Панацея

Чонгук с остервенением оттирал чужую кровь с лица и рук. Он до последнего не решался зайти домой. До того самого момента, когда, наконец, не решил для себя, что Сана уже должна была уйти в институт. Только после этого, прячась по углам, парень с трудом вошел в его же, собственно, жилище незамеченным. Кровавые следы оставались в раковине, капали так же и на пол. Чонгук старался убрать их все, чуть ли не стирая при этом кожу на руках. Даже этого казалось мало. Сняв всю одежду, бегло осматривая ее взглядом, он кинул всю ее в стиральную машину, осев в ванной. Его трясло. Никогда бы Гук не подумал, что на него это подействует так. Столько времени убеждения в том, что это чуть ли не его предназначение, и вот. Теперь парень еще больше ненавидел себя. Теперь он еще больше ненавидел это слово. Охотник. В нем он ощущал одну лишь насмешку над самим собой. Чонгук сам не знал, сколько времени просто просидел в ванной под холодными струями воды. Он совершенно потерял счет времени. Будто и находился уже не здесь. И только когда почувствовал, как все его тело онемело, поднялся, перелезая через белый ободок. Даже чуть было не забыл выключить воду, шум от которой уже казался чем-то совершенно обычным, сродни тишине. В зеркало он даже не взглянул. И только в этот момент парень ощутил чужое присутствие за своей спиной. - Гукки? Сана. Этот голос он бы узнал даже среди тысячи таких же. Не оборачиваясь, он, прикрывшись полотенцем, еще раз осмотрел свои руки. Ему все казалось, что они были все в крови. Что он был весь сплошь в крови. - Почему ты не в институте? - тихо спросил он, только сейчас обернувшись. Сана вздрогнула. Ее лицо Гуку вполне все объяснило: выглядел он ужасно. - Я думал, ты уже ушла. - Я... не знаю. Чонгук оглянул ее еще раз. Сана была чуть бледнее, чем обычно, будто бы подхватила какую заразу. Но больше всего в глаза бросалась усталость. Она прямо-таки сквозила из девушки. Было ощущение, что еще чуть-чуть, и она просто упадет на кафель и более не встанет. - Я плохо себя чувствую. Да и ты, я вижу, тоже. Гук не ответил. Лишь пристально смотрел ей в глаза. - Ладно, не отвечай. Я... я... - Сана? Казалось, будто ей сперло дыхание. Будто она разом задохнулась. Закрывшись руками, девушка с грохотом рухнула на колени, опустив голову. Чонгук и слова не успел сказать, не то чтобы подойти. Он просто стоял и в каком-то немом шоке смотрел, как девушка впадала в истерику. Как Сана, черт бы ее побрал, впадала в истерику. Сана, которая на похоронах человека, которого любила больше всего на свете, просто стояла со слезами на глазах, не промолвив и словечка. Кинувшись к ней, он постарался отлепить ее руки от лица. Девушка не давалась. Она лишь с остервенением оттолкнула его. Настолько, насколько хватало ей силы в ее-то положении. - Не подходи, - дрогнувшим голосом произнесла она следом, дрожа всем телом. - Не надо! Нет! Прошу тебя, не трогай меня! - Сана, это я... Чонгук. Господи, что с тобой произошло?.. Она посмотрела на него так, будто не узнавала. В глазах девушки был необъяснимый страх. Сейчас она, и правда, боялась его. Как огня. Поэтому Гук отошел на пару шагов назад, выставляя перед собой обе руки, как бы говоря этим, что он не причинил бы ей вреда. Сану это мало успокоило. Точнее сказать, ее это не успокоило совсем. - Не подходи! Пожалуйста, оставь меня! - Что произошло? Что случилось этой ночью? Сана! Понимая, что ничего не помогает, парень просто резко оказался рядом, прижимая ее к себе. Девушка не вскрикнула, не стала раскидываться обвинениями в его адрес, она лишь постаралась вырваться, оставив свои попытки почти что моментально. Истерика, накатившая волной, отошла. Уткнувшись в его плечо, Сана, захлебываясь собственными слезами, просто старалась теперь не реветь в голос. Она сорвалась. Окончательно. Чонгук сам, взяв ее на руки, прошел в комнату и положил девушку на кровать. - Не нужно... - тихо прошептала она, все еще тяжело дыша. Теперь ее клонило в сон. Настолько сильно, что Сана никак не могла противостоять этому. Чонгук аккуратно прикрыл ее одеялом прежде, чем глаза девушки самопроизвольно закрылись. Дыхание выровнялось почти что моментально после. Она была настолько вымотана, что вырубилась сразу, в один момент. Гук же, сидя прямо рядом с ней, до сих пор не мог прийти в себя после увиденного. Слишком, пожалуй, неожиданно. Он просто всматривался в черты ее лица. Смотрел, как она, будто боясь чего-то, хваталась за простыни сквозь столь неожиданно накативший сон. Даже сейчас она дрожала. А потом его взгляд пал на ее шею, руки, главное - запястья. Там, где ее бледная кожа была чем-то проколота. Там, где оставались небольшие красные отметины. - Сука, - прошипел Гук, сразу же поднимаясь. То исчезновение около института. Та встреча с Чимином около снова же института. То неожиданное ее появление, опять же около института. Смотря на спящую, но все еще вздрагивающую девушку, Чонгук медленно начал осознавать, что все эти случаи объединяет какое-то самое обыкновенное чертово высшее учебное заведение. В этом определенно присутствовала своя ирония происходящего. Думал он теперь лишь над тем, можно ли ее оставить здесь одну. И решился даже на это, рванувшись к шкафу и облачаясь в первое же, что попалось ему в руки. Учитывая обстоятельства, девушка проспала бы еще достаточно времени. По крайней мере парень был почему-то уверен в том, что вернется быстрее, чем она снова успеет куда-нибудь исчезнуть. Картина очень медленно, но стремительно складывалась в его голове. Так же стремительно, как разгоралась ярость. Наверное, первый раз за все это время он с таким рвением кинулся в сторону института, совершенно позабыв о том, что сам спал немногим больше Саны. Это был первый случай во всей его практике, когда путь до заведения занял не более десяти минут. Он управился даже минут за семь. - Чон Чонгук? Гук уже было хотел войти в двери здания, как сказанное его притормозило. Остановившись, он резво обернулся, отпугивая одним своим взглядом рядом стоявшего пожилого человека. Чонгук готов был поспорить, что его собственные глаза сейчас были ближе к ярко-красному оттенку от постоянного недосыпа. Он сам чувствовал, как они нестерпимо горели. - Ты плохо себя чувствуешь? У тебя все в порядке? - Гук обернулся. Не найдя никакой опоры, он вновь был вынужден удостоить преподавателя своим вниманием. - Чонгук, твоя посещаемость удручает. Ты вообще думаешь посещать занятия? - Пожалуй, пойду подумаю над своим поведением, - только и произнес Гук, уже собираясь смыться. - До встречи. - Чонгук! Да что ты себе позволяешь? Успев уже пожалеть о решении прийти сюда, Чонгук осмотрелся еще раз. С чего он, собственно, вообще взял, что тот странный парень, представившийся Чимином, вообще будет ожидать его здесь? Он гнался за фантомом. И это раздражало не меньше, чем занудный преподаватель, так и не собиравшийся, видимо, оставлять его в покое. И только он было хотел просто наплевать, обойти пару раз здание и так, может быть, наткнуться на кого-то, как резко обернулся. Сквер был виден отсюда плохо, но, приложив должные усилия, Гук смог заметить этот небольшой участок земли, сплошь покрытый зеленью. И Юнги, облокачивающегося на дерево, стоял там же. Там же, где они уже виделись прежде. Стоило ему только пересечься с ним взглядом, как Чонгук сразу обратил внимание на старикашку перед собой, делая вид, что все, что тот говорил все это время, было ему реально интересно. - ...И сейчас ты еще и грубишь! - продолжил тот, вызывая искреннее недоумение на лице Гука. Тот был уверен, что за все это время просто бы не успел нагрубить этому человеку. - У тебя сейчас моя лекция. Ты собираешься ее посетить? Или снова... - Туда и направляюсь. Это подействовало. Преподаватель умолк. - Надеюсь, молодой человек. Очень надеюсь. Это нужно в первую очередь тебе, а не мне. - Конечно. Я понимаю. И мне искренне жаль, что я вас чем-то оскорбил. Это подействовало на преподавателя, как бальзам на душу. Мужчина прямо-таки расцвел после этих слов, довольно кивнув, радуясь тому, что его речь возымела такой эффект. Чонгук поспешил зайти в здание вместе с ним, стараясь не обращать внимание в сторону Юнги вообще. У него и без этого навалилась немалая куча проблем. Насчет Юнги же он старался не думать. Совсем. - Ты, должно быть, знаком с одной девушкой. Минатозаки Сана. Она учится с тобой на одном потоке. Я заметил, что вы вроде как неплохо общаетесь... Передай, пожалуйста, и ей мои слова о том, что прогулы ей в пользу не пойдут. - Обязательно. Чонгук старался как можно незаметнее держаться на некотором расстоянии и говорить по минимуму, но при этом все же напускал видимость, что занят общением с преподавателем. Того это не смущало, всю дорогу он что-то говорил, совершенно не обращая внимание на то, что Гука нисколько это не интересовало. Парень только постоянно осматривался. Идея прийти сюда казалась ему теперь еще больше несуразной. Ему пришлось отсидеть целую лекцию. Без тетради, без какой-либо письменной принадлежности и под надзором надоедливого преподавателя. Под ее конец Чонгук окончательно убедился, что ненавидит учебу здесь даже, может, похлеще всего остального в своей жизни. И вылетел первым из аудитории, теряясь сразу же в толпе. Он чувствовал, что что-то да найдет. Это предчувствие не покидало ни на секунду. Как параноик, Чонгук осматривал каждый закоулок института, пристально всматриваясь в людей, учащихся здесь. Теперь же удача была явно на его стороне. Он встретил того, кто был ему нужен. Чимин странным образом оказался в толпе, сразу привлекая к себе его внимание. Он наткнулся на него взглядом совершенно случайно, но зацепился сразу, не выпуская из виду. И прилагая все силы для того, чтобы не наброситься при стольких свидетелях и не свернуть ему шею прямо здесь. Нет, он только остановился у стены, напрягая слух. Даже закрыл глаза для полного, так сказать, погружения в атмосферу. - Слишком долго, - донеся уже знакомый голос. Это был Чимин. Чонгук напрягся еще больше, как только услышал его. - Мне надоело шататься здесь без всякого дела... - Как жаль, что Намджун мало учитывает наши желания, правда? - этот голос показался Гуку совершенно незнакомым. - Вот, здесь то, что нужно. Кстати, раз уж встретились, тебя, насколько я погляжу, все же оставила паранойя по поводу того, что за тобой следит древний... - Заткнись, пожалуйста. Не здесь. - Ладно-ладно, успокойся. Твой брат просто слишком болтлив, так что об этом знает теперь большая часть наших. Чонгук медленно выглянул, видя, как Чимин что-то прятал в карман. Тот, второй, похлопав по его плечу, куда-то направился, не оборачиваясь и никак не привлекая к себе внимание. Гук хорошо запомнил его лицо прежде, чем тот исчез. Зато Чимин остался на месте, что-то набирая в телефоне. В этот момент в душе Чонгука было только одно желание. Подойти и сделать то же, что он сделал не так давно с той еле знакомой ему девушкой. Убить его. Он просто не мог позволить себе потерять сейчас хоть еще кого-то. Хоть еще одного человека в его жизни. Уж Сану-то он был просто обязан защитить. Хотя бы ради Хосока. Но стоило ему сделать единственный шаг в сторону мирно стоявшего Чимина, как в кармане неприятно завибрировал телефон. Поморщившись, парень выхватил аппарат, снова припадая спиной к стене. - Сейчас же приходи. На этот раз Гук даже выпустил Чимина из виду, как только услышал этот голос. Вот кого-кого, а отца услышать он не ожидал совсем. - Что? У тебя есть мой номер?.. - Сейчас время глупых вопросов? Сейчас же, Чонгук. Я жду. Больше ни единого слова. Никаких объяснений. Просто сейчас и точка. Положив трубку в карман, Чонгук еще раз кинул взгляд в сторону Чимина, браня и себя, и отца за упущенную возможность. Ждать было просто нельзя. У него не было такой возможности как таковой. Рванувшись к выходу, Чонгук растолкал толпу снующих туда-сюда студентов, выбираясь из здания. Отец не стал бы звонить просто так. Он бы никогда этого не сделал бы просто потому, что ему резко стало скучно. Это означало лишь то, что у него есть действительно важная информация для него, и о ней стоит узнать как можно раньше. Поэтому, собственно, Чонгук и торопился. Но он не успел сделать и пары шагов от двери института, как нос к носу столкнулся с Юнги. - Привет, Чонгук, - произнес тот, смотря Гуку глаза в глаза. Тот остановился, но ненадолго, сразу же обходя парня стороной. - Ну и куда ты? - Не сейчас, Юнги. - И когда же? Долго думать Чонгуку не пришлось. Почти на ходу он выпалил первое, что пришло ему в голову: - Я тебе позвоню. Это было последнее, что он сказал прежде, чем буквально выбежать на трассу, чтобы остановить автомобиль. Он намеревался это сделать сейчас пусть даже ценой своей жизни, но благо из-за рядом стоявшего института автомобили ехали ниже, наверно, самой минимальной скорости. - У тебя даже моего номера-то нет, - спокойно отреагировал Юнги, не вызывая на лице Чонгука никаких видимых эмоций. Тот не ответил ни слова. Юнги лишь с видимым спокойствием понаблюдал, как парень остановил первую же машину, садясь на переднее сидение. И чуть нахмурился, когда машина тронулась с места уже с новым пассажиром. Чонгук и не взглянул на него, как бы не хотел сам этого сделать. Вытащив все карманные деньги, что у него были, он сразу же предложил их водителю, от чего тот не отказался. И даже попросил ехать быстрее, что пусть и с ворчанием, но тот тоже выполнил. И если не учитывать все эти светофоры и пробки, то приехали они достаточно быстро. Чонгука высадили прямо перед фасадом все того же двухэтажного дома. Машина сразу же отъехала, а Гук, быстро подойдя, без замедления постучал в громадную массивную дверь. Долго ждать не пришлось. Открыли ему моментально. - Просил же, побыстрее, - холодно произнес парень, пропуская Чонгука в дом и захлопнув дверь следом. - Взял машину!.. Я уже думал, больше ты разочаровать меня не сможешь, но ты каждый раз делаешь в этом деле все большие и большие успехи... - Давай ты лучше расскажешь о том, зачем позвал? Отец выглядел беспокойно. И Чонгук, перенимая его настроение, тоже почувствовал накатившее беспокойство. Ему и без того казалось, что здесь все серьезно. Возможно, даже серьезнее, чем год назад. Этот город всегда умел удивлять. - Чем дольше ты не можешь принять себя, тем сложнее обернется дело, - отрезал его отец, все же отступив от своего. Чонгук с недовольством взглянул на время, когда тот продолжил: - В городе два клана, Чонгук. Вместе со своими предводителями. Наён и Намджун тоже здесь, и оба они имеют одну цель. Оба клана ищут что-то. Прошел слух, что эта вещь находится вблизи института. Того самого дряхлого заведения, в которое ты... - Опустим. - Да пожалуйста, - отмахнулся парень, садясь в кресло. - Плевать я на это хотел. Единственное, что я точно понял, так это то, что вещь не должна попасть к ним. Ни при каких обстоятельствах. Ты понял, о какой вещичке речь? - Не особо. - Еще бы! Ты будто и не являлся никогда частью этой семьи! Я думаю, что знаю, что это за вещь. Твой брат говорил о ней. Она находилась в его руках год назад. Выглядела еще как ограненный камень. Я не придал этому значения тогда, что сделал абсолютно точно зря. Теперь же я даже не знаю, где она может находиться... Хосок должен был позаботиться о том, чтобы она была надежно спрятана от чужих глаз. И зная его, я теряюсь в том, чтобы точно сказать, где этот камень сейчас... - Ты думаешь... - Я знаю. Хосок всегда любил тебя больше всего, Чонгук. Сколько бы я это не отрицал или пытался отрицать, это так. Единственный человек, который может догадаться, где эта вещь теперь, это ты. Чонгук растерянно смотрел на отца. Тот никогда не говорил ничего подобного вслух. Никогда. У них у всех на телячьи нежности времени особого не было, как ни крути. Теперь же, смотря в эти холодные глаза, Гук был на сто процентов уверен, что дело приняло серьезный оборот. Тем более раз уж сюда его призвали с пометкой срочно. - Кажется, я развязал между ними войну, - тихо пролепетал Гук следом, вызывая на лице отца недоумение. - Я вырвал сердце одной из девчонок Наён. Отец поморщился, кажется, раздосадованный еще больше этой новостью. - Даже убить-то как охотник не способен... - выплюнул он, поднимаясь. - Стой. Кого ты с собой притащил, Чонгук? Гук непонимающе обернулся к двери ровно в тот момент, когда прозвенел звонок. Он прозвучал, как раскат грома среди ясного неба. Чонгук наперед знал и без всяких осведомителей, что у отца гостей быть просто не может. И поэтому, останавливая его, направился к двери сам. Сердце уже отбило несколько десятков ударов, когда он отворил дверь. И в этот момент оно просто ухнуло куда-то вниз. Чонгук даже не знал, как реагировать на это. Перед ним снова был Юнги. Стоял как ни в чем ни бывало, запустив руки в карманы. Как только дверь была отворена, он без всякого приглашения зашел внутрь. - Это еще что? - смотря на вошедшего, спросил отец Чонгука, переводя взгляд с одного на другого. Гук сразу же вцепился в ткань рубашки Юнги, чтобы выпроводить его за дверь, но тот не сдвинулся с места ни на шаг. - Могу задать тот же вопрос, вы кто, собственно? - Юнги, не сейчас. Уходи. Живо, - Чонгук сам в этот момент не узнал свой голос. Юнги взглянул на него несколько отчужденно. Гук заметил крайнюю степень раздражения в этом взгляде. - Юнги, черт подери... - Ты кто, парень? - Юнги обернулся на вопрос, осмотрев задавшего его с ног до головы. Перед ним стоял парень немногим старше самого Чонгука. Только, кажется, куда более подозрительный. И наглый. - И какого хрена ты забыл в моем доме? - Его любовник. А вот кто ты такой? И что ты здесь забыл, Чонгук? Чонгук вздрогнул. Ситуация могла показаться чуть ли не комичной, не были бы столь плачевны ее последствия. Выражение лица отца Гука было сейчас просто неописуемо. Конечно, Гук еще ничего ему не говорил. Конечно, тот ничего не знал о личной жизни сына, как и о его предпочтениях. И Чонгук даже не собирался раскрывать при нем карты. В любом случае точно не таким образом. - Юнги, что ты... - Любовник?! Что? Гук бросился вперед, преграждая путь отцу. Глаза того сверкнули ярко-белым свечением. Он угрожающе приблизился на один шаг к Юнги. Растерянными теперь выглядели поголовно все. Гук знал, что уж его-то отец точно не станет контролировать себя. Ни перед кем. Ему нечего было бояться в собственном доме. Поэтому руки того сразу покрылись белыми нитями. - Ты спишь с парнем?! - Чонгук даже сам отошел было на шаг назад под таким напором, но остановился, прямо смотря ему в глаза. Скрывать уже было нечего. - Ты... - Да. Я переспал... с парнем. Это была, казалось, последняя капля. Взревев, его отец сразу чуть было не кинулся на удивленного всей ситуацией в целом Юнги, но остановился. Глаза того налились черным цветом. От них вздулись вены, такие же черные, как и они сами. Не дав к себе подойти, Юнги угрожающе зашипел, показывая тем самым клыки. Он выглядел сейчас, как демон во всем своем фирменном обличии. - Ты спишь с вампиром?! - Чонгук обернулся. Глаза Юнги сразу стали вполне себе обычными, только клыки так быстро врасти обратно не успели. И он сразу же постарался уловить его сердцебиение, совершенно теряясь при мысли, как следует относиться к происходящему. Сердце Юнги билось мучительно медленно. Это был полный провал. Кромешный. - Интересно, а что тебя смущает больше? Что я парень или что я вампир? - наконец, произнес Юнги, хмыкнув. Чонгук неотрывно смотрел сейчас на него. Охотник. Да какой он вообще был охотник после того, как не мог просто понять, что находился все это время с гребанным вампиром? О каких инстинктах вообще может идти речь, если он не мог уловить просто-напросто его пульс? Чонгук еще никогда не чувствовал такое бессилие. Еще никогда не чувствовал, что он настолько никакой охотник. В глазах отца он теперь пал несравнимо низко. И осознавал это отчетливее некуда. Но как только тот кинулся было на Юнги, Чонгук, сверкнув, как и он прежде, глазами, с силой оттолкнул его назад. И даже сам не ожидал, что этой его силы хватит на то, чтобы тот пролетел несколько метров спиной, сбив по пути стеллажи. - Нет, отец, - тихо сказал он, сразу стараясь всячески успокоиться. - Не надо. - Отец? Как-то неудобно получилось... - тихо проговорил Юнги, отступив. Смотря на него, Чонгук понял, что такого поворота даже он никак не ожидал. Но куда больше Гука волновал не он. Его отец. Ярость внутри этого человека сейчас могла потоками вырваться наружу, уничтожив все на своем пути. И этого Чонгук боялся. Смотря на то, как тот медленно поднимался, он уже отошел на пару шагов назад, жалея о том, что вообще заявился в этот дом. Теперь он знал, отец его возненавидит окончательно. - Проваливай из моего дома, - с трудом выговорил тот, сжав кулаки. - Проваливай и забудь сюда всякую дорогу. Я знать тебя не желаю, Чонгук. Ты... ты мне больше не сын. Ты мне никто. Убирайся с этим нечто куда подальше. Сейчас же. Чонгук смиренно взглянул ему еще раз в глаза, отвернувшись. Слова здесь были ни к чему, они бы не изменили теперь ровным счетом ничего. Кивнув Юнги в сторону двери, он вышел следом, затворив ее за собой. Сразу же после с той стороны послышался скрежет. Теперь эта дверь будет действительно всегда закрыта от него. Спустившись со ступенек, Чонгук просто прикрыл глаза, сглотнув. Облажаться больше этого, пожалуй, было попросту невозможно. - Охотник, значит... - он обернулся. Юнги все еще находился здесь, стоя рядом. Чонгук болезненно взглянул на него, одним своим взглядом давая понять, что говорить им не о чем. - Это было... неожиданно. - Аналогично, вампир, - Юнги хмыкнул на это, пожав плечами. - Уходи. - А я посчитал, что ты сейчас попробуешь надрать мне зад за то, что я сделал. Образно говоря, конечно. - Это ничего не изменит. Проваливай. Юнги прошел два шага, но потом, остановившись, снова развернулся к Чонгуку, улыбнувшись. - И все же извини, - проговорил он, оборачиваясь обратно. - Мне действительно жаль, что так вышло. - А уж мне-то как... - тихо прошептал Чонгук ему вслед, потирая переносицу. Он еще раз обернулся прежде, чем уйти насовсем. Дом всегда казался ему мрачноватым, но теперь, смотря на него, Чонгук уже всем нутром ощущал, насколько он стал ему чужим. Это был не его дом. И он уже давно потерял свою семью. Только почему-то именно сейчас смог прочувствовать это так, как следовало бы раньше. Сана встала одним резким скачком, вскрикнув. Вся в поту, девушка не сразу смогла осознать, что все, что она видела, было лишь сном. Кошмар казался таким реальным, будто все происходило наяву. Но его подробности были уже утрачены. Как бы Сана не пыталась понять, что именно ее так напугало, не смогла. Вдохнув полные легкие воздуха, девушка так же резко упала обратно, на подушки, ощутив боль в пояснице. Ей все еще хотелось спать. Глаза закрывались сами по себе. Но одернув себя, Сана медленно поднялась с кровати, направившись к большому зеркалу тут же, в этой комнате. Убрав волосы, она осмотрела ноющую шею. Даже протерла несколько раз запотевшее зеркало, чтобы убедиться, что красные точки у нее на шее, а не там, в этом старом зеркальце. Так же она осмотрела всю себя, с ног до головы, поднимая и опуская попеременно майку. Все тело ныло. Все суставы ныли. И она ничего не помнила. Совсем. Будто бы на днях разгрузила пару-тройку грузовиков с мешками картошки, а потом заполучила амнезию. Раздосадовано выдохнув, девушка опустилась снова на кровать, которая притягивала ее сейчас, словно магнит. И только-только закрыла глаза, как увидела, что в кресле кто-то сидит и говорит. Как наяву. И сразу же вскочила снова, оборачиваясь. В комнате было пусто. Никого. И даже как-то непривычно тихо. Настолько, что как только повернулся ключ в замке, Сана сразу же забралась на кровать с ногами, испуганно уставившись на вошедшего Чонгука. - Ты как? - только и спросил он, не подходя ближе. Облегченно выдохнув, она сама было хотела подбежать, но он, остановив ее жестом, подошел к кровати, сев рядом. - Чувствуешь себя как? - Я не знаю... не знаю, что со мной, Гукки. Все как-то... не так, понимаешь? Я не знаю, как это объяснить, но у меня в голове ужасная каша. Я только-только будто бы видела здесь кого-то... Это паранойя, да? Паранойя? - Все хорошо, Сана, - он приблизился, приобняв ее за плечи. Руки Саны сразу же обняли его в ответ. - Тебе нужно выспаться. Я думаю, ты долго не спала. Прости. - За что ты извиняешься? Чонгук посильнее сжал ее в своих объятиях, сразу же резко отпустив. Он всеми фибрами души сейчас ощущал свою вину. Он помог даже той странной девчонке, выложившей все первому встречному. Он помог даже незнакомой ему прежде Чеён. А свою самую близкую подругу защитить не смог. Сейчас в Сане воплощалось все, что у него вообще осталось. - Я объясню тебе. Обещаю. Но позже. Подожди здесь, пожалуйста. Последнее просить было в принципе и не нужно, Сана и не собиралась куда-то убегать. Чонгук же, встав с кровати, направился на кухню. Недели две тому назад ему потребовалось снотворное, чтобы спать хоть немного по ночам. Теперь же он, налив воду из фильтра, добавил эти таблетки туда, размешав. Стакан он протянул Сане, снова вернувшись к ней. - Что это? - Поможет заснуть. Выпей. Тебе должно полегчать, правда, - Сана с некоторым недоверием взглянула на Гука, но стакан взяла. - Я обещаю, что потом ты узнаешь обо всем. Хорошо? Она кивнула. И одним глотком осушила содержимое стакана, ложась обратно. Такой податливой Чонгук ее не видел никогда. Гук встал с кровати и начал просто ходить туда-сюда по комнате. В его голове, пожалуй, сейчас была не меньшая каша, чем та, о которой говорила Сана. И вот ведь парадокс: город кишил мифическими существами, питающимися кровью людей. Кишил, по сути-то, убийцами. Два клана - это не пара-тройка вампиров, это их нескончаемая куча. Чонгук же думал о том, что с одним из них он... переспал. Эта мысль его вообще никоим образом не оставляла в покое. Переспал и даже не заметил, что переспал с чертовым вампиром. Он садился, снова вставал, ходил кругами - не помогало ничего. В голове только и стояли картины той ночи. Он даже не прослушал его пульс. Ни разу за все время. Хотелось и смеяться, и плакать одновременно. - Так мог попасть только я, - озвучил он вслух, опуская голову. Теперь план "не палиться" будет послан к чертям его же отцом. Теперь вообще, наверное, ни в чем не было смысла. Он даже не имел никакого понятия, о каком камне говорил отец, он ни разу не слышал ничего подобного от Хосока. Вот, что, оказывается, называется слабостью. И полной бесконтрольностью ситуации. Чонгук ощутил теперь и то, и другое сполна.