Мятный бордель.

- Юнги... Я - Просто собирай вещи и уезжай. Так будет лучше для нас обоих, - спокойно проговорил Юн, выходя из кабинета и встречая на пороге Чимина. - С тобой всё в порядке? - Чимин крутился возле Юнги. Он понимал что вопрос, который задал, слишком глуп. Он просто надеялся услышать от Шуги, что всё в порядке, но Юнга промолчал. Снова. - Почему ты не хочешь со мной разговаривать? Я знаю, что я виноват! Но прошу тебя, дай мне искупить свою вину! - Чимину было очень противно на душе, и он хотел, чтобы хоть как-то Юнги выслушал его и хоть немножко простил, чтобы хотя бы ему было не так грустно, но он знал, что Юнги чувствует себя в несколько раз хуже. Он ничего не мог поделать с терзающим его чувством. Он хотел поддержать Шугу в этот момент и в нём сейчас видел себя, прямо когда его только привёз Мин в свой дом. Теперь он понял чувства Юна к нему в то время. Это просто типичное переживание, забота, просто чувства вины. Он понял, каким дураком был. Иногда то, что мы знаем, бессильно перед тем, что мы чувствуем. И сейчас вина распространилась в душе Пака, ему стало ещё противнее от самого себя. Юнги медленно поднимался по лестнице, а Чимин плёлся за ним, задавая свои глупые вопросы, на которые он точно знал ответ, но он ничего не смог поделать с собой и со своими чувствами. - Юнги, стой! Эти слова прозвучали очень громко, и он действительно остановился. Ему просто стало интересно что же сейчас сделает Чимин. - Я тебя люблю! - заорал Чимин на весь дом так, что, наверное, даже слышала и прислуга. Шуга после этих слов встал в ступор, но после того, как всё обдумал, снова бездумно пошёл вперёд. - Неужто мои слова прошли мимо и это ничего не дало? Ему без разницы? - думал про себя Чимин. Он не мог поверить, что это не сработало. Пак понимал, что сказал это только для того, чтобы завязать разговор с Мином. Но он ещё не до конца понял, что такие провокации на Юнги не действует.

***

- Ну что поехали, - сказал Намджун и захлопнул дверь за Чимином. - Позаботиться о нём хорошо, - дал последние наказание Юн. - И кому ты это говоришь? Мне что ли?! Конечно я о нём позабочусь! Еще бы! - восклицал Мон. - Удачной дороги. Береги себя. Ну вот и всё, теперь он остался совсем один, как и раньше. Теперь рядом с ним нет никого, даже отца. В душе снова пустота, в принципе такая же, как и в доме. Но это уже не имеет никакого значения. Жизнь, которую Мин жил, просто сломалась, разбилась на маленькие осколки, треснула, как пластмассовая тарелка с едой. Теперь уже ничего не имеет смысла, и можно делать, что хочешь! Накачаться наркотиками и издохнуть; напиться до такого состояния, что и забудешь, где живешь; спрыгнуть с крыши дома и ни о чём не жалеть. Сколько возможностей после этого открылось! Ему даже показалось, что такая жизнь ему теперь будет нравиться больше чем прежняя. Раньше было слишком скучно и теперь, когда он свободен от всего мира, он может делать то, что пожелает сам. Теперь его судьба в его руках, а точнее в руках обстоятельств, которые вокруг него творятся.

***

- И почему ни с того ни с сего он отпустил тебя? Недавно, когда мы с ним разговаривали, он вцепился за тебя когтями мертвой хваткой и не оторвать! А сейчас, просто позвонил и сказал, чтобы мы тебя забрали?! Чимин, скажи правду, что-то случилось? - Хосок как обычно рассуждал вслух, сидя на переднем сидении. Чимин же рассматривал всё, что творилось за окном машины. - Эй, ты вообще слышишь меня? Такое ощущение, что я тут сам с собой разговариваю! - возмущался Чон. - Да не трогай ты его! Поговорим дома, когда приедем. Не сейчас, Сокки! - постарался разрядить обстановку Ким. Хосок надул губки, сложил руки на груди и сел, прижавшись к сидению, бездонно смотря вперед своими обиженными глазками. В окне мелькали то дома, то деревья, то пустыри, но Чим представил себе это как жизнь. То мелькают обильные события, то проскакивают тёмные стороны, то вообще ничего нету. И казалось, будто жизнь сплошная дорога, которая движется лишь вперед и не позволяет посмотреть назад, но машину развернуть еще можно, а вот жизненную пленку перемотать уже нельзя. Обидно. Бабочки живут в неволе 1 день. После этого умирают. Но Чимин прожил 9 месяцев, и это обернулось и правда одним днём. Вчера он ненавидел Мина, а сегодня испытывает чувство долга перед ним. Он хочет это исправить, но понимает, что это бесполезно. Теперь он боится его потерять. Не встретить дважды. Потерять воспоминания о нём. Он ему очень обязан. И теперь он должен это исправить. Но... Кажется, что признание в любви Мину, было от чистого сердца. - Я действительно его люблю? - Разворачивай машину! Мы едем обратно!