Три ритуала, три желания.

— Я уже устал видеть это разнообразие!!! — выкрикнул Гарс вдаль. Но ветер, как всегда, лишь немного отнёс звук голоса. И, как будто наткнувшись на препятствие, затих. — Сииид!  — Сид знает, что его так зовут, — буркнул в ответ парень с серо-голубыми волосами до лопаток. Его вишнёвого цвета глаза стали почти чёрными на мгновение, а затем вновь возвратили свой цвет. — Мы могли бы уже давно прийти на место. Но из-за твоей беготни за Златокрылкой мы сбились с пути.  — Сид, ты ничего не понимаешь!!! — возмущался кареглазый, теребя кончик своих волос. — Эта бабочка очень редка, а её пыльца хороша для многих ингредиентов, как в алхимии, так и в зельеварении.  — Тогда не хнычь из-за того, что сбились с пути. Я бы, наверное, тоже побегал за нужным материалом, но у меня сейчас цель одна — дойти до нужного места.  — Вэл, хоть ты скажи что-нибудь, — теперь человек просяще посмотрел на эльфа.  — А зачем мне что-то говорить? — фыркнул блондин и, сверкнув в сторону человека серыми глазами, вновь посмотрел на дорогу. — Сид уже всё сказал.  — Как вы не понимаете меня! — протянул Гарс и дёрнул за поводья ящера. Тот, недовольно рыкнув, клацнул зубами в угрожающей близости от руки человека. — Но-но, Вэрл, а то ты у меня на ингредиенты пойдёшь.       Угроза явно не подействовала на ящера, потому что его жёлтые глаза хитро прищурились, и вновь зубы клацнули. Животное явно уже не верило такому седоку.  — Всё, Гарс на время отвлечён, — шепнул дракон эльфу, и оба тихо засмеялись, наблюдая, как их друг и его ящер «борются с несправедливостью жизни».       Прошло не больше года, когда они свернули на тропу, ведущую в Забытые земли. Почти год именно на этих землях, а за их пределами прошло, самое большее, несколько часов.       Начало пути было нормальным, и ничто не предвещало беды. Надо было ехать всего лишь по еле заметной тропе и не сворачивать с неё, потому что через пять широких шагов всё резко менялось. Как только отходишь от тропы, попадаешь в совсем непонятный, странный, необычный мир, где время шло очень быстро или еле-еле, где природа то показывала красоту красок, то через некоторое время мир становился серым и безжизненным, то вмиг утопаешь в болотах или снегах. Земли эти очень редко показывали леса, в основном, это были пустыни, холмы и непролазные болота. Один раз им попался полностью ярко-рыжий лес с деревьями, переплетающимися друг с другом не только ветвями, но и стволами. Порой казалось, что они, как влюблённые, крепко обнявшись, готовы стоять так вечно, но, как только их тронешь, те рассыпались в прах, чтобы вновь возродиться, как фениксы из пепла. Даже спать приходилось ложиться независимо от светила, которое за всё время так и не заходило, а медленно и неуловимо двигалось по небосклону. Бывало, что ляжешь на поляне цветов, а проснёшься от пронзительного холода снега или осеннего холодного ветра, от этого настроение всегда было низким. Странно было лишь то, что животные, птицы и насекомые жили здесь так, как будто ничего странного для них не было. Также здесь жили и находились самые редкие жители этого мира.       Вот за одним из представителей и гонялся Гарс.       Златокрылка появилась внезапно и, покружив над головами друзей, направилась в противоположную сторону.       С криком: «Постой, милая, я твои крылья почешу!», Гарс пришпорил своего ящера. Остальным пришлось последовать за этим сумасшедшим, понимая, что спокойно не дойдут.       Гарс, конечно же, поймал бабочку, на паутине, и затем той пришлось терпеть, пока её снимут с паутины, которую тоже забрали для опытов, а так же, пока человек почти всю пыльцу не соскрёб. Благо, её потом оставили на цветке, который её приютил и дал возможность восстановить пыльцу. Гарс хотел остаться, чтобы повторно собрать пыльцу, но друзья насильно увезли его как можно дальше от этого места.       Потом, почти на каждой стоянке, человек колдовал со своими пробирками, выискивая нужную дозу и консистенцию для того или другого ингредиента. При этом его взгляд горел фанатизмом к своему делу.       И вот уже неделя прошла с тех пор, как он, довольный, отложил свои пробирки и колбы, говоря, что у него всё получилось. С одним покончил, а вот со скукой так и не смог смириться человек, лишь препирания с Вэрлом давали всем некоторую передышку от капризов парня.

***

      Внезапный лязг металла о металл, а так же вспышки магии заставили друзей притормозить, а затем переглянуться.  — Мои человеческие ушки меня не обманывают? — спросил шёпотом Гарс, смотря, как Вэл быстро втягивает в себя воздух.  — Чувствуется кровь и запах смерти.  — Магия у дерущихся почти на исходе. Судя по звуку металла, там около трёх-пяти тех, кто дерётся, — это уже дракон смог учуять.  — Тогда чего мы тут стоим, пошли, разберемся?       Друзьям опять пришлось вздохнуть и последовать за нетерпеливым другом, который пришпорил ящера и уже вытягивал из укрепленных за спиной ножен два меча с тонким лезвием на одной стороне и с резьбой на другой.       Эльф вытащил саблю с серебряным напылением на лезвии, а Сид воспользовался огненным ятаганом, который мог менять форму на кнут.       На поляне сражались трое магов, по их мантиям можно было сказать, что они принадлежали «Чистой крови», и один крылан, который старался в основном больше удерживать щиты и в то же время лишь защищаться, а не атаковать. Чуть дальше, где стояли ящеры, лежали двое уже мёртвых магов. Эти же, видно, хотели дождаться, когда парень устанет, потому что они старались ослабить его физически и не нанести смертельных ран.       Быстро осмотревшись, Гарс, спрыгивая с ящера, кинулся на магов. И хоть прошёл год после смерти родных и жителей города, парень так и не забыл то, что чувствовал, когда все они проходили мимо него на Грани. Это придавало ему ещё большей решительности и сил.       Новые противники и помощники были неожиданными для дерущихся, но крылан тут же поставил щиты для своих невольных защитников и уже только подпитывал их, а друзья старались уничтожить врагов. Попытка магов воспользоваться магией не увенчалась успехом из-за щитов, так что тем пришлось сражаться мечами и посохом на равных и показать свои возможности как воинов, а не магов.       Первый маг пал на землю с проткнутым сердцем - Вэл хладнокровно всадил ему по рукоятку нож своих предков. Оружие привычно, достигнув цели, впитало силу и кровь противника.       Второй был сожжён заживо огненной плетью Сида, и даже не помогли амулеты, которые висели на шее у мага.       Гарсу достался, казалось, сильный противник, но это только со стороны казалось, ведь парню приходилось много защищаться и даже пропустить несколько ударов. Но тут человек, развернувшись, подставил один меч под удар, а второй загнал в ногу противнику. Изданный магом крик боли резко оборвался, когда по горлу прошлось лезвие меча. Крови не было, лишь чёрный пепел, который быстро окутал тело, и его уже нет.  — И что это за показуха?  — Понравилось? Это эффект от такой простой бабочки.  — Гарс, прекращай хвастаться.  — А мне хочется, — тихо буркнул парень в сторону друзей, а затем посмотрел на крылана, который, присев на землю, устало обводил взглядом голубых глаз место боя.       Длинная коса белокурых волос обвила шею юноши, усталые голубые глаза, тонкий шрам над бровью, три серьги с сапфировым камнем, жилистое тело и крылья прозрачно-зелёного цвета.       Сид вспомнил, что у крыланов магия отражается в крыльях. Основная — это, конечно же, воздух, вот почему крылья прозрачны, а то, что они ещё и зелёные, говорит о том, что парень владеет и магией земли. Магия воздух-земля распространена у крыланов аристократов, магия воздух-вода у принцев и принцесс, хоть они и без крыльев, и лишь магия воздух-огонь у самого короля, остальные крыланы владеют только воздухом.  — Ты как, крылан? — спросил Сид, подходя к парню и присаживаясь на корточки. Дракон не спрашивал имени, потому что его мог знать или родственник, или если бы их представил старший. Но так как его нет, парень остаётся лишь крыланом. — Может, еще какая-то помощь нужна?  — Нет, спасибо, помощь скорее вы от меня можете получить, но только после того, как отдохну.  — А что с этими делать будем? — Гарс пнул один из трупов.  — Я проведу ритуал и … — начал Вэл, но его перебил крылан.  — Убитых здесь не хоронят и не проводят ритуалы над ними — теперь они принадлежат этой земле.       На некоторое время все замолчали, стараясь дать отдых себе и ящерам, которые с любопытством направились к стоящим в стороне другим ящерам.  — Крылан, что случилось, что ты дрался с «Чистой кровью»? — не выдержал всё же человек. Его карие глаза так и сверкали от любопытства.  — Они напали на мой дом. Но мы смогли отбиться и многих положить, а вот за этими я погнался сам, пока отец не видел. Только, боюсь, он мне всё же шею намылит, — блондин хмыкнул, и его голубые усталые глаза засветились любовью.  — По тебе не видно, что тебе шею мылят, — хмыкнул человек в ответ, получая мягкую улыбку.  — Мылят, мылят. Вот только я сильно похож на мать и, когда смотрю на отца жалобно, он лишь машет рукой и шепчет об этом.  — То есть, пользуешься внешностью, чтобы меньше получать подзатыльники?  — Ну, изредка... Бег и прятки тоже помогают.       Все рассмеялись, тем самым разряжая обстановку.  — Вам помочь выйти из Забытых Земель?  — Да, но чуть позже, — переглянувшись с друзьями, Сид продолжил, при этом раскрывая карту. — Нам надо добраться вот сюда, и желательно через час по времени за пределами этой земли.  — О, я знаю это место, всего-то через жёлтый лес и подняться на холм, — Крылан внимательно осмотрел ещё раз карту, при этом показывая точное направление, а затем посмотрел на небо и, прищурившись, добавил: — Только вот придётся идти в сумеречном времени.  — Это почему? Год здесь без ночей, и как только дойти, так сумрак.  — Эта дорога идет в сумеречном времени, из-за того, что рядом находится гора Аландер. Примерно так же час езды. Зато там не меняется ничего, просто сумрак.  — Ну что, сейчас пойдём или отдохнём подальше от этого места? — спросил Сид друзей, отойдя от крылана подальше.  — Я бы хотел сейчас, не хочу ждать.  — Впервые я готов сказать, что Гарс прав, что торопится. Посмотрите, — Вэл показал пальцем в сторону чуть ближе к светилу. Рядом с ним виднелись три точки, которые медленно, но верно сближались. — Это Мирисси, Авира и Вилора, и по этому времени сегодня месяц равноденствия. Нам надо поторопиться. И я подумал, что крылан в ритуале может помочь. Он один из нас, кто счастлив, и может не только помочь нам в призыве, но и проконтролировать, если изменение будет. Я слышал, что земля всегда была благосклонна к тем, кто владеет магией земли, вот он нам покажет не только место сражения, но и где была пролита кровь Странника.  — Мне не хочется, он чужак, но, если ты прав, Вэл, то пусть идёт с нами.       Дракон пошёл говорить с крыланом, а Вэл и Гарс направились к ящерам.  — Гарс, — окрик эльфа немного заставил дёрнуться человека, который подошёл к чужим ящерам и стал выкидывать вещи из сумок. — Ты что делаешь?  — А на что это похоже? — друг лишь косо посмотрел, но продолжил вытаскивать вещи. — Вот я подумал, что этим мертвякам уже не нужны ни вещи, ни ящеры, ни деньги, а мне они пригодятся. Платить за Магический факультет или школу надо? Надо. А прожить, хотя бы год, не ища подработку, надо? Надо. И, повторюсь, мёртвым деньги не нужны.       Пока он говорил, в его руках оказался мешочек с камнями и монетами, такие же мешки с монетами и драгоценностями он нашёл и в других седельных мешках.  — Значит, ты всё же не готов отдать своё тело Страннику?       Вопрос застал врасплох человека.  — Вэл, я точно уже ничего не знаю, но если он выберет моё тело, у него будет возможность начать жить не бедно.       Молча, оба расседлали почти всех ящеров, оставив одного для крылана, и, сев в седло,направились к дракону и крылану.

***

      Через несколько минут езды по дороге друзья окунулись в сумрачное время. Небо над головами было тёмно-фиолетового цвета, на нем отчетливо мерцали звёзды, а само пространство, деревья, трава были серого и безжизненного цвета, хотя кое-где виднелись чьи-то сверкающие глаза, которые тут же прятались, когда в их сторону смотрели.  — Вот это мне не нравится, — буркнул Гарс, кивком показывая на очередные огни глаз. — Нервируют очень.       Переглянувшись, они пришпорили ящеров.

***

      И вот они прибыли на то место, куда так торопились. Там росла золотистого цвета трава, и лишь в некоторых местах ярко выделялись голубые мелкие цветы.  — Там, где растут голубые розы, была пролита кровь сражающихся. И неважно, кто эту кровь пролил, всё равно росли розы, — тихо сказал крылан, обводя рукой всё поле.  — И даже, где была пролита кровь Князя?  — Кровь Князя не коснулась земли. Она вместе со всем сгорела в Холодном Огне.  — А кровь Странника?  — На том месте — радужные зеркала. Пошли, я покажу, где.       Несколько минут, и они на возвышенности, где виднелась россыпь малых зеркал, в которых отражались небо и звёзды, но со всполохами, как у радуги.       Спустившись с ящера, Вэл, подойдя к ним, прикоснулся и, прикрыв глаза, что-то зашептал. А затем, встав, посмотрел на небо.  — Пятнадцать минут, и можно готовиться, — сказал эльф и посмотрел на всех серыми глазами, в которых отразилась решительность.       Остальные молча слезли с ящеров и отвели их в сторону, пока их друг, вынув нужные вещи из седельных сумок, не принялся за приготовление ритуала.  — Может, расскажете мне, что готовитесь сделать?  — Мне надо подумать, Сид. Так что сам рассказывай, — высказался Гарс и отошёл в сторону.       Проводив его взглядом, дракон посмотрел на крылана, который выжидающе приподнял брови и сложил руки на груди.  — У меня была идея, которую поддержали мои друзья, — начал Сид. — Просмотрев нужные книги и прослушав историю, я посчитал, что мы можем возвратить в наш мир Странника.  — Странника? — немного удивился крылан. — Интересно, конечно, но как мы знаем, его душу разорвали. Да и для его возвращения нужно тело.  — Прошло много времени с того момента, как его разорвали, а значит, обе половинки стали самостоятельны. Вот мы и возвратим одну из его половинок. Тело у нас есть. Он может выбрать одного из нас. Здесь собрались не только друзья, но и те, кто потерял всё: семью или тех, кого любили, но потеряли.  — То есть, не собираетесь жить из-за смерти других, а не своей? То, что вы живы, это хорошо, и для этого надо жить. Да, умерли, но жизнь продолжается, а значит, можно идти дальше, и в памяти, и в сердце останутся у вас те, кого вы любите.  — Ты прав, крылан, но есть моменты, которых тебе не понять.  — И что за моменты?  — Мы все трое были около Грани, и нам, всем троим, было сказано, чтобы мы хорошо подумали о нашей идее. Кто-то из нас уйдёт, но на место его души придёт призванный. Мы готовы пожертвовать собой ради многих.  — Не уверен, что все, — крылан кивнул на Гарса, который нервно ходил по полю и что-то бормотал себе под нос.  — В отличие от нас с Вэлом, он видел всех, кто погиб в его городе, да и любит он жизнь. Ему и впрямь тяжело принять решение. Ничего, моего решения и решения эльфа хватит для осуществления.  — Знаешь, я думаю, что ему не надо мучиться. Я присоединюсь к вашему ритуалу, и тогда два на два будет.  — Вэл? — дракон посмотрел на эльфа, который почти заканчивал.  — Крылан прав. Я всего лишь немного изменю два знака, — не отрываясь от своих действий, ответил друг.       Решение присоединить крылана к ритуалу и то, что ему не надо думать об уходе, немного приободрило человека, и он уже с интересом посматривал в сторону Вэла.  — Готово.       На земле была начерчена пентаграмма, которая была похожа на рисунок снежинки, в середине которой находились капли крови Странника.  — А почему такая пентаграмма? — удивился Гарс, ведь он много раз видел, как Вэл чертит пятиконечную звезду и очень редко - восьмиконечную.  — Эта пентаграмма обращена к силам не магии, а высшим силам. Мы же не возвращаем обычного мага, а возвращаем сына Вселенной-матери. То есть одну из его частей души, — затем, посмотрев на небо, сделал шаг к одному из кругов со знаком бесконечность. — Пора. Сид, становись напротив меня на такой же знак, как и у меня, а вы оба — напротив друг друга.       После ритуальных слов и капелек крови от всех собравшихся, мир озарился вспышкой яркого света. Волна энергии ударила по стоящим вблизи существам, раскидывая их в разные стороны, примерно на два метра от места ритуала. Свет пульсирующе мигнул несколько раз, и мир вновь стал таким как и прежде. На долю секунды из искорки остаточного света появилась снежинка, которая, зависнув, резко рванула в сторону к одному из парней и затем легко растворилась в нём.       Пока парни были без сознания, две тени отделились от дальних деревьев и, мягко ступая, обошли каждого.  — Где он? — шепнул один из них.  — Вот, — второй точно указал на одного из парней и подошёл к нему. — Только давай по-быстрому, нам не выгодно, чтобы эти очнулись раньше времени, да и поторопиться надо.  — Может, их… — один из пришедших показал на горло, но на него зло покосились. — А что?  — Тебе бы только убивать. Сказано взять лишь его и тихо уйти. Взяли и понесли.       Подхватив тело, они растворились в лесу.       Через некоторое время трое очнулись и, потирая самые больные места, осмотрелись.  — А где…

Пещеры Аландер.

      Маги нервничали и часто посматривали в сторону выхода из пещер. Сегодня самый лучший день для того, чтобы возродить Князя, они долго готовились к тому, чтобы осуществить давнюю мечту. Были задействованы все члены их организации, и пока Огненный патруль занят разбирательством, пятеро ждали тех, кто должны привезти или принести, как получится, тело парня.       Один из главных опять посмотрел в сторону того, кто был прикрыт плащом. Тот как стоял около алтаря, так и не сдвинулся с места, но с каждой минутой маг чувствовал нарастающее напряжение, и это его тоже беспокоило.       От выхода раздались торопливые шаги.  — Почему так долго? — рыкнул он на прибывших и тут же показал в сторону алтаря. — Кладите, сейчас приступим.  — Простите, магистр, просто там их было четверо, и мы не знали, кого из них брать, — покаялся один из них, кладя тело на камень.  — Это не важно. Сейчас нам надо лишь правильно провести ритуал и успеть до того, как звёзды станут расходиться.  — Они там ….  — Мне не важно! — прикрикнул маг и призвал других. — Приступаем!       Подойдя к закутанному в плащ, маг спросил:  — Его фиксировать верёвками?  — Не стоит. Я успею сделать всё, что надо.       Кивнув друг другу, они приступили к действу.       Свечи, немного крови магов, которые стояли в первом круге, а затем первый стал нараспев читать ритуальные фразы. Его слова подхватил тот, кто справа, потом третий и так далее, пока голоса не слились в один звук, заставляя стены пещеры гудеть.       Скинув капюшон, мужчина подошёл к алтарю и посмотрел на того, кто лежал на нём.       В это время ресницы парня дрогнули, и он посмотрел на потолок пещеры удивлённым взглядом.       Чей-то взгляд заставил его посмотреть в сторону. Лёгкая улыбка отразилась на губах парня, но тут же пропала. В глазах парня отразилось непонимание и удивление.       Мужчина молча приподнял руку и, как только звук резко умолк, опустил её вместе с ритуальным ножом прямо на грудь. Нож вмиг достиг сердца, отчего парень, беззвучно вскрикнув, затих. Его глаза закрылись.  — Продолжайте, — сипло проговорил мужчина, делая шаг назад.       И вновь зазвучали голоса магов.       Через несколько минут ритуальный нож медленно, но верно стал выходить из груди тела. По всему телу отразились разные светящиеся сполохи, образуя рисунок, который стал сужаться к груди. Звон металла об пол, и тело выгибается. Из раны вырвался свет. Резко похолодало, а затем все, кто присутствовал в пещере, превратились в ледяные статуи. Раздалось громыхание, и пещеру тряхануло так, что сталактиты стали падать, руша и разбивая всё на своём пути. Лишь алтарь и тот, кто был на нём, остались невредимы.       Как только наступила тишина, парень открыл глаза.

Миры Вселенных. Их край.

      Правитель Всех миров вселенных стоял около границы Хаоса и Бездны.       Он, несколько раз вздохнув, протянул руку, которая, соприкоснувшись с гранью, стала то исчезать, то вновь становиться прежней, то кисть превращалась в скелет или иссыхала. Выдернув руку, Правитель заметил лишь то, что тело вновь восстанавилось.  — Правитель, что вы здесь забыли? — прошелестел ветер.       Резко развернувшись, мужчина увидел старца, который через несколько минут уже был мальчиком, а затем вновь старцем.  — Господин Рок, — мужчина поклонился старику-мальчику.  — Так всё же, что здесь делает Правитель, когда он должен быть в своём дворце и на троне?  — Правитель устал править, ему хочется быть просто любимым, — мужчина, устало покачав головой, вновь посмотрел на грань Хаоса и Бездны.  — Ты мог приказать, и у тебя были бы множества любимых и возлюбленных. — Старик-мальчик хитро прищурился. — Или ищешь особое?  — Оно у меня было, но оно ушло за эту грань. Теперь я хочу последовать за ним.  — Попав за эти пределы, ты не только изменишься, но и потеряешь много своей былой силы, — предупредил его Господин Рок.  — Мне всё равно, — уверенный ответ и твёрдый взгляд.  — Даже если встретишь тех, у кого есть сила, о которой ты так мечтал? - намекнул Господин Рок, о том, что так мечтал Правитель.  — Я понял, что сила не даёт того, что хочу я. - Мужчина не покривил душой, он точно был уверен в своих словах и будущих поступках. - Так что, если встречу, лишь попрошу прощения у тех девушек.  — Твои слуги и ты принесли для многих несчастье, почему ты думаешь, что за этой гранью тебя будут ждать радушно и дадут всё, что ты хочешь? Простое «прости» многим не поможет.  — Я постараюсь. И я готов к тому, что мне придётся бороться за любовь.  — Кто же это такой, что так тебя изменил? — поинтересовался старик, теребя бороду.  — Одна из моих рабынь, Ливиари. Она подарила мне двух замечательных детей, Шейара и Ирисанну. Увы, я не смог успеть вовремя поймать её душу, когда она умирала. Теперь я последую за ней.  — А как же твоё правление, подданные?  — У них новый Правитель. Теперь я останусь в памяти лишь немногих, но надеюсь, что мой сын сможет править хорошо.  — Вижу, что ты и впрямь готов идти, — Старик-мальчик вынул из сумки браслеты и подал бывшему Правителю.  — Надень их. На браслетах..., как только ты их наденешь..., высветится имя твоей Пары. - Слова старика были тщательно подобранные, как будто он искал правильные ответы. - За этой гранью другие миры и правила, но там есть и те, кто из твоего прошлого, и тот, кто поможет тебе в нахождении Пары. Постарайся на этот раз всё сделать правильно и не быть таким, каким тебя помнили многие — смягчись и сумей не только показать гордость, но и быть смиренным.       Приняв дар от Господина Рока, мужчина надел браслеты. Вспышка, и они стали цельными, а на узорах высветилось имя «Дана-Ирий».  — Дарованная звезда, — прочитал старик и, улыбнувшись мальчишеской улыбкой, толкнул мужчину за грань.       А бывший Правитель так и не понял, что же Господин Рок скрыл за недосказанностью.