Куплю ребенка

Минсок разбудил омегу поздним утром. - Хань. Хань, поднимайся. Пора ехать в больницу. Сегодня обследование, забыл? - М?- Лу сонно перекатился с бока на спину, придерживая большой уже животик.- Сегодня? - Да, сегодня. Я ведь говорил тебе еще два дня назад, - Минсок ласково погладил живот Ханя и не без внутреннего восторга ощутил ответный толчок маленькой ручки. Или ножки. - Поднимайся. Я уже приготовил тебе завтрак. - Уже иду. Только помоги встать, пожалуйста,- китаец протянул ему руку. Он на седьмом месяце, и живот стал приносить некоторые неудобства, но Ханя они нисколько не волновали. Он так же любил своего маленького сына, читал ему книжки, пел песни и всегда разговаривал с ним, все больше привязываясь. - Давай, - альфа бережно подхватил омегу под спину и осторожно помог сесть. - Дальше сам или помочь? - Сам,- Лу зевнул и улыбнулся.- Доброе утро. - Доброе, - ответил Ким, проведя рукой по волосам Ханя. - Завтрак ждет на столе. - Я уже иду,- тот спустил ноги с постели и медленно поднялся с кровати, не забыв сунуть ноги в тапочки. Кивнув, альфа вышел из комнаты, а у Ханя тем временем зазвонил телефон. Парень наклонился к тумбочке и взял мобильник. Номер был незнакомым. - Алло. - Здравствуйте, - произнес сухой безэмоциональный голос. - Меня зовут Сон ДжеМин. Я звоню по поводу задолженности Вашей семьи. - Да, здравствуйте,- кивнул Хань.- Я перечислю часть долга на неделе. - Я звоню сообщить, что в этом уже нет необходимости, - ответил мужчина. - После смерти Вашей матери все ее имущество было продано и это покрыло долги. Оставшаяся разница невелика, но... - Подождите!- прервал его Лу. Слова аналитика сбили его с толку.- Мама жива. Вы меня с кем-то спутали. - Хм... - Сон замолчал, видимо, проверяя информацию. - Лу Хань? - спросил он, наконец. - Да. Я же говорю, Вы ошиблись. - Ваша мать - Лу Мэй? Умерла два дня назад в больнице Донгу от обширного инфаркта. Вы не знали об этом? Хань моргнул. Два дня назад... Но ведь они совсем недавно разговаривали. - Почему... Почему никто не сообщил мне? - Об этом я не знаю. Приношу свои соболезнования, господин Лу, - сказал ДжеМин. - Что ж, - продолжил он, после секундной заминки, - я позвоню Вам через пару дней, чтобы окончательно решить вопрос. Хань уже не слушал. Слезы полились из глаз сами собой. Парень не видел и не слышал ничего вокруг. Мама... Почему она не сказала, что больна? Почему его не было рядом в тот день? В голове появился рой вопросов, на которые он не мог ответить. В комнату вернулся Минсок. - Хань, твой завтрак уже... - альфа на секунду застопорился, не ожидая увидеть слезы омеги, но почти мгновенно оказался рядом. - Хань, что случилось? - Мама... - выдохнул он, глотая соленые капли. - Мамы больше нет. Мама умерла. - Боже... Ким взволнованно сглотнул, прекрасно понимая сейчас состояние парня. Минсок осторожно обнял омегу одной рукой, вторую же опустил на живот. Словно чтобы поддержать и ребенка тоже. Альфа знал, что успокаивать бесполезно. Слова сейчас лишние. Подобную боль просто так не унять. Можно только пережить. Лу отпустил себя и заплакал в плечо альфе. Теперь все это не имеет смысла. И эта беременность, и эти деньги, будь они прокляты. Теперь у него нет родного человека и родной страны. Ему некуда и не к кому возвращаться. Минсок молчал, машинально поглаживая омегу по волосам и просто ожидая, пока закончатся слезы. Сейчас Ханю нужна поддержка. А потом, судя по всему, в любом случае понадобится помощь. Хань плакал дольше получаса. Мысль о смерти матери никак не хотела укладываться в голове. Когда все слезы были выплаканы, омега отстранился и сухо сказал: - Поехали. Врачи ждут. Альфа кивнул и поднялся следом. Врачи сейчас необходимы как никогда. Всю дорогу до больницы Хань молчал и гладил живот. Вот кто у него теперь остался. Мама была рада, что он забеременел. Не из-за денег, а искренне. Мин молчал тоже. По себе знал, что всё окружающее будет действовать, как внешний раздражитель. Нервов сейчас хватало и без того. Только бы на малыше это не отразилось. И на малыше это действительно не отразилось. Зато на омеге очень даже. У врачей появились опасения, что выносить ребенка Хань не сможет из-за появившихся от новости перепадов давления. Было решено положить парня на сохранение, чтобы и плод обезопасить, и Лу психический и сердечный тонус восстановить. Минсок тяжело вздохнул, помогая омеге разложить вещи в палате. - Тебе привезти что-нибудь еще? - Ничего не надо,- как-то пусто ответил китаец.- Прости. От меня одни проблемы. - Ничего. Не бери в голову. Я в свое время тоже мать потерял, - ответил Мин. - Понимаю каково тебе. Так что не волнуйся об этом. И вообще волнуйся поменьше, пожалуйста. - Я постараюсь. За мой сегодняшний заскок,- выдохнул Лу.- Можешь больше не платить. Все равно это уже ничего не изменит и никому не поможет. - Это поможет тебе, - возразил Мин. - На что ты иначе будешь жить, когда все закончится? - А когда все закончится, надо будет жить?- Лу окинул его безразличным взглядом. Альфа нахмурился. Это уже перебор. - Прекрати, Хань. Как бы жестоко это ни звучало, но твою маму уже не вернешь. И я буду весьма признателен, если ты не отправишь следом за ней моего ребенка. Я понимаю, что сейчас тебе радоваться нечему, но ты должен обращать внимание не только на себя. - Да рожу я твоего ребенка! Только и говоришь, что о нем, как чертов попугай! - взревел Лу. - Не тебе распоряжаться моей жизнью после родов. С первых минут его жизни в этом мире, тебе уже не будет до меня дела. И если ты хочешь, чтобы все было хорошо, лучше оставь меня. Сейчас. Но, вопреки этому, альфа обнял его. - Прости, - сказал он негромко. - Прости, я был резок. Но сейчас я волнуюсь за вас обоих. И не считаю тебя пустым местом, сколько можно это повторять? - Я все прекрасно понимаю, Мин,- тот на объятия не ответил.- Мне, если честно, все равно. Хоть как с уличной собакой обращайся. С ребенком ничего не случится. Но тебе правда лучше уйти. - Хорошо. Альфа отпустил Ханя и покинул палату. До омеги сейчас все равно не докричаться. Когда Мин вышел, Хань улегся на постель и постарался заснуть. Может, хоть так получится отвлечься? Ближе к вечеру омегу разбудил звонок телефона. На дисплее мигало имя Сехуна. Увидев, что звонит Се, омега улыбнулся. Он точно поддержит в такую минуту. - Алло. - Привет, Бэмби, - улыбнулся голос беты. - Как твои дела? Все еще трясешь пупса? Лу тяжело вздохнул. Да уж. Еще как трясет. - Плохо мои дела. Мы в больнице теперь. На сохранении. - Что случилось? - радость в голосе Сехуна вмиг сменилась беспокойством. - Мама умерла,- ответил тот, стараясь не плакать.- Два дня назад. - Господи... - охнул Сехун. - Да подожди ты, - рявкнул он кому-то рядом. - Хань, в какой ты больнице? Я приеду. - Янгу. Не переживай так, со мной уже все в порядке. Относительно. - Так что, мне не... Ах, точно. Приемные часы уже закончились. Хань, я буду завтра после работы, хорошо? - Конечно, Се, ты же знаешь,- Хань улыбнулся. Такой суетливый, работящий. Се всегда был прилежным во всем. - Знаешь, - сказал Сехун, - у меня тоже есть для тебя новость. За мной альфа ухаживает, представляешь? Сердце омеги пропустило удар, неизвестно, какой по счету за день. И он звонил только за этим? Сказать, что у него появилась пара? - Правда?- Лу старался держать себя в руках и не реветь.- И как тебе? - Пока не знаю. Но он милый, - бета вздохнул. - Прости, Ханни, мне пора. Я приеду завтра вечером и привезу вкусняшек, идет? - Идет. Китаец отключился и вздохнул. Уж лучше бы не приезжал.

*****

Следующий вечер наступил быстро и вот уже Сехун постучался в палату друга. - Привет, - улыбнулся он. - Как здесь мои оленята? - Хорошо,- Хань отложил книжку со сказками, которую читал малышу.- В норме. После капельниц. - Я привез тебе манго, - бета показал другу пакет. - И бананки. Будешь? - Сейчас не хочу, спасибо,- Лу покачал головой.- Ну. Рассказывай. - Да особо и нечего рассказывать, - бета сел рядом, положив пакет на тумбочку. - Пришел к нам сисадмином. У меня комп потух, я к нему и обратился. А он вылупился на меня, как фанатка на биаса. Не моргал даже. Ну и давай потом подкатывать. То на кофе пригласит, то шоколадку оставит. Как будто я омега, чесслово. - Для него ты, вроде как, и омега. Он ж мужик в конце концов,- улыбнулся Хань.- И что насчет него думаешь? Стоит попробовать? - Не знаю. Он еще не привлекает меня настолько, чтоб встречаться с ним. - Ну, все придет. Со временем,- успокоил его Лу, поглаживая живот. - А ты? - спросил Се. - Этот кусок идиота все еще плевать на тебя хотел? - Он не плюет. Но жизнь ребенка для него в приоритете. Иногда он срывается, но почти сразу просит прощения. Мне и все равно, если честно. - Да уж, - бета почесал затылок. - По тебе и не скажешь, что в течку тебе было с ним хорошо. - В течку, можно сказать, я и не я вовсе. Но Се. Я не знаю, что делать. Я не хочу отдавать ему ребенка. - Да кто бы сомневался, - Се приобнял друга за плечи. - Слушай. Может, давай я после родов выкраду твоего пупса? Этот болван же все равно не знает где я живу. - У болвана есть связи,- вздохнул Лу.- Нет. Воровать не вариант. Но можно попробовать подать в суд. Не знаю только, на какие деньги. - Не вариант, - покачал головой бета. - Раз у вас есть договор и на нем твоя подпись. Суд на его стороне будет. Скорее всего. Он же с топором над тобой не стоял, чтоб ты подписал. - Значит, придется смириться. В конце концов, он платил мне деньги, содержал меня. Этого ребенка он заслужил. - Давай смотреть правде в глаза, Ханни. Этот горе-альфач палец о палец не ударил бы в твою сторону, если бы ты не подхватил от него беременность. Он содержит тебя и сверх того платит каждый месяц. Так что этого ребенка он у тебя купил. По сути, это именно так и выглядит. - И что? Он нашел суррогатного омегу. Разве может быть иначе?- тот склонил голову к животу.- Мне придется его отдать. Но я не хочу. Это мой мальчик. - Ну так и не отдавай. - И что будет? Он меня прихлопнет. Бета замялся. - А если... Может, ты постараешься влюбить его? Тогда все проблемы решатся разом. - Он зарекся заводить отношения с омегами,- покачал головой Хань.- Да и не до любви мне как-то сейчас. - Слушай... - Сехун деликатно кашлянул. - А может этот твой... Просто по альфам? Хань посмотрел на него, как на полоумного. На душе сразу стало неспокойно. - Нет. Не дай Боже. У нас же альфа. - Эй, я не говорю, что он по малышне. По взрослым. - Но малышня же рано или поздно вырастет. Ты меня прям напугал. И напрямую не спросишь. - Хорошо. Наверное, я сглупил, - Сехун почесал затылок. - Если бы был по альфам, его бы твоя течка оставила равнодушным. А вы, как я понял, неплохо развлеклись. - Да меня никогда так не перло. Наверное, из-за альфы рядом,- вздохнул Лу. - Ну вот. А его, значит, перло с тебя, - рассудил Сехун. - Тогда, наверное, ему просто не те омеги попадались. - Может. Но вряд ли он меня полюбит. Да и я вряд ли его полюблю. - Ну да, - вздохнул бета. - Я от такого тоже не в восторге. Блин. И что же делать? Ведь времени уже не так много осталось. - Рожу. А там посмотрим. Может, я с родами не справлюсь,- пожал плечами китаец. Сейчас вообще не тем голова забита. У меня перед глазами то мама, то ребенок. - Эй, ты мне это "не справлюсь" брось, - пригрозил Сехун. - Еще как справишься. Олень ты или не олень? - Я нежный олень,- хихикнул Лу.- Да, олененочек?- спросил он у живота. "Олененочек" ответил легким пинком. Скорее всего - согласился. - Эх, Лулу, - бета обнял друга. - Я так тебя люблю. И помогу тебе справиться со всем. Можешь на меня рассчитывать. - И я тебя люблю. Хоть и немножко ревную к этому твоему альфе,- улыбнулся тот, отвечая на объятия.- Какой он? - Довольно милый, - ответил Се. - Зовут Джесон. Весь такой из себя альфач, а как меня видит - краснеет сразу. - Ну ты же красавчик,- Хань потрепал его за щеку.- Так что не удивительно. - Да. Но, кажется, он думает, что я омега. - От тебя же не пахнет. Думаю, все-таки различает. Да и по телосложению тоже. - Но, знаешь, я чувствую себя омегой рядом с ним. Не особо приятно. - Поговори с ним? Помоги все делать правильно. - Да я даже не знаю хочу ли я встречаться с ним. - Ну если случай выпадет. Не специально же к нему идти. - Ну да, - бета вздохнул. - Хотел бы я на твоего пупса посмотреть, - он погладил живот друга. - Так жалко будет. - Я бы тоже хотел посмотреть. Постараюсь все детально рассмотреть, когда увижу его на родах,- улыбнулся Лу, накрывая ладонь друга своей. - Эй, козявочка, - обратился к беременному животу Сехун. - Ты там, давай, родись здоровеньким и сильным. - Наверное, он думает, что у него трое родителей,- омега обнял Се.- Спасибо, что пришел. - Ничего. Одним больше, одним меньше, - рассмеялся О. - Родителей много не бывает.

*****

Вновь погрузившись в одиночество собственной пустой квартиры, Минсок со временем заскучал. За эти месяцы он настолько привык к постоянному присутствию Ханя, что без него стало как-то... не так. В конце концов у них с омегой установились неплохие отношения. Альфе нравилось наблюдать за тем, как китаец вперевалочку ходит по квартире; как смеется над какой-нибудь комедией, перепачкав подбородок и губы в липком соке от персиков или манго. Альфа привык иногда останавливаться у двери в спальню омеги и слушать, как он в полголоса читает сказки, поглаживая круглый живот. Он знал, что ребенка придется отдать, но все же заботился о нем, как о своем собственном. От одной только этой картины сжималось сердце. И именно по этой причине Минсок три раза в неделю навещал Ханя в больнице. Но Лу своему посетителю особо не радовался. На вопросы отвечал односложно, ни на что не жаловался, ничем не делился. Во время разговора смотрел куда угодно, но не на альфу. Китаец был похож на увядающий цветок. На розу, которую сорвали с куста и поставили в вазу, чтобы попользоваться и выкинуть. Хань был благодарен Мину за заботу. Но мысль о том, что этот человек отберет у омеги единственную радость, единственное родное для него существо, вызывала у Лу лишь отвращение к альфе. Когда Кима не было рядом, Хань становился совсем другим. Улыбался, оставаясь наедине с сыном. Рассказывал истории, сам придумывал сказки, радовался и одновременно жалел, что любимое чадо так скоро появился на свет.

*****

- Мён, что делать? Минсок сидел в кабинете друга и пил с ним коньяк. - После новости о смерти матери, Ханя как подменили. Я был рядом, утешил, поддержал. Но теперь, если раньше мы нормально общались, то сейчас он даже не смотрит на меня. Разговаривать отказывается. Что я уже сделал не так? - Хм,- тот закусил выпивку долькой лимона.- А разве тебе того и не надо было? Ребенка носит, ни на что не претендует, не достает. Что не так? Альфа откусил кусок от бутерброда. - Я привык к живому омеге, а не к печальному изваянию, которое как будто к смерти готовится. - Он с тобой даже не живет. Еще сто раз отвыкнуть успеешь,- Чунмен подлил в бокалы выпивки. - У тебя живой сын скоро будет. И в квартире никаких омег не останется. - Да, наверное, ты прав, - согласился Мин. - Но его состояние может плохо сказаться на малыше. Мне это не нравится. Видно, что он похудел. Значит, стал хуже питаться. Хань, может, и не претендует ни на что, но его смерть во время родов в мои планы не входит. Врачи сказали, что из-за своего состояния он вообще ребенка может не выносить. - Осталось меньше месяца. Да и согласись, если бы на малыше это отразилось, ты бы уже узнал от врачей,- пожал плечами альфа.- А что насчет смерти... Это будет не твоя вина. Да и что поделать, и такое случается. Раз так себя загоняет, значит, на себя плюет. Ты не виноват в том, что у него тараканы в голове паясничают. Минсок помолчал и со вздохом сделал еще глоток. Чуть поморщился и закусил бутербродом. - Я не хочу этого, Мён. Правда. Знаешь, недавно я поймал себя на том, что скучаю по нему. И по всему, что он делал, пока мы жили вместе. Наверное, просто привычка. - Которая называется "любовь", - улыбнулся другу Мён. - Я рад, что хоть один омега смог растопить твое сердце. Жаль только, что поздно. - Любовь? - хмыкнул альфа. - У меня подобных "любовей" знаешь сколько было? Он просто омега, который родит мне сына. И все. - Он просто папа твоего сына. И ты в нем видишь именно папу. Этим он тебя и привлекает, неужели не чувствуешь? - Мён снова взял бокал. - Не думал о том, чтобы оставить Ханя на правах папы? А, может, и своего мужа. Минсок посмотрел на альфу долгим взглядом, словно что-то взвешивая. - Я не знаю, Мён, - сказал он, наконец. - Не знаю. Сейчас я просто хочу понять, почему его отношение ко мне так изменилось. Я не делал ему ничего плохого. - Да дело, может, и не в тебе, - успокоил его Ким. - Он так старался ради матери. А тут она умерла. Просто для него это слишком сильный удар, наверное. К тому же, больница тебе не курорт, сам понимаешь. - Понимаю, - кивнул альфа. - Но там хорошие врачи и вменяемые условия. Дело скорее в матери, чем в больнице. Но как вернуть Ханя к жизни я не представляю. - Может, ему надо просто дать немного времени? Смирится и все. Снова будете общаться, как раньше. Ты же по себе знаешь, нужно много времени, чтобы такое пережить. - Да. Знаю. Вопрос только в том, сколько времени понадобится ему. До родов осталось около месяца. Боюсь, что этого не хватит. Надо хоть как-то подбодрить его. Но как? Он не принимает от меня ничего. - Значит, дари не от себя. Привези букет цветов, типа от инвесторов, вкусняшек каких-нибудь. Может, прокатит? - Букет от инвесторов? - фыркнул Минсок. - Мён, он же не дурак. Додумается, что наши инвесторы к нему никаким боком не относятся. Хорошо еще, если рожу мне этим букетом не начистит. - Я в том смысле, что дарят тебе. А тебе не надо. - Не вариант, - он покачал головой и вдруг щелкнул пальцами. - Идея. Дома по вечерам он читал вслух сказки. Может привезти еще книжек? И вообще что-нибудь для ребенка. Думаю, это поднимет ему настроение. - А ты для ребенка ничего не возишь, что ли? - не понял Мен. - В больницу - нет. Все это дома, - ответил альфа. - Я купил кроватку, одежек, игрушек. Коляску. В больницу Хань не брал с собой никаких детских вещей. В том числе и книг. Слишком спешно пришлось собираться. - Ну так вези, - сказал Ким. - Не кроватку с коляской, конечно. Но те же книжки. Или игрушку какую-нибудь. - Думаю, так и сделаю, - кивнул Мин, дожевывая лимон. - Завтра припоздаю немного. Поеду к утреннему посещению. - Да ты прям расцвел, - улыбнулся Мен. - Сейчас уже не успеешь? - Какой? - отмахнулся альфа. - Я выпил. Да и поздновато уже. Завтра, Мён. Все завтра, на свежую голову. - Ну давай. Расскажешь потом, как дела. - Хорошо. Тогда увидимся завтра. - До завтра,- мужчина опустошил стакан и задумался. Тоже, что ли, семью завести?