Задание.

И вот бедная девушка стоит у порога в церковь. Глаза быстро мечутся не в предвкушении свадьбы, а в поиске выхода из сложившейся ситуации. От бессилия хотелось плакать. Хотя точнее сказать реветь. Хотелось, чтобы как в детстве. Как только увидят твоё расстроенное лицо, сразу помогут решить проблему. Но сейчас иная ситуация. Помочь, увы, никто не может. Но сдаваться сейчас не время. Надежда! Именно она и даёт последние силы Люси на то, чтобы подойти в алтарю. Как же ей не хотелось врать Нацу. Она по жизни терпеть не могла враньё. Ей было настолько тяжело обманывать наивного друга, слепо верящего в любое её слово, что она даже и подумать не могла, что окончится одним лишь чувством, испытываемым сейчас, бессилие, страх, ярость. Как же Люси не хотела посылать мага огня обратно в гильдию одного, под предлогом того, что ей нужно к отцу, и ждать её не стоит. И как мог Драгнил поверить в это чушь?! Как вообще всё это смогло произойти? Сердце заклинательницы дрогнуло от одного воспоминания о гильдии. Сейчас, те моменты пирушек и ссор, приносившие ранее радость спокойствие, теперь же отзывались болью с сердце. Они словно разрезали девушку изнутри, пытаясь обездвижить её, лишь бы она не подошла к это жениху. Дверь открылась. Паника ещё сильнее окутала её тело. Она хотела кричать, плакать, в конце концов рвануть куда подальше, но нельзя. Волшебница, в отличии от гостей, боялась и шаг сделать, так как чем больше и быстрее шаг, тем ближе её конец жизни. Ведь сейчас, именно сейчас решается главный, переломный момент в её жизни. Шаг. Поклон гостям слева, справа. Шаг. И всё это повторяется снова и снова. Так медленно, как это только позволяет ей её страх. Этот гадёныш даже ей отца липового нашёл, который как-то пошло поглядывает на свою «дочурку». Ух, врезала бы она сейчас ему, да только опять же, нельзя. Каблуки высоченные помогали девушке идти крайне медленно. Что касается платья, то оно было восхитительно. По крайней мере до того, как Люси «случайно» пролила на него чернила. И теперь она шла в синем платье, которое просто захватила, как багаж на задание. Изначально она вообще в джинсах планировала идти, но подопечные Килинина заставили одеть это синее платье, которое смотрелось на ней ничуть не хуже свадебного, о чём говорили восторженные вздохи гостей. И, скорее всего, это все родственники Калинина. А жених, кстати, был просто в шоке от того, что его любимая женщина не в том роскошном платье, которое он хранил специально для неё много лет. Вот и лестница к алтарю. Шаг. Встала. Сердце бешено колотиться от беспомощности и непонимания. Именно в этот момент Люси хотела бы иметь двойника. Хотя… У неё на крайний случай есть Близнецы, но использовать их ради такой цели было бы просто безумством. Ноги подкашивались. Именно сейчас до волшебницы дошло осознание того, что уж слишком быстро кончилось расстояние от дверей до алтаря. Шаг. Теперь она рядом с будущим мужем, тот же улыбается счастливой улыбкой, скорее всего он и не подозревает о том, что она сейчас испытывает. Конечно, куда уж ему?! Для него это самый лучший день в жизни, о котором он уже давно мечтал. — Уважаемы дамы и господа! — начала девушка торжественную регистрацию. Дальше Хартфилия не слушала. Она поняла. Конец близок. Сейчас она вспоминала все молитвы, так нужному ей сейчас, Богу. Хотя ни одной не знала. Именно сейчас она стала молить о том, что пусть сюда метеорит прилетит, пусть случиться потоп, пусть сгорит здание, пусть и вместе с ней, но лишь бы она не стала его женой. Ведь за этим последует уход из гильдии, прощание с друзьями и ложь. Чёрная липкая ложь. Будто бы у них все хорошо, она его любит, скоро детки. Будто бы она вдруг поняла, что волшебство — это не её. Будто бы она просто забыла о том, что когда-то вся в слезах говорила Нацу, что очень любит гильдию и жить без неё не сможет. Абсурд. Нужно тянуть время. Ведь везде так, когда герои не торопятся с решение обязательно придёт кто-то на помощь. Будем надеяться, что и сейчас так будет. — Согласны ли вы, Вындов Калинин, любить, хранить и оберегать, защищать и строить ваш семейный очаг, поддерживать во всем свою жену, быть ей надежной опорой и непробиваемой стеной от злого умысла, взять в законные жены Люси Хартфилию? — уже почти закончила медленно говорить работница ЗАГС-а. — Да! — выдохнул с торжеством мужчина и взял за руку Люси. Он был счастлив, это видно. Он не был плохим парнем, он просто до одури влюбился в недосягаемую девушку, которую он всё-таки достал. — Люсьена, согласны ли вы, любить и быть любимой, в добром здравии и в болезни, в радости и печали, не слыша шума медных труб, через огонь и воду, до конца времен, взять в законные мужья Вындова? Девушка молчала. Глаза были пусты. Осталось лишь тянуть время. Тянуть настолько, насколько это возможно. — Разрешите мне кое-что сказать? — выпалила волшебница и, не дождавшись ответа, начала свой монолог, — В детстве мне всегда хотелось выйти замуж, — она сглотнула и повернулась к гостям, — Для меня это было чем-то святым и важным в жизни. Ведь когда я пересматривала фотографии родителей, — Люси отложила букет и начала жестикулировать, — Я восхищалась моей самой красивой мамой и, не менее статным, папой. Они выглядели по настоящему счастливо. Ведь они женились по обоюдному согласию, — после этого девушка подняла фату, чтобы её лицо было лучше видно, и чтобы люди могли прочесть её эмоции, — Я всегда ненавидела ложь. Я никогда не врала, — здесь у неё голос дрогнул, — Но недавно мне пришлось обмануть очень важного мне человека, только лишь для его безопасности, — Хартфилия села за свободный стул, стоящий около алтаря, — Я это к тому, что не бывает брака без доверия. — Простите — Не перебивайте пожалуйста! — неожиданно воскликнула блондинка на работника ЗАГС-а, — У меня самый важный день в жизни. Сегодня решится моя судьба. Можете подождать ещё пару минут?! — спросила Люси у работницы, да лишь заторможено кивнула, — Спасибо. Так вот, я, Люси Хартфилия, хочу сказать одну очень важную вещь всем присутствующим, — после этого девушка встала, ей в голову пришла одна очень странная идейка, но, толком не обдумав, она решила воплотить её в жизнь, — Прежде чем испортить нам с Калининым жизнь, я должна признаться, — последовала минутная пауза, — Я лесбиянка. Зал наполнился возмущёнными вздохами. Никто спасать её не будет. Это было понятно сразу. Поэтому ей пришлось идти на крайние меры. — Что такое говоришь, Люси?! — удивлённо спросил жених. Он просто не мог в это поверить. Как может та, по которой он грезил годами, оказаться столь испорченной? — Да вот так. И в гильдию я поступила не только потому, что мечтала там оказаться, но и потому, что там женщины многие ответили мне взаимностью, — гордо соврала девушка. Хоть она и ненавидела ложь, но сейчас по другому нельзя. Все гости начали обсуждать эту ситуацию, но многие уже ушли из церкви. Они были настолько возмущены тем, что их позвали на эту ужасную не до свадьбу, что просто решили остаться оскорблёнными. — Может быть тебе доказать, Калиня? — иронично произнесла Люси, глядя на потрясённого жениха, — Вот, смотри и наслаждайся! После этого Хартфилия подошла к работнице и в нагло поцеловала её, жёстко сжав ягодицы. Бедная девушка во всю поверила этой сумасшедшей невесте и пыталась оттолкнуть ей, ибо она боялась что та и изнасиловать может. Тем временем, одна рука блондинки начала подымать подол платья брюнетки, всё так же сжимая до стонов попу, но путь ей пыталась преграждать работница, которая так и хотела отлепить от себя лесбиянку. Как только их поцелуй разорвался, волшебница молниеносно глянула на возможного мужа, освобождая брюнетку. Люси и сама от себя такого не ожидала, но, что она точно поняла, девушки её точно не интересуют. Ей было даже в некотором роде противно это всё, но лучше в этом случае переборщить, нежели наоборот. А Килинин упал на пол и умер. От чего девушка, мягко говоря, впала в шок. Она понимала, этот человек был нормальным, скорее всего, просто он очень сильно любил её, поэту пытался всеми силами поймать свою фею за хвост, но, увы, из-за свечи возрождения, которая закончила гореть, он умер. И всё его тело обратилось в прах…

***

В поезде душно. Заклинательница открыла окно. Она всё так же прокручивала в голове то, что случилось с ней за это задание. Так же она пыталась забыть всё это. Но, скорее всего, забыть это будет очень сложно. После того, как она закопала его прах в коробке за городом, Хартфилия отправилась на вокзал, где она купила билеты. Теперь её вновь ждёт спокойная жизнь. Хотя, насколько спокойная жизнь может быть у волшебницы, с храброй душой?