During Rain

      Глубокая сентябрьская ночь. На улице разгулялась буря, время от времени срывающая бумагу с рекламных щитов. Хижина Чудес содрогалась от каждого порыва ветра, а дождь, громко выстукивающий осенние мотивы по подоконнику старой избушки, сводил с ума её обитателей. Особенно Стэна. Форд — он в подвале, глубоко под землёй; там, куда не долетит ни один звук из внешнего мира. Он обустроил свою лабораторию там именно по этой причине: в тишине ведь легче думается…       Кровать старшего близнеца находится рядом с окном, откуда доносятся невыносимо громкие звуки дождя. Стэн укрывается одеялом с головой — тщетно. Ныряет лицом в подушку — опять тщетно. Ли рычит, проклинает погоду, ведь всё что ему сейчас нужно — сон. Пожалуй, единственная вещь, отвлекающая от скорбных мыслей. С тех пор как уехали младшие Пайнсы, весь городишко погрузился во мрак, оставляя во рту у каждого жителя горьковатый привкус. Жизнь замерла. В сердцах близнецов образовалась неизлечимая брешь. Форд почти не выходил из своего подвала. Бог знает чем он там занимался… Стэн всё ещё руководил самой большой мошеннической «корпорацией» в городе, но посетителей значительно уменьшилось, когда закончилось лето. Даже в таком таинственном и интересном месте, как Гравити Фолз, иногда становилось до безумия скучно. — Ээгр, да чтоб тебя! Уже и поспать нормально нельзя? — закричал Стэн и ударил кулаком подушку, падая в неё лицом, свешивая руку с кровати. Он начинает вслепую рисовать что-то пальцем повисшей руки на полу и вдруг слышит шарканье тапочек возле своей двери. — Стэн? — робкий стук в дверь, — Ты в порядке? Я слышал крик. «Чего это он вдруг решил выбраться из своего „гнёздышка“?» — подумал Ли, приподнимаясь с постели. Его кости предательски хрустели. Он почесал живот, нащупал босыми ногами тапочки у своей кровати, обулся и встал, ощущая адскую простреливающую боль в позвоночнике. Дверь спальни открылась. За ней мялся Стэнфорд. Он крутил в своих руках кончик пояса от своего домашнего халата. — Что? — недовольно рявкнул Ли с порога. Форд выпрямился, бросил бессмысленное занятие (читай: то, что успокаивало его нервишки — верчение чего-либо в руках), вдохнул немного воздуха для последующей фразы и обеспокоенно бросил: — Я слышал твой крик. Что-то случилось? — Нет. Я просто не могу уснуть, — спешно ответил Стэн и хлопнул дверью перед носом брата. «Хэх, беспокоится», — хмыкнул про себя старший, направляясь в сторону мягкой постели. Но его прервал повторный стук в деревянную дверь. — Да чтоб его! — ругнулся Ли, но Форд того не слышал. — Да, Шестипал, что-то ещё? — Я тоже не могу уснуть, можно я…? — младший указал рукой на вход в комнату, просясь войти. — Что? Ну, ладно, заходи… — Стэн закатил глаза. — Так, раз уж мы оба не спим, а ты наконец удосужился поговорить со мной, то я сгоняю на кухню за пивом, — сказал Ли, наблюдая за неуклюжими попытками брата усесться на его кровать. Форд согласно кивнул. *** — Стэнли, я хотел бы поговорить с тобой, — начал Форд после того, как Ли уселся рядом с ним и сделал первый глоток пива. — Мне сложно об это просить тебя, но это обязательно… Стэнфорд запнулся, делая глоток из бутылки. — Ну что уж там, говори! — подогнал его брат. — Да… Ты долго жил здесь, притворяясь мною. Ты ухаживал за моим домом, за лабораторией. Но… Я вернулся, Стэн. И хотел бы получить обратно своё имя и Хижину, — Форд смотрел в пол, голос его был тихим и неуверенным, но он точно знал, что хочет этого. — Что? И это твоя благодарность за то, что я спас тебе жизнь? — Я не просил… — Я скучал по тебе. Осознавать то, что могу никогда больше тебя не обнять, не увидеть, не вдохнуть снова запах твоих волос — пытка! Ты не думал, что не только ты у нас мученик? Я тосковал по каждому изгибу твоего тела; первые несколько дней я звал тебя ужинать, не осознавая того, что тебя нет и, возможно, никогда больше не будет! Стэн кричал, захлёбывался собственной слюной, но понимал, что его брат — прав. Он знал, что Форд этого рано или поздно потребует, и был готов. Ли выгнал свой Кадиллак из пыльного гаража в тот же день, когда его братец вернулся на Землю. Небольшой старый чемодан, который ютился у старшего под кроватью, был собран. Несколько пар носков и нижнего белья, свитер, — подарок Мэйбл — старые рубашки и пара брюк уже были упакованы и готовы к путешествию. — Ли, я не… — начал Форд, но Ли его не слушал, продолжая заливаться криком. — Хорошо, Форд! Раз уж тебе так хочется присвоить все те тридцать лет, то пожалуйста! Я готов к этому! — Стэн нагнулся и достал из-под кровати свой чемодан: старый коричневый, весь обклеенный марками и открытками из разных штатов — Ли заклеивал ими протёртые места и пятна. — Что ты тво…? — Форд снова осёкся на полуслове, так как старший перебил его: — Я уйду, прямо сейчас уйду, — буркнул Стэн, глядя брату в глаза. -Не буду заставлять тебя находиться в моём обществе дольше… Он натянул костюмные брюки, рубашку, недозастегнув пару верхних пуговиц, накинул на себя пиджак и надел свою любимую феску. Галстук он просто повязал на шею при помощи двойного простого узла. Ли взял в руку чемодан, обул ботинки, что стояли у двери, повернулся к брату, который сидел в ступоре, не понимая происходящего, и махнул ему рукой, сказав что-то вроде «удачи». Дверь спальни громко хлопнула, выведя Форда «из тумана». — Л… Ли? — прохрипел он в попытке осознать всё, что только что случилось. *** Стэн медленно спускался по лестнице, слушая шум осеннего дождя. «Что он о себе думает?» — рычал Ли, делая шаг за шагом в сторону двери. Его чемодан весело покачивался в руках, а феска немного сползла в сторону левого виска. Ли подошел к холодильнику и взял оттуда банку любимой содовой. «Скшшш» — прошипела газировка, вырываясь наружу нежно-розовой пенкой. Стэн сделал пару глотков, опустошив банку, и смял её в кулаке. Он открыл входную дверь, и ветер ворвался в дом, хозяйничая с бумагами, что лежали на столе. Его феска слетела с головы, и неаккуратно повязанный на шее галстук щекотал лицо, извиваясь на ветру. Капли дождя, словно морской бриз, полетели на Стэна. Он глубоко вдохнул запах сырого леса и содрогнулся от прохлады, щекотавшей лёгкие и глотку. Всё крыльцо Хижины Чудес было мокрым, покрылось слизью и лужами. Стэн переступил одну, затем другую и, оказавшись на самом краю ганки, обернулся, прощаясь со своей Хижиной. *** Форд, потирая голову, приподнялся с кровати брата. Он пошаркал в сторону двери, вслед Ли. Ему нужно было его догнать. «Ну почему ты никогда меня не слышишь, братик?» — мучил себя вопросом Шестипал, спускаясь по тем же ступенькам, по которым пять минут назад шёл Стэнли.       Дойдя до двери, Форд заметил феску Ли, почему-то валявшуюся на полу. Он поднял её и посмотрел на символ, изображенный на ней. Рыбка? Полумесяц? Что же это? Форд провёл ладонью поверх этого символа, почувствовав его объёмность на фоне бархатистой поверхности самой фески. Он открыл дверь, застав брата, разглядывающего Хижину. — Да, я уже ухожу! — рявкнул старший, немного не ожидав появления брата. Стэн убрал руку от балки, на которой кое-как держался крылечный навес, развернулся в сторону машины и пошел прямо на стену ливня. Сильный ветер играл с полами пиджака, развевал седые волосы. Форд посмотрел на феску брата. «Нужно вернуть», — подумал он. — Стэн! — закричал Шестипал, но из-за шума, издаваемого лесом, старший того не услышал. — Стэн! — более протяжно позвал брата Форд, но тщетно, вновь. Ли уже добрался до машины и начал грузить свои вещи в багажник старенького Кадиллака. Он поднял чемодан и бросил его внутрь автомобиля, облегченно тряся руками и поправляя пиджак. Он захлопнул багажник — звук был похож на выстрел из старого ружья — и двинулся в сторону водительской двери. — Стэн! Черт тебя дери! — закричал младший, прекрасно понимая, что Стэн не слышит, но попробовать стоило.       Он начал переступать лужу за лужей, двигаясь к брату. Шестипал спрятал феску под халатом, бережно придерживая её рукой. Стэн замер возле своего Кадиллака, положив левую руку ему на крышу и склонив голову. Он хотел промокнуть до нитки, добавить драматичности сложившейся ситуации. С его коротенькой челки стекали капли дождя, щекоча нос и щеки, нижнюю губу. Стэн поднял голову, глядя на тёмное ночное небо, зажмурив глаза и слегка приоткрыв рот, выпуская из лёгких пар.       Форд пытался не упасть в грязь, так как в тапочках довольно сложно скользить по мокрой земле. Он почти дошел. Допрыгал, если быть точней. Он промок весь до нитки, его коричневые штаны неприятно прилипли к коже, а волосы начали закручиваться и трепаться. — Стэнли! — чуть охрипшим голосом закричал Форд, будучи уже достаточно близко, чтобы брат его услышал. — Ли, — вздохнул Шестипал, подойдя к старшему практически вплотную. — Тебе не нуж… — не закончил Форд, так как был прерван голодным поцелуем в губы. Стэн притянул к себе брата за ворот халата и повернул спиной к машине, припечатывая его к двери. Форд облизал свою нижнюю губу, в желании почувствовать вкус своего Ли. Старший поймал ртом язык Шестипала, аккуратно прикусив его кончик. Стэн нащупал рукой позади Форда ручку от двери, открыл машину и, подавшись вперёд бедрами, усадил брата на водительское сидение, сев сверху. Он запустил свою руку ему в волосы и оттянул их, оголяя шею для поцелуя. Ли приблизился к белой и мокрой коже младшего и слизал капельку дождя, которая стекла с его влажных волос. Форд сорвался. Он сунул холодные пальцы брату под рубашку, которая поддалась его умелым движениям и начала рваться. Пуговицы отлетали одна за другой, пока Форд рисовал мокрую дорожку пальцем от пупка до ключиц. Он нащупал подключичную артерию и надавил, заставив Стэна почувствовать онемение в пальцах, тем самым ослабив его руку, которой он держал Форда за волосы. Стэнли выгнулся от блаженства и боли одновременно, сорвавшись тихим постаныванием. Форд не отпускал его, желая насладиться оголённым и таким легкодоступным телом брата. Он наклонился к его груди и начал вести мокрую дорожку языком от грудины и до кадыка, завершая путь нежным поцелуем на выступе нижней челюсти, под самой скулой. — Ли, — позвал своего братика Форд, задыхающийся от нахлынувшей волны страсти с выдержкой в тридцать лет. — Д… да, — отозвался Стэн, еле собравший силы для этого. — Ты не дослушал меня… — Форд ослабил хватку. — Что, мы будем обсуждать это прямо сейчас? — огрызнулся старший, расстёгивая ширинку брату, как только почувствовал немного свободы. — Я не хочу, чтобы ты… — Форд захлебнулся воздухом, когда ощутил холодные пальцы брата внизу живота. — Не хочу, чтобы ты уезжал, — на выдохе произнёс младший, протягивая бордовую феску, ещё тёплую, пропахшую им самим. — Я знаю, но тебе ведь понравился мой концерт? — засмеялся Стэн, горячо целуя брата в губы и обжигая дыханием ланиты давно не молодого любовника, отбросив феску на заднее сидение Кадиллака.