Мятный бордель.

— Нет. Не хочу. Я не хочу жить, но я и не хочу погибать. Где истина моей жизни? Где она? За что мне всё это? Хотя, если подумать... Но почему мне так легко? Может, я уже умер? И мои страдания вот-вот закончатся? А мои мечты станут явью совсем скоро? А почему я слышал выстрел?! Может, он убил меня? Господи, я этого дождался... *** Чимин проснулся в странной ветхой каморке. Там не было окон, были лишь мешки и какие-то бочки, наполненные чем-то доверху. Запах в помещении был неприятен, будто эта комната была в подземельях, куда уже давно никто не приходил. — Господи, моя голова, - начинал стонать Чимин, пытаясь встать с холодного пола. — Неужели я всё ещё в этом гадком мире, где я не могу прожить уже ни минуты? Господи, за что мне это?! Разочарование не давало ему покоя. Он брался за голову и говорил, что это сон и что скоро его разбудят, что он снова будет жить как раньше, а не как жалкая собачонка, которой много пользовались, но так и не смогли приручить. Он хотел быть сейчас у Хосока дома. Да, у этой продажной сволочи, как он думал. Хотел к нему. Простил бы всё, если бы мог проснуться сейчас. Сейчас. Именно сейчас. *** К дому подъехала машина. Из неё вместе с охраной вышел пожилой состоятельный мужчина, со множеством морщин на своём скупом лице. Но он был так дорог Юнги, что тот был готов пожертвовать собой лишь ради того, чтобы хоть на одну минуту больше отец прожил в этом мире. — Отец! Я так рад, что ты вернулся! — Мин выбежал из дома, как маленький ребёнок, который встречает отца с работы. Он был очень счастлив, потому что отец на три месяца уезжал из страны ради важной сделки. И за это время он очень тосковал по отцу, ведь Юнги так долго его не видел. — Юн! Как я рад тебя видеть, сынок! Как твои дела, как учёба? — отец был рад неменьше, он тоже очень скучал по своему сыну. Ведь он всегда поддерживал его интересы. — Идём в дом, я тебе всё расскажу! *** — Мне холодно... — тихо шептал Пак, но его никто не слышал. Он всегда был открытым мальчиком, дружелюбным, добрым. Но во что он превратился сейчас? Кем он стал? Почему именно его? Почему? Лёгкий вопрос с нелёгким ответом. Всё было слишком быстро. Только вчера он махал родителям своей маленькой ручкой, уходя в школу. Только вчера он бегал с Хосоком на пляж с его родителями и своей семьёй. Только вчера пришел в бордель. Только вчера... А сейчас он сидит в чулане, в неизвестном доме, с незнакомым человеком, и губит себя. А зачем? Он пока что этого ещё не понял. *** — Присаживайся, отец, сейчас подадут обед. Ну, расскажи мне, как сделка, как съездил, как здоровье. Я хочу знать всё! — Юнги был очень возбуждён от приезда отца, ведь он так давно его не видел. — Сын, я теперь расширился и в Таиланде! У меня очень хорошо прошли переговоры и директор фирмы согласился дать нам расширение в своей фирме!Поздравь же меня! — отец ликовал, как и сам Мин, который просто офигел от услышанного. Фирма его отца была очень мала, когда он только родился, но сейчас она уже функционирует во многих странах Азии и не только. Он всегда интересовался работой отца, хотя и не вникал. Но всё же немного о системе он знает. Наследник, как-никак. — Отец! Это просто превосходно, теперь ты сможешь быть спокоен на некоторое время! — счастью Юнги не было предела. — Юнги, я тут хочу тебе кое-что подарить. Ты молодец у меня, и я очень тобой горжусь, хоть ты и бестолочь иногда. В общем, держи... - отец протянул ему странную коробочку. Она была выполнена из красной кожи с логотипом "Lexus" Открыв то, что было в этой коробочке, он был просто в восторге. Там лежали ключи от машины его мечты. — Отец, не стоило так тратиться! — Это мой подарок тебе, сынок, езди на здоровье, — отец, увидев выражение счастья на лице сына, счастливо улыбнулся и выгнал его на улицу смотреть свою ласточку. Старику надо было ехать после обеда в офис по делам. Юнги в это время ездил по городу на новой машине. Слава Богу, что отец не заметил на его плече под рубашкой бинт, который был наполовину в крови. Но Юнги было по барабану, ведь у него есть новая игрушка, и он ей очень заигрался. Юнги резко бьёт по тормозам прямо по середине дороги, осознавая очень интересную вещь... - Чимин всё ещё заперт в каморке! Мчась на всех парах домой, а время уже к одиннадцати шло, ему оставалось только молиться, что Пак сейчас жив и не умер от голода или холода. И не повесился на старой верёвке, и не вскрыл себе вены, разбив бутылку вина.