Предначертанные судьбой

      Алиса открыла глаза и первое о чем она подумала в начале дня, что возможно ей все это приснилось и она в своем теле, но иногда наши желания наотрез отказываются исполнятся. С утра ее поприветствовала ярко — рыжие кудри на лице, спутанные донельзя. Встав у зеркала, ей открылся такой вид — в отражении стоит Шляпник, без грима, волосы как воронье гнездо, в глазах нет безумия, только сонность и в довершении этого, отражение зевнуло так, что раздался характерный хруст в челюсти. Первое, к чему приступила девушка в теле мужчины, это взяла в руки гребешок и попыталась расчесать эту копну волос, но повторюсь, попыталась. К концу сего процесса, меж зубчиков гребня был пучок волос. «Оу, Шляпнику это не понравится» — шокировано уставилась на пучок в своих руках и как истинный «шпион», скрыла улики с места преступления, выбросила пучок через окно. Позже она посмотрела на часы и выпала в осадок, четыре утра, она никогда не вставала так рано, видимо тело Шляпника все еще помнит режим. Прихватив с собой полотенца, направилась в ванную комнату. Вчера поздно ночью, Палло заявилась к ней, вернее к своему брату в комнату и начала читать нотации, по поводу того, что нужно и ванну ходить и идти по зову природы и ничего она с этим не поделает. Алиса слушала все это красная как рак и молча кивала, сестра Терранта была права. Почти такая — же нотация была прочитана и Терранту, только было добавлено одно правило — «не глядеть на все запретное так, будто ты педофил». Раздевшись до белья, Алиса встала перед длинным зеркалом и начала разглядывать чужое тело, ей — то не читали нотацию, на тему «не смотреть на все запретное». Никто еще не видел смущающегося Шляпника. Рука сама потянулась к знаку истинной половинки и затормозила перед нею на сантиметр. Она не могла поверить в то, что видела… Шляпник, Террант Хайтопп, полнейший безумец и просто несчастный человек Подземья, на самом деле ее истинный, она поняла это недавно, после того, как сопоставила факты — ее неопределимо сильно тянуло к нему, когда та была в своем мире. Мысли были заняты лишь им. Прибыв сюда, она увидела Шляпника в ужасном состоянии и ему стало легче, как только она вернулась. Да еще и эти цветочки, они только укрепили ее размышления, ее вторая половинка найдена и радоваться ей или нет, но это самый безумный человек в ее жизни — Террант Хайтопп. В мыслях даже не было, как она вернется домой и вернется ли вообще? Что или кто ее там ждет? Ее знакомые мертвы и мать тоже, в Надземье у нее не осталось никого, к кому она могла вернутся. Засунув свой стыд куда подальше и надолго, раздевшись до гола, красная как рак, Алиса, взяла губку в руку и приступила к утренним процедурам. Была у нее одна песня на уме, «Песня пиратов», которую услышала еще во времена бороздения по океану, когда натолкнулась на мирных пиратов, во главе которых был известный пират, Капитан — Джек Воробей, как он гордо назвался. Вместе со своей командой, он пел песню и она очень сильно въелась в голову юной путешественницы. И она запела, чисто на автомате этого тела, сделала то, чего никогда не делала.       Первое, что поприветствовало безумца с утра, это мысль о том, почему он поет и как ему это удается? И главное, почему именно эта странная песня про каких-то там «пиратов». Явив миру свои прекрасные карие глаза, которые были не совсем его, но дело сейчас не в этом. Мельком глянул на настенные часы и не понял что произошло — семь часов утра, женские вещи неподалеку и девичья рука. От повторного шока даже кротко крикнул, но вовремя вспомнил, что на данный момент его душонка «переехала». С процессом расчесывания длинных белокурых волос, получилось вроде без происшествий, разве что ему было непривычно с такой длиной. Ступор наступил на момент переодевания, как расстегивать бюстгальтер, он помнил смутно, как застегивать — это был отдельный разговор, дело обстояло куда хуже. Решив забыть об этом на время и просто прикрыться полотенцем, он вышел в коридор и остановился около коричневой двери, ведущей в ванную комнату. — Алиса! — начал стучать в дверь, ноль ответа, — Али-и-иса! — начал тянуть гласные, из Алисы вышла бы неплохая оперная певица. Спустя десять минут, что только не было испробовано и стучать ногой, и рукой и головой пробовал — не помогало. И ярые восклицания и странные словечки в духе Терранта, очевидно — это плохие словечки. Дверь открылась и на пороге невозмутимо показалась Алиса с наглой ухмылкой во все тридцать два и щербинка в покупку прилагается. — Ой, Шляпник… прости, я слишком долго пробыла тут, да? — хоть и говорила она извиняющимся тоном, но говорила она от лица Шляпника, безумие осталось при теле и повадки тоже, хоть и стал существенно тише. Вообщем, в тоне Алисы, Террант не услышал ничего такого, что выдавало бы его Алису. — Да нет, я сам недавно пришел. — и тут он заметил, что перед ним стоит полуголый мужчина и пусть он сам, стыд заволок все его сознание. «И почему она такая стеснительная и что…она так реагирует на меня? Но почему…я же солнце! Хотя, думаю в этом вся и проблема, свечу слишком ярко.» — от этих мыслей, лицо вновь приняло свой привычный цвет и никто ничего не заметил. Кивнув, девушка ушла обратно в комнату, чуть не зайдя не в комнату Терранта, а в свою. А сам Шляпник зашел следом в помещение. — Так, не смотреть, не смотреть! Я не извращенец какой-то! — восклицал вслух безумец, пытаясь попутно стянуть с себя одежду с закрытыми глазами, получалось у него это… сносно. Но все равно, после того как разделся полностью, глаза случайно открыл и первое что попалось ему на глаза — маленький ключик на нежной ключице. Прикоснувшись к нему, в испуге убрал руку обратно — знак испустил маленькие искры, знак в форме замочка, заискрил в ответ, но он этого, разумеется не увидел. По окончанию переоделся, не забыв перепутать нижнее белье с верхним и таки одевшись правильно. И вышел за дверь. В отличии от Алисы, которая чуть не зашла в свою комнату, Террант таки зашел в свою комнату и застал там Алису, которая «гипнотизировала» баночки, скляночки и кисточки для повседневного грима Шляпника. — Я не могу этого сделать, я не умею. — заметила вошедшего, Бравый воин. В голове безумца вновь зароились мысли, словно пчелы и хуже всего, то, что он не мог разобрать собственные мысли. И не было на свете силы, способной остановить его воображение. — Давай помогу. — скорее приказал, чем спросил, Шляпник. Он знал, что к ничему хорошему это не приведет, сама она не сможет нанести грим, по причине того, что не пробовала никогда. Оппонентка кивнула. Тогда он взял несколько баночек и благополучно оставив кисть пока на месте, подвел Алису за руку к кровати, ведь за столом было не удобно стоять ему, трудно было сгибаться. Зачерпнув немного белой субстанции, он начал размазывать по всему периметру лица, а она в свою очередь замерла и немного смущенно и удивленно уставилась в лицо самой себе. Безумец заметил это, хмыкнул и продолжил свое занятие, немного улыбаясь. Алиса поспешно отвела взгляд немного в сторону, но из — за немного косого взгляда левого глаза, все равно казалось, что она продолжает смотреть на него. — Ты так быстро все это делаешь. — решила завести разговор, дабы избавить себя от этого напряженного молчания. — Годы тренировок, мой дорогой, Алиса. Ха, теперь и вправду дорогой. — издал немного удивленный и истеричный смешок, Шляпник.