Duende

Все было так, как будто надо почти умереть, чтобы тебя полюбили. Как будто надо зависнуть на самом краю – чтобы спастись. (Чак Паланик. «Удушье»)

Эй, иди сюда, позволь мне обнять тебя, Я знаю, что причинял тебе боль, но Помни, что если тебе нужно выплакаться, Я рядом, чтобы вытереть твои слёзы. (Maroon 5 - Wipe Your Eyes)

B.o.B – Ghost In The Machine - Хорошо, целуй меня! - Что? - Целуй, говорю. - Мы же посреди… - Я знаю, и мне плевать, что подумают остальные! - Что это за хрень? - Это мишка. - Он что, блять, плюшевый?! - Ну да. Смотри какие у него глазки. - Я тебе не баба, чтобы мишек мне дарить. - Ты мой медвежонок. - Антоша… - Что? - Смотри. - Я… не знаю, что сказать. - Антоша… - Антон,- кто-то навязчиво тряс Шастуна за плечо. - Антон, поднимайся. Если ты хочешь спать, то сядь, пожалуйста, на скамейку. Не хватало мне еще, чтобы ты, сидя на полу, заболел и слег рядом,- Арсений настойчиво взял парня за руку и потянул на себя. Антон никак не мог вернуться в реальность. Думать о Ксюше, которая находилась сейчас на грани жизни и смерти, у измученного парня просто не было сил. Поэтому он пытался возрождать все светлое, что было в его жизни. И, как оказалось, все это было связанно с одним и тем же человеком. - Антоша…- прохрипел Шастун, вставая и тут же облокачиваясь на стену, чтобы не упасть. - Что? - Так ты меня называл… Антоша… - О Господи, кажется, у тебя начался бред на нервной почве,- прикладывая руку ко лбу парня, заключил Попов. Он насильно усадил его на скамейку и присел перед ним на корточки, заглядывая в глаза. - Антош, все будет хорошо,- начал заверять он, кладя руку Антону на щеку. - Вот увидишь, не пройдет и часа, как нам скажут что-нибудь хорошее,- Арсений провел большим пальцем по щеке парня. - Я буду с тобой до конца. Антон внимательно смотрел в глаза мужчины. Неожиданно его губы начали подрагивать. Арсений увидел слезы, скопившееся в его глазах. Он порывисто встал и опустился на скамью возле Антона. Крепко обняв парня, он позволил ему уткнуться себе в плечо и начал осторожно гладить того по спине. Всхлипы становились все сильнее, а рубашка все больше намокала от слез. Попов молчал, казалось, он даже старался дышать реже, чтобы лишний раз не беспокоить парня. Через несколько минут, когда рыдания прекратились, Арсений позволил себе приподнять заплаканное лицо Антона. Он вытер слезы, которые мокрыми дорожками лежали на раскрасневшихся щеках, и засмотрелся в глаза Шастуна, которые сейчас казались еще прекраснее. Не сдержав порыва, он слегка коснулся своими губами щеки парня, чувствуя соленый привкус слез. - Все будет хорошо, ты слышишь меня? - Ты будешь со мной до конца… *** - Мне кажется, скоро пойдет дождь,- женщина улыбнулась, переводя взгляд с окна на свою новую сотрудницу. - Может, посидишь еще? Я смогу отвезти тебя, если досидишь до 8. - О нет, боюсь, если не явлюсь домой через полчаса – Дима вызовет бригаду МЧС,- Ксюша засмеялась, быстро вставая с кресла. - Спасибо Вам большое, что сразу же откликнулись,- она почти с восхищением посмотрела на женщину, сидящую перед ней. - Уже не терпится продолжить завтра. - Тогда до завтра, Ксения,- она жестом кивнула в знак прощания. - Только будь осторожна. - Непременно, Анастасия,- Суворова в последний раз взглянула на свою начальницу и поспешила выйти за дверь. Спустившись по винтовой лестнице, она попрощалась с парой ребят, с которыми уже успела познакомиться за сегодня и выбежала на улицу. Ей скорее хотелось вернуться домой и рассказать о своем первом рабочем дне Диме. Хотя, больше ей, конечно, хотелось рассказать Антону, но она была гордой девочкой и первой сдаваться точно не собиралась. «Пусть сначала разберется в себе, а потом уже я с ним поговорю!» - мелькнуло в голове у девушки, когда она отстегивала свой велосипед. Она невероятно скучала по другу, но его поведение, по ее мнению, не лезло ни в какие рамки. Забравшись на велик, она стала интенсивно крутить педали. Во-первых, за день накопилось слишком много адреналина, и нужно было это все куда-то выплескивать, а во-вторых, скорее хотелось оказаться рядом с достойным слушателем. Да хоть с каким-нибудь. Уж очень девушке полюбилась ее работа, что хотелось уже вылить поток своего счастья на кого-нибудь. - Ну все, приплыли,- досадно заключила она, когда ей на лоб приземлилась первая капля дождя. Сразу за ее словами последовала вспышка, а за ней – раскат грома. - Божечки, я тут помру! Ксюша стала крутить педали усерднее, но ноги уже еле двигались. Дождь все нарастал и нарастал, что через пару минут превратился в настоящий ливень. Стена дождя перекрывала почти весь обзор, и Суворова ехала буквально наугад. - Твою…- было последним, что успела сказать девушка, прежде чем наткнулась на камень и с высоты полетела в кювет. Арсений сверлил взглядом стену, пытаясь не заснуть. Он уже точно не мог сказать, сколько они с Антоном просидели в больнице, а новостей о Ксюше все еще не было. Антон, видимо, совсем эмоционально вымотавшись, уснул у мужчины на коленях. Арсений не знал, почему так волновался о состоянии девушки. Они почти не были знакомы, да и относилась она к нему не больно радушно. Видимо, Попову передались переживания Антона. Или он просто сильно переживал за парня, который сейчас свернулся клубочком на его коленях, тихо посапывая. - Здравствуйте,- довольно громко сказал врач, который неожиданно оказался около их скамейки, и Антон тут же подскочил, вытирая слюну, которая во время сна текла по его подбородку. - Вы с Ксенией Суворовой? - Да,- спокойно ответил Арсений, пока Шастун пытался прийти в себя, сонно потирая глазки. - Что ж, ситуация стабилизировалась,- заумно произнес врач, уставившись в свой планшет. - Пациентка поступила к нам в довольно тяжелом состоянии и с множеством травм, полученных вследствие падения,- Попову очень захотелось закатить глаза, настолько пафосно этот врач изъяснялся. - В результате удара головы и сотрясения мозга, пациентка непродолжительное время находилась в коме, но наши опытные врачи, ну а вы, если хотите, верьте, что это чудо, вывели ее из этого состояния. - А сейчас-то что? - Антон, кажется, окончательно проснулся, но все равно не понял ни слова из того, что сказал доктор. - Из-за дозы определенного препарата пациентка спит, так что ближайшие 8-10 часов она не будет пребывать в сознании,- Арсению уже хотелось набить морду этому индюку, но он сдерживал себя из последних сил. - Можете приехать утром, и, возможно, врач, к которому она будет перенаправлена, позволит вам визит,- после этих слов он склонил голову и, развернувшись на пятках, медленно удалился. - Кретин какой-то,- наконец выдал Попов, чувствуя невероятное облегчение. - Если этому учат в медицинском, я рад, что не пошел! - он взглянул на Антона с улыбкой, но тот смотрел в одну точку, не выдавая никаких эмоций. - Хей, Антош, ты меня слышишь? - Да? - Шастуна будто бы выключили с паузы. Он резко повернул голову на Арсения и часто заморгал. - С тобой все в порядке? - беря руку парня в свою, обеспокоенно спросил Попов. - Я в порядке настолько, насколько может быть в порядке человек, чья лучшая подруга валяется без сознания,- он нервно хихикнул, снова переводя взгляд на стену. - Так, поехали-ка домой,- Арсений поднялся и потянул Антона за собой. - Давай, все равно еще 8 часов ждать, уж лучше посидеть дома, чем здесь. Тут жутковато. А этажом ниже куча трупов. - Поехали,- Антон поднялся и, на удивление Попова, улыбнулся. Арсений хотел было разжать руку парня, но тот так просто не отпустил. Тогда мужчина переплел их пальцы и смело пошел в сторону выхода из этого жуткого места. *** - Суворова Ксения Владимировна,- сурово начал Антон, как только вошел в палату. - Если Вы еще раз вытворите что-то подобное, я самолично долбану Вас по башке, введу в кому, а потом задушу, вколю яд и расчленю! - закончил он, возводя палец к небу. Ксюша засмеялась, но смех резко отдал болью в области грудной клетки, и девушка поморщилась. - Ты как? - Шастун тут же упал на колени рядом с кроватью. Только сейчас он полностью смог рассмотреть свою покалеченную подругу: левая рука и правая нога в гипсе, вся грудная клетка перевязана бинтом поверх майки, голова тоже перебинтована, на щеке огромная ссадина, а губа зашита. - Я же не виновата, что дождь начался,- прохрипела девушка. - Лучше молчи, вдруг тебе говорить нельзя! - как переволновавшаяся мамочка запричитал Антон. - Все нормально,- попыталась заверить его девушка. - Ну конечно. У тебя всего-то сломано пару конечностей, пробит череп, что-то с ребрами и… - И челюсть вывихнута,-тихо добавила Суворова. - А так, все нормально! - истерично закончил Шастун. Он вдохнул, явно пытаясь успокоить снова расшалившиеся нервишки, и перевел взгляд на Арсения, который в неловкости стоял в дверном проёме. Мужчина чуть заметно кивнул, и Шастуну почему-то стало легче. - И это, прости меня, я… - Больше так не будешь? - прервала его Суворова, улыбаясь. - Уж постарайся. А вообще, это ты меня прости. Я не должна была так с тобой поступать. - Это точно,- улыбнулся в ответ Антон, несильно сжимая непострадавшую руку подруги. - Ну что, мир? - Мир,- довольно заключила Ксюша. - Можно… я вернусь в твою квартиру. - Нужно! - почти выкрикнул Антон. - И не в мою, а в нашу! *** Betty Who – Missing You Целую неделю Ксюша ныла, чтобы Антон уговорил врача скорее отпустить ее из этой убогой больницы. И вот, донылась. Конечно, Антон держал оборону крепко, не поддавался на ее слезы-сопли, прикрываясь тем, что «врач лучше знает когда и кого отпускать». Но под конец недели его просто донельзя заебало все. Поэтому вооружившись мужеством, валерианой и Арсением, он отправился прямиком в кабинет лечащего врача. - А, вечные посетители Суворовой,- улыбнулся им довольно молодой врач сразу же, как они переступили порог. - Зачем пожаловали, господа? - Поговорить хотели, доктор,- замялся Шастун, слабо представляя, как надо просить врача отпустить пациента. - Ну, говорите,- хохотнул доктор, потирая руки. - Григорий Василич,- на пороге кабинета появилась запыхавшаяся медсестра. - Сейчас, Альбиночка,- подмигнул ей Григорий Василич. Антон бросил невольный взгляд на эту Альбину, которая выглядела один в один как медсестра из порнушки. Она хищно улыбнулась и поспешила выйти. Ее неприлично короткий халатик задрался, оголяя обнаженную пятую точку. - Ух. Так что вы хотели…- еле отводя взгляд от удаляющейся полуобнаженной медсестры, проговорил врач. - Меня отпустили всего на 10 минут,- напомнила о себе Альбиночка, заглядывая в кабинет. - Дайте мне 15 минут,- мольба читалась в глазах лечащего врача, и Антон кивнул. - Григорий Василич! - 20 минут,- кинул Григорий Василич, и уже через минуту и следа его не было в кабинете. - Ахуеть тут страсти творятся! - наконец подал голос Арсений, который до этого был чрезвычайно увлечен рассматриванием схемы половых органов. - И что нам, типа тут сидеть или что? - Шастун растерялся, явно не понимая, что происходит. - Можем тут постоять,- пожал плечами Попов, рассматривая следующий плакат. - Да не парься ты! Он по-любому там надолго застрял. О, смотри, стетоскоп! - восторженно указал на предмет на столе мужчина. - Ого, а я просто слушалка называл,- усмехнулся Антон, подходя ближе к Арсению, который уже успел схватить заинтересовавший его предмет. - Предвещая твой вопрос, скажу, что он сам виноват, что оставил нас здесь! Так что, что хотим, то и трогаем,- Попов надел стетоскоп себе на шею и покрасовался перед Антоном. - Пошло бы мне быть врачом? - Вряд ли,- делая задумчивое лицо, ответил Шастун. - А я ведь очень долго мечтал стать врачом. - Правда? - искренне удивился Шастун. - Ага,- пожал плечами мужчина. Антон смотрел на него заинтересованно. Не прерывая зрительный контакт, он сел на кушетку, показывая, что готов слушать. Арсений усмехнулся и начал тихо повествовать: - Мама Сереги работала детским врачом, и часто после школы мы заходили к ней,- он присел рядом с Шастуном. - И однажды она оставила нас в своем кабинете надолго, прям как нас сейчас тут оставили. Серега лазал по ящикам, пытался найти шоколадки, которые его маме дарили пациенты,- на этих словах Арсений улыбнулся, видимо, вспоминая те времена. - А мне почему-то стало так интересно все вокруг. Я начал рассматривать всякие инструменты, которые были у нее на столике. Среди деревянных палочек для горла и градусников я наткнулся на стетоскоп. Ну, тогда я тоже называл его слушалкой, но сути это не меняет. Я схватил его и впихнул в уши, как это делала Сережина мама,- мужчина вдруг замолчал, загадочно вертя предмет в своих руках. - А потом? - А потом,- Арсений, как много лет назад, надел стетоскоп. Он посмотрел в глаза Антону и, не увидев в них сопротивления, медленно положил руку ему на грудь. - Я подошел к Сереге и расстегнул на нем его школьную рубашку,- Попов медленно, по одной пуговичке, растягивал рубашку Антона, пока она не оказалась полностью распахнутой. - Потом я приложил к правой стороне,- холодный металл осторожно скользнул по груди Шастуна вправо. - Но Серега тактично напомнил мне, что сердце слева,- кажется, Антон затаил дыхание. Каждое движение холодной поверхности стетоскопа по холодной коже отдавало импульсом в самое сердце. - Твое сердце бьется слишком часто,- прошептал в самое ухо парня Арсений, внимательно вслушиваясь в стук чужого сердца. - Это плохо, доктор? - будто сквозь пелену услышал Попов тихий голос Антона. - Возможно, это говорит о том,- продолжал шептать Арсений, снимая стетоскоп. - Что Вы влюблены,- эти слова он выдохнул уже в самые губы парня, чувствуя, как тот вздрогнул. Зрачки Антона расширились, но он не спешил отстраняться. Парень чувствовал, как чужое дыхание щекочет его губы, и как легкая волна возбуждения бьется где-то внутри. Кажется, сердце забилось еще чаще, окончательно подтверждая все симптомы опасной болезни. - Ух, мальчики, обед удался на славу,- в кабинет буквально ввалился доктор, на ходу застегивая ремень своих брюк. Антон буквально отскочил от Попова, за секунду перемещаясь на другой конец кушетки. Судорожно застегивая рубашку, он перевел взгляд на врача, который вовсю пялился на них. - Легкие прослушиваете? - улыбнулся он. - Ага, кто-то слишком часто кашляет,- вернул ему улыбку Арсений, протягивая стетоскоп. - Что ж, пожалуй, я готов вернуться к разговору. Минут через 10, когда Антон смог побороть смущение, они таки сошлись на том, что под строжайшую ответственность Шастуна Григорий Василич сможет отпустить Ксюшу уже через 2 дня. - Спасибо большое, доктор,- протягивая врачу руку, вежливо проговорил Антон. - Приятно иметь дело с такими людьми, как вы,- ответил доктор, пожимая протянутую руку. Арсений же просто кивнул ему, и поспешил первым выйти из кабинета. - Ты ведь знаешь, что легкие можно слушать и через тонкую ткань рубашки, верно? - ухмыльнулся доктор, наконец отпуская руку Шастуна. Антон покраснел и пулей вылетел из кабинета. *** Через два дня, как и было оговорено, Антон и Арсений с самого утра заявились в больницу. Антон даже как-то не заметил, что все это время Попов был с ним и не на секунду не бросал его одного. Сама Ксюша идти не могла, ибо костыли надо держать двумя руками, а одна рука у нее сломана, поэтому ее пришлось буквально нести до машины. - А Тоша говорил, что у тебя БМВ,- проговорила Суворова, как только они оказались возле машины. - Это не моя, свою я продал. Это Сережина. - А он не против? - тут же засуетился Антон. - Конечно нет. У нас с ним уговор,- улыбнулся Попов, открывая заднюю дверь. - Прошу Вас, миледи. Как Вам будет удобнее разместиться? - Думаю, надо доползти до того края, а эту ногу оставить в таком положении,- девушка плюхнулась на сидение, позволяя Арсению протолкнуть себя в глубь машины. - Удобно? - Я бы сказала идеально, если бы у меня не была сломана нога,- усмехнулась Ксюша. - Чувствую, она пошла на поправку. Хреновое чувство юмора вернулось,- проговорил Шастун, захлопывая дверь автомобиля. - Слушай,- обратился он к Арсению, хватая того за руку. - Спасибо за все. Правда, не знаю, как бы я справился без тебя,- парень закусил губу, опуская взгляд в землю. - Ты поступил, как настоящий друг. - Тебе не за что говорить спасибо,- Арсений улыбнулся и поспешил сесть в машину. Он старался держать улыбку, непринужденно о чем-то болтая с Ксюшей, но в душе ему было невероятно больно от последних слов Антона. Видимо, что бы он не делал, клеймо друга лежит на нем навсегда. «Лучше бы ты с ним встречался, чем с бабой. Он такая лапочка!» - пришла Шастуну смска от Ксюши, и он еле сдержался, чтобы не рассмеяться. Our Last Night – With or Without You (именно их версия этой песни задает нужное настроение) Арсений довез их до дома и помог подняться. Ксюша настойчиво просила остаться хотя бы на чай, но мужчина, под предлогом неотложных дел, поспешил уйти из их квартиры. На душе было скверно и мерзко. И единственный, кто мог сейчас этим насладиться, была одна небезызвестная дама. Уже через час Арсений переступил порог пафосного ресторана, где за самым дальним столиком сидела Наташа. Ее короткие черные волосы были идеально уложены, красная помада была подобрана ровно в тон к изящным туфлям, а платье как всегда было очень коротким и очень облегающим. - Пьешь среди бела дня? - вместо приветствия сказал Арсений, усаживаясь рядом с девушкой на диван. Она одарила его легким поцелуем в щеку, пачкая своей яркой помадой. - Как с тобой не спиться. Драма на драме,- она подняла руку и к ним тут же подскочил официант. - Ты будешь что-нибудь? - Нет, мне в горло ничего не лезет,- отмахнулся Арсений, снимая свой пиджак. Наташа лишь закатила глаза. - Мне как всегда, шампанское повторить, и запишите все на счет Попова,- официант вежливо кивнул и удалился. - Мне как всегда! На счет Попова! - передразнил ее мужчина. - Что у тебя случилось в этот раз, мой большой ребенок? - Мне кажется, ты хочешь мне что-то сказать,- проговорила Ксюша, пытаясь своей поломанной челюстью откусить яблоко. Конечно, она уже давно была не сломана, но осадок остался. - Не пойми меня неправильно… - Я всегда понимаю тебя неправильно, продолжай. - Я думаю о том, чтобы возобновить связь с Арсением,- на одном дыхании выпалил Антон, зажмуривая глаза. - С чего это? - девушка чуть не подавилась с таким трудом откушенным яблоком. - Мне кажется… между нами что-то проскочило там, в больнице,- Шастун обнял себя за плечи, присаживаясь на подоконник. - Он был таким невероятно… добрым и внимательным. Мне кажется, он сожалеет обо всем. Тем более, Марина сказала, что он вернулся тогда в Москву, но я уже свалил в Воронеж. Может… может у нас могло бы все получиться. Снова… - Слушай, я вот, что тебе скажу,- Антон напрягся, ожидая услышать от подруги тысячу и одну причину против. - Я поддержу тебя в этом,- он поднял шокированный взгляд на Суворову. - Я считаю, людям надо давать второй шанс. Все совершают ошибки. Кто знает, может быть оставить тебя тогда – было его самой большой ошибкой. А твоей самой большой ошибкой может стать то, что ты не попытаешься сейчас начать все с начала. - Спасибо…- выдохнул Шастун, вскакивая с подоконника и подбегая к подруге. - Не знаю даже, как тебя обнять. - Вы двое стоите друг друга,- усмехнулась Ксюша. - Я уверена, все получится. - Я перепробовал уже все, что можно,- роняя голову на стол, простонал Арсений. - Я так его люблю, а он все равно видит во мне только друга. - Может, так оно и надо,- пожала плечами Наташа, делая очередной глоток. - В смысле? - Попов поднял голову и уставился на свою бывшую. - Ты старался, ты показал ему свои чувства. Но он… он обижен, он еще больший ребенок, чем ты,- девушка протянула руку и запустила пальцы Арсению в волосы. - Он никогда не сможет простить тебе этого. Ему плевать, любишь ты его или нет. На тебе стоит клеймо предателя, и его ничем не смыть. - Ты так говоришь, будто… - Будто знаю его? - Наташа ухмыльнулась. - Я знаю этот тип людей, Попов. Ты должен быть рад, что он разрешает тебе быть его другом. - Ты считаешь, стоит сдаться? - Да. Он не последний человек на Земле. Ты достаточно убивался 4 года, чтобы сейчас освободиться и раскрыть себя для новых отношений. - Знаешь,- Арсений заглянул девушке в глаза, пытаясь найти в них хоть что-то поддельное, но было ясно, что в ней говорит только искренность и… забота? - Ты права, Нат. Нужно двигаться дальше. Официант,- Попов поднял руку, и паренек тут же оказался у их столика. - Виски пожалуйста. Бутылку.