Frozen

      Первым делом, когда я проснулась на следующее утро, поняла, что это был всего лишь сон. Точнее, кошмар для меня. Вот только представлю, что я изменила Тобиасу… Ну, и приснится же такое! Я бы не смогла так сделать. Хотя, фактически я не изменяла ему. Мы ведь расстались. Точнее, он предал меня, а затем бросил.       Оглядываюсь по сторонам и замечаю мирно спящего Тони рядом с собой. И все бы ничего, но… он голый?! Нет! Боже, неужели мне это не приснилось? Как я могла?! Это шутка? Может, это тоже сон? Ведь я не могла сделать этого… не могла переспать с Тони. Я ведь люблю Тобиаса… Нет! Что я натворила?!       Еще минут десять я сидела, схватившись руками за голову, пытаясь осознать, что я… переспала с другим мужчиной в первую же ночь. Боже, я повела себя как, как… девушка легкого поведения! Это ведь так не похоже на меня. Я никогда не позволяла себе такого. Что на меня нашло вчера? Я сама хотела этого… хотела его? Или хотела отомстить Тобиасу? Даже если я и сделала это, то легче мне не стало. Наоборот, только хуже.       Первой мыслью было просто сбежать. Но потом я вспомнила, что нахожусь в собственном доме, и мне некуда спрятаться. Не могу же я просто бросить его здесь и уйти. Или могу? Хотя нет, я сразу выкидываю эту идею из головы. Тогда что мне делать? Притвориться, будто бы ничего не произошло? Пожалуй, так и поступлю.       Встаю с пола, но вдруг резко закружилась голова. Все-таки выпитый вчера алкоголь дал о себе знать. Сначала иду на кухню и выпиваю таблетку аспирина. Становится немного лучше, хотя все еще боль чуть отдается в висках. Принимаю душ, пытаясь выкинуть все мысли из своей головы, но ничего не выходит. Вспоминаю вчерашний день, измену Тобиаса, секс с Тони… На глазах выступили слезы, и я попыталась их убрать, но ничего не вышло. Они смешались с водой и скатывались по щекам. Чтобы хоть как-то взбодриться, я включаю холодный душ и, когда окончательно замерзаю, выхожу.       Завариваю себе кофе и какое-то время просто сижу, попивая его и смотря в одну точку. И так продолжается до того времени, пока на кухню не входит Тони, и я перевожу взгляд на него. Он был одет в одни джинсы, без футболки. Мои щеки заливаются краской, и я отвожу глаза, пытаясь не смотреть на него. Мне неловко сейчас перед ним, но более неловко из-за вчерашней ночи. Точнее, даже не просто неловко, а стыдно. Что он обо мне думает? Хотя, наверное, он обычный мужчина, которому нужен был только секс. Что ж, он его получил. И надеюсь, что я его не увижу больше в своей жизни.       — Доброе утро, — мило улыбнулся он, присаживаясь напротив меня. Он забрал кружку из моих рук и отпил пару глотков моего кофе. От такой наглости я потеряла дар речи.       — Оно вовсе недоброе, — пробубнила я, забирая свой напиток обратно себе.       — Да брось ты! Оно прекрасно, так же, как и ты.       От такого комплимента я снова залилась краской, пытаясь прикрыть свой алый румянец на щеках. Непроизвольно, я опустила взгляд вниз на его торс. Я сглотнула, вспоминая события прошлой ночи. Как же мне хотелось стереть себе память, чтобы не вспоминать это больше. Ну, почему не придумали еще какой-нибудь сыворотки памяти? Я бы спокойно забыла все: Тобиаса, Тони, снова Тобиаса… Почему он преследует меня?       — Слушай, давай забудем все, что было вчера. Я была не в себе и…       — Это из-за того парня? — перебил он меня. Я удивленно уставилась на него. Откуда он знает? Я вроде бы ничего ему не говорила…       — Какого еще парня?       — Из-за которого ты вчера… ну, в общем, ты поняла.       Я закусила губу, не зная, что ответить. Да, он оказался прав. Абсолютно прав. И что дальше? Если он итак все знает, значит, сам должен понимать, что между нами ничего не может быть. Даже если теперь я свободна…       Не знаю, чем думала в тот момент, но почему-то я доверилась этому парня. Он внушал мне доверие. Боже, я противоречу сама себе. То мне кажется, что он козел и бабник, то надежным другом. Да и вообще, с чего я взяла, что он друг мне? Он просто спас меня вчера, а потом мы переспали. Это что, некая благодарность ему за спасение? Боже, как мерзко! Однако я рассказала ему все. О себе, о Тобиасе, о нас…       Тони выслушал меня, не перебивая, и мне на душе сразу стало легче. Правду говорят, если поделишься с кем-то своей проблемой, станет лучше. Как будто груз с плеч. И почему-то я была уверена, что парень никому не разболтает. Да, тем более, ему и некому. Поэтому на этот счет я была абсолютно спокойна. Парень не сказал мне ничего по этому поводу, да и я была ему благодарна даже за это. Не хотелось выслушивать какие-то глупые советы. Он просто понял меня.       — Эмм… Может, ты все-таки оденешься? — смутилась я, на что Тони лишь громко рассмеялся. Но он все же надел на себя футболку, отчего мне стало в тысячу раз комфортнее рядом с ним.       Он еще недолго пробыл у меня, так как появились дела, и вскоре ушел. Мне стало немного грустно, потому что я снова осталась одна. Чтобы не думать о Тобиасе, я решила занять себя чем-нибудь, вот только чем, не знала. Выходить из дома мне совершенно не хотелось, к тому же погода на улице была совершенно отвратительной. Дождь лил как из ведра. Не найдя себе другого занятия, я решила убраться дома. Но долго мое занятие не продлилось, и потом я просто сидела на диване, укутанная в теплый плед, смотрела телевизор и ела большое ведро мороженного. Выглядит так, словно меня бросил парень, и я нахожусь в депрессии. К слову, все так и есть на самом-то деле.       На следующий день мне позвонила моя кузина, Николь, и попросила присмотреть за Кейт. А Кейт — это ее дочь, моя племянница. Она еще совсем маленькая, ей шесть месяцев. Я с радостью согласилась, хоть чем-то отвлекусь от своих проблем и мыслей о нем. Через полчаса Николь уже была у меня дома, читая лекцию о том, как правильно смотреть и ухаживать за малышкой.       — Ник, я не раз оставалась с Кейт и все прекрасно знаю, поэтому тебе не о чем беспокоиться, — устало заверяю ее, чуть ли не закатывая глаза к потолку. Я, конечно, понимаю, что она переживает за своего ребенка, но это всего лишь на один день, тем более, не с кем-то, а со мной. Неужели я буду такой же? Да и буду ли вообще? Наверное, всю жизнь так и буду одинока…       — Так, ладно, если что сразу же звони!       — Да, да. Уверяю тебя, все будет хорошо.       — Спасибо большое, Трис, — обняла меня кузина.       — Не за что. Что планируете делать? — спросила ее, так как обычно она оставляла дочь у меня, если они с Крисом куда-то собирались. Кристофер — ее муж и отец Кейт. Ведь как никак, но и им нужен отдых и время побыть вдвоем.       — Он сказал, что это сюрприз, — загадочно улыбнулась та. Ей уже пора было уходить, поэтому мы попрощались с ней, и она покинула нас, оставляя вдвоем. Я не одна, а это уже неплохо!       Как только дверь за Николь закрылась, девочка начала плакать. В таком случае есть два варианта: либо она хочет есть, либо спать. Я выбираю первое, поэтому иду на кухню и подогреваю молоко, которое оставила мне ее мать. Знаю, что нельзя его подогревать в микроволновой печи, поэтому бутылочку помещаю в емкость с теплой водой. Попив молоко, Кейт немного успокоилась и даже довольно заулыбалась.       После обеда на улице потеплело и выглянуло солнышко, поэтому я переодела малышку в уличную одежду, и мы пошли гулять. Я взяла коляску, положила ее туда и повезла в парк. Мы довольно долго гуляли, поэтому хорошо, что я взяла с собой немного еды и теплый плед. Вечером мы вернулись домой, и я решила, что следует ее искупать, и направилась в ванную. Выполнив все процедуры там, я завернула ее в большое махровое полотенце и понесла к себе в комнату. Малышка начала уже зевать, поэтому я стала ее укачивать, чтобы она заснула. Не прошло и пяти минут, как девочка уснула крепким сном. Я аккуратно переложила ее на кровать и со всех сторон обезопасила ее подушками, чтобы она случайно не упала.       Тем временем я взяла с полки первую попавшуюся книгу и приступила за чтение, чтобы хоть как-то скоротать время. Спать еще совсем не хотелось, время только девять часов вечера. Я настолько погрузилась в мир той героини, что даже поначалу не услышала звонок своего мобильного. Это был неизвестный номер. Некоторое время я не решалась ответить, но взяла трубку.       — Трис, это ты? — послышался знакомый голос. В нем я сразу же узнала Тони.       — Как ты узнал мой номер? — удивилась я, припоминая вчерашний вечер. Мы вроде бы не обменивались номерами. Тогда откуда?       — На дворе двадцать первый век, и нетрудно найти чей-то номер, — усмехнулся парень, так и не ответив на мой вопрос. Что ж, ладно, не так уж и важно это. — Что делаешь?       — Сижу с ребенком.       — Что? — по его голосу можно понять, что он явно этого не ожидал и находился в легком недоумении. — Ты когда успела, мать? — я не выдержала и рассмеялась, но потом прикрыла рот рукой, чтобы не разбудить девочку.       — Спокойно, это моя племянница, сестра попросила с ней посидеть.       — Ты меня уже напугала, — с облегчением выдохнул Тони. Интересно, с чего у него такая реакция? — Могу я к тебе приехать? — тут я задумалась, стоит ли этого делать. В прошлый раз все закончилось не так, как я предполагала. Но не думаю, что это повторится, я четко дала понять ему, что только что рассталась с парнем. Черт, Тобиас, опять он! Я ведь даже и не думала о нем последние несколько часов. Так, надо выкинуть его из головы.       — Да, конечно, приезжай.       И зачем я только согласилась? Чтобы не думать о Тобиасе? Возможно. Но что, если я хочу, чтобы Тони приехал. Он милый парень, и мне понравилось проводить с ним время. Только не та ночь. Или мне все же понравилось? Я в замешательстве. Люблю ли я Тобиаса? Да. Нравится ли мне Тони? Да. Но вопрос в том, нравится ли он мне как человек или мужчина. Боже, я окончательно запуталась во всем.       Через пятнадцать минут к моему дому подъехала машина. Друг позвонил в дверь, и я бегом спустилась по лестнице, чтобы открыть ему. Мы прошли на кухню, где я заварила нам обоим чай. Мы разговаривали на отвлеченные темы, он рассказывал мне о себе, я в свою очередь тоже. Время от времени я проверяла малышку, но она тихо посапывала. Она выглядела такой милой и спокойной во сне. Хотя Кейт — очень спокойный ребенок, она не так сильно капризничает и не плачет целыми днями. Есть дети и намного хуже. Но если это твой родной ребенок, то мне кажется, его невозможно не любить. Ведь он частица твоей души, часть самого тебя.       Мы прошли в гостиную, где Тони удобно устроился на диване, а я ушла в поиски фильма. Выбрав понравившуюся мне комедию, я вставила диск в дисковод и присоединилась к другу. Фильм и вправду оказался очень смешным, и во всем доме был слышен наш смех. Я боялась, что мы тем самым разбудим малышку, но она, к счастью, так и не просыпалась. У меня было отличное настроение, и все-таки зря я сомневалась в Тони. Он действительно хороший друг. Не более, думаю.       Наше веселье прервал звонок в дверь. Я удивилась этому, так как никого не ждала. Родители позвонили и сказали, что еще нескоро вернутся, а Ник заберет ребенка только завтра. Я все же встала для того, чтобы открыть дверь. И какое же было мое удивление, когда я увидела на пороге своего дома никого иного, как Тобиаса Итона! Того, кого я надеялась больше не увидеть. Конечно, глупо было рассчитывать на это, все-таки мы живем в одном городе. Улыбка тут же спала с моего лица, хорошее настроение кануло в лету, и я нахмурилась. Я хотела сразу же закрыть дверь, пока он не прошел в дом, но он поставил руку перед собой, и мне пришлось сдаться под его напором.       В его глазах я увидела уверенность и сожаление. Ну, и зачем он пожаловал? Его явно тут никто не ждал. Хотя, кого я обманываю, конечно, в душе я жаждала увидеть его. Но сейчас мое желание куда-то исчезло, а на смену этому пришла злость и обида. Я не собираюсь первая с ним заговаривать, а он явно не торопится, хотя в его глазах виден настрой. И чего он хочет? Сделать мне еще больнее?       Мы минут пять стояли, смотря друг другу в глаза, но ничего не говоря. Мое сердце бешено стучало, а ладони вспотели. Мне так многое хотелось высказать этому кобелю, но я молчала. Брови парня свелись к переносице, и между ними появилась складка. Я чуть было не подошла к нему, чтобы разгладить, но вовремя остановилась. Старая привычка.       И мы так, наверное, и продолжили стоять на месте, если бы не послышались шаги и голос моего друга. Черт! Я и забыла, что Тони тут. И это явно не к добру. Хотя мне-то что теперь? Тобиас мне никто, поэтому я не обязана перед ним отчитываться.       — Трис, кто там? — через секунду Тони появляется в зоне нашей видимости. И мой бывший возлюбленный пуще прежнего хмурится, а я давлю в себе усмешку. Тобиас явно не ожидал, что у меня кто-то есть. И совсем неважно, что никого нет. Уверена, он думает по-другому. — Кто это?       — А ты кто? — грубо спросил Тобиас, смерив его жестким взглядом. Он такой милый, когда злится. Но сейчас мне не до шуток.       — Зачем ты пришел? — спросила я, устав от этих игр. Мне не хотелось оставаться с ним рядом, и я хотела, чтобы он как можно скорее ушел.       — Поговорить.       — Уходи, — я глубоко вдохнула и выдохнула, прежде чем сказать это слово. А затем закусила нижнюю губу, отведя взгляд. Не хотела смотреть в эти синие глаза, которые однажды полюбила и которые люблю до сих пор. Я словно почувствовала всю ту боль, что и тогда.       — Трис, мне нужно тебе объяснить.       — Прошлого раза было достаточно, — холодно отчеканила я и взглянула в его глаза, полные боли и сожаления.       — Прошу тебя…       На глазах начали скапливаться слезы, но я пыталась стойко держаться, не показывать, что мне больно. Но мне было чертовски больно. Снова.       Со второго этажа послышался плач, видимо Кейт проснулась, и я побежала скорее наверх, перед этим увидев удивленный взгляд Тобиаса. Надо отдать ей должное, малышка выручила меня. Я не смогла бы еще хоть минуту провести рядом с ним. Войдя в свою комнату, сразу же взяла ребенка на руки, укачивая ее. Но плакать она не перестала. Я подумала, что она хочет есть, поэтому взяла со стола бутылочку с молоком и накормила Кейт. Она сразу же успокоилась, но не уснула, как я предполагала. Я ходила с ней по комнате, наверстывая круги. Спускаться вниз мне совершенно не хотелось, и я надеялась, что Тобиаса уже не было. Но я слышала мужские голоса, принадлежащие Тони и ему. Они о чем-то разговаривали, я бы даже сказала, спорили. Но затем все стихло, и последовала тишина. Наконец-то.       Малышка уже окончательно притихла, и я подошла к окну, всматриваясь в ночной Чикаго. Сзади меня кто-то коснулся плеча, и я вздрогнула. Подумав, что это Тони, я горько ошибалась. Передо мной снова стоял Тобиас. За что я так прогневала судьбу?       — Пожалуйста, оставь меня, — со слезами на глазах проговариваю я, все еще стоя к нему спиной. Я почувствовала, как он убрал свою руку и тяжело вздохнул. Нам обоим было непросто.       — Я люблю тебя, Трис.       — Я больше не верю тебе, — поворачиваюсь лицом к нему. Он смотрит то на меня, то на ребенка на моих руках. А Кейт с неким любопытством на нас.       — Это… — мнется он, не решаясь спросить. — Твоя дочь?       Что? Серьезно? Он думает, что это мой ребенок?       — Я никогда не врала, — честно отвечаю я, но затем добавляю: — в отличие от тебя.       — Я никогда не врал тебе о своих чувствах, — видно было, что я задела его своей последней фразой. Но это правда. Он врал мне. Врал с первого дня нашей встречи. А я ненавижу ложь. Как можно строить отношение с человеком, который нечестен с тобой? Тем более, когда правда такая жестокая.       — И после всего, ты думаешь, что я вот так просто возьму и поверю тебе? — я отхожу от него, направляясь в сторону кровати. Кейт вновь уснула, и я аккуратно переложила ее, чтобы не потревожить сон этого чуда.       — Ответь только на один вопрос.       — И ты оставишь меня в покое? — недоверчиво спрашиваю я.       — Навсегда, — серьезно проговорил он, хотя я видела, как ему трудно было это делать.       А хочу ли я этого? Хочу, чтобы он оставил меня? Если скажу, что да, то обману саму себя. Хочу, чтобы те два дня были лишь моим сном или воображением. Хочу, чтобы он обнял меня и поцеловал. Хочу, чтобы он был со мной каждую секунду. Хочу, чтобы он не оставлял меня. Никогда.       — Ты любишь меня? — он посмотрел на меня с надеждой в глазах.       И что мне ему ответить?..