Frozen

Gabrielle Aplin — The Power of Love

      Чувствую на своей талии сильные мужские руки, на губах — тяжелое прерывистое дыхание. Сердце бьется в груди с молниеносной силой, будто вырвется сейчас наружу. Закусываю нижнюю губу до боли, а он слизывает с неё капли крови, словно вампир. Это действие сносит мне голову, и я уже не могу больше терпеть. Видимо, мужчина понял меня и даёт то, чего мы оба хотим. Ещё секунда — и я чувствую вкус его сладких и манящих губ. Углубляю поцелуй, предоставляя вход его языку в мой рот, где он исследует каждый миллиметр, а затем сплетаемся с моим в бешеном страстном танце. Мы неистово целуемся, будто бы это наш последний поцелуй в жизни. Его руки перемещаются под мою футболку, а мои зарываются в его волосы. Он снимает ее с меня вместе с бюстгальтером и припадает к груди. Он мнет ее, берет в плен мои затвердевшие соски, играет с ними, покусывая и посасывая. Первый стон вырывается из моих уст, а внизу живота появляется давно знакомое мне ощущение. Непроизвольно я беру его лицо в свои ладони и тяну вверх на себя, чтобы мы были на одном уровне. Смотрю в его потемневшие от желания глаза, словно хочу удостовериться в том, что он реальный и что он здесь, со мной. Он резко заносит мои руки над головой, ещё сильнее прижав к стене так, что на одно мгновение мне показалась, что мои кости хрустнули. Мужчина быстро избавляется от нашей одежды раздвигает мои ноги в сторону, удобно устроившись между ними. Ещё минута и… я открываю глаза, стряхивая с себя это наваждение. Тяжело сглатываю и пытаюсь сосредоточиться. Вспоминаю, что собираюсь делать и выкидываю ненужные мысли из головы, в том числе и самого Тобиаса.       Сейчас глубокая ночь. Ма­шина мчит­ся на ог­ромной ско­рос­ти. На ули­це идет ли­вень, и ло­бовое стек­ло полностью раз­мы­то каплями дождя. По­года как буд­то со­от­ветс­тву­ет мо­ему настроению: такая же унылая и отчаявшаяся. В ав­то­моби­ле сто­ит почти гро­бовая ти­шина. Пе­лена слез зас­ти­ла­ет мои гла­за, по­это­му лишь ти­хий плач хоть как-то разбавляет эту натянутую ат­мосфе­ру. Я силь­нее дав­лю на газ, да­же не смотря на до­рогу. Не знаю, ку­да я еду и в ка­ком нап­равле­нии. Мне не­важ­но. Просто хочется по­быть од­ной. Хотя, если честно, я всегда одна, мне уже не привыкать. Одиночество стало неотделимой частью меня, которое полностью поглотило в свой омут с головой.       Жизнь слиш­ком жес­то­ка и нес­пра­вед­ли­ва по от­но­шению к тем, кто это­го не зас­лу­жива­ет. Нет, ко­неч­но, я не утверждаю, что самый хо­роший че­ловек на све­те. Но и не зас­лу­живаю все­го, что со мной про­ис­хо­дит. Я ведь все­го лишь хо­тела быть счас­тли­вой. По­чему не­кото­рым лю­дям да­ют все, да­же ес­ли не все это­го дос­той­ны, а ко­го-то ли­ша­ют то­го са­мого счастья, об­ре­кая на веч­ную по­гибель? Я не по­нимаю это­го. И, на­вер­ное, ни­ког­да не смо­гу по­нять. Жизнь — это как ко­лесо фортуны: ко­му-то по­везет, а кто-то про­иг­ра­ет, так и не по­лучив свой «хэп­пи энд». И я от­но­шусь ко вто­рому ти­пу. Тот, кто ос­тался ни с чем.       Я чес­тно ста­ралась жить даль­ше, пы­талась за­быть все, на­чать жизнь с но­вого чис­то­го лис­та. И у ме­ня поч­ти по­лучи­лось это. Днем я иг­ра­ла эту роль, где у ме­ня все прек­расно, и я стой­ко дер­жа­лась. Но ночью моя боль вы­рыва­лась на­ружу, и по нес­коль­ко ча­сов я пла­кала в по­душ­ку, не смы­кая глаз до ут­ра. И так все пов­то­рялось по кру­гу, словно бумеранг. Но се­год­ня при­шел тот день, ког­да мне все уже ос­то­чер­те­ло, и я ре­шила по­кон­чить с этим раз и нав­сегда. Я уже по гор­ло сы­та всем. Я ус­та­ла при­киды­вать­ся той де­воч­кой, ко­торая вся та­кая жиз­не­радос­тная, а даль­ше все еще прек­раснее. Нет, все да­леко не так. На са­мом де­ле, все ужас­но. Да­же ху­же, чем прос­то ужас­но.       В тот день, ког­да мне со­об­щи­ли, что мои ро­дите­ли по­пали в ав­то­катас­тро­фу, я все бро­сила и со всех ног пом­ча­лась в боль­ни­цу, от­ку­да сов­сем не­дав­но вы­писа­лась. Од­на­ко было поздно, я не успела. Ког­да я при­еха­ла с дрожью во всем те­ле и сле­зах, мо­ля ска­зать, что с мо­ими ро­дите­лями, мне ответили, что они скон­ча­лись. Па­па еще по до­роге в боль­ни­цу, а вот ма­ма — на опе­раци­он­ном сто­ле. Трав­мы, которые они по­лучи­ли, ока­зались слиш­ком серь­ез­ны­ми, и их сер­дца не вы­дер­жа­ли. В тот злосчастный день я по­теря­ла еще и ро­дите­лей. Вот тог­да-то и по­няла, что ос­та­лась сов­сем од­на в этом ми­ре. У ме­ня не ос­та­лось ни од­но­го род­но­го че­лове­ка. Ни­кого.       Однако ещё одно случившееся подтолкнуло меня к отчаявшемуся шагу. Совсем недавно я встретила его. Он был не один, а вместе со своей женой. К счастью, они не заметили меня. Но что больше всего потрясло меня — так это ребёнок. Маленький, совсем крошечный малыш. Было не видно мальчик это или девочка. Он был на руках у Ниты, а мужчина обнимал ее за талию, счастливо улыбаясь. Они выглядели по-настоящему счастливыми. Семейная идиллия.       Увиденная картина окончательно добила меня, и после этого я приняла одно единственное решение. Мне было настолько плохо, что больше не оставалось сил бороться. К тому же, за что бороться? Я итак уже давным-давно проиграла.       Я еще креп­че сжи­маю руль, когда воспоминания проносятся один за другим в моей голове. Сей­час мне уже не страш­но. Страх дав­но по­кинул ме­ня, а на сме­ну ему приш­ли без­разли­чие и пус­то­та в ду­ше и сер­дце. Каж­дый день для ме­ня был обы­ден­ным, ни­чем не от­ли­чался от дру­гого. Как буд­то я все это вре­мя жи­ла толь­ко в од­ном дне. Все по рас­пи­санию: встаю в одно и тоже время, зав­тра­каю, иду на ра­боту, при­хожу до­мой, ужи­наю, ло­жусь спать. И на этом, по­жалуй, все.       На­вер­ное, мно­гие по­дума­ют, что я прос­то опустила руки, сломалась как спичка, раз ре­шила выб­рать се­бе та­кой лёгкий путь. И я не могу не согласиться с ними. Ведь они действительно правы. По­тому что я и вправду сло­малась, сда­лась, разбилась, не знаю как ещё сказать. Той Трис, что была раньше, уже давно не существует. Да и у ме­ня прос­то нет сил жить даль­ше с этой не­посиль­ной но­шей на ду­ше. По­нимаю, что та­ким об­ра­зом, я об­легчаю се­бе жизнь. За­чем мне во­об­ще жить? Ра­ди че­го? Раз­ве есть ка­кой-ни­будь смысл? Хоть од­на при­чина, ра­ди ко­торой мне сто­ит по­думать, пра­виль­но ли я пос­ту­паю? Нет, это­го все­го нет. По­это­му и смыс­ла я не ви­жу. За­чем зас­тавлять се­бя стра­дать, ког­да мож­но из­ба­вить­ся от бо­ли в гру­ди, ко­торая ре­жет мне сер­дце?       Раз, я со всей силы давлю на газ и еду навстречу своей смерти.       Два, я люблю вас, мамочка, папочка, доченька… Родные мои… Простите меня за все… И ждите меня… Совсем скоро я буду с вами… Навсегда… И никто нас не разлучит… Никогда…       Три, резкий поворот направо, и далее следует всепоглощающая темнота…

***

Спустя несколько лет

      Маленькая светловолосая девочка качалась на небольшой карусели, весело болтая с мальчиком ее возраста. Со стороны это выглядело очень мило: два ребёнка лет пяти-шести шепчутся друг с другом, громко смеясь на всю улицу. Они определённо нравятся друг другу.       На девчушке одето белое лёгкое платьице, которое раздувалось на ветру. У неё пронзительные синие глаза, как у отца, маленький аккуратный носик и такие же губы, как у матери. Волосы золотым блеском отливали на солнце, красиво переливаясь. Никто даже не замечает, как сильно она похожа на своих родителей. Не только внешне, но и характером.       Неподалёку от них на скамейке сидят родители девочки, наблюдая за ней. Молодая девушка положила голову на плечо своему мужу, он же в свою очередь крепче прижимал ее к себе. Это ли не счастье? Вот оно! Идеальная семья: отец, мать, дочь. Они есть друг у друга, а все остальное неважно!       — Мамочка, папочка, смотрите, что мне подарил Ник! — радостно бежит Ханна к родителям, показывая им маленький красивый цветочек. Ромашка. Она усаживается к отцу на коленки и начинает что-то рассказывать им.       — Малыш, иди попрощайся со своим другом, твои дедушка и бабушка нас уже ждут, — выслушав ее рассказ, тепло говорит отец, и девочка делает, как он велит.       Через пару минут мужчина подхватывает свою дочь на руки, кружа ее в воздухе, на что та искренне смеётся. К ним подходит девушка, и они все вместе в обнимку уходят с детской площадки.       На первый взгляд они самая настоящая и дружная семья. Для всех Тобиас безумно любит Ниту, она — его, а в своей дочери Ханне они души не чают. Все завидуют их семье, хотят, чтобы и у них было также. Но кто знает, что прячется под их масками?       Ведь никому неизвестно, что на самом деле они удочерили Ханну. Но они действительно прониклись к ней сердцем и душой, искренне полюбив. Даже Нита, которой раньше всегда было все равно на всех, кроме себя. Эта девочка определенно изменила ее в лучшую сторону. Им нужен был именно ребёнок, чтобы спасти и сохранить свою семью, что у них и получилось. Но также даже им обоим неизвестно, что Ханна — это родная дочь Тобиаса. Его и Трис. Как оказывается, она вовсе не погибла при родах, как все думали. Более того, она живёт под одной крышей со своим родным отцом, который ни о чем не подозревает, как и все остальные. Еще есть один человек, который стал причиной мнимой смерти маленького ребёнка, но и он сам не догадывается о том, что Ханна жива. И лишь один человек знает всю правду, потому что сам разыграл этот спектакль на свой страх и риск, не подозревая о том, к чему все это приведёт. Ведь если обо всем узнают, то ему точно не поздоровится. Но кем может быть этот человек никто не знает…