Всё включено

Ближе к ночи, когда солнце уже село, уставшие и вымокшие от летней жары, ребята решили освежиться в речке недалеко от дома, куда ходили за водой поутру. Придя на берег, Дин первым разделся и побежал в воду, за ним Габриэль, Сэм и Кас. Наплескавшись вволю, они услышали тихий женский смех. Недалеко от них из воды торчала симпатичная женская мордашка с русыми растрёпанными волосами, в которых была вплетена кувшинка. Она заинтересованно рассматривала мужчин и посмеивалась. - Привет! – улыбнулся во все 32 зуба Дин. – Я Ди…м. А тебя как зовут? - Уна, – произнесла девушка завораживающим голосом. Рядом с ней из воды вынырнула блондинка, так же задорно хихикая. - А я Лёля, – они подплыли к Дину и Габриэлю, и стали откровенно флиртовать с ними. Вскоре из воды вынырнули ещё две девушки и подплыли к Сэму и растерянному Кастиэлю. Девушки шептали нежности и завлекали парней вглубь реки. Вскоре вода стала доставать Дину до плеч, а Габриэль готов был вот-вот уйти под воду. Кас нежно улыбался и медленно шагал вслед за брюнеткой. Рыжая Лина старалась охмурить Сэма и тоже утащить в воду, но Винчестер краем глаза увидел, как трикстер тянется к Лёле за поцелуем, и его эта картина мгновенно отрезвила. Он оттолкнул от себя девушку и рванул к фокуснику, замечая, что его брат и Кастиэль тоже находятся под действием чар дамочек из воды. Схватив Габриэля за плечо, и сильно тряхнув, он почувствовал, как его ноги обвивает что-то, похожее на большой рыбий хвост. А затем его утянуло под воду. Пытаясь высвободится из крепких тисков, он обернулся и увидел перед собой Лину, девушку, которая пыталась его очаровать минутой раньше. Её взгляд горел неистовой злобой, руки тянулись к его шее, а нижняя часть туловища прелестницы была покрыта чешуёй и напоминала настоящий рыбий хвост. Русалка! Вспомнил Сэм, делая глубокий вдох и начиная захлёбываться. В следующий момент он почувствовал сильные мужские руки, тянувшие его вверх. - Сэм! Сэм! – орал Дин, таща его из реки. - Дииин, – Сэм разлепил глаза и увидел всех троих парней, склонившихся над ним, лежавшем на земле. – Это русалки. - Кто? – не поверил брат. - Наполовину человек, наполовину рыба, – сказал Кас. - Ну, типа Ариэль, что, мультик не смотрел что ли? – спросил Гейб. - Они хотели нас утопить! - Да, они водные суккубы. Бывшие утопленницы. Шестёрки Водяного. Топят некрещёных для пропитания. - Ну ладно мы с Сэмом, а вы с Касом? Некрещёные? Серьёзно? - На нас не было символа веры, Дин, – объяснил Кас. – Они боятся распятия. - И что это за крендель такой этот Водяной? - Хозяин рек. Что-то типа духа воды, – вспомнил Сэм. - Нечисть, короче. Давайте колитесь – как поймать, чем убить? – Дин посмотрел на Каса и трикстера. - Остынь, Диня. Не такой он и плохой мужик. Не раз всяких царевичей да Иванов–дураков спасал. Сами виноваты – на нас и правда нет распятий, а это сродни одержимости на Руси. - И что мы, так всё и оставим, хочешь сказать? – не унимался Дин. - Ну, можно будет провести потом воспитательную беседу. Он на зов приходит, если стоять в полнолуние в реке по пояс, во время грозы, да недалеко от мельницы водяной. Вот только прежде чем лично явится, он снова своих русалок пошлёт. - И вот тут у меня возникает вполне закономерный вопрос, – Дин уставился на брата, – какого чёрта, Сэм? Почему на тебя их чары не подействовали? Три пары глаз уставились на младшего Винчестера. Две удивлённо вопросительные и одна уж больно хитрая. - Я… - Забегал глазами Сэм. Он прекрасно понимал, что привело его в чувство, но рассказывать всем об этом ни в коем случае не собирался. – Я не знаю. - Ладно, допустим, это была случайность, – поверил ему Дин. - Или русалочка просто была не в его вкусе, - Габриэль расплылся в улыбке и подмигнул Сэму, от чего тот забыл, как дышать, понимая, что фокусник обо всём догадался. Он пытался представить, чем теперь это может ему обернуться, но понимал, что трикстер это без внимания не оставит. А вся проблема была в том, что Сэм был тайно влюблён в архангела. Это случилось ещё при их первой встрече в Спрингфилде, когда никто ещё даже не догадывался, что необычные убийства – дело рук неприметного охранника. До этой встречи у младшего Винчестера и мысли не возникало о том, что ему могут нравиться не только женщины, но и мужчины. К счастью, пока Сэм с Габриэлем обменивались заинтересованными друг другом взглядами, Дин трескал шоколадки, оглядываясь по сторонам. Он не заметил, как у его брата загорелись глаза, глядя на невысокого мужчину в сером форменном комбинезоне. Узнав правду о понравившемся ему парне, Сэм даже обрадовался, что тот оказался монстром, свалив своё временное помутнение на чары фокусника. Но затем, увидев его снова в роли седовласого мужчины из кафе, в том проклятом вечном вторнике, заинтересованность Винчестера трикстером снова вернулась, ещё и с бОльшей силой. После смерти Дина, Сэм искал проказника не только, чтобы вернуть брата, но и чтобы снова увидеть понравившегося ему мужчину. Он тогда вновь хотел попытать счастье, всадив в него кол, но так и не смог, столкнувшись так близко с глазами цвета янтаря. После этого мужчина стал сниться Сэму, нередко в довольно откровенных снах, но рассказать обо всём брату младший Винчестер так и не решился, боясь стать насмешкой Дина до конца своих дней. Найдя на очередном деле кучу фантиков, Сэм был счастлив, как никогда, что судьба снова свела их с парнем из его грёз, вот только ТВ-ленд, куда они с братом попали, вовсе не показался ему романтической встречей. Сэм ещё помнил обиду на фокусника и за генитальный герпес, и за «Щелкунчика», и за превращение в Импалу. Но каков был его восторг, когда выяснилось, что трикстер, за которым они всё это время гонялись, оказался самым настоящим ангелом. И не просто ангелом, а целым архангелом с таким чудесным и мелодичным именем Габриэль. Тогда-то Сэм и понял, что, несмотря ни на что, этот пернатый слишком много значит для него. Он готов был простить ему все его проделки, особенно после того, как тот встал на их защиту в «Елисейских полях», пойдя против родного старшего брата. Сэм плакал в подушку в ту ночь, когда Люцифер пронзил Гейба клинком. Плакал совсем не по-мужски, стараясь не издавать и звука, чтобы не разбудить Дина. А после сныкал у брата диск, который оставил им Габриэль, и пересматривал его сотни раз, вспоминая свою странную любовь. Поэтому не было ничего удивительного, что Сэм был так рад найти снова на одном из необычных дел разноцветную кучу фантиков. Это давало ему надежду, что архангел всё ещё жив. И, как показала практика, Сэм не ошибся в этом. *** Прошло ещё два дня. Наступила долгожданная суббота. Забор был почти починен, дрова нарублены. С утра баба Нюра объявила, что после обеда протопит баньку. Сначала эта новость была встречена бурной радостью со стороны четвёрки, но после Сэм всё же решил поинтересоваться, что конкретно под себя подразумевает эта «банька», ведь то, что это не душ в городской квартире – было понятно сразу. - Ну, это сауна, только там не просто парная, там ещё и моются. Вёдра, тазы, ушата, бадейки и ковши. Чан с горячей водой на углях и холодной в вёдрах. Вместо бассейна – речка. До захода солнца можно окунуться без приключений. После бабуля обещала подогнать медовушки, – просвещал друзей трикстер. - Что ж ты молчал? Сауна, медовуха… - Мечтательно закатил глаза Дин. - Мне начинает тут нравиться. Чур, я первый иду! - А вот тут обломись, Винчестер. В селе не принято ходить в баню по одному. Не сказать, что я в восторге от идеи лицезреть ваши голые задницы, но так уж принято, что бабы идут отдельно, мужики отдельно. Группами. - Что? – завопили Дин с Сэмом в один голос. Младшему идея находится в одном помещении с голым фокусником абсолютно не нравилась. Нет, она ему нравилась и даже очень, но вот если за свои поступки он ещё мог ответить, то за реакцию организма отвечать не решился бы. А в силу последних событий, Сэм был уверен, что Габриэль, помимо всего прочего, ещё и обязательно что-нибудь отколет, от чего ему будет как минимум стыдно. Кастиэль же всё это время молча отсиживался, стараясь не участвовать в дискуссии о групповом мытие. - Да я смотрю, у вас уши заложило. Вот и помоете. На обед мужчины шли молча. Каждый думал о своём. Баба Нюра объявила, что банька уже протопилась, и что они могут отправляться париться. Настроения всем это не прибавило. Зато прибавила вытащенная из погреба небольшая дубовая бочка с медовухой, которую тут же подхватил неугомонный трикстер и улетел в сторону банного сруба. Остальные последовали за ним. Медовуху у Габриэля отняли не сразу. Он уже успел приложится к сладкому хмелю и изрядно повеселел. Раздевшись догола, абсолютно не стесняясь остальных, фокусник влетел в баню с криком «Банзай!!», опрокинул на себя ведро холодной воды, запрыгнул на полок и расплылся там блаженной лужицей. - Адское пекло, – заключил вошедший следом за ним Дин, который всё же обернул бёдра полотенцем. Он сел на скамейку рядом с пологом и вытянул ноги. Вслед за ним, так же обернувшись полотенцем, вошёл Кастиэль, и сел на скамью напротив, рядом с небольшим низким окошком – единственным источником света. Сэм, войдя, старался не смотреть в сторону блаженно нежащегося Габриэля, сверкавшего своей голой пятой точкой, и уселся в дальний угол. Трикстер, заметив скромно жмущегося в углу младшего Винчестера, хитро глянул в его сторону, после чего зажмурился и стал тихонько постанывать. - О боже… как хорошо… ммм… блаженство… ооо… я просто плавлюсь, какой кайф… Сэмми… Сэмми, попарь меня, Лосёнок. Ну пожааалуйста! – простонал фокусник. Сэм от этих звуков засуетился в своём углу, а от просьбы вообще выпал в осадок. - Что сделать? – прочистив горло, спросил он несвоим голосом. - Ооох. Веник в углу видишь? Макай его в чане, который на камнях стоит, и хлещи меня им по спине. - Это что какая-то ролевая игра с элементами БДСМ? – прокашлявшись, спросил Винчестер-старший. - Это традиционный русский метод лечения и профилактики. Что-то вроде массажа. Способствует оптимизации кровообращения, улучшает обмен веществ, тонизирует кожу и омолаживает организм в целом, – решил просветить всех Кастиэль. - Ну Сэээм… Просто отшлёпай меня! – хитро подмигнул тому Габриэль. - Почему я? – взвизгнул младший Винчестер, не теряя надежды отмазаться от просьбы Гейба. - Потому что ты сидишь ближе всех к кадке с вениками, – и правда, в углу, куда забился Сэм, стояло деревянное ведёрко с берёзовыми метёлками. Сэм вытащил один из пучков веток, встал на негнущихся ногах и подошёл к раскалённому чану с водой. Фокусник наблюдал за его движениями и не прекращал улыбаться. Обмакнув веник в кипяток, он подошёл к пологу и сглотнул, смотря на плавные изгибы спины трикстера. Дин предварительно пересел к Кастиэлю на лавку напротив, чтобы лучше созерцать картину добровольного избиения источника всех их проблем. - Попкорн бы не помешал, – сказал он тихо, чтобы его услышал только Кас. Тот только удивлённо посмотрел на друга. - Ну не медли, Сэм, задай мне горячую порку, – Габриэль от нетерпения даже слегка оттопырил задницу. Это, видимо, было последней каплей. Сэм бросил веник на лавку под пологом и пулей выскочил в предбанник. - Сэм? – заорал брат. - Перегрелся парень, – заключил Габриэль, улыбаясь до ушей. – Пусть остынет. - Ладно, – медленно проговорил Дин, беря в руки веник. – Значит порка? Габриэль испуганно уставился на старшего Винчестера, но не успел и слова сказать, как по нему прошёлся первый удар. Трикстер вскрикнул. За первым последовал второй и третий. - Полегче, Винчестер! Я знаю, что ты меня любишь, но так ведь и убить можно! – зашипел он. - Сам просил выпороть тебя. Наслаждайся! – с озверевшей ухмылкой сиганул веником Дин, но это был последний сильный удар, за которым последовали более слабые, и вскоре Габриэль даже начал получать удовольствие от процесса. Сэм сидел в предбаннике и слушал стоны фокусника. Они становились всё откровеннее и пошлее. Гейб продолжал этот театр одного актёра, зная о том, что Сэм его слышит. Не выдержав, Винчестер вышел на улицу и, не смотря на уже приличный стояк, сорвал с себя полотенце, прыгнув в речку с небольшого деревянного выступа. Ему сейчас было откровенно плевать и на русалок, и на других водных жителей, и даже на, возможно, пиявок, живущих в реке. Он отплыл от берега и развалился звездой на водной глади, опуская голову под воду так, чтобы уши заливала вода и скрывала от него стоны из бани, слышимые даже на улице. Габриэль сполз на лавку под пологом в состоянии желе. Пот стекал с него градом, но сладкая нега окутывала всё тело. Винчестер постарался на славу, доведя фокусника до вида амёбы. - Кас! Я тоже так хочу! – Дин с торжественным видом вручил веник Кастиэлю и забрался наверх, где только что лежал трикстер. - Д-дин…? - Просто заткнись и сделай это, – решительно заявил Винчестер, скидывая с себя полотенце. Кас обмакнул веник в кипятке и провёл им по оголённой спине Дина, после чего стал лупить её, начиная со слабых ударов, постепенно наращивая темп. Теперь настала очередь блаженно стонать Винчестеру, но эти стоны не были окрашены пошлостью. Спустя около 40 минут все трое, отпаренные и отхоженные вениками, сидели в предбаннике и нежились с разморённым состоянием, потягивая сладкое медовое пиво. Вернулся Сэм с бадьёй, полной чего-то серо-зелёного, активно копошащегося в ней. - Сэмми! Ты вернулся! – томно, расслабленно пропел Габриэль. - Я это… раков наловил, – Сэм показал бадью, полную членистоногих. На закате солнца, четверо мужчин сидели на завалинке дома, попивая медовуху и заедая их варёными раками, чистые и довольные.