Прикосновением сердца...

Глава 7. Прошел месяц после переезда двух абсолютно несносных, но невероятно милых, как все уже успели заметить, омег в огромный по размерам особняк Учих. Красивейшее здание, выполненное в строгом готическом стиле, на первый взгляд казалось мрачным и безлюдным, но это было абсолютно не так. Сады, в которых выращивали невероятные по своей красоте цветы, дорожки выложенные из самого дорогого камня, ротонды, расположенные недалеко от чистейшего пруда, в котором плавал лебедь. Казалось, что это дом принадлежал не современному человеку, а средневековому лорду, хотя… О чем можно говорить… При одном только взгляде на любого из Учих можно заметить достоинство, воспитанность, элегантность и, конечно же, огромный достаток, который они имели за своими спинами. Вот и этот особняк был полностью под стать своим хозяевам. Величественный, гордый, неприступный. Вот только все чаще из его стен стали раздаваться ссоры, крики, веселый смех и беспокойные возгласы кого-то из четы Учиха или Намикадзе. Вот и сейчас, если прислушаться, то можно услышать очередной спор между двумя блондинами, свидетелями которого стали мы и почти вся мужская половина семейства Учих. — Наруто, сколько можно! Ты уже который день ничего не ешь! О себе не думаешь, подумай хотя бы о ребенке! — кричал на весь дом, хотя… Скорее уж на всю округу один из братьев Намикадзе-Узумаки, а именно Дейдара. А причина его беспокойства стали приступы токсикоза у его беременного братца, которому становилось плохо даже от самого слова «еда». Наруто почти ничего не ел, кроме редких фруктов, да и то, когда его не рвало. — Ты должен поесть, иначе эту еду я буду силой в тебя засовывать! Или маму позову! Уж она-то накормит тебя! — продолжал свою тираду старший омега, сложив руки на груди. — Дейдара, я не виноват, что ребенок пошел весь в своего папашу и обычную смертную еду не переносит… Ну или решил закончить его провальную миссию и все-таки сжить меня с этого света… — устало парировал Узумаки, недовольно взглянув на фыркнувших от его заявления Мадару и Итачи. Саске же нахмурился, кинув безразличный взгляд на спорящих омег. Хотя, должен признать, что после слова про Кушину (так же известную, как мать Наруто и Дейдары) он невольно вздрогнул, поморщившись от воспоминаний об этой «милой», а главное «абсолютно безобидной» омеге, которую он про себя назвал Кровавой Хабанерой, ее мужа и встречи со своими родителями. Flashback. Две недели назад. Приезд Учихи Фугаку и Микото, а так же Намикадзе Минато и Кушины. Это утро казалось абсолютно обычным и ничем не примечательным для проживающих в особняке людей. Наруто по своему обыкновению находился в уборной и страдал от приступов токсикоза. Саске, как «верный» и «любящий» будущий муж решил ему не мешать в этих не легких страданиях и валялся на кровати, отдыхая после очередной бурной ночи, проведенной в клубе с какой-то омежкой. Дейдара поддерживал своего брата, аккуратно придерживая его волосы и успокаивая его легкими поглаживаниями по спине, а Итачи с Мадарой решали какие-то проблемы с фирмой, закрывшись в кабинете последнего. Идилия, не правда ли? Вот только ее нарушила противная трель дверного звонка и громкий, нетерпеливый стук в эту самую дверь, за которой стояли рассерженные поведением сына, а именно неожиданной свадьбой, родители Саске и сильно взволнованные этой новостью, а так же очень обеспокоенные за любимого младшего сына, родители Наруто. — Кого там еще принесло… — простонал младший наследник огромного клана, ведь раздражающий громкий звук только усиливал страдания его и его раскалывающейся на множество маленьких осколков головы. Молодой Учиха открыл дверь, но быстро об этом пожалел, ведь на него с криками и кулаками набросилось нечто маленькое, красное и невероятно сильное. — Что ты сделал с моим маленьким мальчиком? — буянила эта красноволосая женщина, пока двое мужчин оттаскивали ее от бедного шокированного брюнета. — Что ты сделал с ним? Как ты заставил его согласиться выйти за тебя замуж? Мой сын бы ни за что не связался с таким избалованным уродом, как ты!!! — кричала омега, размахивая руками. Однако альфам все же удалось усадить ее и успокоить, пока Микото отчитывала сына за то, что он недостойно отнесся к своему избраннику. — Куш, успокойся. Господин Фугаку, госпожа Микото. Насколько я помню, мы все пришли разобраться в сложившейся ситуации со свадьбой между наследниками наших кланов, а так же весьма неожиданной беременностью моего сына. — попытался разрядить напряженную обстановку Минато, в неловком жесте растрепав волосы на затылке. — Я предлагаю позвать сюда всех членов наших кланов для разговора и размышлений над дальнейшим будущем. А так как пострадавшим в данной ситуации считается наш клан в лице Узумаки Наруто, то его мнение будет считаться авторитетным. — высказался альфа, убедительно посмотрев на Учих. — Абсолютно с вами согласен, господин Намикадзе. — как всегда холодно и сурово сказал Фугаку, с неким презрением посмотрев на сына и на портрет не самой красивой омеги, красующийся на стене. — Саске, позови своего избранника сюда к нам. — презрительно сказал он, отвернувшись от портрета. — Не надо никого звать, Фугаку-сама. — раздался слегка хриплый голос бледного Наруто, показавшемся на лестнице, ведущей со второго этажа. — Я уже здесь, а Итачи, Мадара-сан и Дейдара скоро подойдут. — сказал он, спускаясь. Как заботливый муж, Саске подскочил с дивана и подошел к Наруто, обхватывая его за предполагаемую талию и сопровождая до родителей, усаживая на диван, как самое хрупкое и нежное существо на планете. — Пожалуйста, отец, мама, уважаемые гости. У Наруто начался токсикоз, так что не стоит сильно изводить его вопросами. На все отвечу я, а он пусть не нервничает. Теперь ему нужно думать не только о себе, но и о ребенке. — Учиха заботливо провел рукой по лицу омеги, еле сдерживая отвращение во взгляде и действии. — Главное не волнуйся, Нару. Тебе это вредно. — с наигранно нежной, что не скрылось от глаз Наруто, но скрылось от других, улыбкой прошептал он. Но ответить вышеупомянутый блондин не успел. Его заключили в удушающие объятия матери, не дав даже слова вставить. — Нару, сыночек! Почему ты такой бледный? Похудел-то как! Они тебя не кормят? Сильно тошнит? А синяки откуда? Этот моральный урод снова тебя бил? Он силой тебя здесь удерживает? — начала расспрашивать Кушина, осматривая любимого отпрыска на предмет еще каких-либо повреждений. «Ох, мама, знала бы ты, как близко ты была…» — пронеслась одинокая грустная мысль в голове у Наруто, но матери он так ничего и не ответил, предпочитая просто кивать или качать головой. — Почему ты молчишь? Снова плохо? Тошнит? Ты хоть что-нибудь ел сегодня? — продолжала расспрашивать Кушина, уже мягче обнимая младшего омегу, осторожно поглаживая того по золотистым волосам. Ох… Как же Наруто сейчас хотелось все рассказать матери и отцу, хотелось, чтобы его и его ребенка увезли, спрятали от этих Учих навсегда. Как он хотел забыть все, что с ним случилось. Забыть это имя «Саске», ставшее ему ненавистным. Блондин и сам не заметил, как по его щекам потекли слезы боли и обиды. Обиды за себя и за еще пока не родившегося ребенка. Но он не мог… Не мог сказать, ведь знал, что Саске и его семейка сделают все, что в их силах, но заберут малыша, заберут его маленького ребенка, которого омега уже любил больше всей своей жизни. — Ох, мамочка… — прошептал он, прижимаясь к любимой матери, которая сейчас для него была, как спасательный круг, на который он всегда мог положиться, но… Не сейчас, не в этой ситуации. Теперь уже Наруто скоро станет мамой или папой, что в общем-то неважно. И ему нужно в первую очередь думать о его ребенке. — Со мной все хорошо. Саске очень заботливый. И Мадара-сан с Итачи. Они всегда помогают и заботятся. Да и Дейдара всегда рядом. — вытирая слезы проговорил омега, которого тут же заключили в крепкие, на вид очень нежные, но такие холодные объятия. — Во время беременности Наруто стал очень сентиментальным. — тепло сказал Саске, позволяя омеге уткнуться в его грудь. «Надо же, он такой нежный и теплый» — пронеслась одинокая мысль в голове у брюнета и, поддавшись ей, он осторожно провел рукой по золотой макушке, запутав пальцы в длинных волосах. — Я надеюсь, никто не будет против, если мой будущий супруг покинет эту комнату и уйдет в нашу отдыхать. Мне не нравится его бледность. — «Хоть здесь правду сказал» — вновь пронеслась мысль в брюнетистой голове. Молодой Учиха приказал слугам увести блондина и накормить его чем-нибудь. Приказание они тут же выполнили. — Ну, а теперь поговорим серьезно. — раздался властный голос главы клана Учиха. — Саске, что ты сделал, что решил жениться на этом… — осекшись при виде сжатых кулаков Минато и еле сдерживающейся Кушины, он продолжил, — на этом молодом человеке. Я понимаю, наследник Намикадзе это хорошая кандидатура для брака, но он… — вновь пауза, — он же… Во что ты ввязался на этот раз? — В истинную любовь, отец. — уверенно солгал младший брюнет, заставив всех собравшихся удивленно на него посмотреть. — Тогда как ты объяснишь раннюю беременность этого омеги? Так еще и до замужества? — начал спрашивать Фугаку, нахмурившись. — О каких избиениях здесь говорилось? — да, глава клана просто не мог поверить в слова своего сына. Уж кого-кого, а Саске он знал. Как и знал, что его сын бы никогда не допустил подобного союза, ведь омега действительно был уродлив. А если учесть еще и интересное положение этого Узумаки… — Сын, во что ты еще ввязался? — спросил он, устало, абсолютно не по-учиховски положив голову на руку. — Скажи правду. — Дважды избил и изнасиловал. Но… — договорить молодому Учихе не дал мощный удар в лицо. Этот удар был от отца Наруто. Фугаку же не вмешивался, лишь огорченно смотрел на своего сына, размышляя, что же теперь делать с появившейся проблемой. Проблемой, от которой надо было избавляться. — Господин Намикадзе, я люблю вашего сына. — проговорил Саске, поднимаясь на ноги, но тут его снова сбили с ног мощным ударом. Это уже был Фугаку. — Не ври мне, сын! Ты подставил весь клан! — кричал он, гневно сжимая кулаки. — Что ты будешь делать с этим Наруто?! Как мы его в свет покажем? Он же… The end of flashback. Дальше молодой наследник предпочел не вспоминать, обратив внимание на спор между двумя омегами. Конечно, интереса он у Саске никакого не вызывал, но на уши давил здорово. — Дейдара, не кричи ты так. Поверь, немного голодовки твоему брату не повредит. — сказал младший наследник огромного клана. Конечно, сейчас он не беспокоился ни о здоровье ребенка, ни тем более ни о здоровье самого Наруто, но вот этот крик порядком надоел альфе. — сбросит пару десятков килограммов и можно будет его из дома без стыда выпускать. — Заткнись, Учиха. Если на Наруто тебе наплевать, то хоть о ребенке подумай. Сам же заделал. — огрызнулся Дейдара, вновь обращая внимание на побелевшего Наруто. Что уж говорить, с таким весом сложно выносить ребенка, а если учесть стрессовые факторы и токсикоз, не дающий нормально есть, то… Стоило серьезно побеспокоиться о здоровье и ребенка и самого беременного, который, кстати, выглядел так, как будто собирается сейчас упасть в обморок. Бледный, осунувшийся, на него было сложно взглянуть без сочувствия, однако… Младшему Учихе это прекрасно удавалось. — Что за шум, а драки нет? — спросил вошедший Итачи, обеспокоенно окинув взглядом Наруто. — Что, снова ничего не ел, мой маленький миньон? — сочувственно и одновременно обеспокоенно спросил он у Наруто, аккуратно усаживая его на диван. Бледный вид Узумаки ему абсолютно не нравился, как и не нравилось безразличие Саске к собственному ребенку, пусть пока и в утробе омеги. — Нару, твой вид мне не нравится, может вызовем врача? — спросил Итачи, настороженно глядя на блондина. — Нет, Итачи-сан. Вам не стоит беспокоиться обо мне. Тем более голодовка в какой-то степени даже полезна в моём… — но перебил его Дейдара, который силой ударил кулаком по столу. — Прекрати этот бред нести! — закричал он на младшего брата. — Что тебе полезно?! Ребенка своего губить???!!! — омега успокаиваться уже не хотел. Он решил раз и навсегда заставить Наруто заботиться если не о себе, то о малыше, которого он носит. — Дей, не кричи пожалуйста… — попросил молодой омега. Этот крик вызвал у него головную боль, которая в буквальном смысле давила на молодого омегу. — От твоего крика у меня аппетита не прибавится, а вот голова уже не выдерживает децибел. — Ну так ты поешь, а я кричать перестану!!! — уже взорвался Дейдара, гневно сверкая глазами. Он хотел еще что-то сказать, но вовремя заметивший настрой блондина Итачи, закинул последнего на плечо и унес из особняка на улицу. — А ну отпусти меня!!! — только и услышали Наруто и Саске перед тем, как входная дверь захлопнулась, оставляя героев сего произведения наедине. — Ну и когда ты начнешь есть? — спросил брюнет, опершись о дверной косяк и сложив руки на груди. — Не забывай, Узумаки, ты носишь моего ребенка и должен заботиться о нем и о себе подобающе члену семьи Учих. — проговорил он, приказав слугам принести молодому омеге куриный бульон. Его принесли быстро, но Узумаки даже не посмотрел в сторону предложенной ему еды. — Ешь, иначе я силой волью это в тебя. — рыкнул Саске, рывком поднимая Узумаки с дивана. — Начну тогда, когда смогу это делать!!! — закричал омега, гневно прожигая взглядом лазурных глаз лицо Саске. Конечно, он понимал, что есть нужно. Конечно, он понимал, что ребенку нужны витамины, но он банально не мог есть. Его организм при попытке поесть отдавал гораздо больше, чем принимал. Это было еще хуже, чем не ест совсем. — Хотя тебе-то какая разница, Учиха? Тебе же плевать на меня, да и этого ребенка ты не хотел!!! — Наруто успокаиваться не хотел. Он пытался выплеснуть на Учихе все, что накопилось у него за этот месяц, за избиения, за изнасилование… Он кричал, он бил кулаками альфу в грудь, опрокинул миску с бульоном, он… Но тут его пыл остудил сильный удар в красивое лицо. И тут красивые голубые глаза шокировано посмотрели в глубоко черные перед тем как из них полились слезы горечи и обиды. Наруто покачнулся, вновь подняв глаза на Учиху. Его рука автоматически дотронулась до кровоточащей раны и парень полетел вниз, потеряв сознание.