Ты мое все.

Наконец-то начались летние каникулы. И весь Е-класс приехал из поездки. Все ученики разбрелись по своим домам, и только двое мальчиков остались на станции. С ними был их осминожий учитель Коро-сенсей, который снова хвалил Нагису за инцидент на крыше отеля. - Коро-сенсей, нам уже пора, - поторопил его Карма. Сенсей услышав третий голос, обратил внимание на Акабане. - Ах да... Простите я и забыл, - извинился желтопузик, и попрощавшись улетел в Китай на скорости 20 махов. Карма и Нагиса направились домой. Полпути пройдя молча, у Нагисы завибрировало в кармане. Взглянув на экран он ответил. - Да, мам, - голос Шиота немного охрип от долгого молчания. - Шиота, сынок, что с тобой? - немного испуганно спросила мать. - Нет, ма, все в порядке, - восстановив голос ответил голубоволосый, - Ты что-то хотела? - Да, малыш... Я хотела сказать, что уеду на пару дней по делам. И что я уже не дома. - Хорошо, мам. Я уже иду домой. Пока. - Пока, - последняя фраза, и звонок сброшен. Нагиса снова замолчал и посмотрел в небо. Собирались тучи. "Надеюсь успею дойти домой, пока дождь не пошел." - думал про себя Карма. - Что-то случилось? - спросил рыжий и свел взор в сторону друга. - Нет, все хорошо, - легко улыбнулся младший. Повернувшись в сторону Акабане, Шиота почувствовал как капля дождя упала ему на нос. В мгновение из одной капли разошелся ливень. Дождь был конечно теплый, лето ведь, но очень сильный.Еще и ветер поднялся. Ребята начали бежать быстрее, но дождь начал еще яростнее барабанить им по головам. Нагиса поняв, что если Карма пойдет сейчас домой, то точно простудится. - Побежали ко мне, - шепнул голубоглазый, не думая,что Карма услышит через этот ливень. - Да, - голос рыжеволосого пронзил четкие и дерзкие удары небесных слез, и Нагиса удивленно побежал в сторону дома, а Акабане двинулся за ним. До квартиры Шиоты они добежали быстро, т.к. она была рядом. Забежав в квартиру парни упали на пол и пытались отдышаться. После очередного вздоха Карма почувствовал странный сладковатый запах. Посмотрев по сторонам, он заметил удивленное лицо Нагисы, и его резкий подъем. - Черт, - выругался парень и убежал в сторону ванной комнаты. Кареглазый немного удивился, потом встал и пошел за ним. На запах. Подойдя к двери, парень прислушался к звукам за ней. Видимо Нагиса чего-то там копошился, потому что звуки были похожи именно на это. - Нагиса, я вхожу, - предупредил Карма и толкнул дверь. В этот момент Шиота проклял себя за то, что даже не подумал о том, чтобы захлопнуть дверь. Войдя внутрь, Акабане в нос ударил тот же запах из коридора, но в разы сильнее. Осмотрев помещение, рыжеволосый увидел сидящего на закрытом унитазе Нагису, у которого были расстегнуты джинсы, а рядом с ним валялись какие-то таблетки. Подойдя ближе, старший наклонился и поднял коробочку. В этот момент он заметил как густо покраснел его друг. Осмотрев коробочку из под таблеток, Карма был в шоке. Это были таблетки подавители течки. - Нагиса, у тебя что, течка началась? - ехидно спросил кареглазый. - Что? Нет... О чем ты? - включив "дурачка", отнекивался Шиота. А у самого от запаха Кармы прямо все воспылало внутри. Этот невероятный запах миндаля с нотками мандарина очень возбуждали маленького Нагису. Воздух с этим запахом опалял все внутри. Прямо аж желудок сводило. - Может мне уйти? - смотря на то, как мучился его друг, произнес Акабане и решил тихо выйти из ванной, пока Шиота прятал глаза. Развернувшись к нему спиной, красноволосый сделал шаг. Но после, почувствовал как будто удав сдавил шею. На самом деле, это Нагиса просто обнял его сзади, не отпуская. - Нет. Карума-кун, прошу, не уходи, - тихо шептал Шиота, легко поглаживая свободной рукой спину Кармы. Нагиса прекрасно знал, что его рыжеволосый друг альфа, так еще и которого так возбуждал этот малыш. Голубоглазый знал это, и сейчас, в порыве течки, решил воспользоваться этим. "Честно говоря, я не знаю зачем сейчас это делаю. Но мне так хочется. Мне так хочется почувствовать его теплые губы, его запах распаленного, горячего, обнаженного тела, его руки на своем теле. Такие нежные, и такие горячие. Такие... любимые!" - думал про себя Нагиса. Его и самого удивило, что он наконец признал эти чувства в себе. Но из-за этого признания, камень с души не просто скатился, а прямо таки слетел. От запаха Кармы так близко, Шиоте просто снесло голову. "Шиота, что ты творишь?, - мысли в голове Кармы путались, - Я ведь... и так еле сдерживался все это время. Все твои течки, все твои вздохи, взгляды, дружеские, победные объятья. Это все так сложно. Я так убивался от мысли, что ты не признаешь меня, мой запах. Что это односторонние чувства. Что только я тянусь к твоему запаху. Но теперь, чувствуя тебя за своей спиной, такого горячего, возбужденного, безрассудного, маленького, любимого, который с таким трепетом вдыхает мой запах от шеи,я просто схожу с ума. Мне так хочется обнять... Нет! Не обнять. Прижать к стене, оставить миллиарды меток на твоем теле, расцеловать твои маленькие пухленькие губки, стянуть одежду, почувствовать весь жар твоего тела и снаружи... и внутри. Я хочу чувствовать твою любовь. Я хочу тебя. Я люблю тебя!" - решительно пронеслось в голове старшего, и теперь повернувшись лицом к своему малышу, он припал к его губам. Так страстно, так умело, так нежно. Нагиса не сопротивлялся, а даже наоборот пытался взять инициативу на себя, углубляя поцелуй. Во время перепалки горячих губ и языков, Карма заметил, что его оппонент целуется очень умело. Нехотя разорвав поцелуй, Акабане посмотрел в голубые с металлическим отблеском глаза Шиоты. - Ты, я смотрю, целовался со многими, - ехидно брызнул Карма. - Это мой... первый поцелуй, - закрыв глаза за челкой, тихо произнес Шиота. Из-за голубой челки пробивался лишь румянец. Подняв любимого за подбородок, Карма хотел заглянуть в глаза, но те были просто закрыты. - Открой глаза, не бойся... - нежно шепнул красноволосый. Нагиса боязно приоткрыл глаза и удивился. В глазах его возлюбленного читалось лишь просьба. Просьба доверия, - Я, - начал Карма, - Тебя, - он пододвинул свое лицо ближе, - Люблю, - последнее слово он горячо прошептал в губы. Но для Шиоты это было словно крик из тишины. Крик души. Ждущей и жаждущей. Позабыв обо всем, Шиота сам впился в губы своего любимого, и начал страстно и любовно мять их, покусывать, облизывать. После Карма разорвал поцелуй, и перешел на шею голубоволосого. Он ставил метки, прикусывал нежную, белую кожу, а после зализывал места укусов. Стягивая одежду с Шиота, Акабане одновременно поглаживал впалый животик, играл с сосками, расцеловывал плечи и ключицы. Оставив мокрую дорожку поцелуев от ключиц до низа живота, Карма немного помедлил и встал на ровные ноги. Нагиса немного удивился такому поведению возлюбленного. Из задницы все больше и чаще текло, места засосов саднили, член стоял колом и был каменно твердым. Акабане в это время резко стянул штаны Шиоты вместе с трусами. - Ах... - почти бесшумно выдохнул маленький убийца почувствовав свободу своего детородного органа и легкое похолодание в области мокренькой попки. - Ммм, а у он у тебя больше, чем я ожидал, - гортанно, любовно и похабно прошептал Карма на ушко своему любимому. Голубоглазый на это ничего не ответил,лишь положил руку красноволосого на свой член. В это же время свободной рукой мальчик расстегивал штаны партнера. - Тише, тише. Не спеши так, - медленно шептал Карма в шею Нагисы. После этих слов он подхватил любовника на руки и интуитивно понес его в сторону спальни. Не найдя нужной комнаты, кареглазый попал в гостинную. Уложив свое сокровище на диван, парень навис сверху. Бесштанный Шиота уже пошло развел свои длинные, бледные, худые ножки перед своим хозяином. - Ах ты пошлая шлюшка, - с ухмылкой произнес Карма. Голубоглазый уверенно смотрел в глаза противнику, с таким отблеском, как будто собирается его убить. Карма вновь почувствовал страх от удушения удава, когда Нагиса обвил его шею руками и впился в губы жестким поцелуем. Карма в ответ легко прикусил и лизнул нижнюю губу своего мальчика, этим самым перебрав инициативу на себя и углубив поцелуй. Они целовались долго, мокро, пошло, похабно, с причмокиванием, с капающими на грудь слюнками, но не останавливались. Разорвав поцелуй и посмотрев на Шиота, Акабане понял, что держатся больше не в силах. Он был таким милым, няшным и пошлым. Затуманенные дымкой вожделения и экстаза глаза, такой покорный взгляд, мокрые, припухшие, маленькие губки, раскинутые в сторону руки, открытая грудь в засосах и метках, разведенные ножки меж которых торчал такой жаждущий ласк член. Чуть ли не разрывая на себе штаны и футболку, Карма еле сдерживал себя, чтобы не трахнуть того пультом от телевизора. Скинув с себя ненужные лохмотья, Акабане густо облизал два пальца и направил их в попку Нагисы. Голубоволосый ахнул, когда один палец легко вошел до упора. Из-за течки палец Кармы входил в Шиоту легко, но когда красноволосый добавил второй, то стало ясно насколько малыш тугой, узкий и горячий. Растягивая паренька, Акабане то и дело целовал его лоб, щеки, губы, маленький вздернутый носик. Делал все, чтобы его маленький, любимый мальчик не чувствовал боли. Конечно это немного отвлекало Нагису от неприятных ощущений, но когда в него вошел третий палец, голубоглазый готов был взвыть от боли. Из красивый больших глаз, обрамленных длинными густыми ресницами, брызнули слезы. Но Карма быстро слизал их. - Тише, котенок. Все будет в порядке. Потерпи немного, - успокаивающе шептал Акабане, продолжая двигать пальцами. - Мг, - терпеливо выдал мальчик и поцеловал парня. Этот поцелуй отличался от других. Он был нежным, легким, успокаивающим, любовным, милым. После разрыва губ, между ними осталась тонкая ниточка слюны, которую Нагиса, своим юрким языком собрал и проглотил. Этим он немного расслабил Карму, который напряженно пытался сделать любимому не больно. Прошло пару минут, перед тем как маленький голубоглазый мальчик привык к неприятным ощущениям. Вскоре Шиота начал сам насаживаться на пальцы Кармы, что стало для последнего знаком "Пора!". Вытащив из любимого пальцы, парень прошелся по каменному члену рукой, а после потерся о него своим, тем самым вызвав новую волну возбуждения у обоих. Красноволосый вновь облизал ладонь и провел ею по раздвинутым булочкам голубоволосого. Посмотрев испугано на Шиоту, Акабане наткнулся на полный уверенности взгляд. - Потерпи еще немного, - гортанно прошептал Карма, в темноту комнаты. - Хорошо, - ответил Нагиса и чмокнул любимого в губы, - Я люблю тебя, - на ухо сказал голубоглазый, в то время как красноволосый толкнулся в него. Тот ошарашено посмотрел на младшего и увидел гримасу боли на таком полюбившемся лице. Увидев маленькие слезинки, старший легко провел по щеке рукой и подняв лицо за подбородок, сказал прямо в заплаканные глаза. - И я тебя тоже люблю, - после чего начал медленные движения. Шиота шипел от боли, извивался и выгибался от удовольствия, краснел и стыдился. Краснел от того, что стыдился. Стыдился от того,что краснел. Когда Акабане задел маленький бугорок внутри Нагисы, тот от полного экстаза кончил себе на грудь и живот. Карма же продолжил все жестче и жестче трахать своего мальчика, заставляя его уже упавший член, снова становиться твердым. Вдавливая Шиоту в диван, красноволосый неприкрыто рычал, кусался, ставил засосы, зацеловывал губы любимого, глотая его громкие, рваные стоны. Нагиса уже готов был поклясться, что сейчас или умрет, или отключиться, когда Карма вновь задел ту точку. Снова бурно кончив, малыш почувствовал, что что-то в нем набухает. Узел становился все больше, Карма сгреб Нагису и рычал, как дикий пес, не желая никому отдавать свою добычу. Шиота вытащил руки из-под возлюбленного и начал гладить его по голове, в попытках успокоить. Через некоторое время, эти попытки все же возымели успех, а с ним и закончилась "случка". Выскользнув из Шиоты, Карма лег рядом и крепко обнял свое сокровище. Голубоглазый чему-то расстроился и лежал глядя в потолок. Заметив это парень спросил. - Нагиса, что-то случилось? - Я волнуюсь, - хрипло ответил тот. - Из-за чего? - приподнявшись на локте, и поцеловав того в лоб, снова задал воспрос кареглазый. - Могу ли я стать для тебя всем? - слезно спросил маленький. - Ты уже мое все! - с улыбкой промурчал Акабане и поцеловал малыша Шиоту. Эта была лучшая ночь в их жизни. Карма нежно шептал романтические фразы, Нагиса улыбался и радовался тому, что все таки осмелился сказать правду. Они забавлялись как малые дети всю ночь, уснув только под утро. Но их любовь не уснет никогда, она будет выстреливать с новой силой каждый раз, как новенький автомат. Конец.