Вот это фортануло

      Никто никогда не знал и не узнает, сколько же лишних литров (килограммов) возит по космическому пространству Энтерпрайз и что номинально числится как груз повышенной важности, а может даже и не числится, только упорно скрывается и упорно не замечается некоторыми людьми и не очень. И никто сейчас из этой краснорубашечной компании и не вспомнит, сколько же было выпито скотча за увлекательными разговорами и познаниями нового. Точнее две девушки что-то узнавали, но не особо сами распространялись, как они попали на корабль, на самом деле им было сказано что говорить, дабы не запутывать сильно ситуацию или же при возможности вообще прикидываться особо одаренными, впрочем, и без прикидываний им это прекрасно удавалось то на самом деле. - Тихо, - донесся громкий шепот, из-за угла коридора на среднем уровне головного корабля Звездного Флота "Энтерпрайз" который должен был быть тихим, но вы знаете этих пьяных. - Куда пошла?! Не туда, вот сюда.       Этот хрипловатый шепот принадлежал главному инженеру корабля Монтгомери Скотту. Крайне подвыпившему Монтгомери Скотту и не слишком контролирующему как свои мозги, так и свои телодвижения. - Ладна, ладна, ты проводник, - после приступа икоты и последующих хихиканий с собственной же икоты, ответил женский голос. - Ой, я сейчас стену поцеловала.       Это была Мэри, новый член экипажа корабля. Собственно целовать стены она еще со времен школы очень любила и, заговорившись и просто из-за своей невнимательности, делала крайне часто. - Ну, хоть кого-то ты сама поцеловала, - хихикающий и крайне наглый шепот прозвучал в ответ, но был мгновенно перебит последующим глухим шлепком. - Ауч! У меня аж уши завибрировали. Если с моей прелестью что-то случится… в общем ты меня поняла.       А это заплетающееся возмущение и попытки в понятную и адекватную речь принадлежали новоявленной вулканке Сью, которая была так же ужрата в хлам и не отставала от всей компании. - Тише, - глухой и ровный голос ройланца по имени Кинсер. Единственный кто из них выглядел трезвым и говорил адекватно. Вот уж по кому точно не скажешь, что он тоже ужрат. Его хоть сейчас на мостик и никто ничего не поймет. Трое человек дружно позавидовали, но, впрочем, быстро забыли об этом, ибо все были заняты более интересной миссией, которая отбирала все мозговые ресурсы.       Тем временем фантастически пьяная четверка гуськом, поглаживая белые стены руками, двигалась в сторону... - О, вот и она, - резко затормозил Скотти, от чего все столкнулись (а кому-то ройланец подобием носом прям в пятую точку ударился, удачное столкновение…или не очень, смотря с какой стороны посмотреть на это).       "Ей" была дверь в каюту капитана "Энтерпрайза" - Джеймса Тиберия Кирка. Но, следует сказать, что добирались они до этой каюты в лучших традициях пародий на фильмы о бондиане и прочих шпионских фильмов. При том, что у двоих из четырех, в уме играла мелодия из розовый пантеры. А учитывая, что градус в крови был высок, то порой обе напевали эту мелодию. В один голос. Но начиная с разных мест. При этом коридоры не были пустыми, иногда всю эту компанию шпиёнов встречали мимо проходящие жители Энтерпрайза, которые задержались по своим причинам допоздна. Думаю, не стоит упоминать, что кто-то да сказал охране о происходящем, но Мэри и Сью, как девушки уже имевшие опыт ухода от погони, при этом еще и поднявшие уверенность в себе и в своих силах алкоголем и шоколадом, кое-как, но уходили от настойчивых охранников. Но вернемся к тому, что происходит около одной ОЧЕНЬ ВАЖНОЙ ДВЕРИ. - Давай, открывай, - нетерпеливо переминалась с ноги на ногу блондинка, параллельно оглядываясь по сторонам и выполняя роль того, кто при случае чего крикнет «шухер». - А он точно крепко спит? - подтверждение фактов у остроухой и сейчас не затмевалось даже под насильно (в начале) впихнутым шоколадом. Она выполняла функцию поддержки, но больше подгоняла и говорила просто под руку. - Точно, - уверенно моргнул помощник главного инженера. Но на самом деле Скотти не был уверен, что капитан вообще мог быть в каюте у себя. Впрочем, это было бы на самом деле даже лучше.       Спустя 2 минуты и 17 секунд личный код капитанской каюты был набран умелыми пальцами и доступ открыт. Идиотски хихикая (даже Кинсер), краснорубашечники протиснулись через дверь, все под ту же мелодию из розовой пантеры, и эпично возвышались над очаровательно спящим Кирком, который представлял себя морской звездой на неширокой казенной кровати. Зрелище, проснись Кирк сейчас, было на самом деле жуткое, но к радости капитан спал крепко и не видел этих прекрасных и очаровательных лиц заправских сталкеров. Распределившись с ролями: Мэри - под мышки, Сью - за талию, Скотти - за ноги, Кинсер - моральная поддержка; служащие приступили к выполнению сложной и опасной миссии по переносу капитана к его старшему помощнику.       Эта мысль пришла в две буйные древние и забитые одной пошлятиной, и не всегда гетеросексуальной головы, сразу. После нескольких стаканов скотча и пяти шоколадных конфет. А инженера поддержали. Ведь идея о способствовании сближению Кирка и Спока была очень даже интересная и интригующая (нет). Но, тем не менее, никто не отказался от этого совершенно идиотского плана и решение о воссоединении голубков всея Энтерпрайз теперь претворялось в действительности. - На счет "три", - предложил Монти, когда все заняли позиции. - Мелкий, считай. - Три. Два. Один. - Иии взяли, - пропыхтела Мэри, которая аж пылала и текла одновременно от такой близости к капитану, к причине ее мечт и фантазий, и приподняла тушку сильного и накачанного и стройного мужчины.       Основной вес на себя брала темноволосая, ибо 1:3 - соотношение силы обычного человека к вулканской. Поэтому естественно на нее скинули самую, возможно, тяжелую часть божественного тела, а так же за одну из самых красивых частей.       Всё было готово к осуществлению коварного плана: дверь открыта, головой Джим был повернут к ней, оставалось лишь вынести и его не...       Да. Они его уронили. Просто у кого-то руки затряслись от вожделения видимо. Или еще чего. В общем, спящего дотянули лишь до стены, чтобы поудобнее перехватить и по возможности не разбудить, или оглушить и так донести. Подумать о том, как бы их вся процессия выглядела в коридоре, никто не хотел, однако, потом чьи-то ноги еще и заплелись, потому что шоколад действует долго. Или просто возможность потрогать своего кумира и дрочибельного мужчины в трусах свербела во всех местах. В общем, случилось, то, что должно было случиться…. - Сматываемся! - взвизгнул Монтгомери и, выпустив ноги своего капитана, которые с грохотом встретились в полом каюты, бросился вон из каюты, оставляя девушек один на один с медленно очухивающемся блондином.       Кинсер, естественно, последовал за своим другом. Однако, даже обгоняя его, желая быстрее скрыться с места преступления, ибо получить по шапке не хотелось вот вообще. - Чёрт, - устоявшая на ногах вулканка, неохотно расцепила руки отпуская теперь уже и корпус мужчины.       Чувство самосохранения взяло управление шатающимся телом неуроженки Вулкана на себя и вывело его на большой скорости из личной каюты Кирка. Получать тех же люлей ей тоже не особо и хотелось, особенно если получать их она будет от Спока и Кирка. Хватило уже и так общения с ними за глаза на ближайшие тысячу лет. Сердечко девушки, даже вулканское, не было таким уж сильным и могло просто остановиться.       В каюте остались двое. Мэри и проснувшийся капитан. Но был еще третий персонаж – тишина. Звенящая и зловещая тишина.       Обладательница раритетных очков с радостью бы тоже припустила за подругой. На самом деле она даже попыталась это сделать, вот только Мэри оказалась зажатой таким не вовремя сильным и тяжелым телом Джеймсом Т. Кирком около стены. Его лоб со всей ответственностью принял на себя обязательства подставки для такого... ну вот такого... бюста Мэри. И как бы сидя на полу между стеной и Кирком, блондинке была с одной стороны и тяжело выбраться, но не невозможно. Будь она, конечно трезвее, там и руки и мозг работает быстрее. А сейчас, ну сейчас получалось лишь покраснеть еще сильнее, чем было до этого и закрыть лицо руками. Авось прокатит прикинуться мебелью. - Кэрол? - едва шевеля языком, прохрипел капитан, задирая голову вверх, пытаясь ее задрать и разглядеть лицо той, кто сейчас играет роль подушки для его головы.       В этот момент от сравнения со стройной и более умной блондинкой, от которой горело всё без зажигалки у большей части пейринга Спирк, у другой блондинки аж дыханье спёрло. С одной стороны Джим прижимался к ней всем своим горячим обнаженным телом, а с другой - КЭРОЛ?7!7!?1 ПРАВДА?7!?17171. Горело от этого сравнение не хуже чем от сверхновой, если б она была где-то в районе пятой точки. У Мэри были особые нежные чувства к этой блондинке, а также воз и маленькая тележка зависти, ибо кто Мэри, а кто Кэрол. Комплексы такие комплексы. - У неё бюст будет поменьше вообще-то! – психанула голубоглазая и, собрав все свои женские обидочки и закидончики в руках, девушка отпихнула своего капитана, тело которого смачно встретилось с полом, и важно выпорхнула из каюты, предварительно еще и подпнув соскользнувшего на пол мужчину. Случайно. Ага.       Да, девушек лучше не обижать такими сравнениями. Даже тот факт, что кто-то только что проснулся, не является оправдательным. Ни разу.       И только тогда, когда Мэри оказалась в прохладном коридоре подальше от каюты, ибо в каюте было очень уж горячо от одного источника - бога, осознала, что натворила. От пережитого стресса, в голове даже прояснилось немного. Захотелось плакать от стыда и обиды, и в тоже время ГОРЕЛО. Поэтому убрав светлые пряди со лба, Мэри разогнулась, приводя свое тело в горизонтальное положение, и громко выдохнула. - Ёб ваш скотч, - выругалась краснорубашечница и ускорилась ногами по зигзагообразному курсу в свою каюту, дабы уснуть и, проснувшись, сделать вид, что сегодня ничего не произошло, и вообще она мирно спала в каюте. Да. – Я больше никогда не буду пить в этой жизни.