Хэнкок в Эквестрии

      Я решил подольше не загадывать свои желания, чтобы оттянуть момент рассказа о моём мире, да и смирился я уже с тем, что это настоящий мир. Проснулся я оттого, что Твайлайт открыла дверь. Прислушавшись, я услышал: — О, привет Пинки Пай, — сказала она, улыбнувшись подруге. — Примите телеграмму в форме песни от меня! — пропела та, без остановки прыгая и танцуя. — Приглашение доставила, копытцами звеня. Станет наш Зубастик, на год старше, чем сейчас. Торт будет очень вкусным, угощения — высший класс. Устроим танцы. Будем веселиться и играть, приятно в день рожденья, всех друзей своих обнять, — продолжала насиловать мой мозг, своей песней Пинки. — Подарки не нужны, их вы можете забыть, в этот день ничего важней друзей не может быть. Приглашение примите, мы хотим услышать: «Да», в гости приходите, мы вас будем ждать тогда! — наконец-то допела она и поскакала дальше, видимо к остальным своим подругам. — Ты проснулся? — спросила меня Твай, заходя обратно в дом. — Д-да, а что это было? — спросил я, показывая на дверь. — А? Да, Пинки приходила, зовёт всех на День Рождения Зубастика. — А кто это? — Её питомец — крокодильчик, он беззубый. — Я-а-асно, надеюсь мне идти не надо? — с надеждой в голосе произнёс я. — Ну, раз ты теперь наш друг, то да, тебе тоже надо идти. — Передайте ей, что использую два своих желания, первое: чтобы она не устраивала вечеринку в мою честь, а второе, чтобы я не шёл на День рождения Зубастика, — сказал я серьёзным голосом, при этом сильно досадуя, что уже потратил два желания. — Ладно, я ей передам! — с радостью в голосе произнесла фиолетовая. Конечно, они приблизились к рассказу на эту пару желаний. — А теперь идём завтракать.       Когда Твайлайт ушла на вечеринку, я решил почитать книги, да это не опечатка, я правда решил ПРОЧИТАТЬ КНИГИ, что на меня нашло, видимо это место на меня так влияет.       Подойдя к шкафу с книгами, я решил взять «Краткая история Эквестрии».       Спустя 4 часа.       О боже, моя шея. Покрутив головой, разминая затёкшие мышцы и позвонки, я решил пойти поесть, но придя на кухню, я ничего не нашёл, да и где эта пони хранит съестные припасы - неизвестно. Ведь всю кухню перерыл, и хоть бы что съедобное! Я подумал, что на улице должны быть какие-нибудь кафешки или рестораны.       Выйдя из Дебидома, я направился в центр города. Пони косились на меня и старались держаться подальше. Я, чтобы поржать, скорчил страшную рожу. Теперь они стали обходить меня по ещё большей дуге.       С приподнятым настроением я двинулся к приглянувшейся кафешке.       Подойдя к зданию, присел я за один из столиков. Через минуту ко мне с опаской подошла официантка-пони и спросила: «Не желаете замечательный яблочный пирог, он сегодня особенно хорошо получился?» — Да, конечно, можно мне две порции и чай, — сказал я, мило улыбаясь. — Через пять минут принесу, — произнесла она, уходя обратно в здание. Вскоре официантка принесла мне пол пирога и кружку ароматного чая. Пожелав приятного аппетита, пони удалилась.       Довольно быстро разобравшись с пирогом и запив его чаем, я направился прогуляться по окрестностям города. Твайлайт, кажется, говорила о каком-то парке. Подойдя к какой-то белой пони с синей гривой, в ярко-фиолетовых очках с бликами и с наушниками, я спросил дорогу к парку, но она меня не услышала. Набравшись наглости я скинул её наушники и, игнорируя её гневный взгляд из-под очков, спросил невинным голосом: — Вы не знаете, как пройти к парку? Она объяснила мне направление, одела наушники и направилась куда-то вглубь города.       Я отправился по направлению к парку.       Погуляв по парку где-то часа два, я направился к Дебидому.       Зайдя внутрь я заметил, что Твай до сих пор не вернулась. Я, решив её не ждать, взял книгу по магии «Для чайников». Мда, опустился, называется. Ну да и хер с ним.       Через час пришла единорожка, уставшая, но с хорошим настроением. На мой вопрос «Как всё прошло?» она ответила уклончиво, типа надо было самому идти, а не тратить желания. — А как твой день прошёл? — Да никак. Почитал, прогулялся, опять почитал, ты пришла, — сказал я, со скучающей миной на лице. — Во-о-от, а надо было пойти на вечеринку, повеселился бы. — Нет, уж лучше так, чем к этой розовой бестии. Похоже, Твайлайт обиделась. Она, ни слова не сказав, ушла наверх и улеглась спать, выключив свет. Ну вот, теперь в этой темноте к дивану идти. Дважды обо что-то споткнувшись и ударившись ногой об диван, я всё-таки улёгся. Проклиная нехорошими словами обидчивых пони, я уснул.