Ртуть в квадрате

      Профессора и Хэнка обдало серебристым, несущимся на кухню, вихрем. — Профессор, — затравленным голосом начал разговор Хэнк, — вы все еще уверенны, что позвать их в школу было хорошей идеей? — Я их не звал, Хэнк. — со скорбью в голосе отозвался телепат. — И, кстати, эта школа для всех мутантов, которым нужна защита, если ты забыл, а им, по-моему, нужна была защита.       Тем временем на кухне началась драка за последний кусок пиццы: — Отдай его мне! — Нет! Я первый его взял! Поищи себе еще чего-нибудь. — Вот сам себе и ищи, а это отдай мне! — Питер тихонько ел в стороне гамбургер, который взял в соседнем городе. — Питер, что ты сидишь там, а? — не унимаясь вопила сестра Ртути, Эшли. — Ты мой брат или да? — Эш, тебе не проще просто сбегать за целой пиццей? — сказал, нехотя оторвавшийся от еды, Питер. — Недалеко есть пиццерия. — Нет! Ты не понимаешь? Это же дело принципа, — переметнулась она на брата. — Откуда ты взял это? — Я же быстрый. — Я тоже, но… Эй, ты куда делся? Решил сбежать, да? — начала возмущаться сестра Ртути, но через секунду была ловко опрокинута на диван, а перед ней стояла коробка с пиццей. — Ты слишком много говоришь и мало делаешь, — уселся напротив нее Питер. — Спасибо, братик, — легко и быстро перебралась к Питеру и обняла его. — Мой белый ангел.

Белые ангелы.

      Так называла их мать: Питера, никогда не отходившего от сестры, и Эшли, всегда нуждающуюся в брате.

Близнецы

      Которых сложно не заметить: серебристые волосы, яркая одежда и, конечно, лучезарная улыбка, со скрывающейся грустью внутри.       У них иммунитет к телепатии, поэтому никто не узнает, что за отчаяние кроется в их душе. В душе одной на двоих. — Питер, — заговорщически улыбнулась Эшли, — завтра завтрак с меня. — Правда? — Конечно, — притворно сладким голосом сказала спидстер, — если догонишь меня. — Эй, Эш, это нечестно. — с азартом в глазах Питер испарился так же, как его сестра.       Профессор Х и Хэнк шли по коридору, когда мимо них пролетел знакомый вихрь, который сбил уже две вазы. — Профессор, — затравленным голосом начал второй разговор Хэнк, — можно я задам все тот же вопрос? — Знаешь, Хэнк, — с улыбкой отозвался Чарльз, — без них в этой школе было бы скучно, пусто и тихо. — И спокойнее за жизнь всех и вся, — тихо добавил Зверь, чтобы профессор не слышал его.