Мой робот

-Натаниэль! — раздался голос матери. -Иду, мам! — на первый этаж небольшого загородного дома по лестнице скатился десятилетний светловолосый мальчишка. Высокая холёная дама, очень похожая лицом на сына, нетерпеливо махнула ему рукой из комнаты. Вбежав в гостиную, мальчик немного смутился, заметив, что у матери были гости. На диване, положа руки на колени, сидел молодой мужчина лет двадцати восьми. Он мог похвастаться великолепным телосложением, хорошим ростом, зелёными глазами и родинкой на смуглой щеке. -Здравствуйте. Вы мой новый папа? — с любопытством спросил Натаниэль гостя. -Натаниэль, сколько раз я тебя просила не задавать подобные вопросы моим гостям, — вспыхнула мама, — это не мой бойфренд. Это мой подарок тебе на день рождения. -Ты хочешь подарить мне этого дядю? Лучше бы ты подарила мне Катрин Осмен, -Натаниэль сам смутился от своих слов. -Катрин Осмен — человек.Людей нельзя дарить, — рассмеялась мама. -А это тогда кто? -не понял мальчик, с опаской приблизившись к мужчине. -Робот, конечно, — снисходительно улыбнулась мать, — последняя модель. -Нет, ты, должно быть, шутишь, — нахмурился сын. -Нет, говорю же. Можешь пойти облить его кипятком. С ним ничего не случится, — пожала плечами женщина. Натаниэль, осознав всю крутость такого подарка, повис на шее у матери: -Спасибо — спасибо — спасибо, мамочка, ты лучше всех! -Как ты назовёшь его? — спросила мама. -Я хочу назвать его Шеном, — захлопал в ладони мальчик, впиваясь взглядом в бесстрастное лицо человекоподобной машины. — Р-512, твое имя отныне Шен. Ты понял? — надменно спросила женщина у робота. -Да, госпожа, — голос его был предельно спокойным и звучал совсем как человеческий. -Крууто, — восторженно протянул Натаниэль. *** Вечером в доме у Натаниэля Ловато собрались его школьные друзья. Шен был приставлен следить за детьми и заодно подавать на стол. Ему сегодня уделялось даже больше внимания, чем имениннику. -Эй, Шен, ты устроен абсолютно так же, как и обычный человек? — спросил кто-то из гостей. -Да, господин, -невозмутимо ответил робот. -То есть, ниже пояса у тебя то же, что у настоящих людей? — хмыкнул другой голос. -Да, -повторил Шен. -Разденься, Шен, — дети окончательно развеселились. Тот взялся расстёгивать штаны. Расстегнув ремень, Шен вдруг в упор посмотрел на Натаниэля. -Хозяину не нравится то, что делает Шен? Натаниэль действительно хмурился. -Застегни ремень и иди за мной, — скомандовал мальчик. Под разочарованные возгласы детей белокурый паренёк и механический красавец удалились наверх, в комнату Натаниэля. -Шен, ты не должен слушаться никого, кроме меня и мамы, — сурово сказал мальчик. -Хорошо, хозяин. -И кончай звать меня хозяином. Называй меня Натом, ладно? -Ладно, Нат, — робот вдруг внезапно улыбнулся. Улыбка вышла чуть механической. Нат откровенно поразился. -Шен, ты умеешь улыбаться? -ахнул он. -Лицо Шена может менять своё выражение. Эта функция заложена… -Ладно, ладно, я тебе верю. А почему ты решил улыбнуться именно сейчас? — с любопытством спросил мальчик. -Шен лишь попробовал. Шен понял, что Нат весел, и самое время продемонстрировать… -Ладно, Шен, я понял, — прервал Нат, — и называй пожалуйста себя личным местоимением первого лица единственного числа, -стараясь быть предельно точным, буркнул Нат, — ты понял? -Я понял Вас, Нат, — кивнул Шен. -И будем на «ты», — быстро сказал Нат, — какой ты… смекалистый. Ладно, я еще всему тебя научу. Нат коснулся руки Шена. Покрытие, заменяющее кожу, было тёплым и мягким, и на ощупь было совсем как настоящая кожа. Нат снова заподозрил обман. -Слушай, Шен, ты можешь доказать мне, что ты робот? — шепнул мальчик. -Я могу показать тебе свой аккумулятор, Нат, — ровным тоном сказал робот. -Покажи, — велел Нат. Шен неторопливо расстегнул рубашку, обнажая мускулистую безволосую грудь. Часть груди распахнулась, будто дверь, и отъехала куда-то. Нат увидел металлическую пластину и окончательно поверил своему счастью. -Одевайся, — бросил он, будто ничего необычного не произошло, — я спущусь к гостям, жди меня здесь.       Прошло несколько лет. Натаниэль и Шен стали не разлей вода. Ни с кем из людей не сложились у него более близкие отношения, что не могло не пугать его мать, которая уже сто раз успела пожалеть, что подарила ему человекоподобного робота. В итоге Нат сошелся с сомнительного вида компанией, о чём не знала мать и что насторожило Шена. Впервые робот настоял на том, чтобы сопровождать Ната. -Я до сих пор не могу понять, что с тобой творится, — буркнул Нат, войдя в чужую квартиру. Здесь уже полным ходом шла тусовка. -Я посчитал, что ты можешь подвергнуться опасности, — Шен слегка хмурил свои густые черные брови. -Ладно, не делай, пожалуйста, такое выражение лица. Оно страшно не идет твоей милой мордахе, — фыркнул паренек. Кто-то из знакомых предложил ему стакан пива, и он жадно припал к нему. Ната уже минут пятнадцать мучила жажда. Шен молча смотрел на него секунд пять, анализируя поведение мальчика, затем решительно забрал у него стакан. -Эй, — возмутился Нат, — тебя-то пиво зачем понадобилось? -Мне оно ни к чему, Нат, как и тебе, — твердо ответил Шен, и, наверно, впервые в его голосе прорезались металлические нотки. Нат с удивлением покачал головой. -Шен, я приехал сюда расслабляться, — пояснил паренек. -Нат, разве тебе плохо со мной? — тихо спросил Шен. Брови его съехались домиком. -Ой, не могу, Шен, ты такой смешной! — рассмеялся Нат.- У тебя плохо получается вот так вот сдвигать брови… Потом, мама сама говорит, что я должен больше общаться с живыми людьми… -Не думаю, что она имеет в виду этих людей, — в голосе Шена Нат различил неприязнь и удивленно насупился, но тут его внимание отвлекла Катрин, девочка, которая нравилась ему уже очень давно, — подожди меня здесь, Шен, я сейчас, — Нат исчез в неизвестном направлении. Минут через двадцать мальчик вновь появился в гостиной. Он с удивлением и негодованием отметил, что вокруг его робота собралась большая, уже чересчур веселая толпа. Если они обижают Шена, он, Натан, устроит им по первое число… Тут Нат увидел Шена и раскрыл рот от изумления. Либо он, Нат, ничего в этой жизни не понимает, либо мир повернулся вспять, либо Шен действительно был пьян! -Эй, какого чёрта здесь происходит? — он протолкался сквозь толпу к Шену. Рубашка на нем была измята и лишена нескольких пуговиц, на брюках Нат заметил странные жирные пятна. Волосы Шена, всегда уложенные, были всклокочены, глаза немного затуманены. Ко всему прочему, он нетвердо держался на ногах. -Вы что с ним сделали? — рявкнул он на приятелей. -Роботам тоже нужно расслабляться, — хихикнул кто-то. -Что вы ему подсунули? — взъярился Нат. -Не нервничай, Нат, это всего лишь автомобильное масло. Кто ж знал, что его так вштырит? -Шен, ты меня понимаешь? -спросил мальчик у робота. -Да, Нат. Я… я плохо стал видеть… двоится всё… зачем я тебе такой? Хочешь, я тебе расскажу стихотворение? Когда цвели каштаны в заброшенном саду…- принялся декламировать Шен. Подростки вокруг него заржали: -Он такой угарный… -Идём отсюда, Шен, — спокойно сказал Нат, взяв мужчину за руку, и, поддерживая его, повёл к мотоциклу, на котором они и приехали. -Ты не можешь вести, — прокомментировал мальчик попытки Шена взгромоздиться на железного коня, — я поведу. Да не бойся, я умею. Ты, главное, крепко держи меня за пояс. С ума сойти, я приехал сюда, чтобы расслабиться, в итоге напился Шен, — бормотал он, заводя мотор. Он привёз своего металлического друга не домой, опасаясь гнава матери, а на берег моря, где они часто бывали с Шеном. -Идём, посидим на пляже, — позвал Нат. Шен аккуратно слез с мотоцикла. В глазах всё еще двоилось. -Прости, Нат, мне надо срочно избавиться от жидкости, которой меня накачали. Я скоро приду, — Шен неверной походкой отошел за кусты. Нат сел на песок, с прищуром глядя на закатное солнце. -Нат, прости мне пожалуйста моё поведение, — смущенно попросил Шен, возвращаясь. -Всё нормально. Только больше так не делай, — покачал головой Нат, — мы ничего не скажем маме, она и так на тебя зуб точит… -Но я не могу соврать ей… -Соври ради меня. Ради того, чтобы остаться со мной. Ведь ты хочешь вечно быть моим другом? -Я не могу желать чего-то. Но мысль о том, что нас с тобой могут разлучить, заставляет мой процессор барахлить, импульсы — глючить. -Я сочту это за признание в любви, — хмыкнул Нат, — ты ведь любишь меня? -Если бы я был человеком, я бы любил тебя больше всего на свете, полагаю, — тихо сказал Шен. -Ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал, Шен? — спросил Нат, потупившись. Шен вдруг вздрогнул всем телом так, что даже Нат это заметил. -Что с тобой? — испуганно спросил он. -Процессор… процессор заглючил… слишком много импульсов…- Шен некоторое время посидел тихо, затем ответил: -Поцелуй меня, Нат. Помедлив, мальчик придвинулся к нему и коснулся губами тёплой щеки мужчины. Затем, жутко покраснев, он поцеловал Шена в губы. Губы робота были совсем как человеческие, они дрогнули в ответ на прикосновение Ната. Отстранившись, паренёк заметил вдруг гибельное восстание в штанах Шена и очень удивился этому. -Прости, Нат. Это сработала одна из моих функций, активирующаяся в момент прикосновения к моим губам, — пояснил робот, заметив интерес мальчика. -Неужели ты можешь и это? — поразился Нат. Такое еще не приходило ему в голову. -Я могу всё, что может человек, — спокойно ответил Шен. -Ой, Шен, отмени, пожалуйста, свою готовность. Сегодня тебе этой функции не исполнить, — паренек жутко покраснел, — я… я же мальчик… и потом, мне всего четырнадцать… -Как скажешь, — Шен вернул своему члену прежнее состояние, — вообще-то, моя функция направлена на удовлетворение потребностей женщин, я не ожидал, что она сработает на человека мужского пола… -Никаких… никаких потребностей, — шепнул Нат, потупившись, — я умоляю тебя, ни слова не говори маме о моем поступке. -Я запру эти воспоминания в своем сознании, — пообещал робот. Несмотря на попытки Ната привести Шена в божеский вид, от его матери не укрылась перемена в облике Шена. Он показался ей несколько расхлябанным. Поэтому она устроила ему допрос с пристрастием. Хитрая женщина сумела обойти данные роботу запреты сына и быстро узнала, где они были днем и как действует избыток автомобильного масла на поведение Шена. Это разозлило её. -Снимай рубашку и штаны, они все заляпаны до невозможности, — сердито крикнула она. Шен принялся неторопливо раздеваться. А женщина уже пристально разглядывала ладное тело, развитую мускулатуру человекоподобного робота. Шен разделся догола. Женщина с удивлением отметила наличия у робота внушительного достоинства, коим не мог похвастаться ни один из её прежних любовников. Робот замер в ожидании. -Шен, подойди.- велела женщина. Когда брюнет приблизился, она без лишних разговоров вошла языком ему в рот. Ничего общего со стыдливым, несмелым, и в то же время нежным прикосновением Ната ЭТО не имело. Женщина действовала необыкновенно грубо и властно. Заметив, что член Шена пришел в боевую готовность, она оживилась. -Сними с меня одежду, медленно, приласкай меня, — продолжала командовать дама вполголоса. Шен нарочито медленно расстегнул пуговицы её блузки, и та сползла на пол с точеных плеч, обнажая белое тело. Мать Ната не надела лифчика, и полная грудь с аккуратными розовыми сосочками застыла на уровне глаз Шена. Повинуясь настойчивому нажатию ее пальцев на свой затылок, Шен приник губами к горячей нежной коже, играя языком с сосками женщины, которые стали твёрдыми, как горошинки. Из горла госпожи уже вырывались полустоны, когда Шен, приподняв её юбку, медленно стянул с неё трусики. -Госпожа, — вдруг нерешительно позвал он, замерев. -Ах, не болтай, — выдохнула женщина. Она легла на кровать, прислонившись спиной к стене и задрав юбку так, чтобы видеть собственную влажную промежность, — иди сюда, иди ко мне, — позвала она робота. Тот, помедлив, залез к ней на кровать. Устроив его между своих ног, женщина с силой нагнула его голову к своей промежности. Шен отлично понял, что от него требуется, но почему-то медлил. -Давай живо! — прикрикнула она. И Шен подчинился. Умелый язык робота коснулся влажных складочек женщины, заставляя её прогнуться в спине от сладкой дрожи. А Шен с каким-то остервенением терзал губами и языком распухший клитор, слизывая сочащиеся капельки смазки. Наконец его язык, горячий и настойчивый, проник внутрь женщины, где было узко и очень жарко. Но госпожа была уже на пике порочного блаженства. Она вскрикнула раз, другой и обмякла, сжимая в сведенных судорогой пальцах простыни. А получасом спустя Шен уже сидел на кровати Ната и смотрел на мальчика с заботливым вниманием, что было странно для робота. -Спокойной ночи, Шен, — паренек застенчиво коснулся губами его щеки, — знаешь, ты заменил мне отца, брата и друзей… Маме это не нравится, а я так рад этому… При упоминании о хозяйке Шен снова вздрогнул. -Нат, ты не мог бы мне кое-что приказать? -спросил он вдруг. -Но Шен, я не люблю тебе приказывать, ты ведь мой друг, — нахмурился Нат. -И ты мой друг, поэтому я и прошу тебя сделать это для меня. -Хорошо, что мне нужно сказать? — вздохнул мальчик. — Р-512, ты никогда и ни при каких обстоятельствах не должен удовлетворять сексуальные потребности людей женского пола любого возраста, а также позволять касаться себя, — отчеканил Шен металлическим голосом. -Ого. Погоди, а мужской пол ты удовлетворять хочешь, значит? — удивился мальчик, Шен скромно промолчал. -Ну, пусть будет по-твоему, — рассмеялся Натаниэль. Шен с выражением безграничной любви на лице наблюдал за безмятежно спящим мальчиком, хотя такого выражения лица не было в его программе. -Я дождусь тебя, мой мальчик. Я был создан лишь для тебя, — дрогнули его губы.       По достижении Натом семнадцати лет мать отдала его в колледж, разлучив таким образом с Шеном. Зная, что Нат никогда не простит ей, если она избавится от Шена, и не имея возможности использовать его, как сексуальную игрушку, она превратила его в прислугу, давая самую чёрную работу. Расчет её оправдался. Нат наконец завел настоящих друзей. Шен, разлученный со своим другом, превратился постепенно в бездушную машину. Но похотливая баба так и не смогла выбить из его сознания приказ, отданный когда-то Натом. Проведя год в колледже, Натаниэль вернулся домой. Обняв мать, он поискал глазами Шена. -Почему Шен не вышел меня встречать? — спросил он. -У Шена было столько дел сегодня, — рассмеялась мать. Войдя в сад, Нат наконец обнаружил там Шена, одетого в жалкое подобие лохмотьев. Механическими движениями он наводил порядок на грядке. -Шен, — позвал Нат. Робот медленно повернулся к нему и тупо уставился в лицо своего молодого хозяина. -Шен, это я, твой Нат… Я вернулся, слышишь? Шен… -Да, хозяин, — проговорил робот. -Шен, разве ты не помнишь меня? Ведь я твой друг… Шен, умоляю, вспомни меня! Вспомни наши прогулки к берегу моря… Вспомни наши ночные разговоры… Наш поцелуй…- Нат, приподнявшись на цыпочки, нежно коснулся губами мягких губ механического мужчины. Но они были неподвижны. Тогда Нат углубил поцелуй. Его язык аккуратно скользнул в полуоткрытый рот Шена, неторопливо лаская его язык и губы. Наконец, когда Нат уже отчаялся и хотел было отстраниться, губы Шена сделали движение навстречу нежным поцелуям парня. Руки робота, которые играючи гнули металлические пруты, осторожно обвились вокруг пояса Ната, забытые тяпка и мотыга полетели на траву. -Ты вспомнил, — сквозь слезы засмеялся Нат, когда они наконец оторвались друг от друга. -Конечно, вспомнил. Как я мог забыть тебя. Ведь… — Шен запнулся, — ведь в тебе моя жизнь. Они встречали закат, как прежде. Море прибоем ластилось к песчаному берегу, что-то обещая и шепча белыми пенящимися волнами. На диком пляже сидел черноволосый мужчина. На его коленях восседал белокурый юноша, судорожно обнимая его, будто боялся потерять навсегда. Мускулистые загорелые руки Шена ласкали спину доверчиво льнущего к его груди Ната. -Любишь ли ты меня, Шен? — счастливо смеясь, шептал ему парень. -Люблю, Нат. Люблю больше всего на свете, — тихонько отвечал тот, любовно глядя на Ната, — а ты любишь меня больше Кэтрин Осмен, о которой ты мне в свое время все уши прожужжал? -Ты знаешь, она не в моем вкусе, — секунду спустя Нат чувственно коснулся губами губ мужчины, — мне кажется, я полюбил тебя с нашего первого поцелуя. Того самого. Но мне было не по себе, ведь ты мужчина, к тому же, гораздо старше… -Я не мужчина. И, формально, ты старше меня лет на десять, — возразил Шен глухо. -Нет — нет, глупый мой, не упорствуй, — рассмеялся Нат, — ты мужчина, и еще какой! Помнишь, ты настоял на том, что мне нужно твое сопровождение на ту тусовку? -В итоге, ты меня оттуда и вытащил волоком, — улыбнулся Шен. -Ты стал для меня и отцом, и старшим братом. Кстати, Шен… прошло восемь лет, а ты ни капли не изменился… пройдет еще много лет… ты останешься молодым и красивым, а я стану уродливым стариком… ты будешь свободен в выборе, и зачем я нужен буду тебе таким? Старым и слабым… — Нат зажмурился, будто пытался отсрочить приближение такого времени, уткнулся носом в тёплую грудь Шена. -Ты, верно, шутишь? Когда ты станешь самым старым, больным… -И страшным, — подсказал Нат весело. -И самым страшным стариком на свете, я буду носить тебя на руках, — закончил Шен. -Жду не дождусь. Это так романтично, — шепнул ему в шею Нат. -Ну… пока ты еще не слишком стар, мы можем заняться кое-чем другим, — посмеиваясь, предложил Шен, — если ты, конечно, хочешь. -Ну, милый мой, я уже совершеннолетний развратный юноша, — засмеялся Нат, — а вот тебе еще нет и девяти лет. Как же быть? — развернувшись, он оседлал бёдра Шена. -Мы что-нибудь придумаем, — с этими словами мужчина нежным, но настойчивым поцелуем обогрел потрескавшиеся губы блондина. -Ха-ха, я только сейчас понял, почему ты тогда сам на себя наложил ограничение только на женский пол, — слегка усмехнулся Нат. -Молчи, что ты понимаешь, — губы их вновь слились в поцелуе. -Мой любимый… мой родной, — бормотал юноша между поцелуями, которые он был вынужен прерывать, чтобы загнать в лёгкие хоть немного воздуху, отчего они стали быстрыми и рваными. Но это, казалось, только больше распаляло любовников. -Как там поживает твой маленький друг? Активизировался? — ухмыльнулся Нат. -Я-то без перебоев работаю, — ответил в том же тоне Шен. -Я помню, как тебя тогда переклинило от поцелуя четырнадцатилетнего пацана, — поддел юноша, помогая мужчине стащить брюки. Два обнаженных тела прижались одно к другому так, что и миллиметра свободного пространства между ними не осталось. Нат вздрогнул всем телом, когда головки их членов соприкоснулись. Шен, схватив сильной рукой достоинство юноши, принялся медленно двигать рукой вверх — вниз, размазывая по нему капельки смазки. Нат стонал ему в губы, будто никогда не слышал ни о стыде, ни о скромности. -Ты… ты возьмёшь меня? — спросил Нат, когда смог владеть членораздельной речью. -Нет. Это ты возьмёшь меня, и немедленно, — выдохнул Шен. -Но Шен… У тебя хоть есть простата? — шепотом поинтересовался Нат. -Есть. Это сейчас не важно. Ты девственник и не готов принять в себя мой член. Он больше среднего и ничего, кроме боли, тебе это не доставит. Тем более, у нас сейчас нет никакой смазки, кроме твоей естественной и моего масла, — объяснил Шен, принимая удобное положение на песке и приглашающе раздвигая ноги. Он ясно и прямо глядел в голубые глаза юноши своими зелёными, — я прошу тебя об этом, Нат. Нат склонился к нему, выцеловывая узоры на упругой смуглой коже. Шен с отрадной улыбкой любовался возмужавшим на его глазах парнем. Взяв в кулак член мужчины, юноша несмело коснулся губами нежной кожи на розовой головке. -Ты чувствуешь?.. -Чувствую. Но сейчас не стоит этого делать, — Шен осторожно высвободил член из хватки юноши, — машинное масло не пойдет тебе на пользу. Внутри Шена было жарко и узко. Чувствуя, как кольцо мышц зажимает нежную головку члена, скользкую от смазки, Нат едва ли не рычал от возбуждения, ускоряя темп. Он успел заметить, что и Шен подался ему навстречу, насаживаясь всё глубже. Глаза Шена, неожиданно для Ната, подёрнулись дымкой страсти. Но юноше не удалось вырвать из металлической груди жаркого вздоха, лишь мучительный стон. В этот момент они оба и кончили. Белокурый парень и черноволосый мужчина лежали в обнимку на пляже, страстно целуясь, и последний луч заходящего солнца позолотил прекрасные обнаженные тела, будто унося их в бесконечность.       Сорок лет спустя. Мистер Натаниэль Ловато, пятидесятивосьмилетний владелец крупнейшей корпорации по производству роботов, не растерял с годами юношеской стройности и ясности взгляда. Глубокая морщина перечеркнула лоб, в уголках глаз собрались мелкие морщинки. Голова его уже была полна седины, которая шла его благородному облику. Он стариком не был. Одетый в безукоризненный костюм, он восседал в кресле с высокой спинкой за большим письменным столом. Хмуря густые серебряные брови, он разбирал важные бумаги. -Мистер Ловато, к вам муж, — раздался безжизненный голос секретарши. -Пустите, — кивнул Нат, поднимаясь из кресла навстречу гостю. -Очень мне нужно твоё разрешение, чтобы войти, Натаниэль Ловато! — раздался веселый голос, и в кабинет ворвался молодой зеленоглазый брюнет в строгом костюме. Подскочив к серьезному мужчине, он чмокнул его прямо в губы. -Опять пашешь, как проклятый, мой родной, — шепнул в ухо Нату Шен, ловкими пальцами разминая тому затёкшие плечи, — рабочий день давно вышел. Всё, заканчивай чахнуть над своими бумажками. -Но это очень важные бумажки, — заговорщически подмигнул Нат. -Важнее, чем я? — надулся брюнет. -Глупый мой. Дороже тебя у меня ничего нет, — Нат крепко поцеловал в губы своего мужа, — всё еще функционирует? — пошутил он, легонько коснувшись пальцами натянутой бугром ткани штанов Шена. -Как видишь, старичок, — ухмыльнулся в ответ молодой мужчина. -Помнится, ты обещал носить меня на руках, когда я стану старым и страшным сморчком, — напомнил, смеясь, Нат. -Выполняю обещанное, — не потерявшие с годами силы металлические руки Шена легко подняли в воздух немаленького мужика, — а сейчас мы с тобой отправимся прямиком домой, где займёмся грязным сексом, — прошептал ему в губы брюнет. -Если только Мари ночует у подруг, — категоричным тоном заявил Нат, — она уже однажды чуть нас не запалила. -Мы сначала отвезем её к подружке, — а потом займёмся своими делами, — предложил Шен. -Опять притащил её ко мне на работу, — покачал головой Нат, — поставь меня на ноги. Дочка и так побаивается, что наша страсть спалит её на месте. -Папуль! — ему на шею кинулась миловидная блондиночка лет шестнадцати. -Малышка моя, — Нат крепко поцеловал дочь. Закончив обниматься с одним отцом, она чмокнула в щёку другого. -Так, живо в машину, — разворчался Шен, тая в голосе нежность. Он очень любил приёмную дочь, которая, к слову сказать, была копией Ната. Все трое уселись на заднее сиденье, и машина поехала на автопилоте к дому Эми, подружки Мари. -Вы не представляете, мои дорогие, какой Кент милый и умный, — щебетала девушка, поворачиваясь то к Нату, то к Шену, — он обязательно вам понравится… -Вот приведешь его в субботу на ужин, и узнаем, насколько Кент милый, — пробурчал Нат, который ревностно берег честь дочурки и слишком настороженно относился к её увлечениям. -Ну не ворчи, папуль, — рассмеялась Мари, — папа Шен, скажи ему… -А что сразу я? Он же мне накостыляет, если не поддержу его, — пожал плечами брюнет. Оставив Мари у подруги, супруги поспешили домой. Шен, глядя на Ната абсолютно влюблёнными глазами, ловил на себе не утративший молодого блеска взгляд седовласого мужчины и чувствовал, что пройдет еще сорок, еще сотня, еще тысяча лет — их счастье будет длиться вечно.