Прикосновением сердца...

Удар… За ним еще и еще… Кажется, что слышен хруст ломающихся костей, сопровождаемый тихим стоном боли лежащего на земле мальчика. У него уже не было сил сопротивляться или пытаться подняться на ноги. Ребенок лишь прикрывал ослабевшими руками окровавленное лицо, с трудом сдерживая вырывающиеся наружу стоны и всхлипы. — Ты урод, не достойный даже минуты жизни, — говорили ребенку избивающие его подростки, яростно пиная его по ребрам, животу, спине и ногам. Иногда чьи-то ноги попадали ему в голову, отчего он лишь прикрывал ее руками. — И как такого как ты земля носит? Твоим родителям следовало бы избавиться от тебя еще в роддоме. Ты — ни на что не способная обуза, всегда путающаяся у всех под ногами, — говорил один из них. Брюнет, на вид лет 16. Судя по его внешнему виду, физической силе и терпкому запаху горького шоколада, он был альфой. Иссиня-черные волосы и пронзительные темные глаза, презрительно и брезгливо смотрящие на лежащего на земле омегу. Аристократично бледная кожа, дорогая одежда. Парень явно был не из бедной семьи, о чем ясно давал понять медальон, висящий на его шее с отличительным знаком клана Учиха на нем. — Что я вам сделал? — хрипло спросил мальчик, посмотрев на своих обидчиков своими лазурными, чистыми, как само небо, глазами. Он не понимал причины такого отношения к нему, ведь мама рассказывала, что альфы должны уважать омег и беречь их. Омега — хранитель семейного очага и продолжатель рода, тогда за что его бьют? Что он сделал плохого? Чем отличается от остальных омег, которых любят и уважают? Из голубых глаз мальчика полились слезы обиды и абсолютного непонимания всего происходящего с ним. — За что вы бьете меня? — повторил он свой вопрос, получив в ответ презрительный смех избивающих его альф, бет и даже некоторых омег. — Ты что, еще не понял? Я думал ты умнее. Хотя… Что ожидать от урода? — раздался отчужденный голос еще одного из избивающих его людей. Его отличительной чертой стали огненной рыжие волосы и татуировка на лбу с символом «любовь». Презрительно хмыкнув, красноволосый поднял мальчика за шиворот и подвел к какому-то водоему. — Посмотри на себя. Ты урод. Такие ущербные, нестандартные омеги никому не нужны. Ты всю жизнь будешь один. И сдохнешь один, как подворотная шавка, — выплюнул он, толкнув мальчика в воду. — Умойся, — снова отчужденный тон и убийственно-холодный взгляд зеленых глаз, зачем-то подведенных черной подводкой. После этого обидчики ушли, оставив маленького омегу одного в заброшенном парке, избитого и сломленного. Он лишь растерянно смотрел на свое отражение в воде, остервенело стирая следы крови с лица. Только сейчас он позволил жгучим слезам потечь по порезанным щекам, только сейчас он позволил себе бессильно закричать и упасть на холодную землю без сознания…

***

Солнце поднялось, пробуждая своими лучами огромный город от такого нежного плена сна. Многие люди вышли на улицу встречать первые дни лета, а кто-то уже упаковывал чемоданы для поездки в отпуск и только один человек до сих пор спал в своей комнате, не желая подчиняться такому настырному обаянию этого теплого, яркого и невероятно ласкового летнего солнца. Он лежал на небольшой кровати, полностью завернувшись в одеяло и спал, иногда морщась и тихо, возможно даже болезненно постанывая во сне. Его длинные светлые волосы разметались по подушке, а пухлые губы слегка приоткрыты. На щеках по три неровных шрама, неаккуратно сделанных кем-то шрама, которые придавали парню детской невинности и непосредственной, но такой искренней простоты не смотря на то, что нашей соне сегодня исполнилось 16 лет. — Нару, солнышко, просыпайся, — нежно сказала вошедшая в комнату красноволосая женщина, буквально выкапывая свое любимое чадо и целуя его в золотистую макушку и щеку. От таких действий вышеуказанный юноша лишь поморщился, снова заворачиваясь в одеяло, создавая импровизированный кокон, способный на время защитить юношу от настырных ласк любимой мамочки. — Узумаки Наруто, если ты сейчас же не поднимешься с кровати, то я позову Цунаде и отца, — все с той же милой улыбкой проговорила Кушина (а именно так звали вошедшую в комнату женщину, а по совместительству маму спящего блондина), хотя ее глаза уже метали молнии. Снова получив, а ответ лишь посапывание любимого чада, старшая Узумаки хитро улыбнулась, набрала полную грудь воздуха и..... — Встаю, только не зови Цунаде, — взмолился уже сидящий на кровати отпрыск, зажимая рот матери рукой и смотря умоляющими лазурными глазами прямо в ее темно-синии, по цвету больше напоминающие бушующие волны моря или океана. Дождавшись утвердительного кивка женщины, младший Узумаки расслабленно выдохнул и, хотел было отпустить любимую мать, как вдруг по всему дому раздался крик еще одного члена дома Намикадзе-Узумаки — его брата, Намикадзе Дейдары. Блондина, очень похожего на самого Наруто. Длинные волосы Дейдары касались его лопаток и были частично собраны в высокий хвост. Голубые глаза, имеющие более светлый, больше напоминающий ландыш или колокольчик, оттенок закрывала длинная челка, плавно опускающаяся на бок. В отличие от самого Наруто, его старший брат был очень улыбчивым и открытым человеком. Физически он был очень худым, а его фигура, как и фигура любого мужчины — омеги, напоминала по своему строению женскую, что ни капельки не портило его. Однако не стоит покупаться на эту внешнюю обманчивую хрупкость омеги. Каждый день Дейдара ходит в спортзал и занимается с персональным тренером рукопашным боем, так что отпор он может дать любому альфе. Причем отпор достойный. — Все в комнату именинника, он проснулся!!! — вновь раздался голос старшего блондина, и тут началось… Поцелуйчики, обнимая, разговоры, слезы, дергания за уши, поздравления… Чего только не натерпелся бедный, до ужаса смущенный Наруто до того, как наконец-то остался один. Нет, вы не подумайте, он безумно любил своих родных, но… Кто бы мог подумать, но именно это «но» мешало ему наслаждаться близостью и любовью этих людей. Именно это «но» мешало ему жить, именно это «но» снится ему каждый день, заставляя просыпаться с криком и слезами на глазах, что очень злило парня, ведь… Ведь он обещал себе не плакать и не сдаваться для них, всех тех, кто его любит. Ради них… Наконец-то соизволив встать с кровати, Наруто закрыл дверь на замок и медленно подошел к огромному зеркалу, с трудом заставив себя посмотреть в него. В зеркальном отражении парень увидел невысокого роста омегу с большими голубыми глазами, спрятанными за толстым стеклом массивных очков, его длинные для парня волосы казались прилизанными и были убраны назад в хвост. Пухлые, все еще имеющие детские очертания губы и точечный подбородок, красоту которого скрывало чрезмерно толстое тело парня и мешковатая одежда, делающая его еще больше, чем он есть на самом деле. «Какой же я урод… — с болью подумал младший Узумаки, бросив короткий взгляд на фотографии, стоящие в красивых хрустальных рамах. На одной ему год и он ест мороженое, на второй он катается на качелях, на третьей плачет. — И всегда им был…» — Обреченно перевернув одну фотографию изображением вниз, блондин спустился вниз по лестнице, привычно натянув на себя нечто напоминающее улыбку, и прошел в столовую, где его уже ждали все родные. — С днем рождения!!!!! — всю комнату наполнил звонкий крик всех родных блондина, а в него самого полетели воздушные шары, конфетти и всевозможные фантики, бумажки и конфеты. Подобная искренность и любовное отношение к самому младшему члену семьи Намикадзе-Узумаки побудило в нем искреннюю улыбку. Со слезами на глазах он бросился в объятия своих самых любимых людей, шепча им слова благодарности. — Спасибо вам большое, спасибо… — сквозь слезы неподдельного счастья поговаривал блондин, обнимая каждого члена своей семьи и вновь позволяя самой искренней улыбке проскользнуть по своему лицу. — Я так благодарен вам, спасибо, спасибо, — продолжал он, осматривая комнату, где он находился. Его взгляд был направлен вокруг, пока не остановился на огромной куче коробок, лежащих прямо посередине комнаты. — А что это за коробки? Зачем они здесь стоят? Мы что, переезжаем? — наивно спросил омежка, а в его глазах загорелся неподдельный интерес и детское любопытство. — Сынок, а ты иди, посмотри, — улыбнулся Минато, глава этого семейства, а по совместительству отец этого белобрысого чуда. Удивленно моргнув, мальчик подошел к лежащим коробкам и начал аккуратно их вскрывать, рассматривая свои подарки. Ох… Чего же там только не было… Ноутбук, одежда, телефон, парфюмерия… Несколько украшений и планшет, но… Но самым дорогим подарком оказался небрежно завернутый в подарочную коробку блокнот на замке и тоненький золотой браслетик, являющийся ключом к этой маленькой книжечке, которая способна сохранить в себе все сокровенные тайны, секретные мысли, внутренние переживания и искренние желания своего хозяина. Один маленький замок, маленький листочек, а за ними… За ними прячется вся жизнь. «Как бы плохо тебе не было, дорогой братец, помни. У тебя есть семья, у тебя есть друзья и у тебя есть ты сам. Не смей потерять себя так глупо. С любовью, Дейдара», — простая надпись, сумевшая вызвать настоящий шквал эмоций у младшего омеги. Налетев на брата, Наруто обнял его, тихо прошептав лишь одно слово. «Спасибо». Это действие не могло не вызвать улыбки на лицах собравшихся, ведь такая идиллия между братьями наблюдалась отнюдь не часто, однако на этот день у всех было еще много планов, поэтому, взяв за уши обоих сыновей, Кушина вытащила их на улицу, подталкивая к машине. — Если вы не поторопитесь, никакого пляжа и катания на лодках! — прикрикнула женщина на обоих блондинов и, оставшись удовлетворенной своими действиями, гордо удалилась к другой машине. — Чудо, а не женщина… — шокировано произнес Минато, узнавая в этой красноволосой дьяволице свою жену. — Женился бы на ней, если бы не… — договорить ему не успел кулак, прилетевший на безумно красивое лицо альфы. — А ничего больше не хочешь? — грозно спросила рыжая, угрожающе подкидывая скалку в своих омежьих утонченных ручках. — Нет, любимая. Как ты могла подумать? — раздался по улице громкий болезненный крик старшего из всей четы Намикадзе-Узумаки, а после из-за угла появился довольный красноволосый ангел, прошедший мимо всех с абсолютно невинным видом и нежной, милой улыбочкой на алых губах. Позади нее шел мужчина, лет 35 на вид. Он шел, немного пошатываясь и согнувшись, видимо от удара любимой, но такой не покорно омеги. — Итак, Наруто, Дейдара, куда бы вы хотели отправиться? — спросил он с легкой улыбкой, все же найдя в себе силы выпрямиться, и потрепал любимых сыновей по их золотым, собственно таким же, как у него макушкам. — В парк развлечений!!! — раздался хор блондинистых голосов, и два непоседливых урагана влетело в машину, сразу закрывая за собой дверь и пристегивая ремни безопасности. — Поехали, поехали!!! — задорно командовали братья Намикадзе-Узумаки, прыгая по сидению и увлеченно выбирая на какие аттракционы они отправятся. Загрузив всех пришедших, черный форд тронулся со своего места, а из его открытых окон доносились громкие звуки играющей музыки. Тонированные стекла отражали на себе красивые пейзажи мегаполиса. Высокие здания серо — голубого цвета, башни которых могли тянуться к самому небу, стремиться к нему, с удивительной скоростью мелькали, сменяясь новыми и новыми, абсолютно другими, но не менее красивыми постройками. Магазины, небоскребы, какие-то редкие парки со статуями, музеями и роскошными фонтанами. Конечно, все это было необходимым атрибутом огромного по размерам и развитого города. Можно было бы наслаждаться этой красотой всегда, но… Ничто не вечно под луной, вот и звуки музыки вскоре начали заглушать гораздо более громкие звуки спора двух братьев-омег. Что же это были за крики? Все очень просто. Наши братья очень громко обсуждали планы на прогулку, что абсолютно не удивляло их родных, ведь картина была привычная для них всех. — Наруто, мы должны прокатиться на этих бешеных гонках! — возмущенно и громко говорил старший блондин, смотря на младшего требовательным, убеждающим взглядом, на какой способен только он. — Это же такой адреналин, такие чувства!!! Не будь букой, попробуй. Не можешь же ты вечно избегать всего!!!! — Дейдара, давай закроем эту тему? Подобные разговоры мне уже надоели… — устало сказал Узумаки, запустив руку в прилизанную золотую шевелюру. — Если ты хочешь на них прокатиться — прокатись. Я пас, — продолжил он, вмиг став серьезным. — Ты зануда, отото. Избегая всего, ты никогда не найдешь свое счастье и останешься один навсегда, — сказал Дейдара, но тут же прикусил себе свой язык, заметив взгляд Наруто, а точнее невероятную боль в его лазурных глазах. Он задел запретную тему, снова заставил его вспомнить… — Нару, я… — но договорить ему не дал срывающийся от слез крик его младшего брата. — Останови машину! — резко крикнул он, открывая дверь и как только машина притормозила, выбежал наружу. Он бежал в парк, бежал и абсолютно не оглядывался ни на кого. Бежал, куда несли его ноги и… Какого же было удивление паренька, когда он обнаружил уже знакомый для него парк, знакомые заброшенные беседки, заросшие скамейки и озеро… Озеро, в котором он когда-то увидел все свое безобразие, уродство, беспомощность… Он был другим, был недостойным жизни, был… — Я ненавижу, ненавижу себя!!!!!!!! — закричал он, ударяя воду руками. По его щекам потекли слезы, а сам он просто сидел на коленях и смотрел на водную гладь, которая отражала урода, не достойного ни жизни, ни счастья, ну… как считал сам Наруто. — Кого я вижу… — раздался надменный и до боли знакомый голос за спиной блондина. Не стоило оборачиваться, чтобы узнать этого альфу… Того альфу, который оставил шрамы на лице Наруто, того альфу, который избил его 6 лет назад и… Того альфу, который навсегда оставил свой след в хрупком сердце юного нестандартного омеги. — Саске… — прошептал Наруто, а его голос задрожал от страха и... трепета? Он повернул голову, и напуганный взгляд лазурных глаз встретился с жестоким льдом бездонно-черной пропасти.