Мир не такой, каким кажется

Во все стороны летит пыль от колёс, ветер свистит в ушах и раздается громкий рев мотора. Рафаэль несется по дороге города, крепче сжимая руками руль. Соперник висит на хвосте, но это лишь предает драйва. Раф уже заранее начинает гордиться собой. Но в то же мгновение мотоцикл заносит на повороте, и Рафаэль врезается в дорожный знак. Спасло то, что парень вовремя успел затормозить, но столкновение неизбежно. Раф вылетает на дорогу, а знак гнется под весом мотоцикла. — Лузер! — доносится насмешливый возглас со стороны, и байкер со злорадным смехом проносится мимо него. — Пошел к черту! — скалится Рафаэль, вытирая кровь с губы. Он сильно приложился спиной, и по телу прошла волна боли. Болезненно промычав, парень с усилием поднимается на ноги. Пусть и в таком состоянии, но Раф проигрывать не привык. Он не из тех, кто сдается после первого же препятствия. Он вообще никогда не сдается. Хоть доползет до этого гребаного финиша на четвереньках, но не сдастся. Ещё покажет, на что способен он, и его «развалюха». Вновь оседлав байк, Рафаэль жмет на газ, с ревом мотора мчась вперёд. С его падения прошло всего несколько минут. По крайней мере, так казалось. Раф не засекал поминутно, но внутренние часы подсказывали, что прошло не больше минут пяти. Но в гонке на большой скорости, это чертовски много. За такое время самонадеянный ублюдок уже мог доехать до финиша. Но трасса не маленькая. Чтобы обогнуть её полностью и вернуться обратно в бар, нужно минимум минут двадцать. Если Раф выпал из игры на минут пять, то соперник должен находиться недалеко. Как от самого Рафаэля, так и до финиша. «Черт, надо поднажать» — проносится в мыслях, и Рафаэль переключает скорость, не задумываясь о том, что снова может пролететь. И все может оказаться гораздо печальнее. Но было плевать. Адреналин стучит в висках, а в венах бурлит алкоголь. Раф загорелся этим соревнованием полностью. Ему не хватало этого драйва. Риска. Когда они выбрались в город, то все изменилось. Безусловно, в лучшую сторону. Но Рафаэлю быстро стало скучно. И он нашел развлечение. В ночном баре и в гонке на байках. Именно в такие моменты чувствуешь себя по-настоящему живым. Впереди слышен шум мотора, и Раф догоняет байкера. — Чо, не ждал, уеба? — усмехается он, вырываясь вперёд. Лицо соперника меняется за мгновение. Густые брови сдвигаются к переносице, а ноздри раздуваются от накатившейся волны злости. Руки в кожаных перчатках крепче сжимают руль, впиваясь в него. Но это уже не помогало. Впереди стали видны огни фонарей бара. Вот он, вкус победы. Рафаэль на всей скорости летит вперёд, как позади раздаётся оглушающий выстрел. Внутри все сжалось. От страха? От чувства неожиданности? Или громкого звука? А может все вместе? Раф дать ответ на эти вопросы не мог. Но раз он не чувствует боли, а байк продолжает ехать дальше, то значит стрелок промахнулся. И это радовало. Рафаэль уже и так знал, кто это, поэтому не оборачиваясь, лишь прибавил газу. Когда он пересёк «финишную черту», то остановился с мощным разворотом, оперевшись ногой на землю. — Да ты огонь, чувак! — ликовал Джонс, уже чокнувшись с кем-то очередной бутылкой пива. И судя по его виду, чокнулся он не только бутылкой. В то же мгновение раздался шум приближения второго байка и яркие огни. — Ты совсем слетел с катушек?! — Рафаэль поднялся на ноги, подходя к чужому байку. — У тебя, блять, есть пистолет! — Раф возмущено всплеснул руками. Если бы этот упырь попал в него, то это была бы последняя гонка в жизни Рафа. — И чо? — противно усмехается мужчина, говоря об этом так спокойно и непринужденно. Будто речь идет вовсе не о пистолете, а о каком-нибудь зонте. Хотя даже зонт может оказаться страшным оружием, если окажется не в тех руках. — И чо? И чо, блять? Я чуть не лишился жизни! — внутри все кипело. Темперамент сжал кулаки. Ещё немного, и внутри вспыхнет пламя. — И сдох бы в канаве, как пес, — громкий хохот, и Рафаэль не выдерживает. Мощный удар в челюсть, и мужчина летит с байка, падая на асфальт. Из разбитой губы хлынула кровь, а в голове все звенит. Но это только начало. Раф неспеша подходит к нему, садясь на байкера, и продолжает избивать его, целясь кулаком в лицо. Тело под ним вздрагивает, а под рукой слышен звук костей. Алые брызги летят в лицо уже обезумевшего Рафаэля. Зеленые глаза стали мрачны и пусты. — Раф, стой! — Кейси хватает его сзади, оттаскивая от жертвы нападения. — Ты что, мать твою, творишь?! — кричит он под ухом. Но до адресата его слова доходят только спустя несколько секунд. Тогда руки Рафа, с кровью на костяшках, опускаются, а зрачок сужается, смотря на мужчину, что лежал перед ним и кашлял сгустками крови. Закрытый опухший глаз, разбитая бровь, направленный в другую сторону нос и много крови, что растекалась по всему лицу и стекала вниз по подбородку. Это уже было не лицо, а кровавое месиво. Гул толпы резко утих. Когда Рафаэль только повалил соперника, толпа начала ликовать. Люди махали руками, хлопали в ладоши, чокались бутылками, и по всей улице доносился возглас: «Бей его, бей!». Но когда предстал результат схватки, по толпе прокатилось безмолвие. Все таращились на избитого. Кто-то с явным шоком, страхом или даже с восхищением в глазах, смотрел на Рафа, который сам не мог оторвать взгляда от своего «произведения искусства». Грудь прерывисто вздымалась. Парень пытался восстановить дыхание, но было тщетно. — Уебок, думаешь тебе это с рук сойдет?! — прервал затяжную тишину один из байкеров. Видать, друг того, кто валяется сейчас на земле. Но что он делал до этого, загадка. Стоял в оцепенение, как и все? Ждал, что его дружок поднимется и даст сдачи? — Скажи спасибо, что он остался жив, — сухо кидает Раф. — Отпусти меня, Джонс, — он вырывается из хватки друга, идя к своему байку. — Я ухожу. Кейси спешит за ним, чуть не падая по пути от действия алкоголя. Но все же он добирается до цели, садясь позади Рафаэля. Байк уже мчится по дороге, рассекая темноту.

***

Длинные нудные гудки, что уже изрядно достали. Леонардо нервно стукает пальцами о поверхность стола в темной комнате. Лишь тусклый свет настольной лампы освещает темный силуэт, что сидел за столом, слушая раз за разом одно и то же. По кругу. На самом деле, это было уже неудивительно. Лео привык к подобным выходкам со стороны брата, но сердцу не прикажешь. Он продолжал волноваться за него, пропуская это через себя каждый раз, будто в первый. Это же Рафаэль, он точно сможет постоять за себя, и сам обидит кого хочешь. Но с другой стороны — он магнит для неприятностей. И здесь не надо быть гением, чтобы понять, что тот во что-то вляпался. Другой вариант тут, в принципе, не возможен. Минута, и входная дверь с резким щелчком замка, открывается. — Явился, не запылился, — Леонардо уже встречает гостей в коридоре, с явным недовольством сложив руки на груди. — Где ты, черт возьми, был всю ночь? И о господи, Кейси… — Лео кидает взгляд на уже почти что в хлам друга, и тяжко вздыхает, на мгновение глаза прикрывая. — В прочем, можете не отвечать. Я и сам всё понял. — Хоть одна здравая мысль от тебя, мамочка-Лео, — невесело усмехается Раф, помогая Джонсу оставаться на ногах. Тот самостоятельно и стоять бы не смог. — Но это не значит, что я не вернусь к этому завтра. Спокойной ночи, — отрезает Лео, направляясь прямиком в свою комнату. Ну как в свою. В их с Рафом. Дом не настолько большой, чтобы позволить иметь каждому из братьев по собственной комнате. Рафаэль же, в свою очередь, укладывает Кейси на диван, а сам стелит себе на пол. Возвращаться в комнату сейчас — значит подписать себе приговор. Да, скорее всего Леонардо будет молчать. Но он там будет. И это уже проблема. Старший брат выведает всю правду далеко не разговором. Зная натуру Рафа, он будет психологически давить на него. Взглядом, или еще чем-нибудь, что придет ему в голову. И Раф на эмоциях сам всё расскажет. Да ещё и в громкой грубой форме, что поднимет на уши весь дом. Этого Рафу не хотелось. Поэтому сейчас он лежит на полу, смотря в потолок и пытаясь расслабиться под оглушительный храп друга. — К чёрту всё, — не выдерживая, темперамент поднимается на ноги, и выходит на балкон, где закуривает сигарету, наблюдая, как дым густым облаком устремляется вверх.