некоТэ

Пробуждение – самое нелюбимое время для Тэхёна, особенно без Чимина. Никто тебя не разбудит нежными поглаживаниями по голове, лёгким поцелуем в лоб и любящим «вставай, соня, пора завтракать». Нет той волшебной утренней атмосферы. Всё как-то серо и уныло, хоть за окном и светит солнце, согревая ранних пташек своими тёплыми лучиками. Ким мычит что-то невнятное и недовольно хвостом виляет, когда один из лучиков прямо ему в глаза начинает светить. Натягивает спасительное одеяло на голову и облегчённо выдыхает – можно поспать ещё немного. Чимин стоит, опираясь о дверной косяк, и наблюдает за этой картиной с улыбкой на лице. Сонный Тэхён, его Тэхён, такой милый. Из-под одеяла виднеются подрагивающие ушки, и желание их потрогать, как и всего Тэ, всё растёт и растёт, а сдерживать себя становится всё труднее и труднее. Чимин ведь тоже соскучился. Они не привыкли расставаться на такой долгий срок. Максимум, что они могли себе позволить – это два-три дня, не больше. Чим тихо, чтобы Тэхён не услышал, отпивает из кружки горячий ягодный чай, привезённый из Лондона, и подзывает к себе Лакки. Тот весело размахивает пушистым хвостом и спрыгивает с дивана, подходит к парню, слегка качаясь из стороны в сторону – ещё одна соня. Как мило, думает Пак. Брюнет присаживается на колени и поглаживает гладкую шёрстку щенка. Щёлкает по влажному носу и тихо-тихо шепчем ему, мол, разбуди своего хозяина. Лакки фыркает, смешно уворачиваясь, и идёт кровати, запрыгивает на неё. Снова смотрит на Чимина и, получив одобрение, хватает зубами одеяло, тянет его на себя и рычит совсем не злобно – игриво. Ким возмущается и начинает шипеть. Щенок сначала пугается, но потом вновь с ещё большим упорством стягивает одеяльце, пока Тэхён не сдаётся и не бубнит обиженное «ладно-ладно, всё, встаю я, мелочь пузатая, ты победил». Принимает сидячее положение [в чиминовой рубашке, кстати] и потягивается, обнажая некоторые участки кожи, сладко зевает и дёргает ушками. Чимин умиляется такому Тэхёну и, поставив кружку на рядом стоящий комод, говорит: – Доброе утро, соня. Тэ вздрагивает и испуганно оборачивается – ну, мало ли, вдруг послышалось? Он широко раскрывает глаза от удивления и так и замирает на несколько секунд. Чимин лишь смеётся и руки в стороны расставляет, приглашая в объятия. Тэхён ещё немного тупо пялится на Пака, а потом с громким визгом бежит обниматься, запрыгивает на Чимина и обвивает его всеми своими конечностями. Пак перехватывает хвостатую тушку удобнее и идёт в гостиную, морально готовясь к допросу типа «почему не сказал, что приедешь раньше? Я бы тебя встретил, как и хотел, а ты вот так вот, бу-у-у». Ведь то, что он хотел сделать сюрприз, никого не волнует.