Лунная исповедь.

      Весь день прошёл также, как и предыдущие, конечности затекли от постоянно заточения, из тела не уходила усталость из-за каиросеки. Где он вообще их достал, разве эти игрушки не водятся только у дозора? Благо, что кормили меня нормально, хоть какой-то плюс. К сожалению он единственный. На мне всё тот же надоедливый, откровенный наряд. На просьбу поменять его на что-то приличное никак не отреагировали. Возможно ко мне больше не хотели подходить из-за страха. Ведь уже видели мои акты буйства, которые заканчивались плохо для тех кто тревожил мой покой. Я с нетерпением ждала, когда Карен принесёт мне муши и мои вещи. Хочу услышать, что с ребятами всё в порядке, после отруба я совершенно не знаю, что у них происходило. За раздумьями прошёл день и вот дверь моей комнаты открывается, заходит очень напряжённая блондинка с моим рюкзачком. В нетерпении поёрзала на кровати, от шёлка было неприятно жарко. — Я не смогла раздобыть ключ, Алма недавно забрал ключ от твоих кандалов и держит при себе. Освободят тебя только перед церемонией, чтобы привести в порядок, а потом снова наденут обратно до момента заключения брака. Но мне удалось забрать твои вещи и найти муши. — Хоть что-то, подрубай шарманку, нужно сразу же связаться с моей командой. — Бере-бере-бере-бере. — целую минуту, мы напряжённо ждали ответа и когда с той стороны послышался Голос Санджи, я вздохнула с облегчением. — С кем имею честь разговаривать? — Санджи позови пожалуйста остальных и… — не успела я договорить, меня перебили. — Мина-сан, вы где, мы вас потеряли, не ранены?! — видимо он хотел продолжить тираду, предотвратила её начало громким шиком. — Зови всех и говорите тихо я не в том положении сейчас, чтобы позволить себе шуметь. — выражение лица улитки поменялось на серьёзное. — Рей ты где?! — улыбка сама расползлась, когда послышался голос Луффи. Он назвал меня по имени. До этого, все по умолчанию звали меня Миной. — Не ори дубина. Она же сказала быть тише. — звук удара и возмущённый голос навигатора. — Ребята, у меня мало времени. Постараюсь коротко и по делу. Я в полной жопе, меня похитили пока я была в бессознательном состоянии и насильно выдают замуж за извращенца с девятью жёнами. Сейчас я прикована к кровати оковами из каиросеки по рукам и ногам и толком ничего не могу сделать, нашла союзника в лице одной из жён этого урода, она и помогла мне связаться с вами. И с церемонии я сбежать не могу, этот остров проклят. — поведала о проклятье и всех нюансах местного бракосочетания. — От Арабасты до острова Уз где-то трёх с половиной дней. Как-то так — То есть, если не получится освободится до начала церемонии, то нужно искать замену этому Алме, я правильно поняла? — я услышала голос Нико Робин, что уже видимо присоединилась к нам. — Всё верно, других вариантов нет. Сегодня полнолуние, поэтому попробую спросить совет у братика, может что дельное знает. — тяжело вздохнула. — Это тот, который Бог Луны? — устало кивнула, но вспомнив, что они не увидят, просто угукнула. — До сих пор с трудом верится. — буркнул мечник. — И не говори Зоро, сама каждый раз как первый удивляюсь. — Рей… — голос Луффи был очень серьёзен. — Подождёшь нас немного? Мы скоро придём за тобой. — Подожду, куда же я денусь-то, хи-хи. — смех был скорее нервным. — Правильно, держись там, мы скоро! — поддержала Нами. — Пусть этот урод только попробует тронуть Мину-сан! — разъярённо воскликнул кок. — Храбрый воин моря определённо спасёт тебя! — Да-да, как врач, я вылечу вас Мина-сан если вы ранены! — Поубивай их там всех по возможности! — Конечно зелёнка, непременно постараюсь перегрызть всем глотки. — боже я сейчас всплакну. — Если всё выйдет из-под контроля, то я просто всех пришью. Всего-то больше не смогу замуж выйти, не такая уж и проблема.       В коридоре появилась подозрительная активность, потому я поспешила попрощаться с ребятами. Жестами распорядилась, чтобы Карен спрятала мои вещи под кровать. — Ребята, я больше не могу говорить. Слушайте меня внимательно. Это последний раз, когда я с вами связываюсь, больше доступа к муши у меня не будет. Главное, не волнуйтесь, всё будет нормально, выкрутимся как-нибудь. — пытаясь успокоить наками, я сама не верила в свои же слова. Интуиция неприятно зудела на периферии сознания, не предвещая ничего для меня хорошего. — Мина, только держись там! — услышав приближающие шаги, бросила улитку девушке и она сразу же спрятала её в своих длинных и густых локонах. Понять, кому принадлежала последняя фраза, я так и не смогла.       Железная дверь тихо скрипнула, из-за неё показалась служанка с подносом еды. Видимо время обеда, я уже давно потеряла чувство времени. Служанка, увидев одну из жен повелителя, тут же начала кланяться, выражая почтение. Карен же, состроила максимально высокомерное выражение лица. — Вы что, совсем за ней не смотрите, ничего не можете нормально сделать! Вы должны лучше готовить её к свадьбе! Смотри! Кожа вся сухая после пустыни, волосы плохо расчесаны, раны до конца не обработаны! Кошмар просто. Не забудьте хотя бы перед свадьбой сделать ванну с маслами. Я поговорила с ней, она не будет буянить. Так что, отныне выполняйте свои обязанности как следует, за что мой муж вам платит! — недовольно хмыкнув она вышла из комнаты, напоследок кивнув мне. Прислуга этого не видела, так как всё ещё стояла на коленях.       Оставшееся время до свадьбы, я вела себя максимально смиренно и покорно, делая вид, что приняла свою судьбу. Но это было далеко не так. Хоть я и осознавала, что до свадебной церемонии не смогу ничего сделать, но всё равно ожидание меня душило. Ограничение свободы, словно красная тряпка для быка на арене. Каждую ночь, мой ненавистный взгляд пилил кандалы, а те всё не плавились под напором моих лучей ярости. Было страшно, не просто так были произнесены все те слова успокоения. Я знала, они не успеют, времени слишком мало. Они тоже это понимают, но ничего не могут с этим сделать. Цукито, как на зло не отвечает на мои зовы, всё что мне остаётся, грустно смотреть на лунный свет сквозь решетки на окнах. Снова это удушающее одиночество, не исчезающий ком в горле, эхом раздающиеся по комнате звуки скрипа зубов, цепей и оглушающее биение сердца. И лишь отчаянно громкая мысль продолжала твердить: " Я справлюсь сама, как и раньше! Я смогу!»