У ее счастья глаза неба

В воздухе витал аромат весны, свежести и прохладного раннего утра. Молодая женщина шла по широкой улице. Она была очень красивой: длинные нежно-розовые волосы, завязанные в два низких хвоста, легко покачивались при каждом шаге; при своём небольшом росте, куноичи имела женственное тело, которое не скрывало даже повседневное кимоно, а светло-зеленые глаза лучились счастьем, заставляя каждого встречного улыбаться ей. Женщина держала за руку симпатичную девочку, которой было примерно два годика. Малышка, идущая рядом с матерью, осматривалась по сторонам, а голубые глаза изучающе смотрели на здания. Со стороны могло казаться, что счастливая мамочка просто гуляет со своим чадом, но те, кто знал её хорошо, могли точно сказать, куда она направляется. Остановилась куноичи возле большой двери домика, которая тут же отворилась. - Здравствуйте, Узумаки-сан, — почтенно склонив голову, поздоровался слуга этого дома. Сакура тепло улыбнулась и вошла вовнутрь. Как всегда, Джирайя — сама сидел за столом и что-то писал. — Сакура! — радостно воскликнул мужчина, подрываясь с места, и быстро преодолевая расстояние между столом и женщиной. — Малышка Ханами! — Сакура весело улыбнулась. - Дедушка Джирайя! — крикнула малышка и бросилась навстречу мужчине. — Наконец-то, она выздоровела, и мы сразу прибежали к вам! Что нового? — женщина села в кресло, стоящее в кабинете и стала наблюдать за дочкой. Джирайя с улыбкой играл с девочкой, делая вид, что не может её догнать, а та заливисто смеялась. - Да всё по старому. — седовласый засмотрелся на Сакуру, которая, заправив выбившуюся прядь за ухо, что-то писала на бумаге. Прикусив нижнюю губу, Сакура что-то обдумывала, приставив тоненький стержень к подбородку, но сделав нужные выводы, вновь что-то начала писать. Ханами повисла на колючих волосах Саннина, раскачиваясь из стороны в сторону, грозясь вырвать всю шевелюру. — Джирайя — сан! — радостно повторяла малышка. Госпожа Узумаки оторвалась от бумаг и, посмотрев на эту картину, улыбнулась. Она уже и забыла, как Ханами любит этого мужчину, да и он относится к ней, как к родной внучке. Прошла всего неделя с момента, как малышка заболела, но за это время Сакура успела соскучиться по её радостному смеху, который звучал лишь здесь так ярко. Маленькая голубоглазая девочка всю неделю не улыбалась из-за высокой температуры и кашля. Она всё время плакала, и успокоить её не мог никто. Обессиленная Сакура засыпала возле колыбельной далеко за полночь, когда уже в небе появлялась полная луна. А сейчас ребенок вновь смеялся и этот смех дарил тепло. * * * День пролетел быстро и совершенно незаметно. Посидев и отдохнув, женщина попила чай с Джирайей и Ханами, они поговорили о будущем, посмеялись. Сакура даже прослезилась от смеха, когда малышка поставила печать на лбу Джирайе, а особенно когда они поняли, что она не смывается. Время шло к вечеру, когда к Джирайе пришла идея для новой книги. Госпоже Узумаки не очень хотелось домой, и она решила помочь дяде своего мужа, вновь сев за стол. Впервые Джирайя решил написать серьезную книгу, что удивило Сакуру, но она тактично промолчала. Когда первая глава была закончена, куноичи посмотрела на Ханами, та уже мирно посапывала на диване, крепко сжав в кулачок край одежды Саннина. - Молодец, Сакура, большое тебе спасибо! Из тебя бы вышел неплохой писатель! Может, будешь помогать мне почаще? - Ну, не знаю. - женщина неуверенно пожала плечами и, встав со стула, подошла к дивану, встала на колени и с нежностью посмотрела на дочь. Джирайя подошел к Сакуре и понимающе положил ей руку на плечо. В этот момент в дверь постучали, и мужчина убрал руку. - Войдите. — произнес он тихо, чтобы не разбудить девочку. Дверь открылась, впуская высокого стройного мужчину. Сакура тут же тепло улыбнулась и, поднявшись, подошла к гостю. — Я знал, что найду тебя именно здесь. — произнес он и почтенно кивнул Саннину, на что тот ответил жизнерадостным кивком. Мужчина обнял розововолосую, а она, поднявшись на носочки, чмокнула его в щеку. — Ханами уже спит. — сказала она и, высвободившись из объятий, подошла к Джирайе, который уже держал девочку на руках, осторожно взяв её к себе. Куноичи слабо кивнула. - Приходите завтра к нам. Ведь у Ханами завтра день рождения. — Наруто подошел к своей жене и приобнял её за талию. Джирайя с улыбкой наблюдал за счастливой семьёй, и на сердце у него становилось тепло. — Конечно, приду, — пообещал мужчина, когда гости были уже на пороге. — А ты подумай над моими словами, Сакура-чан. — Обязательно. — пообещала она и, попрощавшись, закрыла за собой дверь. Пара не спеша двигалась в сторону дома, большого и уютного и о чем-то оживленно разговаривая полушепотом. На их лицах светились счастливые улыбки - явно обсуждалось намеченное празднество по поводу дня рождения Ханами Узумаки. На небе уже показались первые звезды, но на улице было ещё довольно тепло. Светловолосый мужчина обнимал женщину за талию, а она несла на руках маленького ребенка. Такая красивая семья заставляла невольно задерживать дыхание при их появлении. Никто и подумать не мог, что они сойдутся, но так получилось, и две противоположности стали единым целым. - И, ты хочешь сказать, что пропустишь день на посту Хокаге? — недоверчиво спросила Сакура, заходя в свою спальню уже без ребёнка, ведь Ханами спала в соседней комнате, в своей кроватке и проснется не раньше, чем к обеду. Так всегда получалось после визитов к Джирайе. — Ну да, а что такого? — хитро улыбаясь, ответил блондин, подходя к супруге вплотную и затягивая её в свои крепкие объятия. Его голубые глаза с нежностью смотрели на личное сокровище, а руки уверенно прижимали прекрасное тело к груди. — Разве я не могу провести немного времени со своей семьёй? — мимолётно целуя мягкие губы супруги, произносит он и подхватывает зеленоглазую на руки, опуская её на прохладную кровать. -Какой же ты ненасытный, Наруто! — на последнем слове вскрикивает Сакура, прогибаясь в пояснице, чувствуя такие родные и любимые руки на своей груди, а он лишь усмехается, оставляя на её шее алый засос. Она тихо ворчит, возмущенная его бестактностью, в то же время, желает видеть его таким, как можно чаще, ведь он такой только с ней. Со своей любимой женой…