Do or Die

Кажется, я пролежал в таком положении не меньше часа и порядком обгорел. Переворачиваюсь и ныряю под воду, проплывая по всей длине бассейна. Вода приятно холодит разгоряченное тело, и если бы я умел задерживать дыхание намного дольше, то остался бы под ней. Вынырнув, я увидел Даниэлу, лежавшую под зонтом на лежаке с книгой в руках. Интересно, она здесь давно? Подплываю поближе и смотрю на неё, чуть склонив голову в бок. Привычка. Она отрывается от чтения и переводит взгляд на меня. — Неужели! Я уж подумала, что ты уснул. — Ты слишком тихо себя вела. Боялась разбудить? — Или хотела, чтоб ты окончательно сгорел, — ухмыляется и встаёт со своего места. — Уже обед. Идёшь? Она зашла в дом, так и не услышав ответа. Так, всё. Больше оставаться здесь я не намерен.

***

В своём доме я заставил себя расслабиться по полной. Меня слишком вымотала эта несносная особа. Наполнив ванну, я положил телефон на зарядку, предварительно отключив его. Ужин, который я заказал полчаса назад, опаздывал, и я решил, что обойдусь без него. Но звонок в дверь переубедил меня, и я поплёлся к двери. В дверь начали настойчиво стучать и звонить. Пф, опоздали, да ещё и недовольны. Подождут, не сдохнут. — Иду я, иду! Аккуратно, не торопясь, открываю дверь, но с той стороны её резко распахивают, и на пороге появляется моя новая знакомая. Злая. Очень-очень злая. — Какого черта, Себастиан?! — пихает меня в плечо, и я отхожу чуть назад. — В каком смысле? — и что ей не нравится?! — Ты даже не попрощался! Ты, блять, мог оповестить о своём уходе! — продолжает толкать меня, пока мы не доходим до ванной комнаты. Находимся в опасной близости от большого количества воды, и я невольно кошусь на ванную. — Скажи, это так сложно?! Нужно было просто сказать! И все! Она замахивается, стараясь вновь толкнуть, но я меняю нас местами и легко подталкиваю, отчего она теряет равновесие и падает в воду. — Сука! — тянет за пояс моего халата, и мы вновь оказываемся очень близко. Даниэла заваливает меня на спину и со всей ненавистью бьет по щеке, а после, впивается в губы. Собираю её волосы в кулак, с силой оттягивая, но не давая отстраниться от себя, несомненно, причиняя нескончаемую боль. Она стонет мне в губы и прикусывает нижнюю. Воздуха не хватает, но каждый держится до последнего. Голова кружится, в глазах мутнеет, но ей, кажется, в сто раз хуже. Она начинает биться в моих руках, пытаясь отстраниться, перестав мучить мои губы. Папа секунд, и я отпускаю её. Возможно, ещё немного и она потеряла бы сознание. Секундная дезориентация, и она впивается в мою шею. Сильно — то ли со злости, то ли от страсти. — Я не прощаю такие ошибки, — тихий голос, но пробивает словно ток. Она спускается укусами вниз, уходит под воду, поддевая пальцами ткань моих трусов, наконец, снимая их. Выныривает, и на её лице появляется усмешка. — Что? Разумеется, меня заводит эта ситуация, — и я ничуть не стыжусь этого. — Тебя заводит боль? Мм, удивительно, — прикусывает мочку уха и ведёт языком от скулы до губ. Не поцелуй — легкое прикосновение. Контрастность её действий сбивает с толку, обездвиживает, заставляя следовать её воле. Господи, что делать дальше? Раздеть, её нужно раздеть. Точно! Цепляюсь за первую пуговицу на её блузке, но получается расстегнуть лишь через минуту. Даниэла усердно крутит бёдрами, водит губами по шее. Не сказал бы, что это неприятно, но явно мешает. С силой натягиваю мокрую ткань и развожу в сторону. Пуговицы падают в воду, а я снимаю этот лишний предмет с её тела. Красивый бюстгальтер чёрного цвета, немного кружева лишь дополняют картину. Это все очень здорово, но я избавляюсь от него, сразу же припадая к затвердевшим соскам. Обвожу языком и дую на него, отчего она запрокидывает голову и покрывается мурашками. Вновь вбираю его в рот, покусывая, и одновременно пытаюсь снять её узкие джинсы. Несколько минут тяжёлой борьбы, но я выхожу победителем. Полупрозрачная ткань трусиков подаётся легко, и они летят вслед за джинсами. Обнаженная, горячая, моя. Второй сосочек выглядит слишком обделённым, и я, боясь обидеть, прикусываю его. Даниэла мнёт мои плечи, поскуливает и трется всем, чем может. Вдоволь наигравшись, напоследок целую эти две карамельки, обращая свой взор на её лицо. Она чуть ли не смеётся, а потом спрашивает: — Серьезно? Ты сейчас поцеловал их? — следом я слышу истерический смех, пытаясь остановить её, но все безуспешно. — Боже, прости. Целует и заглядывает мне в глаза. Да блин, не обижаюсь я. Возможно, это и вправду выглядело забавно. — Не хочешь перейти к главному? — хочется добавить, что я сейчас взорвусь, но ей необязательно это знать. — Я только этого и жду, — проводит по моему члену несколько раз, отчего я сдавливаю её талию.  — Как ты хочешь? — У меня есть варианты? Не думаю, что ты бы смог сделать это грубо. Не твой стиль, малыш, — проводит языком по моим губам, но слова задевают меня, и я прикусываю его. Ловким движением меняю нас местами, нависаю сверху, сдавливая её шею и кусая губы. Она выворачивается, прижимается ко мне спиной. Укус в шею, плечо. Не жалею сил и с наслаждением оставляю свои метки. Наутро проявятся темно-бордовые следы, но мне плевать. И ей, несомненно, тоже. Обхватываю её шею и талию, одним толчком входя на всю длину. Громкий вскрик оглушает. Целую последний позвонок, пытаясь успокоить, но, видимо, этого не нужно. Она дергается, позволяя двигаться. Одним движением ставлю её раком, делаю сильный толчок, смотря на реакцию. Она недовольна, ведь нужно больше. Не волнуйся, детка, это не проблема. Резкие, быстрые движения. Она, как настоящая и дорогая шлюха подмахивает точно в мой такт. — Прошу… Сильнее… Да-да! Господи, ещё… Глубже, Себастиан! Умоляю! Скорость движений достигают своего пика. Выхожу из неё, слышу недовольные возгласы, но это ненадолго. За волосы поворачиваю к себе, придвигаю ближе. Даниэла цепляется ногами за мою талию и обвивает шею. — Попробуй сама, малышка, — не предпринимаю никаких действий и вижу, что она начинает злиться. Мышцы сокращаются, и я готов кончить только от этого. — Ненавижу, — проговаривает сквозь зубы, но возобновляет движения. На последних минутах присоединился и я. Бешеные толчки, пошлые стоны, ошеломляющие поцелуи-укусы. Она кончает бурно и долго, выкрикивая моё имя. Я быстро выхожу из неё и кончаю следом в воду. Надеюсь, я не усну прямо сейчас.