Buongiorno amore!

Меллиса не могла уснуть. Спать хотелось ужасно, однако мысли в её голове не давали ей покоя. Она размышляла обо всём, что когда — либо касалось её: планы, мечты, отношения, чувства, школа, стиль, воспоминания, Андре. Почему-то она вспомнила о нём только сейчас. Наверное, потому что не было и времени подумать о нём. Ложь.Время есть всегда. Желания не было, не хотелось вспоминать о нём. Меллиса догадывалась почему. Отчего-то вспоминались все их ссоры и обиды, а не радужные дни веселья и счастья. Самое неприятное, наверное, было снова ощутить на своем лице удар речной рыбы, которую Андре в порыве злости бросил в неё. В тот день Меллиса давала ему нравоучения читала нотации. И вот не могла она придержать язык, в самом то деле? Но нет, в ней ведь, чёрт возьми, течёт кровь бурно реагирующих на всё окружающее итальянок. Как жаль, что раньше она не могла понизить градус своей стервозности, но с другой стороны, может это и к лучшему? «Интересно, как он сейчас выглядит? Какие у него взгляды на жизнь? Чем он занимается? Не переехал ли он? Может, на каникулах съездить к нему… Надо будет узнать адрес» Андре… Он действительно был важным человеком в её жизни, ведь если бы не он — не было бы её любви к шляпам, не было бы того запоминающегося образа, по которому всем сразу было ясно — Это Меллиса. Не было бы многого. Эх, вернуть бы те деньки, когда они вместе ловили рыбу на их личном островке, которому было дано смешное и глупое название « Островок Сантро и Манер». «Хм, а у него есть девушка? Если так, должно быть она счастливица, Андре, думаю, просто сумасшедший любовник. Хихи. Боже мой, о чём я думаю? Я ведь леди. Хотя, честно говоря, осточертело это „прозвище“. Сейчас я одна, никого нет, поэтому глупо запрещать себе думать об этом.» До двух часов ночи она не могла уснуть, ворочаясь в разные стороны, и вспоминая те беззаботные дни детства, проведённые с Андре Манер.

***

Когда Меллиса проснулась утром, почувствовала себя на удивление легко, будто бы и не было никаких мыслей, мучивших её ночью. А ведь именно в два часа ночи организм находится в фазе самого глубоко сна, это вам так, на заметку. Девушка по обычаю подошла к зеркалу, чтобы причесаться, она всегда делала это прежде, чем пойти умыться. Спокойным взором обведя каждый миллиметр своего лица, она улыбнулась и сказала самой себе: «Ты просто чудесна». Меллиса привыкла говорить себе комплименты каждое утро. Это усиливает её любовь к себе и день начинается на позитивной ноте. Меллиса выполнила все водные процедуры, входящие в список, который висел на двери в ванную и буквально упорхнула на кухню, чтобы приготовить себе что-нибудь вкусненькое. Она всегда любила вкусно поесть, как и многие, кто жил в большой семье. Легким движением руки она налила в бокал красного вина. Она никогда не ждала особенного случая, потому что в этом не было прихоти. Если ей хотелось немного выпить любимого вина — она пила, если ей захотелось походить в новом кружевном белье, и только в нём — она себе не отказывала, если ей хотелось вишни — она могла достать её из-под земли и всё-таки съесть её. Меллиса жила по принципу: « Жизнь одна, поэтому ни в чём себе не отказывай. Особенно в приятных мелочах». Она посмотрела на время — ещё только пол восьмого. Да у неё полно времени, значит, некуда торопиться. Этот день обещает быть чудесным. Приготовив себе яичницу с овощами, она села за стол. Немного пригубив вина, приступила к еде. «Хм. Пересолила. Странно. Влюбилась что ли? Ай, Меллиса, ты же прекратила верить во все эти выражения тётушки Люси. Ладно, такое тоже есть можно.» Покончив с трапезой, ей не терпелось начать одеваться и краситься. Если честно, это была любимая часть её утра. Сразу чувствуешь себя «Юной леди», как её ласково называл Лизандр в день первой встречи. Красилась Меллиса не ярко, но весьма привлекательно. Спасибо Дебре. (Хотя, если честно, Меллиса не понимала, зачем её подруга так сильно красится, когда может сделать легкий макияж, который выгодно бы оттенял её) Ох, не в те степи зашли её мысли, не в те.

***

— Эй, — чья-то рука аккуратно дотронулась до плеча Меллисы, она вздрогнула. Ненавидела, когда кто-то просто так косался её. — прости! Ты… Ты не можешь мне подсказать, где находится класс «А», пожалуйста? Шатенка повернулась, перед ней стояла невысокая, ни чуть неизящная девушка с детским лицом, на вид ей было около четырнадцати. Её рыжие волосы напомнили Меллисе Жанет. — Класс «А» находится здесь за поворотом, там будет табличка, точно не ошибешься. Ты новенькая? — Меллиса посмотрела на девушку свысока. Она не вызывала уважения, лишь усмешку. У неё точно не было чувства стиля. — А? — она неловко почесала затылок. — Да, я Ирис, а как тебя зовут? — Ирис улыбнулась, от чего снова напомнила Жанет, что ж, за такую удивительную схожесть она даст ей шанс. — Мадмуазель Меллиса. Для тебя — Меллис. Многие зовут меня леди… Меллиса встала в самоуверенную позу. Нужно произвести впечатление, эта Ирис должна понять на какой ступени некой феодальной лестницы школы находится Меллиса. Ирис с изумлением смотрела на что-то уверенно рассказывающую о себе девушку, что просто спасла её. Она уже десять минут бродит по школе и ей не удалось найти ни одного ученика, кроме Меллисы. Она явно вызвала в ней восторг. Ирис захотелось познакомиться с ней поближе, может тогда она станет хотя бы на четверть такой же изящной как она? «Хотя, кто знает, каким путем она прошла, чтобы стать такой…» — … Ну, Добро пожаловать в Свит Аморис! Думаю, твой визит не останется незамеченным. Что ж, как ни прискорбно, но мне пора. — Шатенка улыбнулась и походкой от бедра направилась в сторону другого класса, оставив Ирис переваривать информацию. «Чёрт. И где же он?» Если честно, сейчас Меллисе хотелось всё бросить и развернуться, но леди не отступаются, боже, разве это не мужские слова?! Вздохнув в очередной раз, она села за парту. Спрашивается, зачем ей было так рано приходить? И эта новенькая, тоже немного странная. Раняя пташка, либо боится опоздать в первый же день, — думала девушка, — третьего не дано. От нечего делать, Меллиса подошла к зеркалу, что стояло в углу комнаты, — его там поставила неприятная учительница по алгебре — Мадам Клэр. Она посчитала, что так ученикам будет сложнее списывать на её уроках, ведь в зеркале было видно каждого. Это одна из тех причин, по которой её многие ненавидят, но сейчас Меллиса была даже рада, что, но здесь стоит. — она начала оценивать свой наряд, тщательно подобранный к сегодняшнему дню. Обтягивающая, кремового цвета юбка-карандаш, такого же цвета лодочки и белая блуза с длинным рукавом, обнажающая плечи, а образ завершают серьги, похожие на жемчуг. Идеально, но слишком спокойно для неё. Без шляпы она чувствовала себя немного… неодетой «А ведь моя первая шляпа была подарком.» — мысленно усмехнулась Меллиса, вспоминая тот момент. Flashback «Эх. Ну вот и всё. Как там в песне пелось?»

Allez viens Cʼest bientôt la fin De ce monde Qui nʼentend rien

Андре стоял и улыбался. Ему было грустно, но он улыбался от того, что знал, какую песню поёт Меллиса. Потому что-то их песня, и когда она её поёт, то случайно, — возможно, сама того не зная, — дергает одной бровью. Он знал, что рано или поздно Меллиса уедет, но кто знал, что это произойдет так скоро? Андре по настоящему любил её. Он до сих пор, — с легкой усмешкой, — вспоминает тот день, когда на их улице появилась маленькая мисс «Я везде сую свой нос», помнится, это было не так давно. Лет пять назад. А теперь она уезжает, а главное куда? Она ведь так и не сказала, отмахнувшись кротким « К родителям». И куда же он отпустит её, эту маленькую, но в то же время взрослую мадемуазель? — Мелл, прежде чем ты уедешь… У меня есть кое-что для тебя! — с улыбкой до ушей сказал Андре. — Это прощальный подарок! — Боже мой! Ну что за глупости ты говоришь, Андре?! Мы еще встретимся! — надулась девушка в легком жёлтом платье в горошек. Прическа у неё была в стиле 50-х с завитушками на голове. — Да, возможно, но… Слушай, бери пока дают. — Андре легким движением руки достал из сумки красивую, малиновую шляпу с большими полями, она была украшена цветком, напоминающий пион. Меллиса смотрела на Андре взглядом полным непонимания и восторга, а после буквально кинулась к нему в объятия. Щебеча что-то вроде благодарности. Андре всегда забавляла её чувственность и бурная реакция — сразу было видно, что у неё итальянские корни. На её щеках выступил румянец, а глаза мгновенно заискрились, стоило ей посмотреться в зеркало. — Ну как? Мне идет? — задала она чисто женский вопрос. А что он мог ответить, кроме положительного ответа? — Очень… Ты просто бесподобна! — с замиранием говорил Андре. Теперь перед ним стояла не « Пчёлка Меллиска», а настоящая Мадемуазель Меллиса. Почему-то вдруг даже стало стыдно, что он называл её пчёлкой. «Почему всё так несправедливо? Уже сегодня она уезжает, а завтра её встретят новые люди и новые ощущения. И парни. Они обязательно не дадут ей проходу, похотливые ублюдки.» Андре почувствовал ярость при одной мысли об этом. Ведь найдутся же парни, которые будут так же, как и он, издеваться над ней, а кто-то слишком наглый будет приставать. Андре захотелось уже прибить к стенке всех парней, которые якобы будут портить ей жизнь своими пошлостями. Неужели это и есть ревность? Меллису напугал взгляд друга, что недавно с замиранием и восторгом наблюдал за ней, а теперь во взгляде была одна лишь злоба. — Андре, что-то не так? — А? Нет, прости. Просто грустно, что ты уезжаешь. — Андре постарался улыбнуться и неловко почесал затылок. Поезд начал гудеть, а из кабины машиниста послышались крики, просящие их не задерживаться, не то они опоздают. — Кажется, тебе пора. — Да, — пожала плечами девушка. — Пообещай мне… — Что? — Что не забудешь наш чай с мелиссой и бессонные ночи, хорошо? Андре внезапно засмеялся, и дал ей это обещание, даже если на него наложат заклинание obliviate* End Flashbak Внезапно дверь отворилась.