«Больше не будет больно и плохо»

Все было так же, я, спокойно лежа на боку, спала. Телевизор работал с тихим звуком. Под боком IPad, от него наушники, полностью изолировавшие меня от этого мира и его звуков. Пеня спокойно сел рядом. Итачи за стол, изучать, уже наверно изученные карты. Ну, а сей новый жилец, таки не дал мне поспать, он устроил мне хорошее пробуждение. Отсеяв мне щелбан в лоб, и быстро сев на пол напротив телевизора, с видом "я не причем", наблюдал за моей реакцией. Наверно он такого не ожидал, но я нечего не сделала, лишь посмотрела на него взглядом, которым одаряла брата Мишу на день рожденье, перевернулась на другой бок. Почему-то он мне этим, сразу брата напомнил. Он тогда меня в семь часов утра, чуть подушкой не придушил, да еще кричал "С днем рождения!". Я его люблю, но как таково у нас с ним не такие отношения, как у брата с сестрой в нормальных семьях. Да, я зову его братом, он меня сестрой, но общаемся мы редко и темы для бесед с трудом находим. Как то мне мама сказала: "Миша, посмотрев на тебя и Максима, сказал, что вы нашли общий язык, а я его так и не смог или не успел найти". Тогда мне было реально обидно. С Максимом, я часто общаюсь, он меня хорошо понимает, у нас много общего. Жаль, очень жаль, что я не могу так общаться со всеми, с Мишей, с Алексеем. Мне так хочется посидеть с ними поболтать, смеяться, но почему-то не могу с ними, так как с Максимом. Так, я отвлеклась. Перевернувшись на другой бок, мне удостоилось лицезреть Пеню, что как-то злобно смотрел, на персону что у меня за спиной. Так он минут пять смотрел, после достаточно громко сказал "Дейдара прекрати", перевел взгляд на меня. Поздно сказал. Подрывник уже исполнил вторую попытку пробудить меня, а именно напугать меня ртами на руках. — Да, что ты ко мне пристал! Дай поспать! Еще раз тронешь меня, я собаку натравлю! Она твои горе языки откусит в раз! - с такой речью, я, быстро приняв сидячие положение, пододвинулась к ежику. — Скучно у вас тут, да! Спать ночью надо! И собак, я не боюсь! - повернувшись к телевизору, сказал он. — А я ночное создание! Зря не боишься, он тебя порвет! — Хватит. - наш начинающийся диалог, по поводу кто-кого, прервал Пейн. Настала тишина, которую прерывал телевизор, в котором показывали, какой-то бред. Судя по тому, что это было про каких-то чудаков, что искали что-то в коробках, водя рукой возле них, это было тв3 со своей "битвой экстрасенсов". Дейдару видимо привлекли забавные действия особенных людей, и он увлеченно смотрел. Даже Итачи изредка, высовываясь из карты, смотрел на них. *Ненавижу эту передачу...* Спать мне уже не хотелось и сев по турецки, вновь положив на колени планшет, я принялась искать смешные видео и пересылать их Тани. После пяти минут, моего супер интересного занятия, меня ввел в ступор, кто-то дышащий мне в затылок. Этот кто-то медленно приблизилось к моему уху, и едва слышно спросило "ты сегодня бегать пойдешь?". Слегка повернув голову назад, я кивнула. Через пару минут, встав и взяв все тоже пальто, направилась на улицу, под непонимающий взгляд блондина. Выйдя на улицу, и направилась на любимое место возле сарая. Я действительно больная, в такой холод, выйти на улицу в сандалах, в пальто, да еще и сесть на каменный пол под навесом. Так и помереть можно. Ну и пофиг, заболею - такова судьба! Через пару минут ко мне присоединился мой психолог Пеня. — И почему ты скучала до нас? — А цели нет, нет смысла. Пустое проживание жизни. Вот и скучно. Сегодня копия вчера... — У всего есть смысл. Просто ты его не видишь. — Может быть, не вижу. Пока "паутину" не распутаю, наверно не увижу. - улыбнувшись, сказала я. — Паутину? — В моей голове "спутанная паутина", я не знаю, когда запутала ее. И теперь распутываю ее. Это сложно и время нужно много... И сил, которых нет... — Почему нет? - спросил он, смотря куда-то за забор. — Мне говорили, что сила, которая мне нужна, в вере. А ее у меня нет. Точней есть, но искаженная до такой степени, что и верой то не назвать. — Вере во что? — В Бога. - рассмеявшись, добавила. — Не в тебя, в другого Бога, в того кто создал мир. — Понятно. И почему у тебя она искажена? — Я не хочу жить по правилам, что в ней. И искупать грехи, так как в ней. - посмотрев на темное небо, ответила я. — Искупать грехи? — Да, в нашей религии нужно рассказывать грех батюшки, за что нам их прощают и мы на шаг ближе в рай. Но это глупо... Люди глупые существа. Они грешат, зная, что сотрут грех, а стеря вновь грешат. — А много религий у вас? — Достаточно, и не в одной, я не нашла нечего интересного... пока. — Понятно... И как ты распутываешь "паутину" без этих сил? — С силой ее было бы распутать быстрее и легче. Но так как ее нет, я распутываю ее долгим путем. Долго думаю, над одним. Иногда захожу в тупик... И выбираюсь, рвя ту нить, что уже распутала. Бред знаю. — А выхода ты не ищешь из тупиков? - переведя взгляд на меня, спросил он. — Если я в него уже зашла, значит, ошиблась и надо начать сначала. Рвать ее больно, но может быть, однажды распутаю, да и смысл увижу. — Понятно... И в чем выражается твоя боль? — В одиночестве. Быть одной это больно, но только так можно начать распутывать "паутину". — Ты не одинока. У тебя родители и друзья. Немного помолчав, ответила, грустно улыбнувшись. — У меня барьер. Стена между мной и семьей, между друзьями. Я не пускаю их слишком близко, ведь если пущу они порвут мою тонкую "паутину". И барьера нет, только для единиц. И в этих единицах нет родных. Я не хочу их тревожить, им и так нелегко. — И кто же эти единицы? - подняв бровь, спросил он. — Хм... Скорей единица... Таня. Живет она далеко. Мы переписывается в интернете. Она понимает меня и даже помогает. Ее помощь неоценима. — Мало... — Ну, теперь еще ты. - улыбнувшись. — Теперь ты знаешь про существование паутины. И тоже внес неоценимый вклад. — Какой же? — Выслушал. Немногие это могут... Чаще говорят "бред, лечись" или "не загружай", а в случае моей мамы "Надо тебя в церковь сводить...". — Я мог бы сделать больше, если бы в этом мире, мог прочитать мысли... Думаю, я смог бы помочь распутать все. — Или бы твой мозг полетел от большого количества бреда. А вообще лучше бы ты этого не делал, если бы мог. Как в песне поется... "Душу оставьте, а тело берите". - рассмеявшись, сказала я. — И вообще, зачем тебе все это? — Это? — Сидишь и слушаешь бред ребенка, да еще и помочь пытаешься. Уж молчу про любовь к плечам... Ты совсем не тот П...Нагато, что в аниме. Ты тут более дружелюбный. Неужели так влияет этот поганый мир, тогда даже страшно представить, каково Итачи. - улыбаясь, объяснила я. — Пока, я не буду отвечать, зачем виду себя дружелюбнее... — Так значит ты только со мной дружелюбнее? — перебила его. — Вот, что значит с детьми особое отношение... — Не такой уж ты и ребенок. Пятнадцать лет, это уже подросток. - вздохнув, сказал Пеня. — Кстати, а тебе сколько? — Зачем тебе это? — Просто интересно. — Ясно... — Ну, так скажешь? — Нет. *Ну, я тебе это припомню... холодно, блин...* — А этому телу не холодно? - как всегда, я гений вопросов. — Холодно, в этом мире Пейны, почему-то живые и я могу чувствовать боль и другие ощущения. - спокойно сказал он. — Ну, ясно, почему живые, точней живой, ты же не притащил сюда остальных? - он отрицательно покачал головой, и я продолжила. — Так, это, у нас в мире трупы не ходят и не разговаривают. — Да у нас вообще-то тоже. - улыбнувшись, сказал ежик. — Ну, у вас бывают и исключения. А у нас зомби. - (^.^) — Сейчас даже не скажешь, что у тебя "паутина" в голове... - иронично подметил он. — Ну, так у меня раздвоение личности. Одна половина думает, другая сходит с ума за двоих. - с лыбой а-ля "я псих", сказала я. — Да, да. Я сошла сума, это такая досада... (^О^) После повисло молчание. Пейн смотрел куда-то в темноту, за тем же забором. А я в небо, глупо надеясь, что черные тучи разойдутся, и покажется Луна. *Эх, как мне не хватало, того кто бы меня выслушал. Таня...спасибо. И тебе Пеня тоже... Хорошо, что есть те кто слушают меня...* С ним, я почувствовала себя, как с Таней и тихонько начала напевать песню, ведь ей, я часто шлю разные тексты песни, да и саму музыку. — „Попробуем забыть О том, что мы больны, О непоправимом, о неизлечимом, О том что нам до конца Так и не высказать вслух, Попробуем дышать В один и тот же миг И быть продолжением И отражением друг для друга Над бездной разлук Попробуем прожить За полчаса сто жизней В одном озарении осколки видений Всего, что было до нас И будет потом. Затихнув, сердце к сердцу Прислушаться, вглядеться, И до невозможного Станут похожи печальные повести Разных времён. Движением ресниц, Травинкой по щеке... Как странно бывает, Но даже нежность порою Нам причиняет боль. Ты сделал всё, что мог, И нет твоей вины, Что ночь быстротечна И даже вечности мало, Чтоб быть с тобой. Мы лежим на траве У прозрачной воды, Высоко в синеве Проплывают киты, Задевая космический невод. Позабудь хоть на миг, Кто есть я, а кто есть ты, Пусть два лёгких облака Станут одним Где-то на краешке неба.” - пропев, так и не заметив этого, блуждая в мыслях. — Красиво... — Что красиво? - улыбаясь, спросила я. — Песня. — Я нечего не слышала. — Ты ее спела только что. — Шутишь? Я не помню такого! Что же я пела? - — Я не буду петь. — Значит, я не пела. Врешь ты все. - скрестив руки на груди и отвернувшись, сделала вывод я. — У тебя с памятью проблемы... - скопировав мою позу, сказал ежик. Сидели мы так минут десять. Я опять закопалась в мыслях. Прервал меня шелест травы рядом. Ветер был сильный и нещадно гнул деревья и шелестел листвой и травой, но в такой темноте, ни листьев, ни очертания деревьев, было почти не видно. *Есть хочу... но поздно... ну и что?* — Есть хочу... - выразив свои мысли в слух, я посмотрела на сидящего рядом Пеню. — А ты? — Нет. - помолчав, продолжил. - Сколько же в тебя влезает... — Сколько требуется. И я НЕ ТОЛСТАЯ, если ты намекаешь на это. Ты еще толстых не видел! — Это намек на то, что ты тяжелая, а не толстая. — Голову свою взвесь, вот это тяжелая! - надувшись, выдала я. — Да и как я говорила, мне можно, я не на кого не сажусь и не давлю! — Как ты там говорила в песне... "Душу оставьте, тело берите"? - придвигавшись ближе спросил он. — А? Да? ОНО НЕ ТЯЖЕЛОЕ! — Сейчас проверим. - сказав, он быстро встал, даже не дав мне спросить "что ты делаешь?", дернул за руку, заставил встать на ноги и быстро взял меня на руки. — КАКОГО ТЫ ТВОРИШЬ! ПУСТИ! Я ЖИТЬ ХОЧУ!!! Я ТЕБЯ ЗАСУЖУ! - вцепившись в его плащ, прокричала я, да так, что наверно в доме было слышно. — Тихо ты... Екатерина... - его голос спокойным и почему то сразу, заставил меня послушаться. — Как я и говорил... Ты немного тяжелая... *Что?!* — Что?! Да как ты смеешь дурень! Схватил меня на руки без разрешения, так еще и издеваешься! - начав дергаться, вновь крикнула я. — А ведь говорила: "Я бы наоборот рада была, носили бы меня...". — Мало ли, что я говорила! Это не дает права издеваться надо мной! - продолжала я. — Да не такая ты тяжелая, довольна? - пытаясь не уронить меня, сказал он. — Ну вот, уже лучше. - перестав дергаться. — Примерно, как и я весишь... Это поправимо. Добавить в твой день немного тренировок, кроме бега и наберешь нужный вес. - улыбаясь, сказал он. — Нагато... Там возле сарая грабли... еще хоть слово и "причешу" тебя ими! - злобно сказала я. Он лишь усмехнулся и, сказав "пора домой", направился в сторону входа. — Опустить не судьба? - уже почти возле дома спросила я. — Нет. — Рыжее такси, вези меня, вези! - смирившись, я лишь крепче вцепилась в плащ.