Shady lady

POV Аделаида       Божечки-кошечки, как же ж сладко спится на этой мягкой кроватке! Я поворачиваюсь на спину и натягиваю одеяло повыше. Стоп. Одеяло? Я резко открываю глаза. Да, я действительно под одеялом. В конце кровати лежит аккуратно свернутая моя вчерашняя одежда. Я в ужасе смотрю на себя. На мне мужская футболка. Зато как она пахнет. Ох, как она пахнет. Мама меня всегда учила искать плюсы, и вот он, самый классный плюс. Втягиваю носом поглубже этот чудесный запах одеколона и чего-то еще, непонятного мне, и засыпаю еще крепче.       Просыпаюсь я только под обед. Да, я серьезно устала, даже сон особо не помог, чувствую себя разбитой. Подхожу к окну. Какой вид! Цветущие вишни в саду просто завораживают. Но надо идти в ванную и приниматься разбирать вещи. И вот тут до меня доходит, что я не знаю, где ванная. Помогите Эдли-следопыту помыться.       Я тихо закрываю дверь в свою комнату, держа в руках все самое необходимое для утреннего туалета. Кажется, нашла. Набираю горячую ванну с пеной, включаю любимый плейлист и погружаюсь в расслабление. Это реально помогает. Начинается грустная мелодия «Say something». На середине песни я осознаю, что я плачу. Да, многое произошло. Тяжесть воспоминаний, Елена, Майклсоны. Отбрасываю все мысли и погружаюсь с головой в ванну.       Через полчаса после утренних рыданий я, полностью готовая к новому дню, спускаюсь в поисках кухни. Холодильник доверху набит едой. Беру любимый йогурт с ванильным вкусом и ставлю вариться кофе. Вот и позавтракала. Точнее, пообедала, на часах то уже 13:47. Обалдеть. Боже, о этот йогурт, это амброзия! Кофе сварен, я достаю себе кружку и начинаю наливать великолепный напиток. Я пью кофе без сахара и без молока, это удивляет многих моих знакомых. Это удивило и Клауса, который беззвучно зашел на кухню и отнял у меня чашку. Благо, я сварила много кофе, особо злиться я не стала, да и страшно злиться на первородного гибрида. Клаус садится напротив меня. — Эдли, дома ты просто сидеть не будешь. Тебе надо закончить школу, поэтому я записал тебя в класс вместе с Колом, — начал разговор Ник. Вошедший в это время Кол полностью повторил мои мысли: — Ты издеваешься? Школа? Да еще и с ней? — Это еще не все, дорогие мои. Сегодня вы поедете в больницу, где Эдли сдаст кровь, а завтра я и Элайджа поедем обращать стаю оборотней в Северной Каролине. Ах, да, Ребекка улетела в Милан, поэтому дома вы останетесь вдвоем. Кол, ты должен постоянно следить за ней. Эдли, если натворишь глупостей, пострадает твоя семья. Но ты ведь умная девочка, правда? — спрашивает первородный, и я молча киваю, потому что я настолько прифигела, что вымолвить ничего не могу. Все силы уходят на то, чтобы подавить внутреннего холерика и не начать истерически угорать.       Как только я допиваю кофе, наглая задница подхватывает меня на руки и тащит к машине. Так вот что это за запах был на футболке, в которой я проснулась. Его запах. Великолепный запах. Я колочу проклятую вампирюгу изо всех сил, не забывая при этом повизгивать: «отпусти меня», однако всем понятно, что против Кола Майклсона это не действует. Меня усаживают в машину, пристегивают и увозят в больницу. Контролируй себя, Эдли, контролируй.       В больнице меня заводят в палату с кушеткой и прикроватной тумбой. Все стерильное и чистое. На тумбе лежит все необходимое для забора крови. Хорошо, что я никогда не боялась этой процедуры. Я ложусь и смотрю на медсестру, подготавливающую мою левую руку. Наверняка она под внушением. Бедная женщина. Неожиданно мое внимание привлекает Кол, который берет мою правую руку, сжимает и целует. Я смотрю на него и снова попадаю в карий плен. Так мы пробыли на протяжении всей процедуры. Глаза в глаза, моя рука в его руке. Странно все это. В машине я благополучно засыпаю, да это и к лучшему.       Просыпаюсь я, когда на часах 19:08. Классный режим сна, однако. Я снова в Коловской футболке. На тумбе рядом с кроватью лежит огромная плитка шоколада. Только я к ней потянулась, как заходит Кол Майклсон собственной персоной и несет две кружки кофе. Что происходит? — Ты издеваешься? С чего такая доброта? — спрашиваю я, предварительно получив драгоценную чашку с горячим напитком. — Мы не такие монстры, как вы привыкли считать, Гилберт. Пей, лучше станет. Ты бледная, как смерть. А еще мне скучно. Пей быстрее и поедем куда-нибудь развлекаться. Пока мы пили кофе, сидя на моей кровати и поедая шоколад, мы болтали обо всем на свете. Кол узнавал о моих интересах, предпочтениях, рассказывал истории. За окном лил дождь и выл ветер. Но почему мне так уютно с ним?       Мы отправились в Гриль. Кол подцепил себе длинноногую брюнетку, с которой провел весь вечер в углу бара. А я что? А я напилась с Джером. На мое счастье, он как раз был свободен и сразу примчался в Гриль, как только узнал, что я там. И, да, я ОЧЕНЬ сильно напилась. Я отправилась к караоке и начала петь «Sam Brown — Stop», ритмично пританцовывая. Текст я знала наизусть, поэтому смотреть на экран с ним мне было ненужно. А вот на первородного, который сразу подошел ко мне, как услышал мое пение, я с удовольствием бы посмотрела. И я смотрела. Глаза в глаза. Снова. Пока я пела, казалось, что больше нет никого в этом баре. В глазах Кола блеснула искра, он, завороженный пением, смотрел на меня. Как только я закончила петь, ко мне подошел Джер и сказал, что я как всегда великолепна, нооо не тут то было. Вампирская задница, между прочим очень хорошенькая задница, подхватила меня и понесла домой. Вампирская скорость — что-то ужасное. Меня чуть не вырвало, зато мы оказались дома за пять секунд. Еще секунда, и Кол бережно кладет меня на кровать в моей комнате. И еще один зрительный контакт. Тут он не выдерживает, наклоняется и целует меня. Я отвечаю на поцелуй. Как прекрасно он целуется! Он весь прекрасен. Я влюбилась. Стоп. Что? Аделаида Элизабет Гилберт, ты издеваешься?!