А мне фиолетово!

Утром следующего дня меня разбудил Аттикус ни свет ни заря. Оказывается, он – полу-человек, полу-аниматроник, и ему спать не нужно. Он может, но не нуждается. Но ему иногда надо «перезагрузить» системы. Разбудил, что, мол, репетировать нужно. - Господи, отстань, - пробормотала я, переворачиваясь на другой бок. - И не подумаю! – сказал он. – Ты же обещала! - Ладно, достал уже, встаю, - нехотя пробурчала я, поднимаясь и выставила Аттикуса из комнаты. Открыв чемодан (а когда мне, горемычной, успеть его разобрать?) я достала первое, что попалось под руку – короткую голубую юбку и кофточку а-ля «Кокона Харука» (кто играл в Яндерку, тот поймёт). Да,похоже,Кортни была помешана на японии! Вон сколько всякой японской одежды в чемодане – одно кимано чего стоит! Решив не задерживать время позора (а за одну ночь-то на гитаре играть не научишься), я быстро переоделась и выбежала к Аттикусу. Репетировали мы в музыкальном зале, на часах было шесть утра. В комнате, из тех, кого я лично знала, был Аттикус и Джейк. Рядом с нами с самым невозмутимым видом сидел парень с унылым лицом. Одет он был во всё чёрно-белое. Судя по всему, это сын Марионетки – Демьян, которого все звали Дем. «Он на ударных» - шёпотом пояснил Аттикус. Я кивнула. Мы предупредили друзей, что у меня «амнезия», а Джейк спросил: «А как играть на гитаре она не забыла?» Я, сама не зная, что делаю, сказала, что нет. Тогда он всучил мне гитару. Я охнула, едва её удержав – тяжеленная. Да и огромная... Джейк тут же бросился на помочь, отобрал гитару, и дал мне поменьше. Эта была легче, я легко держала её в руках. - Ладушки. Что играем? – спросила я, улыбаясь. - Вот эту песню. Держи ноты, - сказал Атт и протянул мне два листа, которые были сплошь усеяны непонятными закорючками. Я воззрилась на него с удивлением. – Попробуй наиграть пару строк, - посоветовал он. Я напрягла всю память, что бы вспомнить ноты, которые последний раз видела на уроках музыки в детском саду, и к удивлению, с лёгкостью взяла первый аккорд. Всё смелея, я начала потихоньку набирать темп, играя всё громче и быстрее. Тут ко мне подключился Аттикус – он был на синтезаторе. Потом в музыку включился Демьян, подыгрывая нам. И последним присоеденился Джейк, запев звучным, низким басом: - Знаешь, радость это хлопья с молоком, Пробуй – я угощаю, м-м. Тут я поняла, что знаю, знаю эту песню! Но откуда? Как я поняла, в этой вселенной эту песню написал именно Аттикус и его компашка. Возможно, у нас есть что-то похожее? Во всяком случае, я подхватила: - Тут до края света пять минут пешком, Ну а мы-то летаем, м-м. - В облаках никто не сможет разглядеть, Наши белые кеды, м-м, - продолжил Джейк, с удивлением смотря на меня, которая вдруг решила подпевать. - А мы там где прямо каждый-каждый день Можно спать до обеда, м-м, - пропели мы с Джейком хором. Мои пальцы не забывали перебирать струны гитары, будто знали, что нужно делать. - А знаешь, все мечты таки сладкие на вкус и цвет, - мягко пропела я. - И выше неба, ты мне улыбнись, я улыбнусь в ответ, - пропел он, расслабляясь. - Давай, полетаем что-ли, Это так легко-ли, Не волнуйся, я держу, - заголосили мы хором припев. - Давай, прогуляем школу, Обещаю, что я Никому не расскажу, - пропели мы так же. - Давай, полетаем, что ли, - пропел Джейк. - Облака сквозь шторы, - подхватила я. - Как обёртки от конфет, - пропели мы вместе. - Давай, полетаем что ли, - снова он. - И закажем с колой, - моя очередь. - Кучу счастья на десерт*, - пропели мы вместе, а после смолкли все. ВСЕ. Все ребята поражённо молчали, а после захлопали. - Вау! Это было круто! – захлопал Атт. - Замечательно! Ты и про гитару не забывала! – поддакнул Дем. - Именно так и выступим! – подвёл итог Джейк. Я счастливо улыбнулась. Ура! После мы ещё несколько раз прогнали песню. Вскоре Атт вспомнил, что в восемь завтрак, и надо вставать – первый день уроков. До этого ребята были предоставлены самим себе. Поэтому все поспешили на завтрак. Сегодня выбор был не густ: либо давись салатом с просроченым маслом, либо манкой с комочками. Основное блюдо я вообще пропустила, взяв только чай и яблоко с бутербродом с сыром, который очень любила. Я собиралась подойти к уже знакомому столику – там сидела Банни, Лиззи, ещё какие-то девчонки, но мне помахал рукой Аттикус, подзывая к себе. Я пошла к нему – сосед как-никак. Он предложил мне сесть с ним, я согласилась – не хотела обижать. К тому же, там сидел Джейк, Дем, ещё какой-то пацан, вроде, сосед Банни, который сестру насиловать хотел... Я, слава богу, не краснела. Мне было скучно. Я просто сидела, мешая ложечкой чай, пока не прозвенел звонок. Все быстро похватали свои подносы и помчались выносить мусор. Я бы, вот честное слово, потерялась бы там, если бы не Аттикус – он схватил меня за руку и уверенно куда-то повёл. Радости моей не было предела, когда мы добрались до кабинета. Весь урок я потратила на то, что всматривалась в лица детей аниматроников, пытаясь узнать в них хоть кого-то из игры. Так... Скорее всего, эта беловласая дочь Мангл... Всё. Больше никаких видимых признаков я не обнаружила у одноклассников. Мы вышли из класса и направились на уроки. Они прошли скучно и неинтересно. Зато класс попался спокойный, дружелюбный. Не то что мои бывшие... Правда, я немного скучаю по этим подколкам над учителями, по этим бешеным переменам, по этому «Дому 2», происходящему прямо у нас в школе... Нет, это был даже не «Дом 2», а «Дурдом 2», чтоб его! После уроков нас отпустили готовиться к празднику, что должен был пройти сегодня вечером. Аттикус милостиво разрешил мне подремать минуток двадцать, ну а потом репетировать. Так я и сделала. Удивительное дело – даже будучи человеком я так не выматывалась... А может, тут что-то замешано? Да ну, ерунда какая. Кому это надо? Просто с непривычки. Лучше уж посплю, авось полегчает...