Неуставные отношения

Это чертовски больно. Рей кажется, что страдания ее едва восстановленных, еще лишенных нормальной гибкости мышц, куда более сильны, чем ее былые ожоги. Последние дни проходят как в тумане. Она либо плавает в бакте, накачанная анаболиками и обезболивающим, либо видит перед собой лицо ее лечащего врача. Старое, морщинистое, с мудрыми светлыми глазами, оно растекается туманными пятнами перед ее взором. Рей сонно отвечает на дежурные вопросы о самочувствии, а потом ее сгребают в охапку и возвращают в ванну с бактой. Каждый раз маленький, болезненный укол в плечо, который впрочем уже не беспокоит, потому что боль стала ее постоянным спутником в эти… дни? Недели? Месяцы? Наверное всего несколько дней, но Рей настолько устала от лекарств, что так или иначе каждый день - лишь копия предыдущего. Это ее тело болит все меньше? Или она уже настолько привыкла? Девушка даже сама удивляется, как она думать обо всем этом успевает в столь редкие моменты бодрствования. Этот странный период, похожий на тяжелый и дурной сон, заканчивается резко. Просто в какой-то момент ее выгружают из бакты, а затем не отправляют обратно. Наоборот, Рей отпаивают для начала сладким кафом, потом выдают одежду, мягкую и теплую, похожую на пижаму. А затем она совсем просыпается от неожиданно резкого приступа боли. Ее ставят на ноги, крепко держа за плечо, предлагают сделать пару пробных шагов. Рей послушно двигает одеревенелыми конечностями. Вспышки боли тормошат ее сознание. Рей узнает голоса вокруг - ребята из службы безопасности рассредоточились по больничному блоку, на лицах суровых и бесстрашных воинов - выражение мягчайшего беспокойства. Финн и По держат ее под локти. Прямо перед ней - уже знакомый доктор, как отголосок недавнего сновидения. - Аккуратнее, аккуратнее, молодые люди! Не тащите ее и не толкайте. У нее очень хорошая динамика восстановления, так что она сможет сама, - теперь Рей слышит скрипучий голос старика-врача и может оценить его ясно и четко. - Ребята, - хрипит она, вертя головой. - Как вы тут очутились? Вы же были с заданием на Таконде… - Не волнуйся, Рей. Задание мы выполнили. Все хорошо. И с тобой тоже все теперь хорошо, - По бережно перебирает пальцами вниз по ее руке, держась теперь за запястье. Каждый новый шаг дается Рей все более уверенно. Ноги гнутся плохо, но она уже может стоять почти не пошатываясь. - Да, - подхватывает слова друга Финн, - С тобой все хорошо. Тебе надо лишь немного отдохнуть. Хочешь - рванем куда-нибудь всей компанией? Пару недель на тропическом пляже пойдут тебе на пользу… - Нет, я же на службе… Едва только выпалив ответ на чистом автомате, Рей застывает. Картина последних дней проясняется окончательно. Заседание Сената. Странное жужжание в ухе. Ощущение надвигающейся опасности. Бен Соло в паре метров от нее читает речь. Опасность все ближе. Инстинктивный прыжок. Широкая спина сенатора Кореллианского сектора под ее тонкими ладонями. Оглушительный грохот, пыль, крики. Черные крылья плаща Бена, развевающиеся при падении. Огонь. Огонь везде. Рей горит, и у нее даже нет сил чтобы кричать. Она теряет сознание, почему-то видя, лицо Бена. - Где сенатор? - дрогнувшим голосом спрашивает девушка, возвращаясь в реальность. - С ним все в порядке. Ты сделала все правильно, - одобрительно кивает ей Фрэнк. За быструю реакцию ставлю тебе отлично. Но надо было прыгать вместе с ним. За умение прислушаться к инстинкту самосохранения - неудовлетворительно. Рей улыбается и пытается смеяться, но кожа на животе тоже новая и поэтому неприятно тянет. - Сколько я тут пробыла? - спрашивает она уже совсем уверено, параллельно отпуская руку По и держась только за пальцы Финна. Равновесие и уверенность почти вернулись. - Сегодня одиннадцатый день. - Почти две недели… Это ужасно. Две недели она валялась без дела, и, судя по всему, все эти чудесные люди действительно за нее переживали. Непрошеные слезы наворачиваются на глаза. Но надо выяснить еще один, не очень важный, но все же такой любопытный момент: - А кто меня вытащил? Ее друзья вдруг переглядываются, и это выглядит безобразно подозрительно. Они молчат с минуту, и Рей уже собирается повторить вопрос, но Фрэнк вздыхает и совершенно безэмоциональным тоном произносит: - Бен. Он успел долететь до пола, антигравитационная подушка его притормозила, и он поднялся обратно на вашу платформу с помощью пожарного дройда. Но он клятвенно обещал нас всех уволить, если ты когда-нибудь это узнаешь. Так что будь добра… не дразни его. Рей тут же задыхается от возмущения (пожалуй даже слишком активно): - Что? Когда это я его дразнила?! Команда охранников награждает ее таким скептическим взглядом, что она невольно краснеет. Девушка отворачивает лицо, Финн одобряюще ей улыбается и мягко тянет за руку в сторону двери. Пока вся компания едет в лифте, Рей размышляет о словах, услышанных ею то ли в тумане лекарств, то ли сквозь толщу бакты. “Не вздумай больше рисковать своей прекрасной задницей ради меня...” *** Она водит пальцем по планшету, лента новостей бежит перед глазами. Рей рвалась выйти на службу уже сегодня, но ей не дали. Она ощущает смущение и бесконечную благодарность за все хлопоты вокруг нее. А еще ей хотелось бы увидеть лицо Бена. Что на нем отразится? Скорее всего ничего, ведь он явно настроен изображать безразличие к ее судьбе. У него всегда плохо получается скрывать свои эмоции, но в силу профессии сенатор умел контролировать мимику, когда необходимо. Рей пытается найти что-нибудь про тот злополучный взрыв, но все попадающиеся заметки удивительно скупы. Тут явно постарались пресс-службы Сената, пытаясь избежать паники и оставить все максимально закрытым. Серия трех коротких ударов тихо раздается на внешней стороны двери. Рей щелкает парой кнопок, впуская посетителей. Бен ссутулившийся и усталый, а под глазами у него такие круги, как будто он уже неделю нормально не спал. Рядом с его громоздкой фигурой, маленькая девчушка, по виду - не старше самой Рей, кажется какой-то большой куклой. - Привет, - сенатор поднимает задумчивый взгляд на сидящую на постели Рей, расправляя плечи. - Ты в норме? - Да, - немного рассеянно отвечает Рей. Его реакция не похожа ни на один из предполагаемых ею вариантов. - Отлично. Тогда будь готова к шести вечера. Марта тебе поможет, - сенатор кивком указывает на свою спутницу. Он разворачивается к выходу и явно считает, что уже все сказал. Но Рей не намерена его просто так отпускать. Без ответов. После всего пары сухих фраз, ни хатта не объясняющих. - Нет, погоди, - твердым голосом чеканит Рей. - Во-первых, куда мне надо собираться? Бен тормозит, уже почти переступив порог комнаты. - На дипломатический прием. Мне нужен телохранитель. А ты именно эту должность занимаешь, если ты не забыла, - на одном дыхании произносит Соло. Дверь за ним захлопывается, а Рей понимает, что теплота к сенатору, которую она испытывала пару минут назад, только что сменилась былым презрением. Забытое чувство встало из глубины ее души, подстегиваемое уязвленной гордостью. Бен словно указал ей на ее место. Место за его спиной, означающее сбивание пылинок с его мантии и сдерживание толпы писклявых поклонниц. Это все глупости и обида, застилающая голос разума. Рей стыдно, потому что она видела - у Бена тяжелые времена, но она тут, черт возьми, тоже не на курорте! Противоречия раздирают ее изнутри, и Рей не сразу замечает, что девушка, которую привел Соло, никуда не делась. Марта терпеливо стоит у стены, прижимая к груди небольшой пузатый чемоданчик и ожидая, пока Рей справится со своими эмоциями. - Эм… - наконец обращает на нее внимание Рей, - Здрасте. Ее новоиспечённая помощница улыбается, трясет своими бирюзовыми локонами, и моментально располагающим к себе тоном отвечает: -Привет. Ты Рей, верно? - Да… Бен сказал… - Что я помогу тебе подготовится к приему, - кивает Марта, а потом улыбается еще теплее, видя убитое выражение лица своей собеседницы.- Ты не переживай. Там у них в Сенате после недавнего взрыва просто дурдом. Все друг друга обвиняют, и никто не хочет разбираться с последствиями. Вот Бен злится. Он так сейчас со всеми, не только с тобой. - А... Ясно. А откуда ты все это в таких подробностях знаешь? - Я - стилист. А для политиков это почти что вторая мать… Хотя, скорее третья, пиарщики тут нас обходят, - щебечет Марта, открывая чемоданчик и доставая какие-то полоски с цветовой палитрой. Рей наконец находит в себе силы рассмеяться. Каким бы засранцем ни был Бен, его стоило бы благодарить за столь приятное знакомство. До самого вечера Марта порхает вдруг нее, закалывает волосы, накладывает макияж. Рей снова неудобно - она не стоит таких усилий. Но стилист лишь отмахивается от ее неуверенных протестов и продолжает вести тонкую золотистую линию по верхнему веку. В конечном итоге Рей готова к назначенному часу и внешне, и морально. Марта взбодрила ее дух, не сыпала льстивыми комплиментами и подобрала для Рей максимально комфортный наряд. Собственное отражение Рей удивило, но понравилось. А вот Бен недовольно цокает языком, стоит только Рей показаться в вестибюле посольства. - И что в этом вечернего? Тебя моментально раскусят, - нервно сопит он. - Ах, мы еще и под прикрытием сегодня? Ну спасибо, что хоть сейчас сказал, - язвит Рей. Бен закатывает глаза, но ее любовь противоречить вообще-то поднимает ему настроение. Он с еще одним притворно страдальческим вздохом пробегает глазами по облику Рей: закрытый черный комбинезон с длинными рукавами кажется элегантным за счет широкого клеша на штанинах. Темный цвет идет Рей, и Бену приходит в голову, что она была бы очень симпатичным ситхом. Рей хмыкает, замечая, что сенатор немного развеселился. Когда она проходит вперед, к машинам, Соло начинает подозревать, что Рей таки неровно дышит к эстетике Темной стороны: на спине у комбинезона большой вырез, и ему будет стоить больших усилий помнить об истинной причине их присутствия на приеме. *** Они прибывают на прием вместе, но тут же расходятся в разные стороны. Бен натягивает свое особое выражение лица, от которого у Рей в лучшие времена невольно подгибались колени. Но сейчас его хитрый прищур определено призван запудрить мозги окружающим, но не ей. Бен здоровается с группой политиков, мужчины смотрят на него с неким конкурентным интересом, женщины для начала уделяют внимание его высокому росту, буйной шевелюре и прекрасной фигуре, которую не портит даже официальный фрак. Глядя на столь живой интерес представительниц своего пола, Рей начинает ощущать некое странное чувство, застывшее между гневом и обидой. Она в жизни не признает, что это ревность, да и времени на это у нее нет. Девушка медленно обходит зал, стараясь не привлекать лишнего внимания. Осматривается, тщательно запоминая расположение мебели и вглядываясь в лица людей. Она вежливо здоровается с каждым, кто обращает на нее взор. Все как учил Бен. Главное делать вид, что она завсегдатай таких мероприятий. Сам сенатор тем временем завязывает непринужденную беседу с некой дамой. И на фоне посольских жен, выглядевших женщинами не первой свежести, сколь бы много они не заплатили хирургам, эта леди действительно молода и хороша собой. Рей знает, что Бен тут не из праздного интереса, но руки сами тянутся к высокому бокалу с чем-то пузырящимся. Сделав пару глотков, девушка возвращает алкоголь на проплывающий мимо поднос. Надо сохранить чистый рассудок. По сути, они оба сами не знали, что ищут. Бен велел ей смотреть в оба и искать любые подозрительные детали. Все бы ничего, только вот он сам явно выбирал собеседницу не по странностям. Рей скрипит зубами, глядя как сенатор Соло улыбается своей новой знакомой. - Вы позволите… - раздается голос у нее за спиной. Этот звук кажется Рей громом среди ясного неба, и она молниеносно оборачивается. Молодой человек - светловолосый и приятный, протягивает ей руку, приглашая на танец. - Я… не танцую, - выдавливает она. На другом конце зала Бен и незнакомая леди смеются. У нее мелодичный голос и белоснежные зубы. - Хотя, знаете, у меня сегодня подходящее настроение, - Рей хватает все еще протянутую руку мужчины и тащит его в сторону танцпола. В течении пары минут они неловко топчутся на месте, ее партнер делает пару попыток заговорить, но Рей игнорирует все звуки, вертя головой, ища какие-нибудь зацепки или выбивающихся из общей массы людей. Угол с Беном она старательно игнорирует. Руки у мужчины холодные и слегка влажные. Они прижимаются к голой спине Рей, и ей это совсем не нравится. Иногда нос утыкается в лацкан на бархатном фраке, и Рей разглядывает причудливую булавку с какой-то забавной рыбиной. Такое ощущение, будто чужое плечо специально загораживает ей обзор. - Вы откуда? - в очередной раз пытается заговорить молодой человек. - С Джакку, - машинально отвечает Рей. - Это же вроде… - Пустыня и помойка. Да. Ее слова явно обескураживают мужчину. Рей впервые за вечер решает нормально его разглядеть. Высокие скулы, русая шевелюра, светло-карие глаза. Его тонкий профиль ей кого-то смутно напоминает. Мужчина кружит ее по велению танца, и Рей невольно бросает взгляд туда, где расположился кореллианский сенатор. Расстояние между ним и той девушкой куда меньше, чем раньше. Но Бен сейчас смотрит на саму Рей, и его глаза на какие-то секунды совершенно бешеные. Но девушку рядом совершенно не смущает потеря его внимания. Она лишь рассматривает свои длинные тонкие пальцы, отставив бокал и крутит кольцо в виде зеленой рыбы. У нее светло-русые волосы и высокие скулы и курносый нос. Что-то подсказывает Рей, что ее сейчас тащат в центр зала, не ради возможности побыть наедине. “Она что-то подсыпала тебе в бокал” - мысленно обращается она к Соло. “Знаю. Ничего не бойся” Рей абсолютно уверена, что бояться как раз таки нужно. Но продолжает делать вид, что ничего не понимает, позволяя родственнику потенциальной отравительницы лапать свою спину. Минуты текут в напряжении, пока наконец не начинается финальный акт. Рей видит, как Бен демонстративно выливает содержимое бокала в кадку с цветком. Земля в горшке дымится. Сильная рука разворачивает Рей, в то время, как девушка направляет на Бена малюсенький бластер. “Рей, сделай что-нибудь” - успевает подумать сенатор, прежде чем зал оглашает беспорядочная пальба. Саму Рей в этот момент обхватывают за шею, и где-то у ее горла блестит тонкое лезвие. Удар локтем в грудь, кулаком в пах, выбить из рук мужчины кинжал (клинок слегка проходится по ее спине, но она с некоторых пор плюет на подобную степень боли), а потом… по ситуации. - А ну-ка без глупостей! Рей не узнает собственный голос. Он слишком уверенный и громкий, он не выдает и капли всего имеющегося страха. Он впечатляет и заставляет зал опуститься в гробовую тишину. Она сжимает запястья своего недавнего партнера поразительно цепко, а другая ее рука прижимает кинжал к чужому горлу с ужасающей хладнокровностью. Русоволосая девушка прекращает выстрелы, отвлекаясь от Бена. У нее фанатично горящие глаза, выражение полного безумия на лице. Она опускает панический взгляд на “заложника” Рей и, не задумываясь ни секунды, целится в джедая. Бен возникает из ниоткуда и мягко проводит ладонью над головой своей несостоявшейся убийцы. Тонкое тело падает на пол, роняя бартер. Рей отбрасывает холодный клинок и повторяет тот же фокус. “Я тебя ненавижу” - даже в мыслях ее голос звучит слабым и усталым. “Я знаю.” *** Комбинезон очень плотный и Рей не может толком дотянуться до собственных лопаток. Она смотрит в зеркало, через плечо, пытаясь с помощью своего отражения попасть вязкой мазью по полосе ранения. Рукава опасно трещат и девушка раздраженно морщится. Дверь шумит, с мягким шуршанием отъезжая в сторону. Бен успел скинуть верхний плащ и фрак, распутать узел галстука и явно еще и поработал. В его длинных пальцах покачивается цепочка с декой на конце. - Рей, у меня есть для тебя задание. - Конечно, - бесцветно отзывается девушка, прекращая попытки продезинфицировать царапину. Она приближается, и замечает, что круги под глазами сенатора Соло только увеличились. Странно, но на приеме он выглядел бодрее. - Здесь, - показывает он деку, - находится информация о наших сегодняшних детишках. Изучи ее, как только сможешь. И постарайся до будущей среды найти о них что-то еще. Группировка к которой они принадлежат… тот взрыв - их рук дело. Я понятия не имею, чего они добиваются, но скорее всего - полной анархии и раскола в Сенате. Поэтому важно знать, где они расположились на Корусанте, сколько их, какие у них планы. И еще… я ни в коем случае не хочу, чтобы ты рисковала. Тихо, незаметно, издалека... Рей, ты вообще слушаешь? Бен невольно смотрит на нее снизу вверх, будто она провинившийся ребенок. Это, в свою очередь, злит девушку. - Да, я слушаю! А теперь ты ответь на пару вопросов: почему именно до среды? - В среду я скорее всего вернусь и буду готов дальнейшим действиям. - Вернешься? Откуда? - Не твое дело. - Оу. Прекрасно. Просто замечательно. А почему именно я должна этим заниматься? - Потому что остальных ребят, я беру с собой. - Неразумно. - О, ты так считаешь? Рей понимает, что кипя от гнева и наступая на Соло, она уже почти утыкается своим носом в кончик его подбородка. Он сводит брови, отскакивая на добрые полтора метра. - Да, считаю. Кто угодно из них справится с этим лучше меня. Бен, я не шпион, и не воин. Я даже не джедай. И я не просила вытягивать меня во все это. Технически - да, я на тебя работаю, но ты не можешь использовать меня как девочку на побегушках. Она стоит к нему спиной и совершенно точно не собирается смотреть ему в глаза. Потому что пронзительный и насмешливый взгляд сенатора, только даст волю ее слезам. Рей измотана, сыта по горло этими интригами, душным и шумным Корусантом, а в первую очередь - самим Беном Соло, настроение которого вечно меняется с гиперускорением. В одну минуту он вытаскивает ее из горящего здания, чтобы в следующую уже выставить круглой дурой. У Бена теплые пальцы. Они скользят по царапине, вдоль лопаток, нанося на ее кожу целебный состав, будто краски на холст. - Я не приказываю тебе. Я прошу. Потому что ты сообразительная, умеющая выживать там, где не сможет всякий солдат. Ты сильнее чем ты думаешь, - голос Бена звучит в паре сантиметров от ее макушки, и от этого волоски на шее встают дыбом. - Ты говоришь так, просто потому что тебе от меня что-то нужно, - хмыкает Рей. - Нет. Я просто взываю к твоему здравому смыслу. Если бы ты поддавалась на уговоры, я бы давно получил все что хочу. Она абсолютно точно знает, что мазь уже давно покрыла царапину и впиталась, но пальцы Бена продолжают выводить узоры на ее спине. Последняя его фраза была озвучена со смешком, но они оба знают насколько серьезен посыл. Бен утыкается лбом в ее затылок, и Рей видит через зеркало, что ему приходится неловко сгибаться. Он тоже устал, и собственные капризы сейчас кажутся Рей такими глупыми. Горячие губы опускаются на выступающую косточку в верхней части позвоночника. Это ощущается, как будто через Рей пропустили ток ампер так в тысячу. Ей бы прогнать его, отрезвить, отправить собираться в якобы жутко важное путешествие. Но девушка только подается назад, подставляя спину все новым поцелуям. Соло кладет ей руки на плечи. Бисер на вышивке рукавов холодный, он резко контрастирует с теплом, идущим от Рей. Шпильки в ее прическе мешают Бену, впиваясь в лоб. Заколки падают на пол с тихим звоном, а последние две Рей выпутывает сама, поднимая руки к его шее. Он снова тянется к ней, запуская ладонь через вырез, обнимая, оглаживая живот, все еще скрытый под одеждой. Рей дышит рвано и шумно, наклоняя немного голову и принимая новую порцию ласк. Ладони Бена перемещаются чуть ниже, а зубы оставляют маленький след за ухом. Она наконец тихо стонет, заставляя Бена прижаться еще ближе. Между бедер все горит, а тот факт, что теперь она чувствует и его возбуждение тоже, окончательно отключает все тормоза. Рей тянет за рукава, стягивая верх комбинезона.Соло помогает ей, подталкивая его дальше, заставляя скатиться вниз в угольного цвета лужицу. Соски, и без того напряженные, твердеют от холода еще больше. Рей разворачивается, и тянется вверх, запуская руки в его волосы. Мягкие пряди щекочут ей кожу, и девушка легонько дергает за них. Бен понимает, чего она хочет, опуская лицо, целуя в губы. Языки сплетаются и они просто теряются на несколько минут, отдавшись приятным ощущениям и иллюзии покоя. Бен отстраняется спустя минуту и, обхватив ее лицо ладонями, спрашивает: - Мы можем остановиться прямо сейчас. Если ты хочешь? Рей нужна всего пара секунд, чтобы взвесить все “за” и “против”, придя к пониманию - хватит бегать. В любом случае, то что сейчас происходит так просто не забыть и прежнее безразличие в отношения не вернуть. Девушка качает головой и тянется к его шее, оставляя мягкие, влажные касания губ на бледной коже. Бен подхватывает ее за ягодицы и вслепую тащит к кровати, не разрывая горячих поцелуев. По пути он конечно же спотыкается об ковер, и в итоге первым падает на матрас, оказываясь снизу. Неожиданная возможность контроля Рей нравится, и она принимается за пуговицы рубашки, в то время, как Бен лишь нетерпеливо сжимает девичьи бедра. Руки Рей интуитивно водят по груди мужчины, хотя она не знает толком, что именно надо делать. Но, такие вещи похоже приходят сами по себе. - У тебя есть опыт? - спрашивает вдруг Бен, убивая ее уверенный настрой. - Задаешь неприличные вопросы, - хмуро шутит Рей, опуская пряжку его ремня. Сенатор закатывает глаза и ловит ее руки, мешая Рей смахнуть волосы вперед и прикрыть грудь. В одно мгновение он подминает ее под себя. - Почему ты такая упрямая? - философски спрашивает он, обхватывая чужой затылок и устраиваясь между ее колен. - О брось, тебе же нравится, - смеется она, но срывается на стон, когда Бен обхватывает сосок ртом. Подушечками пальцев он водит по свежей коже на животе. На ней еще нет загара, она розовая и гладкая, и Рей кажется забавно пятнистой. Вот почему комбинезон был столь закрыт. Рей плавает в ощущениях, задыхается, чувствует, кажется, все и сразу. Он выбирает момент, когда девушка наиболее расслабленна, и входит одним резким толчком. Зубы Рей впиваются ему в плечо, когда она пытается справиться с болью. Бен шипит и начинает медленно двигаться, вынуждая Рей разжать челюсти. Это оказывается слишком приятно, чтобы она могла долго думать о первоначальном дискомфорте. Рей выгибается, трется грудью об его распаленную кожу, сводя Бена с ума. Все что он слышит сейчас от нее - это лишь стоны наслаждения, которые громче с каждой минутой. Когда оргазм накрывает их обоих, Бен думает, что это однозначно лучше, чем когда ее рот исторгает язвительные комментарии. А еще лучше без ее джейдайской униформы и его тяжелых мантий. Без нереализованного напряжения, без споров, которые приводят в бешенство, вынуждая крушить все вокруг. Плохо одно - он теперь будет безмерно скучать. Рей думает то же самое, лежа на боку, и прислушиваясь к его мерному дыханию, на своей шее. Джедаям не нужны привязанности. Но они нужны Рей.