В трудных обстоятельствах

      – Просто.. – Лесару как будто было неловко говорить. – Мне очень интересно. Мы ведь с тобой, как ты знаешь, связаны, и..       – Это же ничего не значит, – изучая выданную мне на время флягу, хмыкнул я. – Чё тогда переживать.       А даже если и так.. Хотя интересно, соблюдается ли хронологическая последовательность. Мне надо опасаться, что где-то в двадцать я подхвачу какой-то спидорак? Ну, Лесар же не с рождения от этой своей загадочной хуйни страдает? Или время тоже ничего не значит, и я могу считать, что.. Ну вот меня сбила машина однажды, и после этого у меня начались некоторые проблемы. Я могу сопоставить эти два события? Или в наших жизнях не обязательно все события должны быть связаны? Как сложно, когда нихуя не понятно.       – О, так ты знаешь, – хмыкнул Лесар. – Ну, в любом случае. Было бы интересно даже просто сравнить условия, в которых мы находимся. Ваш мир такой странный.       – Могу сказать то же про ваш, – фыркнул я. – Хотя наш мир на некотором этапе был как этот. Только у нас нет магии.       И не знаю, что со мной случилось, но почему-то мне захотелось поделиться.       – У нас в мире есть всякие книги.. Эм. Фильмы. Игры.       Лесар кивнул, давая понять, что он понимает, о чём я. Ну, видимо, подсмотрел у меня в голове. Как удобно, м? Когда не надо пояснять за какие-то локальные приколы. Вот как бы я сейчас объяснил человеку, что такое фильм, или компьютерная игра, допустим? А так он сам всё увидел у меня в воспоминаниях, и заебись.       – И миры, похожие на этот, зовутся фентези.       Пиздец, пытаюсь объяснить челу из игры в жанре фентези, что есть фентези. Самое то для пьяного чела.       – Типа, все эти.. Принцы, принцессы, магия, нечеловеческие виды, дворцовые интриги. Нахуя я это рассказываю? – задумался я. – Я забыл.       – Да ладно, – спокойно сказал Лесар. – Даже интересно узнать, что моя обычная жизнь для кого-то является, эм.. Вымыслом.       – А, вспомнил. К тому и говорю, что ебать. Вот так всю жизнь смотришь на подобное за экраном. А потом оказываешься прямо в этой хуйне сам, и.. И всё.       Какие слова тут ещё могут быть, блять.       – Если тебя это немного успокоит, я тоже очень удивился когда узнал, что существуют другие миры. Кто бы вообще стал говорить о мире во множественном числе?       Лесар недоумённо нахмурился. Вообще-то, это был первый раз, когда он выражал какие-то эмоции? И то, что меня удостоили такого, немного даже льстило. Мне так доверяют..       – Бред же. У нас при дворе есть богослов. Человек, который следит за правильностью наших поступков.       Я даже одну бровь вскинул. Нихуя? Ну и где этот чел прохлаждается? Он не может вломиться к Скарелу, осуждающе поцокать языком, сказать "Небогоугодная хуйня" и приказать своим чувачкам схватить его и на время отмутить власть себе, ну или сразу передать её Лесару? Хотя, может, тут власть над церковью, а не наоборот, и нету человека, который бы смог схватить императора и отправить его греть нары где-нибудь там. А жаль.       – И следят за тем, чтобы ни что не нарушало божественный порядок, волю и так далее.       А мне могут пояснить за разницу между порядком и волей..? Ну так, просто интересуюсь.       – И об этом рассказывал мне он. Мне было так странно слышать, – Лесар приложил руку к груди. – Этот человек, на мой взгляд, вообще не должен знать о таком? Разве это не ересь?       – О, – заинтересовался я. – Ну, я думал про это. А то все так спокойно относятся к тому, что я из другого мира. Как будто вы каждый день с таким сталкиваетесь. Даже люцифернианцы.       – Люцифернианцы сами по себе достаточно спокойные. По большему счёту, – тут же вздохнул Лесар, и решил увести тему в другое русло. – Про вас, к слову, мне говорили. Ну, что у вас в мире нет магии. И для вас перенос сюда вами воспринимается очень странно.       – Блять, это очень мягко говоря – "очень странно", – я просто не сдержался. Тут же мне стало стыдно – потому что Лесар был таким спокойным и тихим, а я разорался, как чмо какое-то. Надо быть спокойнее. Чуть менее быдлом.       – Когда тебя перенесли сюда, ты ведь был без сознания?       – Да, я набухался. Напился, – на всякий случай перевёл я. – И уснул.       – О, – Лесар жалобно вскинул брови. – Наверное, после такого было ещё страннее проснуться тут?       Ну.. В какой-то мере, даже хорошо, что всё получилось именно так. Потому что не представляю, как бы всё сложилось, если бы я оказался тут в сознании. Я бы от стресса кому-нибудь ёбнул, наверное, а насилие – это плохо. Сказал Арсений.       – Я думал, что в край ёбнулся. Всё красное, Марвит потом ещё вылез. Просто какого хуя..       Я схватился за лицо, пытаясь передать панику. Хотя не то чтобы я сильно переживал..? Ой, короче, сложно. Мои эмоции – это эфемерная непонятная хуйнина. Вроде, я что-то чувствую, а, вроде, и нет? Очень сложно. Говоря о первом дне здесь, я скорее запрещал себе волноваться, чтобы если вдруг это оказался розыгрыш, никто не хохотал с моей реакции. Мда уж, теперь так стыдно вспоминать те свои мысли. Охуеть розыгрыш, внатуре. У кого же столько денег в наличии, чтобы отстроить такое пространство, и чисто для розыгрышей рандомных лохов? Ну, как все те фильмы, где богатые издеваются над бедными. А хули им, богатые же. Все простые радости жизни им доступны, приходится искать что-то особенное, чтобы порадовать себя.       – Прости, – вздохнул Лесар, действительно расстроенный. – Мне правда неловко, что тебя вообще пришлось потревожить. Не говоря уже об условиях, в которых ты оказался.       – Да.. – протянул я, не зная, куда деваться от неловкости. – Мне типа похуй?       Чё они так волнуются? Или это банальная вежливость, а я много думаю? О, ну да. Какое им всем – императорам-хуераторам и принцессам – дело до обычного работяги. Просто строят из себя вежливых, а так, небось, только рады, что я их шикарные замки не топчу своими сапогами грязными. Ну я всё понял.       – Всё равно это ужасно грубо. Но, хотя бы, тебя позволили содержать в условиях получше, чем Иммер.       – А что с ней? – сразу спросил я. Наконец-то про неё вспомнили и можно узнать. Открылась кнопочка с этой репликой, ага.       – Ничего страшного, конечно. Но отец держит её взаперти.       – Пх, – не сдержался я. – Это ещё нормально?       Лесар посмотрел на меня, вскидывая брови. "Повтори, чё спизданул?". Моя версия данного жеста, да.       – Типа, он её даже не пытает, ничего такого? Не морит голодом, не издевается над ней. Чего так волноваться?       – Если бы отец, – медленно начал Лесар, – пошёл на подобное, я бы выбросился из окна. Это несмываемый позор на всей семье.       Я потянулся к стаканчику. Ох уж эти люди, которые изводятся из-за всякой хуйни. И вот они тебе ноют, а тебе даже сказать нечего, потому что в твоей системе ценностей это не проблема, а хуета какая-то. Интересно, если бы Лесар узнал биографию моего дяди со всеми его подвигами перед движением, что бы он мне порекомендовал с собой сделать? Тоже выпилиться? Ну, как же хорошо, что у нас уже никто не дрочится с тем, кто кем кому приходится, и не дрочит с отмыванием грехов и всеми этими расплатами. Ну, в цивилизованных странах, по крайней мере.       – А вы не рассматриваете вариант убить его?       Лесар уставился на меня, и я только тогда задумался. Раз он так переживает за семью и каждый её позор, наверное, убийство родного отца, ещё и патриарха, для него будет жутким позором? Так что такой себе совет, да. Надо было подумать получше.       – Я даже думать об этом не хочу, – отвернувшись, сказал Лесар. – И что у вас с Эльнедилом за наклонности?       – А у тебя есть другие варианты? А так сразу избавление от всех проблем.       – Убийство? – аж прикрикнул Лесар. – Вы с ума сошли? Ты бы тоже убил родного отца?       Ну простите, если бы мой батя такую хуйню творил.. Может быть, и убил бы. Оценил бы риски сперва, конечно. Там, разведал, что среди его приближённых, прочих подсосов, какие настроения, как они относятся ко мне, перейдут ли на мою сторону и так далее. И если со всем этим проблем не будет, бля, да хоть сейчас же? Типа, чё такого. Если нанесение вреда предотвратит больший ущерб, это даже не что-то плохое. Хотя понятное дело, что мы по-разному смотрим на вещи и определяем приемлемое-не. Но всё же. Лесару бы призадуматься.       – Какой кошмар, – возмутился он.        – Но ты же принц, – попытался донести свою точку зрения я. – Законный наследник. Если, допустим, доверенные лица твоего отца тоже не согласны с его политикой и поддержат тебя..       – Какая разница, кто меня поддержит и нет, если на стороне отца Батто?       Я замолчал в растерянности. Всё же, было очень странно видеть, с какими серьёзными лицами они все говорят про богов. Что они что-то там говорят, за кем-то следят.. Ну алё, блять. В случае Батто, вам самим не смешно доверять ему какие-то выборы и прочее? Это буквально полукозёл-полурыбка. Кому вы доверяете? Бля, вот смешно. Не то чтобы я хорошо знал, но вот нашу историю вспомнить, да? Даже пусть во времена, когда богов ещё кто-то боялся. Что-то я сильно сомневаюсь, что это мешало кому-то убивать неугодных челов. А тут просто. "Наш бог покровительствует моему отцу( Я бессилен". Блять, возьми себя в руки и иди дай ему пизды. Или хочешь я дам? Я могу. Мне вообще похуй, я вас даже за людей не воспринимаю. Для меня это даже убийством не будет.       – Он вам лично это сказал?       – Он не останавливает отца. Значит, не возражает против того, что он делает. Я не могу пойти против бога.       – Блять, и чё ты тогда до сих пор не женился на Микаэле? Ну, раз бороться бесполезно.       Лесар уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но в итоге ограничился простым оглядыванием меня. Я, правда, так и не смог определить эмоциональную окраску этого дела. Он в ахуе с того, какой я тупой? Хочет сказать мне, что я ничего не понимаю, тупой дурачок, и просто лезу, куда не стоит? Или что? Давай, давай, нападай. Выскажи всё, как есть.       – Давай не будем об этом, – как будто устало попросил Лесар. – Это ни к чему не приведёт.       Кто-то пытается бежать от проблем..? Хотя ладно. А то всё походит на то, что моя роль в этом сюжете – это выступить этаким духовным наставником Лесара. Замотивировать его на борьбу или что-то такое, а ну нахуй это дерьмо. Я тут чисто побухать, поизучать биологию другой расы и погулять в округе. Никакого вклада в сюжет, в развитие персонажей и вот это всё я делать не буду принципиально. Пусть сами со всем разбираются.       – Ладно, прости, – хмыкнул я. – Я, видимо, всё ещё не воспринимаю вас как людей. Поэтому так легко говорить про убийство и прочее.       Лесар усмехнулся, и я даже немного умилился. Я его порадовал..?       – Смешно, – отметил он. – Ну, мы уже говорили. Забавно, когда твоя жизнь является для кого-то чем-то на уровне сказки. И когда этот кто-то даже не воспринимает тебя за живого. Лишь за персонажа истории.       – Прости, – повторил я, но он только отмахнулся.       – Я не упрекаю. Всё нормально. Наш богослов, Коло, говорил, что общение с тобой будет бесценным опытом. Будет интересно посмотреть на то, каким ты мог стать, расти ты в других условиях. И очень интересно узнать, как устроены эти.. Другие миры. Прости, господи, – тут же вздохнул Лесар и потянулся к стакану. Настолько ему странно было воспринимать существование других миров, что аж стаканчик осушить хочется от одного проговаривания? Ну, в общем-то, вот – нормальная реакция. Стойкое невосприятие, что подобное вообще возможно. А не как у тех же люцифернианцев. "О, ты из другого мира? Прикол. Пить будеш?". С другой стороны, Лесар элита. Им не положено знать о всякой хуйне. Тем более, раз у них тут такое дрочево с богами, ересью и при дворе даже есть отдельная должность человека, который следит за тем, чтобы всё было правильно. Логично, этот товарищ и за что-то вроде цензуры отвечает..? Следит, чтобы правители не читали ничего небогоугодного, и так далее. А тут. Простые челики. Чё бы им и не знать про всякую хуйню.       – Что это вообще такое? – наконец решился уточнить я.       – Сангрия, – Лесар аккуратно подвигал стакан. Мне же стало обидно. В этом мире сангрия такая, да? Больше похожая на мягкое по вкусу пиво и на запах отдающая мёдом. Не та хуета, что у нас в мире. Обидно, обидно.       – Из чего варят? – спросил я. Как будто я смогу повторить рецепт, да.. Но просто научный интерес.       – Из персиков, – ответ был неожиданным. Я думал, реально из мёда..? Хотя хуй знает, как можно сварить пиво из мёда. Но есть же медовуха, например..? Ой, похуй, короче.       – Хотя забавно, – Лесар, похоже, решил устроить небольшой экскурс. – Мы, вообще-то, считаем, что персики – это корм для овец. Не считая некоторых дорогих сортов. Но алкоголь из них считается, можно считать, национальным напитком.       – М, – я не знал, что тут можно сказать. – А люцифернианцы что пьют?       – О, ты.. – Лесар глянул на меня. – Хотя вряд ли ты пил то самое. Насколько я знаю, напиток, который выдают стражникам, называется мастика. Из винограда.       – Винограда? – удивился я. – Я думал, оно тоже из персиков?       – М? – Лесар не понял. – Может, у вас в мире другие персики, не знаю. Но я бы в жизни не сказал, что мастика из персиков.       – Ладно, – пробормотал я. Вот уж что мне не хотелось сейчас делать, это обсуждать алкогольные напитки и из чего что варят. Типа я весь такой из себя эстет хуёв, что-то понимаю и различаю. К чёрту.       Наконец, алкашка дала о себе знать – голова потяжелела, захотелось спать.. И так же – засосаться с кем-то. Вот прям взять и.. Ух, блять. Наверное, сказывалась привычка. Обычно я пил или с Артёмом вдвоём, или с Артёмом где-то поблизости. И на данной стадии опьянения я мог с ним пообниматься или что-нибудь такое. Но тут Артёма нет. Увы, блять.       – Мы можем, – вдруг сказал Лесар, и я какое-то время рассматривал его. Он..?       Он же слышит мысли, блять.       Блять.       – Я не.. – от неловкости я аж запинаться начал. – Нет. У меня есть..       Тут же я осёкся. Я могу о таком говорить? Почему нет, если Лесар тоже по мальчикам. Но это невежливо, наверное? С другой стороны, мы – буквально один человек. Почему Лесар не может знать обо мне всякую хуйню? Более вероятно, он и так знает? Мы в этом похожи, судя по всему, так чего стесняться?       – Партнёр, – сам договорил Лесар, кивнув. – Я понимаю. Хотя у нас поцелуй означает выражение уважения. Я бы тоже с удовольствием тебя поцеловал.       Звучит по-гейски, но ладно..? Нет, конечно, я не собирался с ним целоваться. И так же меня радовало, что и Лесар даже не сдвинулся с места в попытке сделать что-нибудь плохое. Единственное, что, перекладывая ногу на ногу, он задел меня. Случайно не случайно – сейчас я не хотел об этом думать. Во-первых, я был пьян. Во-вторых, после наших разговоров.. Хотя это был уже раз четвёртый? Лесар часто елозил по стулу, перекидывая одну ногу на другую, и задевал он меня уже не впервые. Окей, мы оба пьяные, можно объяснить его рассеянность этим. Но.. Блять, а. Обычно, когда тебя задевает человек, потом он старается этого избегать. Или это только у нас в мире так работает? Что парни боятся показаться пидорами, и начинают сторониться уже после одного случайного соприкосновения. Я не то чтобы знал, у нас в классе все в рот ебать хотели эту тему, и гейские шуточки – это скучная обыденность. Но я предполагаю, что в какой-нибудь другой тусовке всё может выглядеть по-другому, так, как я описал в первый раз. С другой стороны.. Лесар вот сейчас сказал, что у них поцелуй – это не интимный жест. То есть, это как у нас у каких-нибудь французов. Никакой пошлости, всё гетеросексуально и в рамках приличия. То есть, и другие жесты у них могут не нести никакого странного подтекста? Но всё равно, облизываться с ним я не буду. Даже в знак уважения и признания.       Лесар удивлённо хмыкнул, из-за чего стало понятно, что меня опять подслушивали.       – Прости, – тут же обозначил он. – Но это возвращение к той нашей теме, что ваш мир такой странный. Хотя и у нас есть различия в правилах поведения у разных культур. В некоторых империях за подобные жесты между мужчинами могут осудить. А то и убить.       – Прикол, – я покачал головой. Он это подслушивал, оказывается. Не мои мысли про "облизываться с ним я не буду". Просто вдруг для него это будет как оскорбление. Что я его не уважаю, у-у.. А он до культурных отличий доебался.       – Да. Хорошо, что я родился и живу не там, – в стакан проговорил Лесар и тут же отпил. – Я бы уже повесился.       – А ты типа.. Прямо гей?       И так он любит мужчин, что ему было бы тяжело сдерживаться? Я просто всегда думал, что публичные личности должны обладать нихуёвым самообладанием. Они не могут позволять себе всё, что хотят, поэтому сдерживаться хотя бы на публике они должны уметь. И так же играть на публику – если речь о браках, допустим. Как принцу, ему в любом случае придётся жениться и обзавестись пиздюками, и никого ебать не будет, что у него там за драмы с ориентацией и прочим. Ну, Лесар и был женат. Вопрос с детьми, правда. Есть они или нет? У него настолько не стоит на девушек, что он чисто для галочки не мог с дамой переспать? Или, всё-таки, всё нормально?       – М? – он даже не понял. – Вы так это называете?       – Ну, – замялся я. – Да. А вы?       – Я никак это не называю, – задумчиво проговорил Лесар. – Я всегда говорил о себе, что я люблю и женщин, и мужчин.       У нас тут перебежчик, понятно. На два фронта, так сказать. И курочка из КФС, и картошечка из Макдональдса. Ну, не осуждаем. Сами не лучше.       – Я могу спать с женщинами, – наконец пояснил Лесар. – С этим проблем нет. Но если бы мне сказали, что с этого момента я могу спать только с ними, я бы очень расстроился.       Я промолчал, не зная, что можно сказать. Проблемы я, если честно, не видел. Если бы мне сказали, что с этого дня я не смогу ебаться, я бы немного даже порадовался. Наконец-то, отпадёт тупая нужда в социальных взаимодействиях подобного рода. Хотя надо понимать, что радости в жизни у всех свои. Лесар, видимо, вот, находит утешение в людях. Не будем его осуждать.       – Хотя сейчас это не звучит, как острая проблема, – он, похоже, и сам только сейчас осознал. – Но был бы я подростком..       Лесару, если я не ошибался, было где-то под двадцать пять-двадцать семь. Мне было семнадцать – то есть, я был подростком. И как же, блять, ебано..       – Пиздец, – подперев голову рукой, хмыкнул я.       – Что такое?       – Типа.. Если какие-то качества личности распределяли между нами, вся любовь к людям досталась тебе.       – О, – Лесар сочувствующе вскинул брови. – Ты несостоявшийся мужчина?       Я почти что подавился. Блять, у них тут порой такие забавные замещения, я не могу. Несостоявшийся мужчина, блять. Ну да, мне семнадцать. Один хуй я ещё не состоялся. Но, наверное, это что-то вроде местного "импотент"?       – Ну типа того.       Я решил не вдаваться в подробности. Сейчас бы посвящать рандомного чела во все свои проблемы с башкой. Рандомный чел – фактически я сам, но.. Видно же, что обделили меня одного. Лесар не поймёт.       – Как будто какая-то злая шутка от мира, – хмыкнул он, подумав немного. – Или судьбы. Кто там решает, кто и каким получится.       – Да уж, – фыркнул я.

******

      – Неловко тебя прогонять, конечно, – пристыженно начал он. – Но тебе лучше уйти.       Я осмотрелся. Наверное, это была попытка узнать, сколько сейчас время – хотя бы в окно посмотреть, но окон не было. Но раз прогоняют, наверное, и правда пора. Сейчас ещё Эльнедил прибежит, начнёт ревновать. Странно, что он не ночует здесь, но допустим, они имеют понятия о личном пространстве и дают друг другу время побыть наедине.       Встав, я стянул с себя халат Лесара – он как раз подошёл ко мне за ним. Надо сказать, без халата он смотрелся жутко непривычно, но хотя бы как нормальный человек. Нормальный человек в Древнем Китае, да. Ну, если не считать светлых волос и глаз, и вообще.. Ой, как же хочется доебаться до местной этнологии и прочего. С другой стороны, какие вопросы могут быть к фентези-миру? Я действительно собрался требовать логики? Ну да, Арсений, молодец, реально. Иди ещё пару вопросов придумай, а мы пока тут посидим, попьём чай из аврана и ландышей.       Выходя из комнаты, я одновременно и расстроился, и обрадовался, что Эльнедила нигде не видно. Расстроился потому, что я хотел его увидеть (но только в случае, если он ещё не выздоровел). А обрадовался потому, что не хотелось бы, чтобы он знал о произошедшем. Что его нежно возлюбленный бухает с какими-то дебилами. Эльнедил может и приревновать. Было бы к кому, конечно. Не настолько же Лесар животное, чтобы сам с собой ебаться? Хотел бы я надеяться.       Но вообще, хорошо ночь прошла, ничего не скажешь. Ещё бы сейчас всё так же прошло. Ведь, как тут недавно выяснилось, замок и правда мог изменяться. Не знаю, как это возможно, но, блять, это возможно. Какие-то коридоры могли оставаться одинаковыми довольно долгое время, из каких-то исчезали двери, какие-то меняли длину, или изменяли место, куда они ведут. Тот коридор, по которому мы обычно ходили, был ещё постоянным, хотя в последнее время и там начали происходить метаморфозы – то двери пропадут, то какие-то лишние появятся, то вместо столовой будет тупик или какая-нибудь лестница.. Стражники всё смеялись, но я не понимал, что тут смешного. Мне вот было стрёмно.       Сейчас тоже ничего веселого не было. Насколько мне было известно, комната Лесара и так располагалась довольно далеко от моей, а тут я ещё и дороги не знаю, и это ещё при том, что за ночь что-то могло поменяться. И как тут что-то искать, чёрт возьми?       Но вдруг я услышал что-то странное. Как будто какой-то гул..? Значит, я близко. Близко к чему – другой вопрос. Но в любом случае это люди, а люди могут помочь. Это хорошо.       Вслушиваясь уже внимательней, я пошёл вперед. Когда голоса стали чёткими и разборчивыми, я очень обрадовался, что это именно то, что я ищу. Это не просто были люди, а Марвит и вся эта компания. Наконец-то это случилось, о, боже. У меня получилось самостоятельно добраться до своей комнаты. Сейчас расплачусь.       – Сознавайся, где был, – сразу налетел на меня Акдель.       Они играли в карты, и по количеству бутылок вокруг можно было подумать, что они провели за этим всю ночь. И как они собираются потом всё это в казармы относить..? Я им помогать не буду. Ладно, куда я денусь, конечно..       – У Лесара сидели, – проходя в комнату, сказал я. Было таким счастьем оказаться здесь, просто неописуемо и ненормально. Возможно, я ещё не протрезвел, конечно, и это всё радость тому, что я смог добраться досюда быстро и самостоятельно..       – А? – Хартл глянул на меня, хмурясь, но быстро вернулся в игру. – Как ты там оказался вообще?       – Вчера.. Мы чёт встретились. И он предложил посидеть у него?       Было очень неловко. Вообще-то, я пошёл искать кабинет Сената, чтобы вернуть документики эти ебаные, или что там? Не суть. Операция прошла успешно, и только, блять, я выходил из той секции, на меня налетел Лесар. Надо же было так проебаться. Ну, хотя бы он поймал меня не на выходе из кабинета. Вот бы вопросов ко мне тогда было бы? Хотя это же Лесар. Он добрый чел. А вот был бы это кто из Сената.. Ну, похуй, впрочем. Всё же хорошо закончилось, в итоге? Посидели, поговорили душевненько, мне понравилось.       Осматривая бутылки, я про себя поражался – сколько они выпили, блять? Хотя если они всю ночь сидели, то ладно, на шестерых такое количество ещё можно распить. Тут ещё и Ил, который пьёт, как в последний раз. А больше не осталось ничего и нигде, да..?       – Вот, – Марвит понял, что мне нужно, и протянул одну бутылку, уже полупустую. Но хоть так, спасибо.       Я сел рядом с ним, пытаясь разобраться, что у них происходит. "Три угла", м. Считай, подкидной дурак.       – Ты видел Эльнедила? – спросил Акдель, рассматривая карты в центре.       – Нет. Лесар сказал, что он никому сейчас на глаза не показывается.       Хотя лично мне казалось, что ничего страшного в этом нет. Не мне размышлять, конечно, – я с этим не сталкивался никогда, – но блять. Эльнедил нытик такой, из-за такой херни изводится всегда. Заебал уже даже меня. А другим каково?       Позавчера вечером ещё никто ничего не подозревал: в конце концов, бледнота – не такая уж и необычная вещь. Но вчера утром Эльнедил вернулся уже конкретно белый, ещё и светящийся. Оказалось, что если волшебники долго не пользуются магией, она накапливается в теле, и потом начинает выходить наружу в таком виде, и человек начинает светиться. Это было так тупо, но так смешно. Ещё то, как Эльнедил к этому относился – стеснялся. Хотя что такого, блин. Даже мило, что ли?       – Прикольно, скажи же, – посмеялся Акдель.       – А вы видели его? – спросил я.       – Не его, – хмыкнул тот, – других. Но служанки, которые за ним присматривают, видели.       Нихуя себе..? За ним служанки присматривают? Должен ли я обижаться за то, что ко мне приставили шестерых долбоёбов? Ладно, Марвит и Бору не долбоёбы.. Похуй. Скажу, что в данном случае это синоним к "особь мужского пола".       – Кто там, Никель его подружка лучшая, да? – продолжил говорить сам с собой Хартл. – Ездит с ним везде..       Никель, прости, господи.. Это был уже который раз, когда имена люцифернианцев имели какое-то ебаное отношение к нашему миру, и меня это почему-то невообразимо напрягало. Не знаю, что у меня за проблемы, но.. Ну да. Я же воспринимаю это как игру. То есть, проработка мира должна быть на достойном уровне. И просто имена персонажей: рандомные слова. Ну бред же. Можно было и получше постараться.

******

      Ещё только подойдя к дверям столовой, я услышал ворчание Крысы:       – Редхильдс снова красуется. Никакой управы на него нет.       Хартл, провожающий меня, с усмешкой оглянулся на меня. Это тема разговора его так рассмешила? Ну, может, я бы тоже хихикнул, если бы только знал, кто такой Редхильдс. Ну, видимо, раз про него говорят, нас скоро сведут. Пока только так, затравка. С Микаэлой же тоже так было.       – Я туда не пойду, – шепнул Хартл, ободряюще хлопая меня по плечу. – А тебе удачи, конечно.       Кое-как развернувшись, он зашагал обратно, а я грустно выдохнул. Ну ладно, всё. Собираемся с силами..       – А вот ещё один, недалеко ушёл, – только я зашёл, зафыркал Крыса.       Я только помахал им рукой в знак приветствия. Сраться с ними у меня не было настроения, и я очень надеялся, что и они не начнут. Пиздец, блять. И вот с таким отношением я должен тут жить. Лысым отсюда выберусь, все волосы от стресса повыпадают.       Усевшись, я осмотрел всех присутствующих. Даже Эльнедил почтил нас своим присутствием сегодня, я смотрю? Как и ожидалось, он был в порядке, так что ничего интересного в нём не было. А я так ждал, так надеялся..       Какое-то время всё было на удивление тихо, и это при том, что Эльнедил был здесь. Я всё косился на него, но он спокойно ел, правда, с довольно обиженным видом. В наших кругах такое называли "сложным ебалом" – это было точно про него сейчас. Обиделся, что ли? На кого? С Лесаром так и не помирились? Что-то я всё ещё не могу представить их в нормальных отношениях, и чтобы они ссорились по каким-либо причинам. Смешно даже. Серьёзно, из-за чего они могут поругаться? Лесар ему мало времени уделяет? Или Эльнедил про Микаэлу прознал? Или спалил их за чем-нибудь таким же, как я их самих пару дней назад? Лесар же сам сказал, что любит и тех, и тех, ну и вот. Чё ему ограничиваться одним только Эльнедилом, когда под боком есть ещё кто-то доступный? Ладно, мне самому не хотелось бы выставлять Лесара такой свинотой. Но а чё Эльнедил ебучку тянет? Так и хочется почморить его ещё, чтобы ему ещё хуже стало.       Всё же, молчание немыслимо напрягало. Конечно, мне не нравились и постоянные споры, но это как бы было нормальным явлением. Они же всегда ругались? Что сейчас не так?       В какой-то момент мне уже начало казаться, что всё пройдёт тихо и нормально (тогда этот день можно будет как праздник отмечать, реально), но Стрёмный как будто учуял мои мысли.       – Арсений, – позвал меня он, и я поднял взгляд. – Мы слышали, вы познакомились с госпожой Микаэлой?       Я в это время ел, так что не смог ответить сразу. Зато успел заметить движение в том конце стола, где сидел Эльнедил. Видимо, не дремлет. На страже. Где бы только доебаться.       – Ну да. А что?       – Ничего, молодой человек, – Стрёмный пожал плечами, типа спокойно, но я узнавал этот тон. Взрослые вечно этой хуйнёй занимались. Да и не только они, будем честны. Когда говорят, что всё нормально, но в голосе прям сквозит недовольство или обида. Ну и пошли нахуй? Я ваши проблемы и комплексы разбирать тут не нанимался.       – Мы же говорили, что вам не стоит с ней пересекаться?       Вы говорили..? Когда? Эльнедил говорил. Не вы. Не надо мне тут, я всё отлично помню.       – Что вы вообще делали в той части замка. Хотя, – он устало покосился на Косого, – по этой части к вам вопросов нет.       – Ой, блять, отстаньте, а.       Это было отчаянной просьбой, уже даже не наездом или чем-то таким. У меня правда не было желания продолжать это дерьмо. Может, сказать уже, что все сюда поесть приходят, а не отношения выяснять..? А то вдруг они не знают.       – Невыносимо, – возмутился Чёрт.       – А чего вы хотели с таким отношением получить? – наконец влез Эльнедил.       Его вступление в бой означало, что моё участие больше не нужно, так что я решил, что можно продолжить есть. Что было хорошо, это что из-за вечных споров они забывали о еде, и можно было съесть или стащить стражникам то, что как бы предназначалось другим. Ну, сами виноваты. Может, когда-нибудь до них дойдёт, что они теряют, и они станут потише? Дай бог, блять.       – .. когда вы перестанете вести себя, как ребёнок? – когда я прислушался, разговор ушёл уже куда-то не туда.       – Не знаю, что вам в моём поведении кажется детским, – пожал плечами Эльнедил. Я тоже не понял предъявы, так что даже пожалел, что прослушал, о чём они разговаривали до этого. Ни на секунду нельзя отвлекаться.       – Хотя меня никто никогда ни во что не ставил.       Ой, пошло, родное. Нытьё Эльнедила о несправедливой судьбе. Налейте водки, без ста грамм это слушать невозможно.       – Сказывается ваше воспитание, – проворчал Косой.       Чморят из-за этого, что Эльнедил чмо тупое? Но он же, вроде как, при дворе рос, нет? Я просто что-то слышал об этом. Или что, Эльнедил был на правах хуйни на побегушках, и никто нормально его не воспитывал? Но ведёт он себя неплохо, чего они доебались? Завидуют, наверное.       – Да правда что. А ещё отношение отца, и матери.       Хм, а у Эльнедила же тоже есть родители.. Это логично, откуда-то же он взялся. И кто-то же дал ему это отвратное имя. Но у меня не воспринималось, что у него могут быть предки. Хм. Ну и что, где они? Они продали его на службу в Анхель? Что тогда у него за претензии к ним? Должна быть какая-то драма у него в жизни, чтобы все его жалели и обсасывали. Ну, сейчас узнаем.       – Какое воспитание, где? – продолжал паясничать он. – Где я должен был его получить? Среди женщин из Низов? Вы знаете, что там творится?       Лесар засопел, а я заинтересованно вытянулся. Потом быстро сник, когда стало понятно, что подробностей не будет. А я бы узнал, что творится в Низах, с удовольствием. Я знаю, что творится в Низах здесь, но то люцифернианцы. Они даже не ебутся, только пьют и в карты играют целыми днями. И еду таскают. И наружу сбегают, чтобы в морской водичке поплескаться, видите ли, жабрам приятно. А что происходит у людей в Низах? Чё, давайте, рассказывайте, раз начали. Давайте самую грязь сюда. Самое то для завтрака. Отличное начало дня.       – Скажите спасибо, что не среди фей.       Феями в Эльфегорте называли наложниц или что-то вроде того. Дамы, с которыми знатные господа могли потусоваться в особо одинокие дни. Вот, да. Я всё знаю.       – Давно в Эльфегорте мужчин принимают на эту должность?       – Вы бы с радостью пошли, да, – фыркнул Стрёмный как бы в сторону, но услышали это все и отлично. И я, конечно, ждал грязи, но слегка не такой. Ну да, Эльнедил урод и сука, но давайте типа границы знать? Вы охуели? Прямо так, в лицо, выговаривать человеку, что он в зад даёт? Это как-то невежливо?       Эльнедил тоже опешил, и я уже ожидал, что Лесар сейчас настучит кому-нибудь по шее, но и он отмолчался. Чё, не впряжётся за своего другана? Ну и крыса. Всё, неуважение.       – Ну, возможно, – в конце концов, Эльнедил решил отшутиться. – Я ведь сам плод безнравственной женщины. Может, там моё место?       – Господи, – выдохнул Пахан, кажется, сам уже недовольный темой разговора. Он даже прикрыл лицо рукой, и с его кольцами – массивными и чуть ли не на всех пальцах, – это смотрелось так странно. Тоска богатой сучки. Вот что-то такое.       – Чем только Иши думала, – проворчал Чёрт.       О-о..       Я чуть вслух не заорал. Это же мать Эльнедила, да? Это же его мать? Я уж не буду спрашивать, почему её зовут, как мать Лесара. Что это, совпадение такое красивое? Сказать бы, что я ждал чего-то подобного, но нет. Такого пиздеца я не предвидел, но сейчас удивлён почему-то не был. Ну да, они полу-братья, похоже. Ну ебутся, и что теперь? Законом, возможно, не запрещено. Вон, как спокойно все обсуждают ебение сексом двух мужчин прямо за столом. Видимо, гомофобии в этом мире нет? Ну а инцест и у нас в мире был. Где-то на уровне нормальной хуйни даже сейчас, и чего ждать от этого мира?       – Вы братья? – на всякий случай решил уточнить я, когда выдалась пауза.       – У нас одна мать, – спокойно подтвердил Эльнедил.       Я посмотрел на Лесара, который продолжал спокойно сидеть и есть. Ну, этому как обычно вообще похуй. Хотя какой интерес тут должен возникнуть? Правильно, ничего же нового не происходит. Всего-то все за завтраком обсуждают, как вы ебётесь с твоим полу-братом. Бытовуха. Чему удивляться? Тем более, тут такой хлеб вкусный. Самое время захавать себе побольше, пока остальные пиздят без умолку.       Не знаю, чего меня опять потянуло на евгенику, но.. Кто бы мог подумать, что они братья? Пусть даже полу-. Лесар весь такой из себя голубоглазый блондин и пиздец, где-то тут должен пробежать Ковальский с шутками про ариев и нацистов. И Эльнедил. Просто дефолтная внешность, кареглазый брюнет, скука. Мама не хотела, папа не старался, что называется. Хотя прямо же сказали, что мать Лесара переспала с другим мужчиной, не с отцом Лесара. Вот Эльнедил, видимо, в батю своего весь и пошёл. Выглядит, как урод какой-то. Ладно, он не урод. Все прекрасны по-своему, всё такое, все нации и народы прекрасны. Но он сильно выделялся. Думаю, если бы я не тусовался среди люцифернианцев, которые все как попугаи ебаные, я бы очень триггерился с внешности Эльнедила. Он сильно пестрит на фоне других персонажей-людей, но увы, главный приз за ебанутую внешность в этой игре присуждается люцифернианцам. Извини, Эльнедил, и тут ты не выиграл.       – Матери захотелось новых ощущений, – наконец заговорил Лесар, но ей-богу, лучше бы дальше молча сидел, чем такое выговаривать. Ты совесть имей, блять? Мать твоя, вообще-то. Или я проецирую на Иши образ своей матери, и поэтому не хочу, чтобы её хуесосили.. Но в любом случае. Даже если это не она, немного уважения к родительнице?       – Так что я полукровка, – договорил Эльнедил, почему-то очень весёлый. Может, конечно, у них тут другие понятия о такте, но я всё равно слегка прихуел. Ему нормально? Просто прозвучало как что-то обидное. Типа он реально грязь из-под ногтей, полукровка, у-у. И это так подчёркивают, ещё и после того, как его пидором обозвали прилюдно. А ему весело, хихикает сидит. С головой всё нормально, нет? Я вот иногда чморил сам себя в шутку, и меня начинали за это хуесосить окружающие, что фу, Арсений, как так можно, нельзя самоунижительно шутить. Эльнедилу тоже нужна поддержка в лице Артёма и Ковальского. Ой, блять, эти двое-то поддержат, конечно. Но всё равно. Конкретно сейчас реально дичь какая-то произошла.       Когда я встал из-за стола, Эльнедил тоже поднялся с места, и пошёл за мной к выходу. Очевидно, он хотел о чём-то поговорить? Так что я сразу направился в конец коридора – думалось, что стоит соблюдать конспирацию.       Эльнедил быстро догнал меня и остановился на каком-то расстоянии. Я бы не циклился на этом, но можно было заметить, что Эльнедил любит находиться на расстоянии от людей. Или не любит, а просто.. Может, стесняется? Или это порядки в Эльфегорте, что челядь не может близко стоять к господам. Не дай бог надышит на них, реально, бедностью своей.       – Ты что-то видел?       Сразу к делу, так сказать.       – Чуть-чуть. Самую малость.       – Так вот, чьё это дыхание было, – Эльнедил сощурился. – Хотя стоило догадаться. Так топаешь только ты.       Слышь, блять. Сейчас начну по утрам возле твоей комнаты топать. Охуел, что ли?       – Надеюсь, никто об этом не узнает.       У него был очень выразительный взгляд. Да и как будто я серьёзно собирался кому-то об этом рассказывать. Вот прямо сейчас двину. С криками во всё горло о том, что они ебутся. Что за бред? Все, похоже, и так знают, что они в отношениях? Почему Сенату нельзя знать, что они сосутся по коридорам? Это какое-то запретное дело? Типа, как ебаться с родственниками, это нормально, никто не запрещает, но пососаться в коридоре – всё, позор на всю жизнь. Так, что ли?       Многозначительно оглядев меня напоследок и так нихуя и не объяснив, Эльнедил направился обратно в обеденный зал. Видимо, это было всё, что он хотел? Ну да, главное было предупредить, чтобы я молчал. Хотя кому бы я стал рассказывать о подобном? Умный такой тоже, блять.       Я осмотрелся в поисках Бору или кого-то ещё из их компании, но никого не было. Стоит ли пытаться дойти до комнаты самому? Или поступить правильно, и остаться ждать тут? Ой, да господи, когда мы поступали правильно? Бред какой-то.       После небольшой прогулки у меня всё же получилось выйти к нашей комнате. Это снова подтвердило мысли про то, что пространство здесь может меняться. Я ведь спускался, проходил по лестницам. А в итоге оказался на том же этаже. И как, блять, это только возможно?       Все стражники были в комнате, очевидно, только вернувшись с обхода – можно было догадаться по переполоху со снаряжением. Только один Хартл уже успел отделаться от доспехов и сейчас сидел в кресле, развалившись так, что вот-вот – и сползёт на пол. Безысходности его образу придавали большие глаза, поднятые к потолку, и крайне усталый и измученный вид. Что-то случилось? Почему остальные нормально себя чувствуют, и один Хартл как амёба?       Через пару секунд он и правда сполз на пол, ещё и так аккуратненько. Как амёбка.       – Ну что с тобой? – спросил Акдель, тут же подскакивая к нему. Хартл только молча завалился на бок, подкладывая руки под голову. Выглядело довольно печально. У него кто-то умер или что случилось? Что за внезапное уныние?       Я постеснялся спрашивать, что случилось, так что просто прошёл в комнату и сел на пол возле кровати – её, как обычно, заняли под место для доспехов. Охуенное у нас, конечно, распределение ресурсов. Но хотя бы подушки можно было брать. А то спать без них на полу было бы совсем плохо. Мне-то ладно, куртку подстелил и спи, но каково стражникам – я вообще не представлял. Хотя они умудрялись высыпаться и сидя. Но удобнее всех, конечно, было Бору и Малсену, у которых был Ил. Сам Ил спал полусидя, и Бору и Малсен обычно располагались где-то возле него, устраиваясь или полностью на нём, либо головой у него на ногах/плечах/груди.. Смотрелось очень мило, на самом деле, особенно если они оба засыпали на нём. Просто мама с детьми, ути-пути..       – У тебя не осталось той водички? – наконец, Хартл выбрался из своего анабиоза и перебрался поближе ко мне.       – Я отдал бутылку Тягу. Надо сходить, забрать.       Было немного стыдно в этом признаваться. И нет, не потому что я оставил нас без водки, а потому что.. Может, мне вообще не стоило давать им пить такое? Ещё и позволять им распространить её среди остальной стражи. Вдруг они поотравляются все к чертям? Хотя, наверное, раз до сих пор ничего страшного не произошло, то и не случится? Не хотелось бы, чтобы из-за меня кто-то умирал..       – О, о, о, – сразу же развеселился Хартл. – Я могу сходить с тобой. Пошли сейчас?       Я не очень любил резкие перемены в настроениях и планах, так что немного даже осел. И с чего так резко..? Но что делать – пришлось идти.       Хартл быстро нашёл дорогу вниз (навык, доступный всем люцифернианцам, похоже), и когда мы начали приближаться к казармам, это стало сразу понятно – из-за стен начал доноситься шум, постепенно переходящий в голоса и смех.       Как кстати, Тяг, которого мы искали, попался нам в коридоре, и нам даже не пришлось заходить в комнаты. Ничего такого, но потом мы бы оттуда просто не выбрались. Это мёртвый конец, каждый раз.       – О-о, – обрадовался он, увидев нас, и Хартл чуть ли не на бег сорвался.       Я не стал ускорять шаг, и по пути к ним тщательно их оглядел. Что я там не видел, да, но хотелось ещё раз сравнить их внешность – цвет глаз и волос у них был одинаковыми. В общем-то, и Хартл, и Тяг были карпами – считай, одной породы. Люцифернианцы придавали этому большое значение, и смотрелось это даже немного мило. Они ведь даже называли друг друга братьями и сёстрами на этом основании? Кровное родство никого не волновало, вот мои братишки и сёстры, мы с ними одного цвета. Прикольно.       В случае Хартла и Тяга было забавно ещё то, что Тяг был старше Хартла, и из-за этого в раза три, наверное, крупнее Хартла. Выше и шире, и.. Блять, как будто кто-то взял Хартла и просто увеличил его. Было очень странно видеть их рядом.       – Мы за водой, – объяснил Хартл.       – Понял, – Тяг сразу направился к комнатам. Всё-таки, придётся заходить? Ну, было очевидно, с одной стороны. Слишком большие бутылки люцифернианцы с собой не носили, а ныкали где-то у себя в кроватях. Но как же это неловко каждый раз, блять.. Заходить в эти комнаты, где все сто с лишним человек сразу такие поворачиваются в твою сторону..       – Придёте сегодня ночью? – спросил Тяг, когда мы подошли уже к самой двери.       – Ага, – Хартл отозвался довольно быстро и весело. Для человека, который пять минут назад выглядел так, будто собирается умереть, это было странно. Но кто я такой, чтобы что-то понимать.       – И ты приходи, – теперь обращались именно ко мне.       Я молча кивнул. Когда я отказывался набухаться.       Стражники жили все вместе – в огромных залах, сплошь заставленных двухэтажными кроватями. Я никогда не считал, но по ощущениям, одно такое помещение было рассчитано чуть ли не на две сотни человек. Выглядело это очень странно, и я до сих пор не мог поверить, что все они живут в одной комнате. Никто не устаёт? Никого не смущает шум, постоянное наличие такой толпы рядом? Я бы уже умер, наверное. Тем более, что люцифернианцы в естественных условиях живут по два-три человека. Учитывая, сколько во всём замке свободного места, их могли по этим стаям расселить по отдельным комнатам. Не было бы так лучше? Да хотя бы по отрядам их расселить. Но руководству стражи лучше знать, конечно..       Тяг быстро нашёл свою кровать и, вытащив из-под подушки бутылку, отдал её Хартлу.       – Спасибо, – тот вцепился в бутылку и посмотрел на меня. – Идём?       Пока не нашлось причины остаться здесь, нужно было сваливать, и я не стал нас задерживать. Хотя, объективно, у меня не было никаких дел здесь, но проёбывать целые дни, сидя тут, я не хотел. Вечером придём и посидим нормально, но не сейчас.       Путь наверх сам по себе обещал быть сложным, и надо же было ещё и напороться на главнокомандующего. Было даже забавно, как, пройдя в другую секцию и заметив эту махину, Хартл тут же развернулся на месте и пошёл обратно. Тупо безусловный рефлекс: видишь начальника – съёбываешь с его глаз куда подальше. Ну, в целом, Хартла можно было понять. Я бы перед такой ебаниной тоже боялся показаться в лишний раз. Особенно если бы я был кем-то вроде Хартла – проёбщиком, ещё и разгуливающим средь бела дня с бутылкой алкашки в руках.       Каракар – собственно, главнокомандующий, – был ебать страшным. В частности, из-за своих размеров – его рост составлял семь с половиной метров. Семь с половиной, блять. С ним даже Ил в сравнение не шёл, хотя казалось бы, да? На самом деле, тут было много таких гигантов, и так я понял, когда-нибудь все люцифернианцы должны будут дорасти до примерных размеров. Просто стадийность и скорость роста зависит от цвета, и поэтому тут столько "детишек". Которые Каракару в колени дышали, блять. И ведь даже подумать страшно, что здесь начнётся, если тут будет бегать толпа таких великанов. От замка ничего не останется нахуй.       Когда мы вернулись, остальные стражники уже раздали карты и начали игру. Можно было и дождаться Хартла, но тот, похоже, даже не обиделся.       – Вы видели Лито? – спросил у нас Акдель, когда мы зашли.       Хартл, не долго думая, пролез в их круг.       – А он вернулся? – Малсен ненормально заинтересовался упоминанием, и я почти что закатил глаза.       Я в душе не ебал, кто этот Лито такой, но слышал, как о нём говорили, и судя по всему, это был местный аналог какого-нибудь айдола. Половина вообще всех стражников молиться на него была готова, и особенно – некоторые из этой компании. Насколько нужно быть охуенным, чтобы тебя все так любили? Чем он знаменит, блять, что на него такая реакция? В общем, как всё популярное и всеми любимое, он бесил меня. И я ждал встречи с ним только чтобы убедиться, что на деле он обычный хуйлуша, и чморить его дальше ещё более усиленно уже с чистой совестью. Да, я у мамы такой. Тупой.       – А он пропадал? – Хартл, похоже, даже не был в курсе событий.       – Его отправили в Шахты, – отозвался Бору. – Или он сам пошёл, непонятно.       Я тоже сел рядом с ними, хотя мне тут делать было нечего – играть с ними я не мог, потому что некоторые их игры были слишком сложными для меня, а просто наблюдать было скучно. Ладно, они бы разговаривали в процессе, но нет – во время игры была чуть ли не идеальная тишина. Ну, зато можно было спокойно спать. Потом, конечно, ночью придётся умирать от скуки. И почему люди, как коты, не могут спать по восемнадцать часов в сутки? Сейчас бы такой навык очень пригодился.       В общем, всё, что в этих играх было интересного для меня, – это изображения на картах. Для каждой игры была своя особенная колода (а игр, только известных мне, было восемь), и было очень интересно изучать их. То, во что они сейчас играли, походило на ролевые карточные игры – игроки набирали команду героев и отправлялись пиздить злодеев, команды которых тоже принадлежали кому-то из игроков. Я не очень понимал, как это работает, потому что когда мне пытались объяснить правила, я запутался уже после пары фраз. Я, может, чего-то не понимаю, или просто тупой, но зачем придумывать игры, у которых один раунд может занять целые сутки?       Марвит, видимо, заметив моё сопение, подтолкнул ко мне коробку с картонками, которые использовали для основ карт. Печатать тут было некак, так что стражники всё делали вручную – и сами карты, и все рисунки.. Сейчас, собственно, мне предлагали нарезать картон и наклеить рубашки на обратные стороны. И хотя это было хуйнёй какой-то, я всё равно порадовался, что мне дали какое-то занятие. Если потом ещё лакировать дадут.. Ух. Не сдохну со скуки. До вечера бы дожить, а там уже как-нибудь всё наладится..       – Зато мы видели Каракара.       Все с интересом уставились на нас, даже Марвит на секунду от игры оторвался. Даже он. Хотя, наверное, его волнует только одно – не видел ли Каракар нас. Марвиту же пизды дадут за проёбки Хартла? Вот и боится.       – Каракара?       – М, – протянул Хартл, кивнув головой.       – Что он тут делал вообще? Он вас видел?       – Нет, он там разговаривал с кем-то. Мы быстро сбежали, – Хартл пожал плечами. – Кстати, возможно, он разговаривал с Лито? Показалось, что это он, но я побоялся его ждать. И не рассмотрел. Но вроде кто-то оранжевый там был?       И когда ты только рассмотреть там что-то успел..? Ты же как только его увидел, развернулся и убежал. Пиздабол, блять.       – А что он мог натворить? – вернулся к той теме Ил. – В Шахты уже давно никого не отправляли.       – Поэтому он наверняка сам согласился туда уйти, – хмыкнул Бору. – Никто не косячит, там не хватает людей, а.. Ты помнишь, нет? Как ему там понравилось.       – Кому может понравится в Шахтах? – Хартл закатил глаза. – Марвит, ты не знаешь? Он сам пошёл или его отправили?       Тот покачал головой, продолжая рассматривать свои карты.       – Скорее, он сам туда пошёл, – Бору всё настаивал на своём. Вот кому не похуй, реально..?

******

      Вечером всё прошло просто идеально: Марвит очень удобно куда-то слинял, так что и нам удалось уйти незаметно. И вроде бы всё это было хуйнёй полной, но я всё равно думал о нём. Просто в последнее время я всё чаще и чаще стал замечать, что чуть выдастся свободное время, или ночь – чаще это случалось именно ночью, – Марвит тихонько сматывается и где-то пропадает. И сейчас мне почему-то стало особенно интересно, что происходит. Может, как нибудь собраться и ночью выйти за ним? Проследить, куда он там ходит. Ух, поиграемся в детективов.