комната прожига

у глеба черепно-мозговая жизни и бесконечное количество затяжек в попытке из этой грёбанной жизни свалить. артём сыплет «смешными» шутками и прячет сбитые о стену безразличия костяшки. у них всё не как у людей. они не едут на афтепати после концерта, а запираются в гримёрке. нет слов, лишь жесты и взгляды. артём толкает глеба к стене и сжимает его в объятиях. чтобы поцеловать блондина, парню приходится сжать в кулак длинные волосы и наклонить голову голубина. это неудобно, но им обоим наплевать настолько сильно, насколько вообще возможно. и даже больше. артём чувствует острую аддикцию по отношению к глебу, но даже это его не пугает. нихрена в этой жизни, на самом деле. эта зависимость хуже, чем от наркотиков, но от неё совсем не нужно избавляться. по венам течёт острое, жгучее желание и тупая девичья нежность, но как-то всё равно. разница в росте это настоящий пиздец, поэтому артём и тащит рэпера к маленькому накренившемуся дивану. места очень мало, из-за этого глеб и оказывается на коленях артёма. растянутая футболка летит к чёрту, а губы брюнета уже чертят влажные узоры на шее и ключицах голубина. это так непривычно для них обоих, эта чёртова зависимость и ощущение принадлежности кому-то. длинные пальцы правой руки глеба впиваются в чужие плечи, а сам он старается заглушить собственные стоны, зажимая рот рукой. артём пытается прижать блондина как можно ближе к себе, пока на светлой коже блондина проступают багровые пятна засосов. им физически нужно быть ближе друг к другу. депо уже хочет приступить к самому интересному и тянется к чужим брюкам, но чувствует, что давление на него усилилось. один взгляд на лицо напротив и артём понимает, что парень просто уснул из-за усталости. он только приподнимает уголки губ в улыбке и укладывает чужую голову к себе не плечо. всё ещё будет. глеб другой и готов быть сожжённым за это. артём готов и к анафеме, и к аутодафе, лишь бы быть с глебом, лишь бы быть собой.