Бессмертное сердце

POV Автор Гарри, последовав совету настоящего Грюма, порылся в памяти Евы и кое-что обнаружил. Массу кое-чего. Пропуская мимо себя воспоминания многочисленных войн, кровавых потасовок и даже события Первой и Второй мировых, Гарри нашёл «раздел» заклинаний и тут с мозгом Евангелии не могла потягаться даже библиотека Хогвартса. Накопленные за многие века знания; множество заклинаний на все случаи жизни; бесценные колдовские секреты; тайны, ради которых многие волшебники полегли; многочисленные способы, как наложить проклятье, так и снять его; знания по оклюменции и легиллименции; гипноз; вампирское знание о природе человека, которое вам позволяет читать вашего собеседника, словно открытую книгу… и ещё много чего. Гарри постарался не цепляться за эти искушения и наткнулся на воспоминании об… анимагической форме. Мальчик понял, что в его силах, прямо сейчас, обратиться в дракона. Основываясь всего лишь на воспоминаниях тела Евангелии, он понял, какого это: превращаться во что-то. Непередаваемое чувство полёта, ветерок между перепончатых пальцев, движение мышц, когда взмахиваешь крыльями и даже, когда набираешь воздух, чтобы выдохнуть пламя. Жар огня, управление потоком пламени, способность делать его сильнее или слабее. - Поттер, - Грюм легонько ударил его по плечу. Гарри словно очнулся, испуганно озираясь по сторонам. - Зря она предложила переселение, - цокнул мракоборец. – Знаешь, что главное в такой магии? – мальчик покачал головой. – Не потерять себя. Но Ева хорошо защитила тебя, иначе её сознание просто бы проглотило тебя, Поттер, как акула рыбку. Бьюсь об заклад, сейчас ты всё видишь, как сквозь стекло витрины в магазине. И действительно. Юноша понял, что маг прав, он и впрямь может выбирать воспоминания, как в лавке, просто заказывая нужные или пробегаясь взглядом по товарам. А ещё Аластер сказал, что Ева поставила некую защиту. Гарри невольно содрогнулся, когда представил, что с ним будет, если все эти воспоминания разом нахлынут на него. Он бы справился, будь это воспоминания обычного человека, чей жизненный путь был не длиннее одного века, но вампиресса прожила более тысячи лет... - Что конкретно мне нужно искать? – спросил Гарри. - Заклятье взлома магических сундуков или… Ева умеет трансгрессировать? – спросил Грюм. Гарри задумался, а потом коротко кивнул. Он ни разу не трансгресировал, сам. Заклятье у Евы было, магия была, только… - У меня нет волшебной палочки, - сказал Поттер. - Она тебе не нужна, - усмехнулся Аластер. – По крайней мере, пока ты в этом теле. Стригои используют магию отличную от нашей. Волшебникам нужна палочка, чтобы усилить свои магические способности, стригоям она не нужна. У них настолько высокий магический потенциал, что они колдуют, буквально говоря, руками. И перенесёшься ты, даже не почувствовав этого. - Откуда вы так много знаете о стригоях? – удивлённо спросил юный маг, пока готовился перенестись. - В рядах мракоборцев часто рассказывают легенды о древних чудищах и необычных вещах, - подал плечами Грюм. – Стригои тоже стали легендой. Гарри коротко кивнул и сосредоточился.

***

POV Евангелия Тащить на себе сразу двоих (пусть даже в воде) было тяжело. Особенного такому хрупкому смертному телу. Но с бессмертной и злой сущностью внутри это было вполне себе возможно. Я ощутила, как за мной что-то гонится. Что-то цапнуло меня за ногу, за руку и даже в ляшку. - Полегче там, - взбрыкнула я и стала ногами отбиваться от Гриндилоу. Отпустив двух пленников подниматься дальше, я осталась сражаться с водяными монстрами. Они окружили меня и завертели в своём вихре. Я вспоминал про палочку, и взмахнула ей, очень надеясь, что не устрою ядерный взрыв. Магам нужны заклятья. И хоть я знаю множество чар, но я редко пользуюсь формулировками, чаще просто про себя приказываю магии, что хочу сделать. Поэтому палочка, не разобрав, что же я хочу, просто выпустила красную искру и подожгла одного монстрика. Был маленький взрыв, но огонь так и не появился на свет, даже пламени нужен кислород. Набрав в лёгкие воздуха, я зарычала, но получилось лишь пара злых бульков. А монстры всё тащили меня на дно. Внезапно я ощутила, что задыхаюсь. «Действие Жаброслей кончается!» - промелькнуло у меня в голове. Мне хотелось обратиться в дракона, улететь, но Гарри, увы, не был анимагом. Колокол прозвенел ещё раз, а пленники уже всплыли на поверхность и погребли к спасительным деревянным помостам. Перепонки между пальцев исчезали, жабры тоже. Я прекрасно понимала, что мне осталось пару минут, может чуть меньше. Глаза, лишившись дополнительных век и магии Жаброслей, перестали хорошо видеть в воде, и дневной свет всё удалялся.

***

Гарри уже хотел перенестись, как вдруг почувствовал необъяснимое давление в груди. Он осел на пол, прислонив руку к сердцу. Дышать стало трудно, будто вдыхаешь воздух, полный сигаретного дыма. Появилась отдышка и он чувствовал, как что-то вырывает его из тела Евангелии. Причём он нисколько не сопротивлялся, сопротивлялось тело вампирши, не впуская его. Так же внезапно всё прекратилось и его выбросило в его тело. Только-только очутившись "в себе", Гарри принялся откашливаться от воды. Его окружала толпа людей, все ему аплодировали и помогали. Кто-то принёс полотенце, кто-то его обнял и принялся за что-то благодарить, даже поцеловали в щёку. Его аккуратно усадили на стул, а Грозный глаз похлопал его по плечу. Тут его голова перестала быть квадратным куском ваты, и он услышал голос Дамблдора. - Внимание! – крикнул он, но толпа продолжала буйствовать и директор, прислонив палочку к горлу, повысил голос. – ТИШИНА-А-А-А!!! - его громоподобный голос разнёсся по всей округе так, что уши закладывало. - Победил… мистер Дигори! – студенты Хогвартса обрадовались и принялись поздравлять Седрика. - Он применил заклинание Головного пузыря. Но поскольку мистер Поттер финишировал бы первым, если бы не его благородное решение спасти не только мистера Уизли, но и других пленников, ему присуждается в этом состязании второе место!!! За высокие моральные качества! Все радовались победе Гарри. Угрюмы были только Каркаров, который сделал «тьфу» в направлении Дамблдора и Драко Малфой, не привыкший радоваться чьим-то победам, кроме своих, вообще.

***

Лишь мне вернули моё тело, я вдохнула полные лёгкие воздуха и тут же сориентировалась. Схватив Грозного глаза за плечо, я хотела перенести его прямо в кабинет Дамблдора, но… не смогла. - Что за… - не понимала я, чувствуя, как ужасно кружится голова. - Что? В чём дело? – не понимал Аластер. - Чёртов кубок, - прошипела я, и сознание покинуло меня. Проснулась я только через несколько часов. Голову будто топором проломили. Грюм был рядом, пытался заснуть. Прокряхтев, я встала и, качнувшись, упёрла кулак в стену, чтобы удержать равновесие. - Когда он тебя покормит? – спросила я. Грюм не сразу понял, о чём речь, но нашёлся быстро: - Скоро. Может, через час. Я провела рукой по лицу. «Кубок лишил меня магии… я-то думала, что одним проклятьем больше, одним меньше, но это влияет на меня больше всех остальных. Надо сконцентрироваться, - я осела на пол. – Подумать, - мои глаза закрылись. – Он не забирает мою магию, Кубок её просто блокирует. Это… печать. Семигранная. Имена Основателей, пара иероглифов, кельтские руны… как же я это не люблю…» Меня затянуло куда-то очень глубоко. Я оказалась перед большими дверьми, высотой, пожалуй, со здание. Вокруг не было ничего, ни пола, ни неба, лишь синева. Ступая кроссовками по воздуху, я подошла к двери и постучалась в неё. Глухо. Я заметила на дверях замок. Стоило мне к нему прикоснуться, как мою руку обуяло синее пламя и окутало меня всю. Чувствуя противное жжение по всему телу, я резко дёрнулась и стряхнула с себя огонь. Смертный сгорел бы заживо, но это не мой вариант. Схватившись рукой за замок, я сильно сжала его. Давление было чудовищным, а вырывающееся синее пламя из замка только распаляло мой гнев. Стальная гладкая поверхность устройства треснула. Кубок отчаянно защищал свою печать, и синий огонь жёг, не щадя. В какой-то момент я напрягла мышцы руки настолько, что у меня хрустнули суставы, и замок сломался, рассыпавшись на тысячи острых осколков. Я проснулась. Прижимая к груди окровавленную дрожащую правую руку, я немного подняла её вверх и поняла, что она меня практически не слушается. Кожа синела и трескалась. Всего через пару минут проклятье пошло на спад и моя рука вернулась в прежнее состояние, а заклятье Кубка рассеялось. Молча взяв Грюма под руку, я перенеслась к Дамблдору.

***

POV Автор Альбус Дамблдор и Северус Снейп, не говоря ни слова, смотрели на настоящего Аластера Грюма и пока что не сильно понимали происходящее. Евангелия сидела неподалёку, растирая пострадавшую от проклятья конечность. Всего пару минут назад Ева заявилась в кабинет директора с Грозным глазом под мышкой. - Но кто же тогда под личиной Грозного глаза? – спросил Снейп, споря о чём-то с Дамблдором. Ева не сильно слушала их. В руке остались фантомные боли и иногда пальцы шевелились сами по себе. Её тело могло исцелиться от любой раны, яда или проклятья, но от своего мозга далеко не убежишь, он всё ещё думал, что рука проклята. Вампирша старалась, как могла, убедить себя, что всё уже зажило, но помогало это не надолго. Грюму выдали большую чашку чая, тарелку жаркое и тёплый плед. Мужественный мракоборец наотрез отказался идти отдыхать или делать что-то подобное. - Я не знаю, кто это был, - отвечал в свойственной ему манере Аластер, немного брюзжа низким голосом. – Не успел разглядеть. Евангелия мысленно всплеснула руками. Сейчас в кабинете сидит один из немногих людей, способный видеть её через все её заклятья и даже «Дымку», а нападавшего он не разглядел! В этом чёртовом мире нет никакой справедливости. А, и ещё убили Барти Крауча. Но эта деталь не заинтересовала Еву. Наверное, потому, что подле неё сидел свидетель, только вот помочь следствию он никак не мог. «А если рассуждать логически, - вампирша откинулась на спинку кресла, на минуту забыв о руке. – Кто-то, скорей всего наш лже-Дмитрий Второй, убил Крауча. Убили Бартемиуса за что-то или просто, потому что он оказался не в том месте и не в то время? Нет. Если принять то, что министерскую шавку убил Грюм, то зачем так рисковать? Пол года он довольно умело дурачил всех вокруг, включая меня, и внезапно убивает. Этот риск был бы оправдан только, если Бартемий мешался под ногами. Могу даже предположить, что Крауч, возможно, случайно узнал, кто скрывается под маской. И его за это убили. А если Грюм не причастен? Хотя… мне в это мало верится». Начальник, - окликнула она директора. – Какие будут указания? - Предлагаю припугнуть его, - высказался Северус. - В каком смысле? – вмешался Грюм, кутаясь в плед. - Расскажем ему об убийстве Крауча и посмотрим, что он будет делать. Только Еве, - он перевёл на неё взгляд. – Покажется, что наш злоумышленник где-то спалился, она его убьёт. Дамбдор задумчиво хмыкнул. - Идея не плоха, - признал он. – Только Ева может не убить, а подчинить.