожь. - Ладно, - сказал Ловчий. – А вот так тебе больше нравится? - Ой… да… очень! – выдохнула Иджерна. – Только как же ты… - Забудь. Вот как только забудешь… я про себя не забуду. Сейчас, подожди… Сквозь узкую щель в стене до Брана донесся шорох ткани. - Ой, ваше величество, что вы… - раздался испуганный голос Иджерны. – Не надо… нет… нет… Бран услышал, как она тяжело задышала. Ему стало жарко - О боже… что же… вы делаете… - прошептала Иджерна прерывающимся голосом. А потом вдруг расплакалась. Войдя в королевскую опочивальню, Ловчий едва дождался, когда паж закроет за ним дверь, бросил плащ на пол и упер руки в бока. - Я так понял по твоим словам, что Патрик не успел ее изнасиловать! Бран спрятал голову в плечи. - Нет. Успел. В смысле – раньше, не сегодня вечером. Но… - Предупреждать надо было, - буркнул Ловчий, усаживаясь на кровать рядом с королем. – Хорошо, что я не имею привычки бежать впереди упряжки и кое-что понимаю в женщинах. Посмотрев в испуганные глаза короля, Ловчий объяснил: - У нее спазм. - Что? – робко спросил Бран. Ловчий вздохнул. - Такое бывает с цел… с девственницами. Или с женщинами, которым не повезло с первым любовником. Или с насильником. У них вход так сжимается, что всякое проникновение причиняет боль. Бран в ужасе приоткрыл рот. - Мужчине?! – его рука дернулась к паху Ловчего, словно чтобы удостовериться в целости и сохранности его мужского органа. - Женщине, дурачок, - невесело сказал Ловчий. – Не хочу даже думать, что там с ней Патрик вытворял, если в нее даже мизинец нельзя засунуть, чтобы она не начала извиваться от боли, будто твой угорь. А поскольку я не живодер, то комиссию твою не исполнил, уж извини, - и Ловчий принялся снимать сапоги. Бран, слегка бледный, сидел молча. - Но ты ведь… ты что-то сделал с ней такое? Я хочу сказать – ты ведь доставил ей удовольствие, так? – спросил он наконец. Ловчий выпрямился с сапогом в руке. - Ты подслушивал за стенкой. Бран осторожно кивнул. - Я просто подумал: вдруг она скажет что-то такое, что надо будет запомнить? Чтобы у нее потом не возникло подозрений. Ловчий внимательно на него смотрел. - Очень разумно. Только непонятно, почему ты сразу не рассказал мне про нее все, что знаешь. - Я не знал, что это важно. Что могут быть такие… последствия. Ловчий не сводил с него глаз, и Бран неохотно продолжал: - Ее изнасиловал Патрик с… с дружками. Вшестером. Ловчий сначала присвистнул, а потом выругался. - Здесь, во дворце?! - Да. В той комнате, где я сегодня застал ее с Патриком. - Сатана и все его присные! – Ловчий швырнул сапог об пол. - Да она, может, никогда без боли с мужчиной не ляжет после такого! А Логан совсем распоясался – так обходиться с благородной! Драть козлу яйца! - Я не могу дать делу законный ход, - сказал Бран с несчастным видом. – Их шестеро, и слово за ними… А Иджерна боится позора и огласки. Некоторое время они молчали, не глядя друг на друга. - Ладно, понятно, почему ты мне ничего говорить не хотел, - Ловчий вздохнул и взялся за второй сапог. Бран перевел дух. - Так как же ты вывернулся? – осторожно спросил он. Ловчий пожал плечами. - Я, слава господу, не первый раз в постели. На самом деле, я развлекал ее губами и языком. Как ты меня. Видно, такого с ней раньше не было, оттого она и не зажималась. - О, - Бран порозовел. – Значит, ты… Постой-ка. Он взял голову Ловчего за подбородок и повернул к себе. Наклонился и медленно провел языком по его нижней губе. Ловчий потянулся поцеловать его, но Бран прижал пальцы к его губам. - Нет, подожди… И опять сосредоточено провел языком по губе Ловчего – на сей раз верхней. - Да, - сказал король, отрываясь от этого занятия. – Это похоже на ее вкус… и на ее запах. Снова наклонился вперед, и его язык скользнул в рот Ловчего и двинулся изнутри по губам. Медленно, завораживая… Но когда Ловчий приоткрыл вдруг отяжелевшие веки, то увидел, что длинные черные ресницы Брана слиплись в стрелки от блестящей под ними влаги.