Время в бутылке

Jim Croce – Time In A Bottle

Если бы я мог сохранять время в бутылке, Первое, что я хотел бы сделать — Сберечь все дни до скончания веков, Чтобы просто провести их с тобой.

      – Если бы вам дали возможность поместить какой-нибудь отрезок времени в бутылку и сохранить его, периодически возвращаясь туда, какой бы это был отрезок?       Нико слышит этот вопрос и расплывается в широкой улыбке. Он сидит на высоком круглом стуле, поставив согнутые ноги на перекладину. Перед ним на точно таком же стуле расположилась милая девушка-журналист с диктофоном.       – Оригинальный вопрос. – Хвалит ее Росберг. – Самый интересный за всю мою карьеру. Но, прежде, чем я отвечу, задам ответный: несколько воспоминаний положить в бутылку можно?       – Сколько угодно. – Девушка улыбается.       – Хммм… – Нико задумывается буквально на пару мгновений. – Мое первое воспоминание, которое я хотел бы сберечь – это знакомство с Льюисом. Мы были такие смешные… Худые, вечно чумазые, часто зависали на картинге. А однажды мы попали под дождь, и он отдал мне свою куртку. Я часто простужался, а у Льюиса было железное здоровье. Вот он и позаботился обо мне…       Немец бросает взгляд на диктофон, пишущий его речь, и продолжает.       – Второе воспоминание – это гран-при Австралии 2008 года. Это был мой первый подиум в карьере, и я был так счастлив разделить мою радость с Льюисом. Он тогда победил. Мы чуть с ума не сошли! Чуть не раздавили друг друга, когда обнимались в комнате ожидания. Я даже слышал, как хрустели его ребра! – Нико хохочет, и камера ловит этот момент своей вспышкой.       На некоторое время воцаряется тишина. Первой заговаривает журналистка.       – Может, есть какие-то моменты, которые вы бы изменили в своем прошлом? – попутно она аккуратно щелкает пальцем по кнопке диктофона, регулируя громкость.       – Нет, меня устраивает моя история. Я бы прожил ее абсолютно так же. – Просто отвечает немец. – Ну, разве что я бы не отказался от одной возможности: вернуться в Спа и посильнее боднуть машину Хэмилтона. Чтоб неповадно было!       Он говорит это без злости, все с той же доброй улыбкой на лице. Девушка делает пару заметок и отпускает гонщика, поблагодарив за интервью.       На его место садится Хэмилтон, терпеливо ждущий все это время за заграждением. Ему задают абсолютно те же вопросы, и Льюис рассуждает на эту кажущуюся ему очень странной тему коротко и не особо охотно. Девушка это мгновенно замечает и решает больше не отягощать его, озвучивая последний вопрос:       – Вы бы хотели что-то поменять в своем прошлом?       – Разумеется. – Кивает Льюис. – Я бы хотел избавиться от некоторых страданий, от некоторых переживаний, от некоторой боли. Хотел бы жить, ни о чем и ни о ком не переживая. Я бы хотел никогда не знать Нико.