Эклерчик

Это продолжалось уже не первый день. Сначала всем казалось, что это обычная реакция человека на очень умилительное животное, которое с аппетитом жевало новенькую обувь Дерека. Но, во-первых, вряд ли умилительным можно было назвать огромного чёрного волка с яркими голубыми глазами, который с низким рычанием пытался съесть ботинок. А во-вторых, почему именно Стайлз? Из всей стаи он единственный, кто при виде этой махины издал писк и с криками: «Какая лапочка!» полез обниматься с хищником. Тот опешил сначала, но потом быстро взял себя в руки лапы и принялся активно махать хвостом и всячески ластиться под руку человека. Зашедший следом за Стилински Хейл-младший разбил свою любимую кружку, а также заработал себе нервный тик, потому что когда он ещё увидит, как его весь такой циничный и пафосный дядюшка урчит и переворачивается на спинку, чтобы ему почесали животик? Вскоре об огромном волке в лофте Хейла узнала вся стая, но вот никто почему-то никак не мог понять, что же в нём находит умилительного Стайлз, буквально поселившийся рядом с альфой? Но о том, что никто так и не сказал подростку, что это Питер, все как-то позабыли. *** Утро четверга встретило Дерека запахом бодрящего кофе и блинов. Сунув ноги в тапки, оборотень спустился вниз, желая получить свою дневную дозу энергетика, но до нужной локации альфа так и не дошёл, застыв каменным изваянием посреди лофта. На диване удобно устроился подросток в красной худи с ноутбуком, потягивающий из кружки горячий шоколад и почёсывающий волка за ухом. Стайлз был так увлечён чем-то, что не заметил ещё одного не-совсем человека в комнате. Питер, кажется, абсолютно забывший, что он должен сеять ужас на всех членов стаи, уложив лобастую морду рядом с бедром мальчишки, довольно вилял хвостом, изредка тихонько порыкивая. Но самым странным в этой картине было то, что и на Стилински, и на Хейле-старшем были ободки с белыми заячьими ушками. — Доброе утро, хмуроволк. Кофе и блины на столе. И да, предупреждая все твои высказывания о моей готовке: моему эклерчику всё понравилось, — не оборачиваясь, протараторил подросток, ласково поглаживая того, кого назвал эклерчиком. Тот от блаженства только язык из пасти не вывалил. Дерек заторможено кивнул, стараясь побыстрее скрыться в спасительной кухне и больше не видеть этой идеалистической картины. С эклерчиком, чтоб его. В целом, день прошёл весьма неплохо, если бы Питер всё же постарался хоть как-то изобразить из себя благородное животное. Но не царское это, видите ли, дело. Оборотень только и делал, что ходил за Стайлзом хвостиком да тарахтел, как старенький джип Стилински, но, по скромному мнению Хейла-младшего, их двоих всё устраивало. — Ну Скотти, ну посмотри ты на этого зайку. Разве он мог это сделать? — спросил человек, с мягкой улыбкой обхватывая голову хищника двумя руками. Животное умилительно моргнуло, тихонько шмыгнуло носом, а затем повернулось к МакКоллу, взглядом обещая сожрать на месте, если он посмеет усомниться в его безоговорочной непричастности к происшествию. — Ладно-ладно, я понял. Пойду поищу ещё раз в лофте, — вздохнул Скотт, стараясь не встречаться глазами с напряжённым Питером. Дерек, наблюдавший эту картину со стороны, чуть не впечатался лицом в стену от осознания того, что этот «зайка» ещё устроит им сладкую жизнь. *** — Ути моя лапочка. Кто у нас хороший мальчик? Конечно, ты. Ну просто прелесть. Не понимаю, почему тебя все так не любят? Ты же такой умненький и общительный пирожочек. Так, а теперь мы посушим твою шёрстку, чтобы она быстрее высохла, и ты мог похвастаться всем своей идеальной шкуркой. Идёт? Ну просто ангелочек. Сейчас я тебя расчешу и отпущу. Ну что ты, волчонок? Не хочешь уходить? Ну да, бука Дерек тоже не очень в восторге от тебя, но я не дам тебя в обиду. Оу, пирожок, перестань. А-ха-ха, мне щекотно! Ну всё-всё, перестань, а то мы так никогда не закончим… Ну вот! Совсем другое дело. Теперь ты у нас самый чистенький и самый красивый волчонок из всех, да? Пойдём, я дам тебе вкусняшку, ты же был у нас сегодня молодцом, правда? Стая уже битый час слушала монолог Стайлза из-за закрытой двери ванной. Он героически решил взвалить на себя миссию вымыть волка, пришедшего с прогулки в весьма своеобразном виде. И теперь все жалели о том, что вообще пустили этих двоих в лофт. Стилински не переставал восхищаться и умиляться животному, рассказывая ему о том, какой он белый и пушистый, а стая сидела в основном помещении лофта и пыталась не выколоть себе глаза, потому что это уже слишком. Дверь громко распахнулась, являя миру довольного подростка и чёрного волка, чистого и счастливого. Щенячий восторг мгновенно заполнил всё пространство, заставляя Дерека недовольно морщиться и скрипеть зубами, ощущая на языке привкус сахара. Слишком сладко. — А вот и мы! Смотрите, какой он красивый. И шёрстка такая мягкая. Ну красавец же! И где ты его только взял, Дерек? — спросил подросток, почёсывая зверя между ушей. Тот довольно щурился и вилял хвостом, игнорируя полный ярости взгляд племянника. Так и не получив ответа, Стилински вместе с Питером скрылся на кухне, гремя посудой и продолжая о чём-то говорить. Стая оставалась молчаливой. Лишь изредка Скотт кидал полные непонимания взгляды на своего альфу, стараясь найти ответ на мучающий его вопрос: что здесь происходит? Но мужчина молчал и лишь хмурил брови. *** Обычное солнечное воскресенье. Стая тренируется на воздухе, Дерек как обычно не в духе, зато у Питера просто прекрасное настроение. Он лежал на ступеньках сгоревшего особняка, перевернувшись на спину и млея от почёсывания животика, краем уха прислушиваясь к бормотанию человека. Стайлз уже какой день зубрил химию, почти не появляясь на собраниях стаи и игнорируя недовольный рык Хейла-младшего в трубку. И оборотню было грустно без единственного человека в стае, что всегда готов был выслушать, накормить чем-нибудь вкусным и почесать ему шёрстку, чтобы она переливалась и блестела на солнце. Не раз и не два Дерек пытался серьёзно поговорить с родственником на тему его слишком домашнего и ручного поведения, но Питер, гордо вздёрнув морду, разворачивался к родственнику хвостом и шагал поближе к Стилински, что всегда был готов его приютить. За прошедшие дни они буквально срослись друг с другом, словно сиамские близнецы. У всей стаи зубы сводило от того, насколько волной чистого щенячьего восторга сбивал их Хейл-старший, становящийся рядом с подростком большой плюшевой игрушкой. Мало того, что вели они себя как воркующие голубки, так ещё и Стайлз всем капал на мозги своими вечными кличками, типа волчонка, эклерчика, пирожочка, медоносной пчёлки (вам лучше не знать, почему теперь никто из волчат не может перестать хихикать при упоминании этого насекомого), цветочка, лапочки и так далее. — Господи, ну ты же волк — благородное животное! Как ты можешь урчать?! — взбесился Дерек, хватаясь за волосы и глядя на дядю с откровенным непониманием. Питер лениво перевернулся на живот, приподнял морду и посмотрел на племянника взглядом, в котором бегущей строкой читалось: «Мур-мур, motherfucker». Альфа взвыл, чувствуя откровенное бессилие перед своим родственником, который изображал ангелочка, сидя рядом со Стайлзом. Но мало кто знал, что как только подросток исчезал из зоны видимости, Питер превращался в Дьявола во плоти. В пятницу, например, Айзек спал с включённым светом, а Эрика всё утро икала, стараясь лишний раз не смотреть в сторону зомби-дядюшки. Лидия уже давно открестилась от всех походов в лофт, впрочем, как и Эллисон. Бойд всё ещё держал маску непоколебимости, но уже сам вздрагивал от каждого шороха или звука вокруг. Джексон предпочёл не появляться в последние два дня, истеря по поводу своей испорченной внешности. Ну подумаешь, что зелёнка от кожи не отмылась. Ну подумаешь, что у него волосы начали выпадать. Подумаешь, что он в школе проходил в фиолетовую полосочку. Так это ж его проблемы, и Питер тут совсем ни при чём. Ну вот совсем. Честное пионерское! (Ээээ, а у волков есть пионеры? Если нет, то будут). Честное волчье-пионерское! — Да ладно, Дерек. Кокосик и правда походит повадками на кота, хотя и волк, — пожал плечами Стайлз, перелистывая страницу учебника. Дерек лишь тяжело вздохнул, краем глаза наблюдая за тем, как волк кладёт морду на колени к подростку, блаженно сощуривая глаза. *** — Оооооо, Дерек, посмотри на него, — раздался умилительный голос Стайлза с улицы. Альфа тяжело вздохнул, отложив увесистый томик каких-то старинных заклинаний и недовольно ворча себе под нос, встал с насиженного места (ко-ко). Открыв с ноги дверь, Хейл-младший скрестил руки на груди и изогнул одну чёрную бровь, выражая все свои эмоции только через это движение. — Зайка мой, — продолжил ворковать Стилински, чмокая волка в мокрый нос. Животное тихонько заворчало, довольно помахивая хвостом. Дерек завыл, зарываясь пальцами в свои тёмные волосы и уставившись на своего дядю. Тот вполне спокойно сидел на зелёной траве с венком из цветков на голове, а на шее у него был завязан розовый пышный бант, который ему нисколечко не мешал. На коленках рядом сидел подросток, пытаясь сфотографировать волка со всех сторон на новенький мобильник. — Нет, это продолжаться больше не может! Я звоню Дитону! — рявкнул мужчина, стремительно скрываясь в разрушенном здании и дрожащими пальцами набирая номер ветеринара. Питера срочно нужно возвращать обратно, пока от всех этих сантиментов Дерек не поседел раньше времени. К сожалению, тогда альфа ещё не знал, что Стайлз взял себе в привычку спать в обнимку с волком, удобно устраиваясь на кровати. Так что обратное заклинание жахнуло очень и очень не вовремя. Стилински безмятежно спал, уткнувшись вздёрнутым носиком в шерсть на загривке зверя, а волк довольно мурчал какую-то мелодию себе под нос, охраняя покой человека. Но вдруг всё его тело свело судорогой, глаза распахнулись, и оборотень, издав тихий хрип, упал на пол, тем самым вырывая человека из сна. Подросток в испуге вскочил на кровати, тут же взглядом натыкаясь на чью-то мужскую руку. По мере появления всего остального тела, брови парня взлетали всё выше и выше. — О мой Бог… — только и смог сказать Стайлз, краснея, кажется, даже волосами, и зарываясь в одеяло с головой, потому что Питер… кхм… был в костюме, нет, не волка, Адама. Хейл-старший тихонько хмыкнул, рассматривая себя со всех сторон в зеркале на дверце шкафа. — Господи, почему это происходит именно со мной?! Почему именно я?! — вопрошало одеяло, шурша свеженьким постельным бельём. — Потому что ты очень сладкий оленёнок? — предположил Питер, одним рывком стаскивая с мальчишки его единственный щит. Пискнув, Стилински отполз подальше от зомби-дядюшки, закрывая лицо ладонями. А то ещё появится соблазн взглянуть на это тело, а уж этого Стайлз точно не переживёт. — Ну что ты, Бэмби, поздно уже убегать от злого волка, — усмехнулся в своей привычной манере мужчина. Сын шерифа вздрогнул всем телом, ощущая, как скрипят пружины под чужим весом. — Боже… — Для тебя просто Питер. Когда Дерек вернулся от Дитона, то застал весьма занятную картину: вся стая сидела в одном углу лофта и с интересом смотрела на неприлично довольного Питера в своей излюбленной футболке с V-образным вырезом. Только переведя дух, альфа уже собрался совсем расслабиться, как приметил ещё одну деталь, что не увидел ранее. Стайлз, нервными движениями всё время поправляющий сползающий с шеи шарфик, испуганными глазами посматривал в сторону старшего Хейла, стараясь не слишком явно ёрзать на диване. Оборотень, решивший не рушить атмосферу в помещении, бочком пробрался поближе к Стилински, но на половине пути резко затормозил и открыл от изумления рот, потому что позади шарфик был завязан бантом, будто подарок на Рождество. И эта картина была Дереку смутно знакома. — А, племянник, это ты. Да ты проходи, не стой столбом, — тихонько посмеивался старший Хейл, покачивая носком начищенного ботинка. Стайлз, резко обернувшийся, чуть не слетел с дивана, но вовремя смог восстановить равновесие. В карих глазах читалась скорбь всего мира, а черти пели похоронную песенку. И, кажется, она была по нему. Дерек гулко сглотнул, разворачиваясь на пятках и припуская подальше от разъярённого подростка. — Я заеду за тобой в шесть, — Питер поймал мальчишку прямо перед самым выходом, разворачивая его к себе и легонько чмокая в соблазнительные губки, — эклерчик.