Три ритуала, три желания.

— Подъём, мелкие! На всё про всё двадцать минут. Увижу потом лежащее тело, вытащу за волосы и заставлю делать ещё десять кругов в нагрузку тридцати обычных. Подъём!       Старший по нашему корпусу пятнадцать раздирал свою глотку с самого утра.  — Вэл, ты чего, вчера ему не дал кончить, что он сейчас отрывается на нас? — спросил парень с вишнёвым цветом глаз.  — Отстань, Сид, — пробурчало из умывальника.  — Да нет, скорее, они оба друг другу не дали, пока выясняли, кто сегодня это должен сделать, — раздался смех кареглазого парня, который, хохоча, пытался привести в порядок волосы.  — Это ещё почему? Вроде оба друг друга, и даже вчера слышались их охи-вдохи.  — А, это вчера пару новеньких привезли, вот и «проверяли» некоторые Старшие. Вэл как всегда пришел, когда не надо.  — Гарс, хватит трепаться, нам пора, — из умывальной вышел парень. Сверкнув серыми глазами на друзей и ероша блондинистые короткие волосы, он удалился, оставив тех переглядываться и удивляться.       Давно они не видели Вэла таким агрессивным.  — Ладно, нам и впрямь пора, а то сейчас столпотворение будет, как в ярмарочный день.       Быстро ополоснув лицо ото сна, парни выбежали из казармы.       Ещё пару минут самые сони отлёживались, пока ранние умывались и спешили на утреннюю подготовку.

***

      Военная школа для подростков «Северное созвездие» просыпалась в своём режиме.       Ёжась от холодного пронзительного воздуха, парни становились в несколько неровных шеренг; перекличка и пробежка по всей территории - так всегда начиналось их ранее утро.       Сначала мимо казарм, потом мимо учебных корпусов и кузни, потом кухня со столовой, где задерживаются многие, чтобы по запахам понять, что готовится, и даже кому готовят. Зато около административного корпуса и казарм преподов стараются проскочить на максимальной скорости. И так - все тридцать кругов.       Бывало, когда Старшие в нехорошем настроении, они делают пакости своим подопечным, в виде невидимых ям с жижей или стенки. Из ниоткуда летят мешки, чучела и, из-за этого случается много травм, ушибов. Так что, парни стараются заранее выяснить, кто сегодня не в настроении из Старших по корпусам.       В этой школе запрещалось колдовать по крупному Старшим, и чтобы никого не травмировать, каждому из них одевали специальные браслеты, которые резко ограничивали Силу.

***

      Первые десять кругов прошли без происшествий, и некоторые решили, что всё обойдётся.       Первый звоночек поступил, когда упали двое младших, которые решили бежать быстрее, затем - уже из старших групп.  — Ребята, внимание, началось! — крикнул Вассио и подобрал несколько камней. Все последовали его примеру. Бросая впереди себя камушки, можно было не попасть под «сюрприз» Старших.       Друзья лишь переглянулись и последовали за остальными, стараясь держаться чуть позади.       На этот раз всё обошлось, но, присмотревшись к одному из мужчин, Сид понял, что их Старший ещё не остыл. Он смотрел на Вэла и его синие глаза зажигались злостью, когда тот взглядывал в их сторону.  — Вэл, будь на стороже, он ещё кипит, — предупредил парень и, чуть толкнув, показал на горланившего. — Он явно ещё оторвётся.  — Что случилось, что он ТАКОЙ? — Гарсу было интересно узнать. Сказывалась его принадлежность к человеческой расе, которая славилась тем, что им всегда было что-то интересно.  — Наш Старший и ещё некоторые решили организовать оргию. А тут я прихожу, а тот при всех меня попытался взять. Я же в основном дрочу и сосу у него, дальше мы не заходим. А вчера ему захотелось показать, как он будет брать мою девственность, — парня перекосило от воспоминания и от тех похотливых слов, которые посылали в их сторону.  — Здесь только взрослым можно, а ….  — Хватит болтать! Отжимание! — почти под ухом крикнул наш Старший, и парни привычным движением распластались на земле.       Мужчина подошёл к Вэлу и что-то тихо шепнул ему на ухо, а потом со всего размаха стукнул по рёбрам. Послышался хруст, Вэл взвыл, и его от удара отшвырнуло в сторону.       На мгновение всё смолкло, и лишь поскуливание и завывания Вэла разносились по площадке.  — Старший корпуса пятнадцать, к начальнику Лонтерэ, Гарс, Сион, подобрали Вэла и в лечебку. Сид, к начальству. Всем остальным продолжать. Старший корпуса шесть, принять командование       Голос офицера второй ступени Картесса раздался на площадке, как гром среди ясного неба. Выслушав приказ, все вновь занялись утренней тренировкой, а Сид со Старшим поспешили к начальству. На пороге у его дверей они переглянулись, и Старший, отпихнув парня, вошёл первым. Сид, пожав плечами, сел на стул, который стоял около входа и, привычным движением вынув из кармана сережку, зацепил на мочку уха, затем пару постукиваний по ней, и он погрузился в свой мир. Он недавно сотворил один артефакт-дневник и сейчас решил протестировать. «Моё имя Оренторгар из семейства Серебряные торпи, дракон. Учусь в военной школе „Северное созвездие“ на континенте Криптос уже десять лет, осталось ещё несколько лет. В военную школу поступают с двадцати лет, случается, что и раньше. Такова обязанность младших сыновей, старших же учат дома. С Вэлом и Гарсом познакомились через три года обучения, их перевели из другой школы. Так как у меня покровитель сам наш начальник Лонтерэ, то они решили, что я буду доносить ему обо всех их идеях и шалостях. Да, сначала было сложно доказать, что я не такой, но, позднее, мы всё же сдружились. На территории школы были несколько рангов начальства. Старшие: их всегда по двое, на каждый корпус, которых двадцать домиков. Затем идут командиры, офицеры трёх ступеней, начальник школы и один из Совета попечителей. При поступлении получил прозвище Сид, здесь так принято, что новичку дают прозвище, типа здесь нет расового и сословного признака, здесь все равны. После выпуска собираюсь поступить Артефактистом в одну из магических академий. Пока у меня нет большой силы из-за возраста, но, когда наступит моё совершеннолетие, произойдёт инициация. После я с удовольствием покину эту школу. А пока мне приходится подчиняться некоторым местным правилам. Первое правило — забудь своё имя, род или семью, кто ты на самом деле, здесь ты лишь курсант. Второе правило — у тебя должен быть покровитель, если не выбрал сам, тебе его выберут. Третье правило — никаких сексуальных проникновений, только или поглаживание с поцелуями, или отсос, лишь тем, кто перешёл рубеж за сорок лет, позволяется иметь сексуальные отношение. Четвёртое правило — выполнять беспрекословно все требования Старших, учителей и выше стоящих командиров. Пятое правило — из школы можно выйти лишь, если вам разрешено, если к вам приехала родня, если вы достигли совершеннолетия или вовсе умерли. Учителя считаются лишь сотрудниками или наёмными работниками, но непосредственно подчиняются начальнику школы, как все остальные живущие, работающие и учащиеся».       Хлёсткий удар по щекам заставил парня выйти из своего мира. Приложив ладони к щекам, он посмотрел на того, кто ударил. Перед ним стоял злой их Старший, который, только что выйдя от начальства, решил оторваться хоть на ком-то, и им, к сожалению, стал Сид.  — Что, сученыш, готов отрабатывать?! — рыча, он замахнулся опять, чтобы ударить, но чья-то крепкая рука удержала его.       Сид не видел лица мужчины, потому что тот стоял к нему спиной, но ему понравился голос.  — Малыш, можешь идти, — сказал мужчина, продолжая держать Старшего одной рукой, а тот с опаской в глазах смотрел в глаза говорящему, явно понимая, что это его последний день здесь.       Дважды парню не надо было говорить. На бегу, снимая серёжку, он вскочил в открытую дверь и плотно прикрыл её.

***

      Начальник стоял около окна и, что-то внимательно рассматривая во дворе, водил по стеклу выращенным когтем, который издавал скрежет, жутко нервирующий слух.       Сид остановился около ковра и, чуть со страхом смотря на начальство, приложил обе свои ладони к пылающим щекам.       Стройное, подтянутое тело эльфа в сером костюме, волосы небесно-голубого цвета подняты в высокий хвост, глаза цвета грозовых туч. На висках две длинные тонкие косички, переплетённые тремя нитями — красной, белой, зелёной, говорили о том, что он маг Огня, Воздуха и Земли. Несколько колец-серёжек на удлинённых ушах говорили о том, что он из благородной семьи, и у него Родовая защита.  — Всё как всегда, — проговорил он устало.       Маленькая скамейка стояла на своём привычном месте, около шкафа с папками. Сняв обувь, парень быстро прошёлся по ковру и, взяв скамейку, сел около кресла. Немного постояв, Лонтерэ повернулся и, подойдя, сел в кресло так, чтобы его промежность находилась на уровне головы мальчика.       Ловкие пальцы тут же потянулись к липучкам на штанах, раскрывая их, чтобы вынуть пока ещё вялый член.  — Что с лицом? — немного заинтересованно спросил мужчина.  — Ударили, — прошептал Сид и тут же нагнулся, чтобы не только взять в рот орган, но и не отвечать дальше.       Привычно поглаживая, посасывая, массируя, тот добился того, чтобы член отозвался на манипуляции. Руки начальника, зарывшись в короткие серо-голубые волосы паренька, немного поглаживали и притягивали то к себе, то от себя.  — Раскрой шире и держи основание, — диктовал чуть хрипловатый голос, парень повторял приказ. — Пососи поактивней …. М-м-м. Теперь поработай языком. М-м-м-м-м …. Ещё чуть сильней, да, вот так….       Мужчина стал интенсивней вгонять свой член в рот парнишки, при этом удерживая его голову в одной позиции. Сиду оставалось лишь ослабить горло и раскрыть как можно шире рот.       Ещё пару толчков, и тот кончил на лицо и волосы Сиду, который, как всегда, попытался увернуться, но его удерживали до конца.       Закончив извергать семя, тот растёр его по лицу Сида, а затем убрал руки и на миг прикрыл глаза.       Парень же поправил штаны эльфу и возвратил скамейку назад.  — Там в шкафчике возьми посылку и письмо из дома, — мужчина вновь встал около окна, но теперь смотря на то, как парень забирает вещи. — Так всё же, что с лицом?  — Ударили, — короткий ответ. — Я могу идти?       Начальник школы пристально посмотрел на парня. Как всегда, жалобы не озвучивает, сам или с друзьями вместе решает возникшие проблемы.  — Иди.       Поклонившись, Сид вышел в коридор, в котором уже никого не было. Теперь, пока есть возможность, первым делом в казарму, оставить посылку и письмо, затем вымыться и в лазарет к Вэлу.

***

      Лазарет встретил посетителя привычными запахами сушёной травы, лекарств и бубнения местного призрака Буб, который появился почти в то же время, как и построили школу.  — Ходют тут, ходют, больным не дают нормально лечиться, — пролетел мимо призрак.       Парню оставалось лишь быстро поклониться, чтобы этот Буб не смог потом пожаловаться, что с ним не поздоровались.  — Как ты? — спросил Сид, входя в комнату, где, кроме Вэла, был лекарь-стажёр.       Кивнув посетителю, стажёр вышел, а друзья внимательно посмотрели друг на друга.  — Что случилось на самом деле? Ведь он так с тобой никогда себя не вёл, мы даже думали, что сам Странник пришёл к вам и благословил.  — Я тоже так думал, пока не увидел и не услышал, как он относится к другим и что говорит обо мне дружкам. Это настолько мерзко, что невозможно даже передать. Вчера прислали нескольких мальчиков, которые были в услужении — зашуганные, в глазах боль и обречённость, а они все только и знали, что потешались и заставляли их делать непристойные вещи. Когда я возмутился и попытался тех устыдить, он стал смеяться и предлагать то, чтобы я делал все, как и эти мальчики. Я с ним в первый раз спорил, а дружки только и знали, что смеяться над нами. Не выдержав, я ушел, а утром он сказал, что за те насмешки и за неподчинение ему мне придётся туго. Дальше ты уже видел.  — И, что мы будем делать?  — Мы?  — Ну, да. Ты мой и Гарса друг, и мне не хочется, чтобы ты страдал.  — Если он останется, мне не жить так, как я жил до этого, он меня просто уничтожит. Я очень его боюсь, — парень тихо заплакал, уткнувшись в плечо другу. А Сиду оставалось сейчас морально помочь, а заодно придумать, как спасти друга.        В двери кто-то неслышно вошёл и, послушав, о чём через всхлипы говорит Вэл, также тихо вышел..  — Знаешь, — через пару минут сказал Сид и, посмотрев в заплаканные глаза, продолжил, — я думаю, что мы можем уйти отсюда.  — Куда? Нас будут искать, ведь мы несовершеннолетние, и нас по головке не погладят. И я точно уверен, что Старший наш точно примкнёт к поиску.  — Выслушай меня сначала. Я знаю, куда пойти, и нас точно там не будут искать, а ещё можно обмануть всех.       Теперь Вэл смотрел на Сида внимательно и с интересом, но тот лишь прижал к губам палец, показывая жестами, что их могут подслушать.       Вздохнув, парень вновь улёгся и стал смотреть в потолок.  — Вэл, я обещаю тебе помочь, только не надо так делать, — Сиду, почему-то, никогда не нравилось, как друг реагирует на некоторые его слова или жесты, тот замыкался в себе и мог по несколько часов смотреть в одну точку, и не реагировать на окружающих.       Двери резко открылись, и в палату влетел Гарс. Быстро осмотревшись, он плюхнулся на кровать и, дёрнув друга за ногу, радостно сообщил:  — Ребята, радуйтесь, нашего Старшего и ещё нескольких других вытуряют из школы. Как сказал секретарь Лонтерэя, Фиссио, их отправляют на рудник Софт, и сюда они не приедут больше. Тем, кто пострадал от них, выделят некоторую сумму денег, которую они смогут потратить, как хотят.  — Боюсь, у них не хватит денег, чтобы откупиться, да и вряд ли пострадавшие оценят такой жест.       Вэл, как всегда, был прав.  — Курсанты, вам лучше поспешить, а то Мартэш не сильно обрадуется при виде вас, — в двери без стука вошёл стажёр и, сразу же подойдя к Вэлу, отпихнул нас от его кровати. — Поторопитесь, сегодня у вас не слишком хороший день. Хотя, вот о тебе, курсант Сид, ничего такого сказать не смогу.       Его ехидный взгляд и слова задели парня, и тот утробно зарычал, а глаза с вертикальным зрачком стали ещё ярче и насыщенней.  — Не тебе с-с-судить и кидать в меня с-с-свои мыс-с-слишки, человечишка. Была бы моя воля, такого бы не было.  — Но здесь нет твоей воли. Ты тут, как и все, подчиняешься законам школы, — хорохорился парень, не понимая, что его жизнь может оборваться внезапно.  — Вот об этом он и знает, стажёр Хат, и впрямь тебе лучше придержать свои мысли. А то, недолго думая, ты надолго поселишься на своей работе, — Гарс сказал угрозу тихим голосом, от которого стажёр нервно передёрнулся. Да, репутацию парня он знал не понаслышке. Хоть тот и кажется весёлым и безмятежным, и даже где-то наивным, вот только, когда надо защищать друзей или правду, он шёл до конца - слов на ветер не бросал.  — Ладно, нам пора. Вэл, не скучай, всё будет хорошо.       Ещё раз внимательно посмотрев на стажёра, Гарс последовал за Сидом.

***

      На разминку они опоздали, так что их путь сократился, и они одни из первых попали в столовую. Добротный старичок-повар Ходэх с интересом посмотрел на них.  — Кто из вас умеет готовить? — спросил он не только друзей, но и ещё трёх курсантов, пришедших вместе с ними.  — Сид и я очень любим готовить, — не дав ответить за Сида, Гарс подтолкнул друга, который не сопротивлялся, потому что был в ступоре. — Например, мой друг умеет хорошо готовить мясо, а я смогу сварить суп или испечь булочки.       Сид медленно, но верно покрывался пятнами, а его друг, продолжая восхвалять себя и Сида, подталкивал его в сторону кухни.  — Ну, если вы говорите правду, — немного удивлённо проговорил старик, разглядывая красного дракона и его друга, — то вам предстоит приготовить лёгкое блюдо для Старших корпусов и учителей. Сегодня у меня просто нет возможностей и дополнительных рук.       Старик посокрушался, но выдал все, что надо для приготовления, удалился в другую часть кухни, чтобы проверить, как идут дела, и покричать на нерасторопных помощников.  — Ты что удумал, Гарс?! — смог всё-таки выдавить из себя Сид. — Ты же знаешь, что я ни разу не готовил. А у тебя всё время эксперименты на уме. Может, напомнить, как при первой вылазке в поход ты в походный котёл влил настой от Лилита-ли. После этого пришедшим офицерам и Старшим пришлось ловить каждого по отдельности. Даже силки и сети Мортаса не помогали.  — Зато каждый на некоторое время вспомнил детство.  — Детство!!!!!!! Срать и ссать под себя, жрать все, что просто лежит и шевелится, и интересно пахнет! Догонять воображаемого животного и реветь как банши, когда упал или когда тебя тащат в лечебницу на промывку желудка. Поверь, это тебе ещё повезло, что никто так и не узнал, откуда эта дрянь в постном супе оказалась.  — Ну, это было давно и уже не правда. Сейчас я стал намного умнее, — и с этими словами вынул из-за пазухи медальон, который открыл и высыпал на руку несколько крохотных кристаллов. — Моё произведение. Я его оттачивал несколько недель. Пока ты в пределах школы, у тебя всё в порядке, но как только уйдёшь на расстояние несколько векторов... Действовать будет в течение трёх-четырёх дней.  — А ты ничего не забыл? Например, что нас обоих сразу просекут, потому что мы здесь по твоей милости очутились.  — Да не боись! Все продумано. Никакой прибор и заклинание не учуют. И с желудком будет всё хорошо.       Сиду оставалось лишь покачать головой и под руководством Гарса заняться едой.

***

 — М-м-м, вкусно, — похвалил повар еду, приготовленную друзьями. Пока он отвернулся, Гарс успел кинуть кристаллики во все порции. Не заметив манипуляций, старик махнул нескольким кухонным помощникам. — Им, Ит, Ки, Рэ, взяли и понесли. А вам надо поспешить в столовую.       Друзья вмиг исчезли.       Уже сидя в столовой, Сид спросил:  — А, если эффект будет другой?  — Да не, я профи. Дозу и последствие я знаю, у меня были подопытные, — парень посмотрел в сторону, где сидела тройка бывших любителей затрагивать друзей Гарса. Наверно, после этого к ним стараются не приближаться. — После школы направлюсь прямиком в столицу, где поступлю в Алхимический. Там работает самый знаменитый алхимик Дубрасониф, и думаю, что он точно оценит мои опыты.

***

      Пока друзья переговаривались и ели, за ними внимательно присматривал мужчина. Белокурый, стройный, но крепкий в теле и в магии, серо-синие глаза. В волосы, вместо лент, вплетена пара гибких кристаллов, образующих несколько замысловатых рисунков, имеющих разные функции, одной из которой была прослушка на большие расстояния. Носитель просто мог, смотря или имея вещь, слышать, о чём говорит интересующий его субъект.       Всё, что он понял, что Гарс придумал очередную шалость, и кто-то явно пострадает, только вот кто и когда, не ясно. Хотя есть догадки.       Вишнёвые глаза встретились с серо-синими, и второму оставалось лишь, улыбнувшись, кивнуть. Парень же поизучал мужчину, и надолго взгляд его остановился на волосах.  — Как я понял, за нами присматривают и прослушивают, — услышал тихий голос Сида друг, который сразу же оценил ситуацию.  — А пусть потом попробуют доказать, — воинственно и вызывающе посмотрел он, но тут же переключился на другое событие, происходящее в столовой.       Ещё несколько секунд оба, Сид и неизвестный, смотрели друг на друга, а затем синхронно опустили глаза. Может, и кто-то смог в этом что-то усмотреть, только вряд ли бы они поняли смысл этих переглядок.

***

      В обед, после математики и изучения письменности других рас, всех выстроили для того, чтобы сообщить о случившемся. О том, куда отправляются несколько провинившихся Старших. Затем из толпы преподавателей и сотрудников вышел блондин. Секретарь Фиссио тут же сообщил:  — В связи с тем, что произошло, попечительный совет и начальник Лонтерэ решили усилить контроль не только над кадетами, но и над Старшими по корпусам. Магистр Грегори Карно милостиво согласился быть Смотрителем.  — Я хочу лишь добавить, что каждый из присутствующих получит временный кулон. Он в основном для того, чтобы помочь вам в трудную минуту или просто спасти жизнь.  — А что конкретно он делает, помимо того, что будет висеть на шее и ждать наших трудностей со смертельными опасностями?       Серо-синие глаза тут же отыскали Гарса, который и не пытался скрываться, а сам вышел вперёд.  — Почти ничего.  — То есть, эта штучка будет следить за нашими передвижениями, нашими словами, а вы будете только прослушивать и наказывать.  — Кадет Гарс! За неуважение к сотруднику вы наказываетесь уборкой полов во всех корпусах.  — Это несправедливо! — Сид тут же вступился за друга, и даже грозный взгляд начальника не мог заставить замолчать. — Он просто решил спросить сразу об этой вещи, да и высказал своё мнение.  — Кадет Сид, вы тоже наказываетесь. Неуважение к начальству и вышестоящему чину. Одно из правил гласит, что, когда хочешь спросить, то ты должен обратиться к своему Старшему для того, чтобы тот передал твою просьбу начальнику.  — Но у нас его нет, по вашему же решению, он и многие другие покидают свои места.  — Кадет Гарс!!!!!!  — А он прав. У них нет Старшего, а значит, он волен говорить, — это было обращено к раскрасневшемуся секретарю, а затем блондин посмотрел на парня. — Но вот, твоя манера обращаться к вышестоящим говорит о том, что вас так и не научили этому. Пожалуй, я этим тоже займусь. И хоть наказание для вас не отменяется, я всё же отвечу, что для определённого контроля я буду знать, где вы и что говорите.  — А мы можем от них отказаться? — спросил Сид, сжимая плечо Гарса.  — Нет. А теперь все расходимся по своим местам.

***

 — Ты понимаешь, Сид? Нас, как собак на цепь, и никуда не деться, — возмущался Гарс, протирая очередной пол казармы. Его малая доля оборотня-волка возмущалась и требовала справедливости.       Его друг продолжал молчать, драя вместе с ним полы. Пусть выговорится, тогда можно и поговорить нормально.       Изредка Сид слышал чьи-то шаги, которые приближались к ним, и он показывал жестом, что надо замолчать.       Выпустив пар, Гарс выжидательно посмотрел на друга.  — Как ты знаешь, я немного разбираюсь в артефактах, так что смогу сделать что-то похожее или поставить заглушку. Надо лишь понять, как эта штука устроена.  — Ты уверен в этом?  — Я не могу уверенным быть на все сто, но попробую постараться. Вот только мне кажется, что с приходом этого дракона Карно наши будни будут не такими, как раньше.  — Он дракон?  — Да. Мы своего сородича чувствуем, да и случается, что наш дракон выходит и смотрит глазами человеческой сущности.  — А, вот, что означали эти переглядки. Ну, ничего, я придумаю какой-нибудь интересный фокус, и тогда пусть побережётся этот дракон, да и секретарь. Что-то я давно его не брал для своих опытов.       Парень ещё немного успокоился и даже заулыбался, вот только Сид знал, что скрывается за этой улыбкой.