Никогда не бери ничего без спроса у одинокой несчастной женщины

      В этом здании вечно царило веселье, но сегодня на то было особенный повод. Ведь к феям заскочили их старые добрые друзья из гильдии «Дикая Четверка». Забравшая на стол с ногами пьяная Кана тут же предложила Бахусу устроить второй раунд и, разумеется, тот согласился. Поэтому сейчас они поглощали в себя литр за литром крепкого Фиорского, не замечая собравшуюся за собой толпу зрителей. Отовсюду доносились выкрики, одобряющие посвистывания, звонкие аплодисменты и возбужденные улюлюканья. Даже Нацу с Греем отвлеклись от своего вечного разногласия, дабы не упустить такого зрелища.       К большой гордости «Хвоста Феи» Кана крепко держала лидерство в своих трясущихся от перепоя руках. Вливая в свой бездонный рот кружку за кружкой с такой скоростью, что даже сам Сильвер бы позавидовал такой прыткости. Бакхус едва поспевал за разогнавшейся девушкой, но войдя в азарт, вскоре сравнялся с ней по очкам. И вот уже тридцать третья кружка саке сгинула с того момента, когда пьяно икнув Альберона, неожиданно свалилась под стол. Опять несчастная гадалка проиграла, позорно теряя верхнюю часть своей одежды. Расхохотавшийся брюнет уж было собрался уходить с зажатой бутылкой в одной руке и лифчиком в другой, когда в проходе явилась статная мужская фигура Пятого Мастера.       – Ты что тут устроил, шкет? – По помещению разнесся громогласный рёв, заставив публику немного поутихнуть. Злобно сверкая глазами, разозленный отец неотрывно смотрел на обидчика своей дочурки. Он сразу узнал этот лифчик, ну и ещё в стельку пьяную девушку, валяющуюся на полу невдалеке от входа. – А ну быстро вернул бикини на место, щенок!       – Да что ты?.. – Икнув, парень как-то по-приятельски толкнул Гилдартса локтем и, отхлебнув из горлышка рома, гордо добавил – Это мой трофей. Я его честно, – ещё глоток. – Заработал.       Последнее слово он сказал, замертво падая на холодный пол. Толпа округлила глаза. Никто толком не понял, что именно случилось с бедолагой, но повсюду слышался немой укор, удивление и страх к кровожадному волшебнику. Спокойно наклонившись, Клайв забрал из рук убитого его последний трофей. Послышался полный обиды на убивца и скорби по убитому шепот. Гилартс уверенно прошагал к валяющейся в беспамятстве дочке и, нацепив на оную злосчастный бюстгальтер, пошел прочь, закинув обмякшее тело себе на плечо, напоследок легонькой задев паренька ногой:       – Да он же вусмерть пьяный. Надо же было так набраться! Эх, молодость… ну да ладно. Бывайте, – взмахнув рукой, мужчина скрылся из виду с аккуратно придерживаемой на широком плече девушкой.       Шагая по пустынным ночным улицам Магнолии, самый сильный маг из Хвоста Фей неустанно бубнил под нос очередную лекцию о вреде крепких напитков на организм хрупкой женщины. Да, это уже был не первый раз, когда мужчина пытался вправить своей ненаглядной дочурке на место её расшатанные мозги. Выходило это у него крайне скверно, особенно если учесть тот факт, что о вреде алкоголя она слышала лишь после употребления оного вовнутрь. Так что наутро картежница благополучно забывала про эту самую лекцию.       – Ты вообще меня слушаешь? – С изрядной долей сомнения в голосе спросил рыжеволосый.       – К.. нешно. – Заплетающимся языком заверила его дочурка, смотря в никуда бездонным воистину ослиным взглядом.       – Что «конечно»?! – Тут же взвился, от возмущения аж заскрежетав зубами. – Чёрта лысого ты меня слушаешь! Была бы здесь Корнелия…       И тут Гилдартс неожиданно замолчал, предаваясь своим печальным воспоминаниям о любимой. Тускло светила луна, превращая окружающие их пространство в единую серую массу. Одиноко и надрывно пела где-то ночная птица, словно мать, потерявшая своего кормильца, и теперь беспомощно наблюдающая за тем, как смерть потихоньку подворовывает из её гнезда. Одного за другим забирая еще даже не проколупавших глаза, птенцов.       – Нет её. – Тихо пробубнила под нос девушка, как-то обиженно сопя.       – Да знаю я! – Резко дернув плечом, поправляя свой «груз», по-новому взвился Гилдартс.       – Ох, что я вижу. – Внезапно на дороге, прямо у них перед носом возник какой-то незнакомый старик в длинной голубой мантии и безумного вида остроконечном колпаке. – Никак влюбленные голубки ссорятся? Ну что ж, этому горю я подсоблю.       – Иди-ка ты в туман, дедуль! – Быстрым движением кулака отправив старого сводника в небо, вскричал Пятый Мастер.       – Зря ты так. – Укоризненно заметила Альберона, – он всего лишь хотел помочь. Как-никак мы с тобой слишком разные для того, чтобы окружающие видели нас родственниками.       – Ничего подобного! – Истерично взвизгнул Клайв, заново поправляя сползающую с плеча брюнетку. – Одно лицо на двоих.       – Да не дай то Боже! – Пьяно хихикнув, притворно ужаснулась Канна.       – Поговори мне тут ещё. – С угрожающими нотками в голосе, оборвал её речь отец.       Не обращая внимания на злобные взгляды консьержки, мужчина ввалился в женское общежитие. И минув вестибюль, уже поднимался по винтовой лестнице на верхние этажи, как его окликнул сердитый женский голос. Клайву хватало одного только взгляда, чтобы пресечь любые пререкания на корню. И этот момент не был исключением.       – Ты знаешь, что женский алкоголизм не лечится? – Уложив дочку на диван, принялся по-новому втирать свою нудную дичь «старый хрыч» (как про себя его иногда ласково называла брюнетка) Гилдартс. – Мне страшно видеть тебя такой. Такими темпами ты в ближайшем времени доведешь свое тело до алкогольной интоксикации, безрассудная девчонка! А что если бы тебя там изнасиловали?       – Ты всё слишком близко принимаешь к сердцу, – хриплым голосом отозвалось это лежащее на кровати чудище.       – А ты к печени! – Тут же не упустил возможность еще раз упрекнуть свою дочь, волшебник.       – Ахаха… это точно, – не стала отрицать Альберона очевидного факта.       – Ох, что-то в горле пересохло. – Массируя пульсирующие виски, мужчина заглянул в стоявший в комнате холодильник. Вынув оттуда первую попавшуюся на глаза бутыль, мужчина одним движением отправил все её содержимое в рот.       – Стой! Не пей это… – но когда картёжница очухалась, было уже поздно что-либо менять. Изумленно изогнув бровь, папа обернулся на свое чада, недоуменно смотря ей в глаза. – Там афро..       – Скелет с прической афро? Да, я тоже заценил этикетку.       – Да нет, я про афродизиак. – Внезапно выпустив изо рта короткий фонтан, мужчина с ужасом уставился на свою девочку.       – А что ты еще думал найти в холодильнике одинокой несчастной женщины? – Тут же принялась обороняться на молчаливую атаку отца, Кана.       – На кой ляд тебе вообще сдался афродизиак?! – По-новой вскипел старина чайник(!) Гилдартс.       – Ну знаешь, для всяких таких целей. – Раскрасневшись, смущенно промямлила под нос девушка.       – Для каких "таких целей"? Ох.. только не говори мне. – От неожиданной догадки мужчина обессилено опустился на стул, понурив плечи. – Кана, у тебя уже был мужчина?       – Нет, я просто так держала у себя средство для увеличения мужской потенции. – Иронично хмыкнув, ответила Альберона.       – Ох, а я уж подумал. – Шумно выдохнув, не уловил ноток юмора в голосе дочери мужчина.       – Конечно же был, идиот! – Сцапав с кровати подушку, брюнетка раздраженно швырнула её в сторону этого тугодума. Послышался звон хрусталя разбитых детских надежд взрослого волшебника.       – Мелкая развратница! Я так и знал, – вернув подушку в голову дочери, запальчиво воскликнул мужчина. – Постой, так он ещё и для мужской потенции?       Неожиданно сердце волшебника пропустило гулкий удар, зрачок расширился. Схватившись за грудь, мужчина попытался унять бешеное сердцебиение, но добился лишь того, что стал задыхаться ещё сильнее. Его щеки вспыхнули ярким болезненным румянцем, а в глазах все помутилось.       – Отец, – где-то в отдалении послышался обеспокоенный женский голос. Вскочив с кровати, девушка бросилась к готовому свалиться со стула Клайву. А тот, почувствовав чьи-то нежные руки у себя на плечах, вздрогнул и медленно повернул голову.       – Да что ты себе позволяешь, старый извращенец!? – Кана отскочила как ошпаренная, хватаясь за поцелованную родичем щеку.       Не говоря ни слова, мужчина встал со стула и на шатающих ногах двинулся в её сторону. Нервно сглотнув, девушка беспомощно оглянулась по сторонам в поисках самозащиты. Так, стоп! Она же тоже не лыком шита. Схватив поудобнее колоду карт, гадалка принялась лихорадочно мыслить и отскочила за кровать. Какое-никакое, а все-таки ограждение. Что еще его может задержать, пока она не придумает что-нибудь более действенное?       – Карта Сексуальной Леди!       Прямо на кровати возник фантом пышногрудой блондинки в нижнем белье нежно-телесного цвета. Слегка наклонившись вперед, она с многообещающей улыбкой на ярко-красных устах загадочно подмигнула магу. Но игнорируя заманчивый мираж, Гилдартс забрался с ногами на постель и на карачках пополз к ней, даже ни разу не взглянув в сторону призванной на подмогу Леди.       – Карта Сна!       И как она раньше до этого не додумалась? Однако не успела, девушка вздохнуть с облегчением, как прямо перед ней возник знакомый силуэт в длинном черном плаще. Отпрянув в сторону, девушка случайно стукнулась головой об стену (автор всегда так делает в критических ситуациях, но Вам не рекомендует).       – Чёрт, больной ублюдок. – Потерев затылок, сквозь зубы ругнулась фея, вынимая следующий свой козырь, – Карта Измере…       Стальная рука больно сжала худое запястье, вызывая короткий крик несчастной. Колода упала на пол и Кана оказалась прижатой к стене самым сильным волшебником хвоста фей. Раздраженно рыкнув, картежница со всей дури врезала Гилдартсу в живот. Но, как и ожидалось, тот даже ничего не почувствовал. Все еще сжимая её руку, мужчина плавно перехватил ногу, преграждающую дорогу к столь желанному для него в этот момент телу. Сбросив с ноги обувь, Клайв перекинул голень гадалки себе за плечо и ещё сильнее приблизился к девушке, страстно целуя в шею, и сползая своим щетинистым подбородком все ниже и ниже...       – Ещё чуть-чуть. – Не теряя надежды на спасение, Кана тянулась в сторону выпавшей колоды свободной рукой. И ей почти удалось подцепить ближайшую карту, как вдруг отец резко перехватил девушку за талию и, под возмущенные писки последней, поволок Альберону на кровать.        К счастью, карта уже была зажата в её руках, но она оказалась "Картой Помощи Люси". Недовольно фыркнув, девушка отбросила бесполезный кусок бумаги в сторону, и тут же выдохнула от навалившегося на неё сверху груза. Кто-то явно слишком много позволяет себе лишнего... особенно за столом.       – Хватит придуриваться, не мог он так быстро на тебя подействовать!       Это был крик отчаяния. Попытка воззвать к совести потерявшего всякую застенчивость рыжего бугая. Слезы ручьями стекали по щекам, оставляя грязные дорожки и заставляя подушку под головой мгновенно намокнуть. Игнорируя крики, Гилдартс ловко засунул свои руки ей за спину, развязывая ярко-синий лифчик и на секунду уткнувшись в каштановую макушку, тихо прошептал:       – Любимая...       Широко распахнув глаза девушка, будто по-новому взглянула на этого потрепанного жизнью мага. Так нежно и тепло это прозвучало. Заметив её взгляд, отец широко улыбнулся и слегка наклонил голову. Глаза вновь защипало, но Альберона вовремя сдержала эмоции, позволив себе лишь приложить руку к щетинистой щеке.       – Это ж чем я тебя так накачала, раз ты сразу мать увидел? – Дрожащим голосом произнесла гадалка, соболезнующе улыбаясь в ответ.       – ...Кана. И всё-таки, старый извращенец...       Не обращая внимания на щедро осыпаемые брюнеткой удары, Клайв наклонился к ключицам, целуя ямочку на шее и плавно опуская руки к штанам. Быстро стащив ненужную часть одежды, Гилдартс залез правой рукой в трусы к прижатой к кровати Кане и принялся ласкать аппетитные ягодицы своей жертвы, провоцируя ту на сладострастные стоны.       – У.. род.       Только и смогла выдохнуть Альберона, когда Клайв стянул с неё трусы и массируя промежности, жадно впился в раскрывшиеся губы. Почувствовав чужой язык у себя во рту, Кана как-то отстраненно поймала себя на мысли о том, что ей это даже начинает нравиться. Не до конца понимая, что отворит, девушка нетерпеливо сдернула с тела Гилдартса плащ, оголяя его мощный загорелый торс.       На секунду Клайв испуганно отпрянул, словно, наконец, осознав всю неправильность происходящего. Но посмотрев на так заманчиво лежащую под ним обнаженную Кану, флегматично отмахнулся от моральных принципов рукой.       Хищно касаясь губами, прикусывая нежную упругую кожу, играя с затвердевшими сосками, Гилдартс, казалось, наслаждался звучанием её голоса. В какой-то момент он небрежно стянул с себя штаны и отбросил их в сторону так, словно это был какой-то мусор. По собственнически раздвигая ноги, всё ещё не особо желавшей подобного развития событий. Альбероны, он резко вошел в неё. Раздался приглушенный стон. Её руки беспомощно скользили по его рукам, груди, животу, не в силах ни оттолкнуть, не притянуть к себе. Судорожно вздыхая, девушка отчаянно цеплялась ногтями за нависшую над ней скалу. Она не раз просила его остановиться, но внутренне кричала о том, чтобы он продолжил. Эта ночь была полна противоречий.       И он действительно все продолжал, боясь остановиться будто бы читая её мысли. Даже во сне, когда они лежали вместе, крепко обнявшись, волшебник, время от времени хозяйственно проводил распахнутыми ладонями по знакомым женским изгибам. Словно по-новому изучая их сантиметр за сантиметром, опасаясь что-либо упустить из вида.