Преступление на бис

К концу недели, как оказалось, с телефонами было все в порядке, чего нельзя было сказать о Нике. Он потерял аппетит, сон, покой. Каждую ночь ему снились ее заплаканные глаза и как она, задыхаясь, падает на колени и пытается сделать хотя бы маленький вдох. Он бежал к ней, но она, почувствовав опасность, тут же поднимала голову и кричала ему, чтобы он уходил прочь. И Ника будто звуковой волной отбрасывало назад, а на груди появлялись красные отметины, будто следы от пощечины. С каждым ударом отметины становились все краснее и глубже, пока не превратились в рваную рану. И когда боль проникала в самое сердце, Ник просыпался от крика, в холодном поту. Викси выписали в четверг, и Ник попросил ее о встрече. Та предложила встретиться в отеле «Хрустальная лилия». Она открыла ему дверь, одетая в шелковый халат на голое тело. Ник немного смутился, но ему было не до флирта со своей любимой певицей. «Простите, офицер Уайлд, что такая конфиденциальность, но пока такие беспорядки на улице, да еще и мои фанаты так волнуются, так что я не могу показаться дома!», - сказала она, пройдя в гостиную и предложив Нику присесть. На столе стояли фрукты и откупоренная бутылка с яблочным сидром. Викси предложила Нику выпить, раз уж все равно вечер, и рабочий день кончился. Тот принял у нее из дрожащих лап бокал. «Вы ведь расстроены не только тем, что происходит в городе, я прав?», - спросил он, чуть отпив. «Вы вся дрожите!» Викси смущенно опустила глаза и двумя оттопыренным пальцами убрала упавшую на лицо прядь черно-белых волос. Ник понял, что и она тоже плакала: ее глаза выдавали ее. «Я хотела позвонить отцу, но его телефон был недоступен. Позже мне сказали, что он… что его…» Она не договорила, потому что слезы горечи брызнули из ее глаз настоящим потоком. Она закрыла лицо ладонями, немного похныкала, но потом, чтобы не смущать своего гостя, пришла в себя и, встав, отошла к окну. Ник подошел к ней с бокалом сидра и предложил выпить. «У вашего отца были враги или конкуренты по работе?», - спросил он, потерев усталые глаза. Вот уже третью ночь он не знал покоя. «В мире шоу-бизнеса у всех есть враги или завистники, офицер! Но отцу это было только на руку: он говорил, что через зависть он мог понять, как к нему относятся!», - ответила Викси, прислонившись к окну спиной и допив остатки сидра. «Это точно!», - пробормотал Ник, тяжело выдохнув. «Он мог что-то знать, за что ему пришлось так дорого заплатить? Что-нибудь с компанией? Или с вами?». Викси прикусила губы и закатила глаза. «Не знаю даже. Все, к чему он готовился, это к юбилейному концерту. Он даже был готов помириться с Кэлом. Разумеется, после моих долгих уговоров. И Кэл этого хотел. Ведь прошло столько времени. Нельзя так долго дуться! Кэл сам покинул меня, и он тогда, незадолго до нашего воссоединения, сказал, что это была его самая большая ошибка… хотя это была моя вина.» Ник вопросительно посмотрел на нее. «Мы знали друг друга с детства, всегда рядом. Неразлучная парочка, как нам иногда говорили. Но нам было легко, несмотря на то, что мы были такие разные…совсем как вы с мисс Хоппс.» Ник хотел уже возразить ей, но она смотрела на него с такой проницательностью, будто читала его мысли, что он не решился. «И мы понимали друг друга. Он отдавал всего себя работе, выкладывался на все 200%, а меня поддерживал отец. То есть, он поддерживал нас обоих, но вся работа была на Кэле. Однажды, он просто сорвался и сказал, что уйдет из группы. Он хотел, чтобы я тоже пошла за ним. Но я не могла. Я зависела от отца: он был моей опорой после смерти мамы. Он сказал, что я буду побираться по вокзалам, если пойду за ним. И я осталась.» Не в силах перекручивать прошлое в голове, она присела на диван. Ник остался стоять у окна. «Они уже собирались помириться, но отец… он был очень занятой. Я помню он сказал, что помирится с Кэлом, если тот простит, что позволил ему уйти, да еще выставив такой ультиматум. А потом его не стало.» Викси откинула голову назад, чтобы не дать вновь накопившимся в уголках глаз слезам показаться снова. «Спасибо, что составили мне тогда компанию, в больнице. Мне было так одиноко!», - устало пробормотала она, подняв глаза на Ника. Тот смотрел на ее отражение в окне. «Забота о гражданах – моя работа, мэм!», - ответил он. Он мог бы улыбнуться ей, подмигнуть или шутя закатить глаза, как он иногда делал. В присутствии Джуди. «Вы кажетесь сегодня таким уставшим, Ник!», - заметила лисица. Ник опустил голову, сделал глубокий вдох и попытался улыбнуться, как бы говоря: «Кто? Я? Уставшим? Ну что вы?» «Много работы в последнее время навалилось. Пустяки!». Он подошел к дивану, где сидела Викси, поджав лапки, поставил пустой бокал рядом с бокалом Викси. Он хотел еще кое-что спросить у Викси насчет ее отца, как ее хрупкая лапка обхватила его правое запястье. Он посмотрел на нее. Та, не отрываясь, смотрела на него. В комнате горело 5 ламп, встроенных в натяжной высокий потолок. Одна из этих ламп находилась аккурат под ними, и Ник мог видеть отражение голубовато-белого света в ее карих глазах. Едва заметно она кивнула на место рядом с ней, приглашая его присесть. Ник так и сделал. Что-то не позволяло ему отвернуть от нее глаз. То ли сказывался 3-дневный недосып, то ли это был ее артистичный гипноз, который приковывает взгляды даже самого отъявленного критика ее песен. Ник не заметил, как Викси уже обеими лапами уперлась ему в грудь, чуть толкнула, так, что он уже лежал на диване, а сама с кошачьей гибкостью подползла к нему, и вот она уже почли легла на него. «Все хорошо, я всего лишь хочу отблагодарить вас за то, что вы для меня сделали!», - прошептала Викси. И прежде, чем он мог бы возразить ей, она обхватила его голову своими ухоженными и мягкими пальчиками. Рукава ее длинного, до пола, шелкового халата пригладили его щеки, подол чуть разошелся, оголив правую коленку и почти половину бедра. Лисица осторожно коснулась его неплотно сжатых губ, будто знакомилась с чем-то неведомым. Чуть привыкнув, она подалась вперед, уже поцеловав его смелее и чувственнее. Она делала это не из чувства долга, а просто потому, что сама хотела этого. В глубине души Ник всегда мечтал о том дне, когда его любимая певица, помимо автографа на CD, оставит еще один автограф, только ему единственному, а именно поцелуй на щеке. Иногда, слушая ее песни, он представлял себе их вместе, как они гуляют вместе, целуются, как проведут медовый месяц и как у них появятся дети. Но иногда, некоторые мечты не уходят дальше порога подросткового возраста. Столкнувшись с суровой реальностью жизни, Ник сосредоточился на выживании в необъятных городских джунглях, зарабатывая на жизнь тем, что он умел делать – лукавить. И теперь воспоминания вернулись к нему, и они преподнесли ему очень щедрый подарок. Он получил ту, о ком так мечтал. Осталось только всецело принять ее, впустить в свою жизнь. Но… Что-то не давало ему это сделать. Ему нравилось, как Викси целовала его, чуть ли не оседлав его, и уже была готова на нечто большее, но лису мешало кое-что. Слово пришло к нему сразу, едва она коснулась его губ. «Обыденно!», - подумал он. Несомненно, когда он целовал девушку, он испытывал наслаждение, приток эндорфина, но никогда его сердце не стучалось так сильно, как это было с Джуди. «Может, и в самом деле запретный плод сладок?» , - подумал он, сдавшись. Когда два лиса вместе, это естественно. Да, что там лисы: взять любую пару одного вида, это – естественно. В этом и был смысл обыденности: ты знаешь, что так правильно, так естественно, так… обыденно. Но когда ты рядом с кем-то другим, то испытываешь совершенно новые ощущение. Они заполоняют весь твой разум, проникают в каждую клеточку твоего тела и начинают контролировать тебя. Нет, ему нравилась Викси, но с ней не было так хорошо, как с Джуди. Даже если это случилось только один раз…ну два… три… четыре? Четыре раза он ее целовал? Или больше? Впрочем, сколько бы раз этот поцелуй не случался, у него каждый раз в сердце что-то щелкало, в глазах играли искры, точно разрывался фейерверк, в тело так и пробивало от жара. Точно он одновременно покатался на всех аттракционах в парке развлечений, испробовал все сорта мороженого, какое только существует – настоящий бурлящий котел гормонов. А с Викcи он не видел искр, не чувствовал вкуса мороженого – ничего. Просто, обыденность. Лисица уже расстегнула его рубашку и мягко поглаживала его грудь, поднимаясь то вверх, то вниз. И даже когда она уткнулась носом в его шею, он не испытал былого наслаждения. Он просто никак не среагировал. Лежал, как бревно. Бесчувственное бревно. «Ник?» Викси прервала поцелуй, бросив на Ника вопросительный взгляд. «Что не так?» «Прости, но я не могу», - пробурчал лис, чуть привстав. «Ты мне нравишься, и всегда нравилась. Но… я не могу…» Лиса поправила растрепанный халат, а Ник застегнул рубашку. «Я слишком тороплю события?», - спросила она, пригладив пушистый хвост. «Нет, просто… дело не в тебе. Но мне нравится другая», - выдохнул он, прикусив нижнюю губу. Лиса внимательно посмотрела на него. Потом, точно поняв что-то, она оттопырила назад ушки, так резко, что дремавшие кисточки на кончиках будто по команде, дернулись и застыли в воздухе. «Случайно не та зайка?», - улыбнулась она. Ник повернулся к ней, испуганно посмотрев в глаза. Улыбка лисы стала еще шире. «Я ведь права, так?» «С чего вдруг такая уверенность?» Викси чуть отвернулась от него, понуро опустив голову. «Вы похожи на нас с Кэлом. Такие разные, уникальны сами по себе, а вместе – просто… как это слово…квинтесенция... да, именно.» Она потянулась за кусочком нарезанного апельсина. «По отдельности нас не воспринимают: что фанаты, что репортеры, все говорят «Это Викси из Milkshake...» или «Сегодня я беру интервью у бывшего солиста группы Milkshake». Видите ли, все привыкли к нам как к некоему единому элементу, потому что нас любили как дуэт, и мы делали невозможное на сцене, когда были вместе. Были и завистники, не без этого. Нам даже навязывали роман, и это преследовало нас почти 3 года. Случались и угрозы в наш адрес, что наш дуэт – чистая пропаганда начала межвидовых отношений. И лучше нам сворачиваться. Отец всегда нас защищал, хотя все шишки доставались именно ему как продюсеру. Фанаты устраивали в нашу честь демонстрации и яро защищали нас. Особенно постарался наш официальный клуб, который и подозревают сейчас в намерении убить меня». Она выдержала недолгую паузу. Потом повернулась к слушающему ее офицеру. «Ник, я знаю ребят, которых недавно арестовали!», - сказала она. «Знаю каждого, как облупленного. Они бы никогда не навредили мне. Адвокаты уже составляют заявление и грозят им судами и компенсациями, но я ни разу не попросила их об этом!» «Понимаю, но найдены их отпечатки, насколько я знаю из материалов дела! Если я точно помню имя, у бельчихи Беллы Крипс в кармане нашли пустой пакет из-под релаксаниума». Викси вытаращила на него глаза. «Белла? Она же самая миролюбивая моя фанатка. Она даже организовывала благотворительные мероприятия: заказывала или сама делала разную атрибутику группы, продавала ее другим фанатам, а деньги направляла в фонды или кормила бездомных! Ник, не могла она этого сделать! Я не верю». Она встала с дивана, обошла его и начала нервно расхаживать по комнате. Ее ходьба напомнила Нику тот вечер, когда он буквально разбил Джуди сердце. «Вот вам и 33 несчастья: отца убили, невиновный зверь в тюрьме, да еще эти ребята из ZooСall...» Ник развернулся к ней. «А это еще кто?» Викси посмотрела на него. «Это один из продюсерских центров Зверополиса. C недавних пор они – попечители Кэла. Они новички на рынке шоубизнеса, но уже едва ли не под стать моему отцу. Моему агенту они позвонили на днях, сказали, что отец незадолго до…убийства…подписал отказ от прав на песни группы. Я об этом отказе слышу впервые, но агенты встречались с ними, и те предоставили необходимые бумаги. «Но ведь ваш отец создал эту группу!», - заметил Ник. Все это казалось ему подозрительным: об этом даже не было ни единого анонса, кроме концерта. «Поскольку Кэл писал и музыку, и текст песен, то они вполне могли защитить его права», - ответила Викси. «Я прошу меня простить, но я хотела сегодня пораньше лечь спать!» Ник понимающе кивнул и встал с дивана. «Простите меня за то что я….вы понимаете…», - сказала она, провожая Ника к выходу. «Я так понимаю, между вами что-то случилось, если сегодня вы пришли ко мне один?» Ник промолчал, но потом Викси добавила, что он может ей довериться. Она – не папарацци. «Все довольно сложно. Я очень серьезно ее обидел, и теперь она гонит меня от себя!», - нехотя сказал Ник, опустив глаза и нервно потирая лапы, как будто хотел отмыть их от помоев, в которых он испачкался по самые локти. «Вам ли не знать девушек?!», - усмехнулась Викси, но потом поняв, что шуточки тут не уместны, снова стала более серьезной. «Если девушка говорит «Нет», значит она говорит «Да». Если она говорит, чтобы ты ушел, то она хочет, чтобы ты обнял ее крепко и держал, пока не успокоится, что бы она тебе не кричала. Ник улыбнулся краешком рта. «Ты мне это говоришь, потому что сама девушка?» «И как та, которая тоже любила», - ответила Викси и закрыла за ним дверь, пожелав спокойной ночи.