Бессмертное сердце

Ева и Северус молча шли по тёмному коридору замка. Тут стригой остановился, в нерешительности покачиваясь взад-вперёд. Маг тоже остановился, заметив, что девушка отстала. В коридоре было пусто, и стоял полумрак. Евангелия слышала, как гром средь белого дня, спокойное сердцебиение мужчины. Вот он подходит ближе и пульс учащается. - Можно я укушу тебя? - спросила вампирша и сама удивилась своим словам. Ева впервые просила у человека разрешения укусить его. - Нет, - спокойно ответил Снейп. Посмотрев на мужчину, она медленно подошла к нему. Северус не отпрянул, как обычно, заинтересованно наблюдая за её движениями. Её правая рука потянулась к его лицу, положив ладонь на щёку, кончиками пальцев коснувшись мочки уха. Проведя рукой по его щеке, она положила её на плечо волшебнику, потянувшись за поцелуем. После того, как Ева оставила на губах мужчины нечто лёгкое и отдалённо напоминающее поцелуй, она готова была обидится, что нет отдачи, но почувствовала руки на своей талии. Снейп сделал то, что обычно делает с ним Ева - прижал вампиршу к стене. Но не сильно, а мягко, как может лишь мужчина, чтобы его возлюбленная никуда не сбежала. Теперь вампиресса невольно очутилась на месте своей жертвы. Обессиленная и беспомощная, она ощущала дыхание мужчины на свое шее. Зельевар сам не знал, что же тогда на него нашло. Он целовал её шею, плечи, бродил руками по телу. В какой-то момент Ева сама не выдержала, взяв его лицо в руки и поцеловав. На первых парах Снейп был обескуражен, но мужское начало быстро взяло своё. Теперь уже он целовал её, он припирал её к стенке, и она извивалась в его объятьях. Она обняла его за шею, прижимаясь теснее, борясь с собой, чтобы не обнять его ещё и ногами. Северус специально подставил шею, чувствуя, как по позвоночнику бегут мурашки, в предвкушении. Наконец, пара клыков легко разрезают его плоть, не причиняя особой боли. Но все мучения были оправданы ощущениями, которые последовали за этим. Влажный вампирский язык касается кожи, и медленно и тягуче высасывается кровь. Грудь немного сдавливает и тебе кажется, что ты задыхаешься, но это быстро проходит, наступает чувство сродни эйфории. Не известно, чем бы окончилась эта ночь, если бы не профессор МакГонаггл, шедшая по коридору в направлении своей спальни. Остановившись в недоумении и прокашляв в кулак, она с удовольствием отметила, что парочка тут же, стремительно, отскочила друг от друга. Причём выражение лица Снейпа не сулило ничего хорошего, а лица его ночной спутницы не было видно вообще, но чувствовался гнев, испускаемый всеми фибрами её души. Вообще Минерва была слегка в шоке от увиденного. Сколько она знала Снейпа, он всегда был скрытен, не показывал своих эмоций или показывал, но лишь настолько, чтобы убедить окружающих в их существовании. И вот МакГонаггл застаёт этого самого замкнутого в себе тридцатилетнего мужчину в тёмном коридоре с какой-то женской особой. Сначала Минерва грешила на старшекурсницу. Девушка с седьмого курса выбрала не того, со всеми бывает, но спутница профессора не жалась к стенке, сцепив руки за спиной и не мычала, пытаясь оправдаться. По повадкам она казалась взрослой. Минерва убедилась в этом, когда зажгла палочкой свет. Голубоватое свечение осветило половину коридора, лицо Снейпа и девушку. Она была метр шестьдесят с чем-то, красивого телосложения, с рыжими волосами чуть ниже плеч и пронзительно голубыми глазами, которые опасно сверкнули в темноте. Внезапно Минерва заметила кровь на шее Северуса. - Вампир? - скорее для справки уточнила МакГонаггл и готова была выстрелить в Еву огненным заклятьем, но была удивлена её действиями. Вампир не только не убежал, но и вернулся к жертве. Под протестующее мычание Снейпа, она коротко лизнула ранку на шее мужчины и растворилась в воздухе, слившись с темнотой.

***

- В замке вампир, - хлопотала мадам Помфри. - Вот чего не хватало! Женщину подняли с постели посреди ночи, но она быстро сориентировалась. МакГонаггл стояла рядом с сидевшим на кушетки Снейпом. Мужчина с угрюмым выражением лица оголил плечо и шею. Минерва с удивлением обнаружила, что мужчина держит себя в форме. Под чёрной одеждой не было это особенно видно, но хоть тело у него было худое, но подтянутое, а откормить можно кого-угодно. Медсестра подскочила к нему, готовая останавливать кровотечение, но с в ступоре замерла. Ничего не было. Ни кровоподтёков, ни ранок от вампирских клыков, даже засохшей крови и той не было. - А… - начала мадам Помфри, в недоумении смотря на двух профессоров.

***

- Я знаю, что я видела, - строго говорила Снейпу Минерва. Северус не стал прогонять профессора, ведь та всё равно не отстанет. Поэтому, он пригласил женщину за чашкой кофе всё обсудить. Они обосновались в большом зале, где домовики услужливо сделали им по чашке ароматного кофе. Снейп всё ей объяснил. Что это никакой не вампир, это - стригой. «А что, это не одно и тоже?» - поинтересовалась Минерва и тут же получила краткий и основательный ответ: «Нет. Не одно и тоже». Минерва узнала о миссии Евангелии и о том, что она приглашена Дамблдором и что Снейп обязался кормить ненасытную тварь.

***

- То есть… - неуверенно начала МакГонаггл. - Вы кормите её своей кровью?.. Но это же возмутительно. Спорить у Снейпа не было сил. У мужчин такое бывает. В определённый момент заканчиваются батарейки, и они думают лишь о постели, готовые уснуть там, где стоят. - Как Дамблдор допустил это? - продолжала МакГонаггл, как ощутила чью-то руку на своём плече. Вздрогнув, она резко обернулась, но никого не было. Когда она вернулась к Снейпу, тот спал на столе, использовав вместо подушки локоть правой руки. Рядом сидела вампирша, кончиками пальцев поправляя мужчине волосы на затылке. - Он очень устал, - тихо сказала Ева (в её голосе даже проскочили заботливые любящие нотки), но МакГонаггл слышала каждое слово и буквы, которые проникали в её сознание, словно дурман. - И вы устали. Голубые глаза сверкнули и больше профессор ничего не помнила. Проснувшись на следующее утро, МакГонаггл рефлекторно ощупала свою шею на предмет укусов, но ничего подобного не было. Во всём теле чувствовалась странная лёгкость, хотя после сна и в её-то возрасте, всё должно если не болеть, то ныть. Тем не менее, Минерва ощущала беспокойство, но никаких доказательств о вампире или укушенном Снейпе не было. Что у неё на руках? Только её воспоминания. Женщина ещё вспомнила тот переполох, что устроил Почти Безголовый Ник, неожиданно закричав: «Вампир!! В замке вампир!!» Посчитав, что это на нервной почве, волшебница стала одеваться. Солнце за окном только поднималось, но она привыкла вставать рано.

***

Северус не помнил, когда в последний раз он спал так хорошо и при этом высыпался. С упоением потянувшись, сладко прохрустев костями, мужчина выдохнул и боковым зрением заметил справа от себя тело. Тело лежало, смотрело на него, и мило улыбалось. От одной мысли, что она лежала здесь и смотрела на него всю ночь, у Северуса прошёлся мороз по коже, но в то же самое время это показалось ему возбуждающим. Всю ночь он лежал в постели с красивой девушкой. - Ты такой милый, когда спишь, - вампиресса потянулась, изогнув спину. Откровенно говоря, присутствие красивой самки в постели рано утром, возбуждало. Северус старался успокоиться и ни в коем случае не смотреть на женскую грудь. Сейчас эрекцию могло вызвать даже мановение руки Евы в направлении ширинки брюк. Заметив реакцию мужчины, Евангелия приблизилась к нему и промурлыкала на ухо: - А ты девственник? Тут Снейп смутился, а такое бывает крайне редко. Мужчина не удосужился отвечать на такие вопросы. Ева засмеялась и легла на живот, болтая ногами в воздухе. Зельевар заметил, что места на кровати хватило бы ещё третьему человеку. Не совсем понимая, что происходит, волшебник исследовал взглядом свою комнату. Существенных изменений не было, но комната стала… несколько шире. Увеличилась кровать, добавился узкий шкаф с витриной и за каким-то макаром в углу комнаты появился фикус. Бедное растение ещё не знало, в чьей комнате его поставили и на какие муки обрекли. Одним словом, кто-то игрался с пространственной магией. - Что ты сделала с моей комнатой? - задал вполне резонный вопрос Снейп, садясь на кровати. - А что я с ней сделала? - подражая овечке, ответила Ева вопросом на вопрос и, чтобы как-то переключить внимание мужчины, опустила руки ему на плечи, массируя их. Массаж сработал на все триста двадцать процентов. Снейпа больше не интересовало, как и почему. Было только это пьянящее и невероятное чувство разминания затёкших мышц. Но внезапно ласка прекратилась, и Ева направилась к входу. Мужчина успел поймать девушку за руку. Вампирша замерла, ожидая от волшебника конкретных действий. Она даже готова была поддаться, если её силком потащат в постель, но в какой-то момент в глазах Северуса мелькнула неуверенность, и он отпустил её руку. Евангелия вышла из его комнаты в несколько расстроенном настроении. «Мог бы и остановить", - подумала она.

***

POV Евангелия «Ну, вот почему, когда надо, тебя нет?» - подумала я, прислонив ухо к стене. На этот раз я хотела выследить змея и убить его до того, как он вернётся в Тайную комнату. Я поняла, что тварь ползает по трубам. Святые угодники, а где же ещё?! Как я сразу не догадалась? Но василиска не было, как и новых жертв. Слушая стены, я шла по коридорам. При малейшей вибрации или звуке я останавливалась и искала источник, но всё не то. В конце концов (я шла по потолку) я добралась до гостиной Гриффиндора и заметила Джинни Уизли, сестру Рона Уизли. Ох уж мне эти Уизли. Отец семейства может смело называться главой клана. Джинни выходила из гостиной. Юркнув за портрет Полной дамы, пока тот не закрылся, я очутилась в общей комнате и направилась в спальню к мальчикам, проверить, как там Поттер. Дымка обеспечивает мне идеальное прикрытие какого-то ученика, Гриффиндорца. Меняю личины каждый день, как перчатки. Лишь зайдя в помещение, я охнула. Вся спальня была перевёрнута вверх дном. «О-о-у, ну и бардак, - пролетело в моей голове. - Кто бы, что не искал, к делу он подошёл со всей ответственность. Всё разворошил, даже наволочку с матрасом». Я достаточно много раз посещала комнату мальчиков и это не был "творческий" бардак. Кто-то... рылся здесь. Аккуратно вышагивая по полу, стараясь ничего не помять, я встала в центре, осматриваясь. Я заметила Буклю. Белую полярную сову моего подопечного. Подойдя ближе, я протянула к птице руку. Та меня клюнула. Одёрнув палец, я лизнула его и зыркнула на птицу. Сова зашипела на меня и слетела с места, усевшись на тумбочке. Все более ценные вещи были на месте, значит целью искателя было не богатство. Что он такого искал? «Может, просто кто-то хотел доставить Поттеру неприятностей? - предположила я. - Недруг какой». Послышались чьи-то шаги, и я спряталась за угол. Кто-то встал на пороге комнаты, осмотрел бардак и рванул назад. Выглянув из-за укрытия, я заметила убегающего мальчика. Гриффиндорца. Кстати, того самого, благодаря которому я знаю все пароли. Он их попросту записывает. Через десять минут прибежало всё золотое трио, ведомые Невиллом. Я в это время затаилась под кроватью одного гриффиндорца, прекрасно сливаясь с тенью. Дети остановились на пороге, а Поттер в нерешительности прошёл в комнату и стал рыться в вещах. Я нахмурилась. - Это кто-то с Гриффиндора, - сказала Гермиона. - Паролей никто не знает, - я усмехнулась. - Если, только это студент, а не кто-то другой. - Кто бы ни был, он, видимо что-то искал, - продолжил Рон. «Кто-нибудь дайте ему медаль!» - воскликнула я. - И нашёл, - ответил Гарри. - Дневник Тома Реддла пропал.

***

«Так-так-так… - рассуждала я про себя, сидя на крыше астрономической башни. - Дневник кого? Тома Реддла. Кто такой Том Реддл и почему его дневник так важен, что ради него перевернули вверх дном всю спальню мальчиков?»